Зачинателя российского скаутинга О . И . Пантюхова ,

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 36Следующая ⇒

Старшего Русского Скаута

-

-

54.

Предки по отцовской линии были из сот - ников Черниговского казачества.

к в в

Учился в Тифлисском кадетском корпусе, кадетом участвовал в кружке «Клуб Пуш - ина», члены которого в каникулярное время совершали походы по горам Кавказа, у ночных костров декламировали стихи Пушкина и делали попытки писать собствен - ные. По окончании Павловского военного училища был выпущен в Лейб - гвардейский пе - хотный батальон, располагавшийся в Царском Селе.

В 1909 году в Павловске положил начало российскому скаутингу, которому отдал сю жизнь. Перед уходом на Первую мировую войну создал Общество содействия мальчикам - разведчикам «Русский Скаут». При приездах с фронта был участником ска - утских парадов, Съездов. Находясь в госпитале в Крыму, создал там несколько новых скаутских отрядов.

Воевал на разных фонтах, дослужился до полковника, был награжден офицерским орденом Св. Георгия 4- ой степени. После ранения и госпиталя в 1917 году возглавлял в Москве школу прапорщиков. В трагические октябрьские дни командовал оборонявшими Кремль юнкерами. Осенью 1917 года оказался с семьей на юге России, служил в Добро - ольческой армии, одновременно руководя «белыми» скаутами. В 1919 году принял зва - ние Старшего Русского Скаута. Из врангелевского Крыма эвакуировался в 1920 году в Константинополь. Жил во Франции, затем в США.

После исхода из России «белых» армий, объединил за рубежом скаутов российской диаспоры в Национальную Организацию Русских Скаутов (НОРС), которая после не - скольких трансформаций существует до настоящего времени как Организация Россий -

ских Юнъtх Разведчиков (ОРЮР). С 1922 по 1945 год представлял во Всемирной Ассоyиа- уии Международного Схаутского Движения (BAMC Д) и Международном Бюро Бойскау- тов (МББ) «Науионалъное Движение Российского Скаутинга в иностранных носударствах».

Умер в 1975 году во Франции, похоронен в Huyye.

усские скауты

в 1909—1920 годъі

Первые шаги в Паваовске

30-гo апреля 1909 года в день батальонного праздника, я шел вместе со свои- ми друзьями из Царского Села через Соединительный парк в соседний Павлов- ский парк...

Идя, я рассказывал о только что прочитанной книге Баден-Пауэлла «Юный разведчик» и о наших Тифлисских походах, очень схожих с теми, о которых писал Баден-Пауэлл.

Во всем этом, конечно, у нас, у молодежи, должна быть прочная патриоти- ческая подкладка. И с нашей русской точки зрения это было особенно «во благо- времении»: еще не прошло и пяти лет со времени неудачной для нас Русско- японской войны...

Молодежь еще сильнее, еще острее переживала эти неудачи войны и ей особенно хотелось «что-то» сделать для России, но —что?...

Детская игра в «Казаки и разбойники», естественно, не могла ее удовлетво- рить. Организованные и быстро распространившиеся повсюду отряды «потеш- ных» тоже не удовлетворяли ее.

А вот скаутская система —это совсем другое дело. Идея рыцарства, идея са- мовоспитания, идея сближения с природой, идея закалки воли и развития ха- рактера и самостоятельности, идея служения Родине и 6лижним не могут не захватить молодежь и не зародить в ней светлые идеалы...

ОТ ЭТИ МИ М ЫСЛЯ МИ Я ДАЛИЛС Я С Д]Э ЗЬЯ МИ.

В Павловском парке, немного дальше Музыкального павильона, в тени ве- ковых елей, была расположена довольно большая и хорошо оборудованная пло- щадка для детей.

Когда я пришел на эту площадку, то увидел там много детей и подростков. Чего только не было здесь: и мячи разных размеров, и качели, и лестницы, и деревянные горы, и гигантские шаги... Маленьким детям было раздолье, но тем, кто был постарше, как видно, хотелось чего-то другого.

И вот эти подростки —в большинстве своем ученики местных гимназий и городских училищ —обступили нас и весело, по-дружески приветствовали нас, что было довольно естественно, потому что молодежь и Павловска и Царского Села любила и знала нас, офицеров, и хорошо различала «свои» Царскосель- ские полки, и как бы даже гордилась своими военными.

Так вышло, что я, как бы продолжая только что прерванную беседу, стал рассказывать собравшимся о наших кавказских походах и «разведках», шала- шах, лагерях, беседах у костра и о привольной жизни на лоне природы. Расска- зал также о только что прочитанной книге Баден-Пауэлла и увидел, как глаза у молодежи заблестели от желания стать скаутами нашей России, и я не мог не предложить желающим начать со мной скаутскую «разведку».

Желающих оказалось слишком много, но по системе нашей Тифлисской, а также и по системе Баден-Пауэлла, надо было начинать только лишь с семи человек, которых я тут же отобрал; остальные были записаны мной, как кандидаты.

Это был наш первый сбор. Два-три следующих сбора были здесь же, в o6-

0

ширном Павловском парке, откуда мы отправлялись дальше, где можно было разводить костры и вести всякие игры и состязания. Затем сборы были пере- несены к нам, в Царское Сего.

Так было положено основание нашему скаутскому движению в России —на- шему первому в России отряду скаутов — «юных разведчиков», в состав которого одними из первых вошли А. Ильин, Вл. Кириллин, Персианов, Иванов, братья Татариновы, Малафеев, Боровков, Белонин и другие.

                                                                                    В Царском Селе

Большинство нашей молодежи жило в Царском Селе, и несколько скаутов из Павловска приходили к нам на сборы в Царское. Первое звено, если не оши- баюсь, было звеном «Бобра», вожаком которого я назначил тогда А. Ильина.

Наш деревянный офицерский флигель, вернее, наша каменная квартира, находившаяся в самом центре расположения Лейб-гвардии 1-гo стрелкового Его Величества батальона, стала нашей первой скаутской «штаб-квартирой», как мы ее торжественно называли.

(По въtпуск у из Павловского военного јчилиіц,а в 1901 году О.И. Пантюхов бъtл за— числен в Лейб—гвардии 1—ъtй Стрелковый баталъон, сформированнъtй в 1856 году. В авгу— сте 1910 года баталъон бъtл развернут в полк тoгo же названия. РГВИА, ф.2587 и ф.154, описъ. Ред.)

Моя жена, Нина Михайловна, всей душой сочувствовала моему начинанию и принимала живейшее участие в нашем общем деле. Она стала рисовать кра- сивые силуэты диких зверей и птиц для наших скаутских звеньев. В отличие от английских скаутов, мы выбрали себе для звеновых флажков желто-оранжевый цвет, на фоне которого красиво выделялись черные силуэты зверей. Эти цвета напоминали нам географические цвета. Нина Михайловна рисовала их безо- пасным от дождя черным матовым риполином. Наши треугольные флажки раз- вевались то тут, то там, по всем направлениям окрестностей Павловска и Цар- ского Села.

Нина Михайловна нарисовала также красивый рисунок скаута под деревом, который стал и до сих пор является, как бы, эмблемой нашего движения. Этот рисунок был окаймлен ободком, на котором было написано: — «Bepa в Бога. Вер- ность Царю. Помощь Ближним».

Кроме этого, Нина Михайловна написала масляными красками образ Свя- того Георгия Победоносца (Святой Георгий был выбран нами, как небесный покровитель русских скаутов) на золотистом шелковом знамени —стяге, первом для нашего движения в России. На другой стороне этого знамени был портрет Наследника Цесаревича в бескозырке Fвардейского Экипажа с Георгиевской лентой на околыше.

Нина Михайловна входила во все мелочи и весело называла наших скаутов

«скаутятами», и она всегда охотно помогала им всем и вдохновляла их.

Мной печатались, иногда с помощью кого-нибудь из скаутов, на гектографе программы, законы, узлы, планы окрестностей, «Первый Листок Скаута».

Окрестная молодежь, «как утята в воду», бросилась записываться в ряды наших скаутов.

Первые же походы, лагеря, беседы у костра и разведки так увлекли нашу молодежь, что не было отбоя от желающих примкнуть к нам. Сначала первое звено развернулось в Царскосельский отряд. Два раза в неделю отряд собирал- ся в рощице у нашей квартиры и отсюда мы шли за город — «на разведку». Затем отряд развернулся в дружину.

У нас было правило: ни минуты драгоценного времени не терять напрасно. Даже в пути, в походе, у нас шла интересная беседа. Я рассказывал какие-нибудь поучительные и занимательные случаи из своей жизни, или жизни других, или из нашей русской истории, или о войне, или из жизни замечательных русских

людей. Иногда наш маленький отряд запевал русские военные или свои

песни...

0

Конечно, все это более систематично давалось молодежи в «беседах у ко- стра»; но и в пути, в походе, приходилось отвечать на вопросы и говорить, бе- седовать. Я об этом упоминаю с целью подчеркнуть, что вся наша воспитатель- ная система «скаутинга» зиждется на добром влиянии руководителей на нашу молодежь.

По нашим правилам руководитель — «скаутмастер» —должен был бы ска- зать: «Смотрите на меня. Делайте, как я. Следуйте за мной». Но для этого, ко- нечно, надо быть хорошо подготовленным во всех отношениях.

Иногда у нас в пути, «на походе», происходила игра для развития наблюда- тельности: в каждом звене объявлялось, что будут ставиться отметки тем скау- там, которые первые увидят какие-нибудь малозаметные предметы, или рас- тения, или птиц редких и зверюшек, а еще того важнее —человека, нуждающе- гося в помощи. Помощь ближнему всегда и для каждого скаута была заманчивым

«призом», своего рода наградой, ибо он должен был каждый день оказать дру- жескуіо услугу или помощь. Он не должен ложиться спать, пока не исполнит этого правила. Чтобы не забыть его, он завязывал у себя на галстуке (на фуляре, что вокруг шеи) или на платке маленький узелок. На наших значках тоже (в будущем) был прицеплен маленький бронзовый узелок, как символ помощи 6лижним.

Итак, наш Царскосельский отряд шел «на разведку», «в поход», но ни в коем случае не «на прогулку»; ведь у нас были важные задачи. Иногда впереди высы- лались разведчики, которые в пути и на перекрестках делали на песке, на земле, условные и понятные нам знаки: где найти спрятанное донесение-письмо, куда держать путь, где лучшая дорога, а какой нельзя идти и т.п. Подписи делались понятными только для скаутов, как например: схематический силуэт бобра и цифра 2. Это значило: «писал урядник звена бобров».

Наш Царскосельский отряд, на летнее время, развернулся в дружину: было много приезжих из Петербурга детей и молодых людей, просивших меня за-

ЧИСТИТЬ ИХ В ОТ]ЭЯДЫ.

Наша форма

Всем нам, конечно, хотелось иметь все свое, русское, начиная с нашего названия. И мы называли себя тогда «разведчиками», что не вполне соот- ветствовало идее нашей организации. Мы старались ввести свою русскуто форму, и наш ротный портной сшил для нас русские кафтаны и барашковые шапки с малиновым верхом, но мы вскоре убедились в том, что «на разведке» и во время полевых игр ни кафтаны, ни барашковые шапки не были пригодны.

Поэтому мы, естественно, приняли удобнуіо простую спортивную форму, похожую на форму английских скаутов, защитного цвета, с их шляпами «бур- ского типа» и посохами. Посохи были у каждого скаута. Назначение посохов очень разнообразное.

Я не хочу преувеличивать количества тех людей которые, так сказать, «косо посматривали» на наших скаутов-«разведчиков». Вспоминаю Павловского ко- менданта Сабурова, с которым мы старались придумать больше русских назва- ний и особенностей для скаутской формы.

Для большинства людей то обстоятельство, что я был офицером блестяще- го гвардейского полка и лично беседовал о скаутах с Fосударем успокаивало умы, но никто не изъявлял желания помочь делу своей работой или деньгами. Лишь один петербургский часовщик прислал для скаутов в мое распоряжение несколько призовых часов и жетонов, а также согласился бесплатно чеканить для нас скаутские значки.

0

Значок для наших скаутов был установлен как изображение геральдиче- ской лилии с царским вензелем в центре, и ленточки с надписью: «Будь готов». Этот знак лилии был избран потому, что на больших картах и морских компасах север всегда обозначался именно этим знаком, как символом верного пути.

Этот же милый часовщик изготовил для наших скаутов почетную медаль по рисунку Нины Михайловны: — «Скаут под деревом» с надписью по ободку, как уже было сказано выше: — «Bepa в Бога. Верность Царю. Помощь Ближним».

В 1910 году мне удалось заинтересовать скаутингом правление Царскосель- ского гимнастического общества «Луч», предоставившего скаутам отличное помещение в занимаемом ими доме.

К этому времени ко мне примкнул и стал моим помощником инвалид- офицер, тяжело раненый во время Русско-японской войны, поручил Д.В. Мал- кочи, впоследствии погибший в бою на германском фронте во время 1-ой Миро- вой войны, в 1915 году.

Наша дружина в Царском Селе, на Рождество 1910 года, устроила в залах общества «Луч» большуто елку, на которую были приглашены бедные дети. Скау- ты показывали на сцене свои скаутские упражнения, пели песни, а затем была с успехом разыграна пьеса «Миклухо-Маклай», переделанная из английской скаутской пьесы «Капитан Смит».

Зимой 1910-1911 года мной была составлена и выпущена в свет первая рус- ская книжка для скаутов «Памятка юного разведчика». Поставлена она была по руководству Баден-Пауэлла, но с русскими изменениями. Доход от книжки шел на Царскосельских скаутов, но дохода собственно и не было.

Отпечатана книжка была в местной типографии Боровкова, сын которого был у нас в отряде.

Приблизительно в это время приехал из Киева мой отец —доктор и ученый антрополог, вместе с моей матерью много лет отдавший делу воспитания детей. Они оба основали в свое время первую в городе Fлухове школу. Мнение моего отца, что скаутинг более, чем для какой-нибудь другой нации, особенно необ- ходим для нашей русской молодежи — воодушевило меня еще более для продол- ж ен гі я моей, малозаметной для других, но отрадной для меня, работы.

Однажды я получил приглашение тогдашнего военного министра Сухомли- нова на собрание деятелей по физическому воспитанию молодежи. Собрание происходило на квартире министра. Я, хотя и резко, но, увы, тщетно, отстаивал идею скаутинга в противовес «потешному» движению. Я определенно и реши- тельно возражал и против названия «потешные» и против всей системы этого

«унтер-офицерского» воспитания, вернее, обучения, но ничего не помогло.

Движение «потешных»

Насколько я помнто, в 1908 году, г. Луцкевич, инспектор народных училищ в Екатеринославской губернии, основал в городе Бахмут «l-й народный класс военного строя и гимнастики Его Императорского Высочества Государя На- следника Великого Князя Алексея Николаевича». Он собрал большую группу учеников Бахмутского городского училища, одел их в военную форму, роздал им деревянные ружья и организовал духовой оркестр. Он, также, привлек не- сколько унтер-офицеров для ведения «военного обучения» и, таким образом, создалась организация «потешных».

Дружина г. Луцкевича была вызвана в Царское Село и 22 мая 1910 года пред- ставлена Fосударю. Эта новая игра привела в восторг многих из власть имущих и была ими поддержана. Военный министр и старшие военные начальник и поощряли работу с «потешными».

Движение это с большой быстротой распространилось по России и вначале

«потешные» пользовались большим успехом. Летом 1912 года, на Марсовом  Пo-

ле в Петербурге состоялся парад нескольких тысяч «потешных», съехавшихся со всех концов России, и царский смотр. Особое впечатление произвели тогда уральские казачата, появившиеся в конном строю.

(Парад «потешных» на Марсовом Поле первый раз состоялся в июле 1911 года. Жур - нал «Потешный» от 15 августа 1911 г. № 20. В 1912 году 23 апреля состоялся гимна - стический праздник учебных заведений города Петербурга — «Ученик» 1912, №№ 30, 34. 18 июня 1912 года в Царском Селе был проведен смотр «воспитанников средних учебных заведений Петербургского учебного округа»: «Календарь ученика 1912-1913 гг.». В августе 1912 года на Марсовом Поле состоялся второй парад «потешных»: «Русский спорт», 1912, №№ 31, 32. Ред.)

Резко бросался в глаза всем присутствующим небольшой отряд моих Цар- скосельских скаутов, присутствие которых на смотру я считал очень важным также и для пропаганды скаутинга. Во многих иллюстрированных журналах появились фотографии наших скаутов и многие газеты с особой теплотой от- зывались о них. Тут интересно отметить, что, в некоторых случаях, пресса, незнакомая со скаутингом, называла скаутов не «разведчиками», а «следопыта- ми». И скауты вызывали удивление и внимание своей невиданной формой, а, главное, своим «несолдатским» видом на общем фоне одетых в военную форму ребят. Действительно, простая и изящная скаутская форма, целесообразное и удобное скаутское снаряжение, характерные и удобные скаутские шляпы и по- сохи в руках (вместо «потешных» деревянных ружей), а также вся система ра- боты, палатки, носилки, первая помощь и, в особенности, привезенная ими с собой санитарная двуколка и все, что они могли демонстрировать перед публи- кой, все производило исключительное впечатление.

В результате, у многих из стоявших у власти поколебалась вера в «потешное» дело. Государь не дал никому за этот смотр ни чинов, ни орденов, и «потешные» стали быстро сходить со сцены и вскоре это движение «потешных» угасло. От- метим здесь, что «потешными» руководили, в отличие от скаутской организа- ции, не взрослые воспитатели-педагоги, а простые солдаты — унтер-офицеры.

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры