Этнические и правовые проблемы эвтаназии

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 20 из 33Следующая ⇒

В Российской Федерации проблема эвтаназии возрастает. Споры ведутся между учеными, юристами и врачами на предмет легализации или же запрета эвтаназии до сих пор не разрешены.

Противники легализации эвтаназии обосновывают свою позицию следующими доводами: это приведет к злоупотреблениям со стороны медицинских работников; правовой нигилизм общества не способствует правильному пониманию эвтаназии; принятие закона об эвтаназии в нашей стране невозможно в связи с тем, что у нас слабы привычки соблюдения законов и большой опыт их умелого и корыстного нарушения и др.

Есть и сторонники легализации эвтаназии. Они обосновывают свою правильность позиции в основном следующими утверждениями: если человек имеет право на жизнь, то он имеет право и на смерть; по сути, пассивная эвтаназия и так уже осуществляется врачами в нашем государстве, она носит форму латентности, а поэтому ее необходимо возвести в рамки закона; запрет эвтаназии неконституционен, и он противоречит принципам обеспечения свободы и человеческого достоинства.

Этико-юридический характер проблемы эвтаназии получил свое развитие в положениях ряда официальных документов зарубежных государств, в том числе и в России. Декларация об эвтаназии, принятая 39-й Всемирной медицинской Ассамблеей в октябре 1987 г. в Мадриде, установила, что «эвтаназия как факт преднамеренного лишения жизни пациента даже по просьбе самого пациента или на основании обращения с подобной просьбой его близких, неэтична» [5, 38]

Ст. 14 Этического кодекса российского врача определяет: «Эвтаназия как акт преднамеренного лишения жизни пациента или по просьбе его близких  недопустима, в том числе и в форме пассивной эвтаназии» [5, 53].

В России согласно ст. 45 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» любой вид эвтаназии запрещен[1]. Более того, в Уголовном кодексе нет самого термина «эвтаназия», а действие врача, который осуществил данную процедуру, рассматривается как умышленное убийство.

Государство и общество находятся в диалектической взаимосвязи, поэтому даже в рассмотрении самого простого вопроса решение должно быть принято единогласно. Общество принимает нововведение, а государство закрепляет его на законодательном уровне и устанавливает взаимные права и обязанности сторон. Легализация представляет собой сложный процесс придания юридической силы какому-либо явлению, поэтому решение должно быть всесторонне аргументировано, опираясь на потребности общества и цели государства. Рассмотрим аргументы в пользу эвтаназии:

Первым аргументом выступает принцип самоуправления или право выбора, то есть каждый имеет право принимать свои собственные решения, которые влияют на него самого;

Второй аргумент по природе своей является ценностным и для каждого он универсален исходя из того, что жизнь - это высочайшая ценность для любого человека. Но жизнь, связанная только с невыносимыми мучениями, приводит к переориентации ценностных ориентиров и смерть как избавление от страданий становится благом. Исходя из этого, никто не вправе лишать человека этого блага [2];

Нравственной почвой для третьего довода выступает оказание помощи кому-либо в улучшении его положения. Таким образом, эвтаназия улучшающая чье-либо положение, не может считаться причинением вреда, а напротив должна рассматриваться как реальная помощь;

четвертый аргумент состоит в возможном увеличении страданий больного, ведь сознавая свою беспомощность страдания возрастают. В данном случае решение о применении эвтаназии ведёт к прекращению страданий больного;

во многих странах эвтаназию поддерживает большинство населения, даже в тех странах, где эвтаназия запрещена, это говорит о том, что общество уже готово принять явление эвтаназии, но вопрос остается закрытым с точки зрения законодательства;

Помимо этого, следует учитывать, что только врачи, имея опыт работы с пациентами, находящимися в критическом состоянии, могут самым справедливым образом оценивать явление эвтаназии и именно их убеждение в допустимости эвтаназии является наиболее объективным. Некоторые медики высказываются за эвтаназию, но абсолютное большинство членов данной профессии не желает выступать в роли палачей [3].

Преобладающее число врачей считают эвтаназию убийством по просьбе потерпевшего. Если смертельно больной требует провести данную процедуру, следовательно, он не избрал суицид. Напрашивается вопрос: а почему, собственно, этот больной не избрал суицид? Возможно, по религиозным мотивам, так как, к примеру, в христианстве, это считается грехом. Следовательно, возникает ещё один вопрос: а перекладывание действий по лишению жизни со своих рук на руки – врача-это разве не грех? Причем после эвтаназии пациент умрет, а врачу ещё дальше жить с этим моральным «грузом», ведь каждый врач даёт клятву Гиппократа, в которой торжественно обещает отрицательно относиться к эвтаназии.

Все аргументы заданную процедуру сводятся к состраданию к тем, кто неизлечимо болен. Но если посмотреть на ситуацию с другой стороны, акт эвтаназии «дает милосердие» безнадежно больному, но отнимает его у здорового. У врача, чей долг сохранить жизнь, придумать любой способ для спасения (создание новых препаратов, способов лечения, аппаратуры и т.д.), любой, а не помочь пациенту «уйти из жизнь». Это не помощь, не облегчение страдания - это убийство, отказ в спасении [4].

Юридическая проблема состоит в необходимости выработки правовой процедуры осуществления эвтаназии в случае, если данный акт будет разрешен законодательством. Важнейшим вопросом в рамках этой проблемы следует считать необходимость конституционного анализа возможного закона об эвтаназии согласно ст. 15 Конституции РФ. Кстати сказать, отработка процедурно-юридических вопросов, касающихся эвтаназии, уже производится, что наряду с отсутствием более или менее приемлемого решения проблемы на морально-этическом уровне служит показателем того, что проблема назрела и требует соответствующего разрешения.

Решать вопрос об эвтаназии с точки зрения права непросто, ибо в тех же Основах законодательства РФ «Об охране здоровья граждан», наряду с приведенной выше ст. 45 имеется другая: ст. 19 «Права пациента» содержит право на отказ от медицинского вмешательства. В ней указано, что «гражданин или его законный представитель имеет право отказаться от медицинского вмешательства или потребовать его прекращения», даже если оно начато на любом этапе проведения. При этом ему в доступной форме должны быть изложены все последствия отказа от лечения, что оформляется записью в медицинском документе и подписывается пациентом (его законным представителем) и лечащим врачом.

Все вышесказанное о законном и незаконном, моральном и неморальном является совершенно недостаточным в современном споре об эвтаназии. О легализации эвтаназии в России говорить рано. Этот вопрос требует детального изучения и обсуждения, пересмотра законов и соответствия их Конституции РФ. Так как отношение к эвтаназии в обществе неоднозначно, причем, каждую сторону можно понять или, наоборот, осудить.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации [Текст]: федер. закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 06.03.2019) // Собрание законодательства РФ. – 2011. – № 48. – Ст. 6724.

2. Артамонова Г.К., Бабаджанов И.Х., Сальников М.В. Право на жизнь и право на смерть в системе соматических прав человека [Текст] / Г.К. Артамонова // Юридическая наука: история и современность. – 2017. – № 2. – С. 179-192

3. Ильченко К.В. О некоторых правовых проблемах осуществления эвтаназии [Текст] / К.В. Ильиченко // Мир политики и социологии. – 2017. – № 2. – С. 190-193.

4. Подколзина М.А. Проблемы эвтаназии в России [Текст] / М.А Подколзина // Аллея науки. – 2017. – Т. 3. – № 13.  – С. 721-724.

5. Сборник официальных документов Ассоциации врачей России [Текст]: под ред. В. Н. Уранова. – М. ПАИМС,1995. – 96 с.

Курсант 4 курса

М.В. Гринева,

Научный руководитель

                                                                            к.ю.н., проф. Т.М. Занина

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии