Июля /11 августа 1891. Вторник.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 61 из 125Следующая ⇒

Есаси. На дороге в Суиу

Обещали в пять часов утра судно в Супу, а теперь восемь часов, о судне же и слухов нет,— Фома заявлялся донести, что у него был вчера понос; впрочем, цвет лица здоровый — значит, за состояние его здоро­вья Церковь может быть спокойною,—ура! А судна все нет; ах, беда! Время-то не терпит.

Двенадцатый час дня, а судна все нет. Осмотрели город: довольно хороший вид на город, море и дальний берег с горы, где Сёоконся; там же памятники погибших империалистов в сражении, в семи ри отсюда, по дороге в Хакодате; между прочим, и памятник Ож...>ду, ученика Кирилла Мидзумаки,—полковнику (тайчё), убитому в сражении. Если бы ясная погода, то живописны были бы два маленькие островка у бере­га с маяком на одном. Заморосил дождь, и мы должны были по липкой грязи вернуться домой. От скуки пошел в ванну, здесь же в гостинице — общественную; ванна чистая, людей еще никого не было в ней,— и что за прелесть! Просторная, хоть плавай в теплой воде; в первый раз за тридцать лет в Японии вчера и сегодня мылся в общественной ванне (без человека, впрочем, посторонних, по раннему часу); Есаси будет помниться в этом отношении — нигде не был в такой ванне, даже дома нет такой; ванная легкими перилами разделена на две части — мужскую и женскую, обе части совершенно открытые одна для другой, чего в Токио уже нет, кажется.

Кроме Фукуяма и Есаси, Симону Тоокайрину еще подлежат следую­щие христиане:

1. в Омонай, четыре ри от Есаси, торговец Иосиф Нозаки с женою и тремя детьми.

2. в Кудо, пятнадцать ри от Есаси, но по морю (значит, два-три часа), Яков Ямамото (из Вакуя) с женой и племянником.

Итак, в ведомстве Симона Тоокайрина ныне: в Фукуяма четырнадцать христиан, в Есаси пятнадцать, в Омонай и Кудо восемь,— всего тридцать семь, с детьми.

А могло бы быть гораздо больше, если бы трудился,— давно уж здесь, но перст об перст не ударил. Посмотрим, что будет дальше, обещает трудиться и стяжать новых христиан в Фукуяма и Есаси, с теми же, что в Омонай и Кудо, письменно сноситься и ободрять их. На надзор о. Ар­сения большая надежда.

В шестом часу вечера сели на пароходик Ситокумару — прескверный, с грубейшим капитаном; взяли билеты первого класса по 1,80 ен до Суцу, но в первый класс нельзя было войти, ибо вход завален рисом, помести­лись на крыше, но стало порядочно качать, опасно было, что сбросит в море, притом становилось холодно и пошел дождь, я обратился к капи­тану с просьбой дать помещение под крышей: «Дай 1 ¹ /2 ены с человека — будет помещение»,— говорит; настоящий разбой! Мы предпочли помес­титься под тентом на грязной палубе, у входа в рубку, ибо больше не было места; дождем мочило, из грязных циновок налезло блох, так что заснуть невозможно было; чемодан подмочило,— словом, дряпнейшая была ночь.

Июля /12 августа 1891. Среда.

Суцу

В семь часов утра пришли в Суцу. Христиане с катихизатором Пет­ром Юмура во главе, на большой лодке и с флагами в руках: японским солнцем и красным крестом, встретили их у парохода. Больше всех, по-видимому, обрадовались маленький Тит Косияма и его мать Софья. Другие христиане ждали на берегу. Зашли мы с о. Арсением в гостиницу помыться и переодеться, и сейчас же — в Церковь; отслужена лития, сказано поучение, отобраны сведения и состоянии Церкви, испытаны дети в знании молитв. Церковь приятно поразила меня своею устроеп- постью. Здание крестообразное с алтарем на восток и помещением для катихизатора на запад; поместиться могут молящихся человек сто пять­десят. Построил ее Ефрем Оотака, старый торговец, своими средства­ми. Иконы: за престолом — Воскресения, большая хромолитография, что о. Владимир привез; по стенам — священные изображения: крещения, воскресения и прочее, всего восемь во всей Церкви. Престол, аналои стоят все в японских парчевых облачениях, хотя уже состарившихся. Снаружи только церковка непредставительна, особенно стоя подряд, только чрез дорогу, с великолепным зданием японской школы, смотрит она уж слишком легким и простым зданьицем, с крышей дощечками и без цветка или какого-либо украшения кругом.

Тетрадь 2

Христиан в Суцу, в шестнадцати домах, сорок один человек; новых слушателей четыре-пять надежных; ослабевших в вере два: один сделался гадальщиком, другой, Евфимий Сато, бывший когда-то даже в Семина­рии некоторое время, актером; в Церковь не ходят, стыдятся, но па стороне, в споре с язычниками не перестают стоять за христианство, проповеди, во всяком случае, не мешают. Христиане здесь: доктор Ди­митрий Иото (приемный сын Якова Пото, что в Хакодате) с женой — усердные христиане (прочем, побоявшиеся крестить зимою своего пер­венца, «де — простудится», и первенец некрещеный помер); Николай Ямабе, брат бывшего катихизатором Родиона, делающий метеорологи­ческие наблюдения на правительственной метеорологической станции здесь, тоже женатый — жена учительницей в школе, еще несколько
чиновников и торговцы. Живут между собою мирно; только Матфей Такахаси, бывший здешний кочёо, ныне взявший отставку и предпола­гающий заняться частными делами, и Марья — старуха, жена Акима, из Синано,— зовущая себя Магдалиной, нарушают иногда мир заносчивостью, сплетнями и прочими другими. Матфея Такахаси я здесь не видал, он ныне в Саппоро, а Магдалина, старуха — властная, сразу же являющая себя матушкой игуменьей; всюду меня сопровождала и прежде всех все выкладывавшая; к счастью, она с мужем скоро уезжают в Синано.

Катихизатор Петр Юмура оказывается несравненно лучшим, чем я о нем думал — думал я плохо о нем, потому что он почти никогда не пишет ко мне. Человек он, прежде всего, глубоко верующий, как видно; потом и вместе потому — усердный к своей службе; оттого у него на счету все христиане, находящиеся в его приходе, хотя рассеянные на очень большом пространстве.— При совершении литии меня также поразила правиль­ность пения здешнего хора: человек восемь детей и девушек с Марией — женой Юмура, в один голос так правильно пропели «Царю Небесный» и «Отче наш», что лучше нигде не пропоют; впрочем, «Достойно» пели совсем неправильно и некрасиво. Звал сюда когда-то о. Тит учителя пения из Хакодате, который несколько и направил пение, но жаль, что не научил большему.— Дети по испытании оказались знающими «Отче наш»; даны им иконки Божией Матери и сказано, чтобы выучили «Бого­родице Верую» и «Десять заповедей».

Юмура заранее приготовил маленькую статистическую ведомость о своем приходе. В ней значится:

Всего

В десять часов отправились посетить братьев, к полудню посетили всех; последним был дом Николая Ямабе, где с метеорологической ба­шенки был отличный вид на Суцу и окрестности; залив Тарукиси был бы отличным рейдом для судов, если бы не был открыт северным ветрам. На противоположном берегу тянется нить рыбачьих домов по берегу мили на четыре; там живет из христиан Павел Нономура, старший брат катихизатора Иоанна.

После обеда (рис с картофелем и фасолевыми стручками) отправи­лись в деревню Тарукиси посетить два дома христиан; один — не дом, а шалаш,— Матфея Сато из Санума, родственника Петра Сато; жена и ребенок христиане, отец и мать еще не веруют; другой дом Елисея — рыбака, сам крешен, жена не верует. Дорогой Петр Юмура рассказал о внутреннем состоянии Церкви, также об имущественном состоянии ее. У Церкви есть земли огородной один чё шесть тан; куплена года четыре назад за тридцать ен, собранных со всех христиан, но дохода с этой земли христиане доселе не видели, а есть ены четыре; Матфей Такаха­си, которому поручено было заведывание землей, не давал отчета о ней. Есть двадцать ен, ныне собранных, по предложению о. Тита — это соби­рали на орган для обучения хора. Ныне — на расходы по Церкви: осве­щение и тому подобное собирается ежемесячно по десять сен с десяти человек, всего одну ену. Вот и все. На пищу или на что другое христиане не доставляют Петру Юмура ничего, он с женой довольствуется только тем, что получает от Миссии.

Вечером предложено было: отслужить вечерню, сказать поучение и сделать симбокквай, на котором здесь христиане и христианки говорят приготовленные речи совместно, первые прежде, вторые после. Но окрестные язычники заявили желание слушать проповедь, поэтому ска­зано было прежде всего слово к язычникам, которых собралось почти полная Церковь; сначала говорил Юмура на тему «Начало Премудрости — страх Божий», и говорил очень порядочно, потом я — начальное слово язычникам. По окончании проповеди отслужена вечерня, но делать собрание уже оказалось поздним — было десять часов, все были утомле­ны, ибо встали для встречи еще до свету. Поэтому положили сделать симбокквай завтра вечером.

Августа 1891. Четверг.

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте