Синкретичные члены предложения

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 3

Синкретичными называются члены предложения, которые сочетают дифференциальные (различительные) признаки разных членов предложения. К ним можно задать два, а иногда три смысловых вопроса: (когда?, почему?) После страшных рассказов не хотелось уж говорить о том, что обы­кновенно (Чехов); Есть и во мне эта наследственная тревога (какая?, о чем?) о береге (Пришвин).

Еще В.В. Виноградов отмечал, что «при зыбкости трех категорий второстепенных членов предложения – определения, дополнения и обстоятельства – очень важны наблюдения над случаями переходными и “синкретическими” (т.е. совмещающими значения разных членов предложения). Особенно много таких случаев в кругу обстоятельств»[5].

Причиной появления и существования синкретичных членов предложения является потребность выразить семантику более богатую, чем у типичных членов предложения, используя при этом меньшее количество языковых средств.

Синкретизм членов предложения может быть обусловлен целым рядом факторов. Назовем основные из них.

1. Основной фактор – использование словоформы в нетипичной для нее (вторичной) синтаксической функции, «несоответствие формы и содержания» (В.В. Бабайцева). Синкретизм свойств наблюдается, как правило, у неморфологизованных членов предложения, например, у несогласованных определений[6]: Музыка в траве приутихла (Чехов); И все возрастал в Суходоле древний страх огня (Бунин); На поляне позади качелей на грядках росли огурцы (А.Н. Толстой).

2. Особенности синтаксических связей и отношений. Двойные синтаксические связи члена предложения всегда имеют следствием синкретизм его семантики.

К синкретизму приводит также необычность синтаксических связей (например, зависимость предложно-падежной формы или наречия от существительного), которая иногда бывает результатом переразложения синтаксических связей (подарить на память фотографию – подарить фотографию на память – фотография на память).

3. Совмещение различных категориальных значений в распространяемом или распространяющем слове.

Так, обычно синкретичны второстепенные члены, которые относятся к отглагольным существительным, сохраняющим значение процесса. Эти существительные, как и все остальные, предполагают распространение словоформой с атрибутивным значением. Однако сохраняющееся глагольное значение допускает распространитель с объектным или обстоятельственным значением. Поэтому зачастую предложно-падежные формы, зависящие от подобных существительных, совмещают атрибутивное и объектное или атрибутивное и обстоятельственное значение: Подобные мысли (какие?, о ком?) о детях отравляют меня (Чехов); Есть в моей природе постоянное стремление (какое?, к чему?) к ритму (Пришвин); После разговора (какого?, где?) на вокзале эта девушка стала ему еще милее и дороже (Куприн).

4. Эллипсис (опущение) подчиняющей словоформы. Например, многие несогласованные определения появились в результате эллипсиса причастия: дом, стоящий на берегу – дом на берегу; дорога, ведущая в лес – дорога в лес, письмо, полученное от сына – письмо от сына. Зависевшая ранее от причастия предложно-падежная форма и после его эллипсиса сохраняет свое обстоятельственное или объектное значение, но теперь оказывается подчиненной конкретному существительному, которое предполагает распространитель с атрибутивной семантикой. Результатом является синкретичное синтаксическое значение зависимой предложно-падежной формы.

Как следует из изложенного выше, синкретизм обнаруживается везде, где встречается неморфологизованный член предложения. Значит, все несогласованные определения и большинство обстоятельств, выраженных предложно-падежными формами, должны считаться синкретичными членами.

Однако исследователи сходятся во мнении, что у синкретичных членов предложения свойства разных членов предложения могут сочетаться не в равных долях. В.В. Бабайцева предлагает рассматривать синкретичные члены на шкале переходности А – Аб – АБ – аБ – Б, где А и Б – типичные языковые явления. Она отмечает ряд факторов, под влиянием которых в «словоформе явно доминируют свойства какого-либо одного члена предложения»[7]. В.И. Фурашов говорит о существовании в русском языке случаев неразрешимого и разрешимого синтаксического синкретизма[8].

Представляется целесообразным, по крайней мере в методических целях, признавать синкретичными только те члены предложения, у которых признаки разных членов представлены примерно одинаково, которые попадают в центральную зону на шкале переходности В.В. Бабайцевой (АБ); в случае же явного преобладания свойств одного члена предложения рассматривать словоформу как член предложения с одним значением.

Так, предложно-падежные формы, зависящие от конкретно-предметных существительных в большинстве случаев следует квалифицировать как несогласованные определения: (какой?) Отъезда день давно просрочен, проходит и последний срок (Пушкин); Дверь (какая?) из кабинета пропустила Филиппа Филипповича (Булгаков); В прихожую вошел человек (какой?) в ватнике (Паустовский).

Как определения же в большей части учебной литературы рассматриваются и употребленные при отвлеченных существительных словоформы с атрибутивно-субъектным значением: Ты слышал плач (чей?) друзей печальных (Пушкин); Тишина (какая?, чья?) полуденного зноя тяготела над сияющей и заснувшей землей (Тургенев); Опять печалится над лугом печаль (какая?, чья?) пастушьего рожка (Исаковский).

Назовем основные типы синкретичных второстепенных членов предложения:

– объектное определение (определительное дополнение): Мысль (какая?, о чем?) действовать на юношество меня воодушевила (Тургенев); А слухи (какие?, о ком?) о Чичикове становились все хуже и хуже (Булгаков); С этого дня начались приготовления (какие?, к чему?) к высочайшему смотру (Шолохов);

– обстоятельственное определение: Езда (какая?, как?) шагом утомила его, а от дневного зноя у него болела голова (Чехов); Значит, вы дверь оставили (как?, какой?) открытой да и ушли себе сами (Булгаков); Уединение (какое?, где?) в Чивиттавеккье было плодотворно для Стендаля (Паустовский);

– обстоятельственное дополнение (объектное обстоятельство): Пчела (с какой целью?, за чем?) за данью полевой летит из кельи восковой (Пушкин); Вся улица играла (почему?, от чего?) от ветра и солнца (Паустовский);

– обстоятельство, совмещающее значение нескольких разрядов: Я познакомился с ним (когда?, где?) в действующем отряде (Лермонтов); Входит горничная и зовет нас (зачем?, куда?) пить чай (Чехов); (в какой обстановке?, почему?) И в тишине, в темноте Аверкию стало легче (Бунин).

Примечание: Синкретизм членов предложения как явление, объективно существующее в русском языке, надо отличать от тех случаев, когда можно допустить несколько направлений синтаксической зависимости словоформы и, следовательно, по-разному квалифицировать член предложения.

Например, в предложении А няня топит печку в детской, огонь трещит, горит светло… (Блок) допустимы два варианта определения синтаксической функции словоформы в детской: 1) если она распространяет сказуемое (топит где? в детской), то это обстоятельство; 2) если она зависит от существительного (печку какую? в детской), то это член предложения, который, по нашему мнению, можно и нужно квалифицировать как несогласованное определение (с точки зрения В.В. Бабайцевой, это обстоятельственное определение). Такие же два варианта разбора допустимы и для словоформы возле окна в предложении Увар Иванович сидел в креслах возле окна и дышал напряженно (Тургенев). В подобных случаях есть варианты разбора, но нет синкретизма членов предложения.

Дополнение [9]

1. Дополнение – это второстепенный член предложения, который выражает объектные (реже субъектные) отношения и отвечает на вопросы косвенных падежей.

2. Дополнения могут быть присловными и приосновными.

Присловные дополнения входят в состав предложения как компоненты словосочетаний, причем направление синтаксической зависимости при этом сохраняется. Чаще всего они относятся к глаголам или словам категории состояния и имеют объектное значение: Грядущее тревожит жизнь мою (Лермонтов); Она говорила милый вздор и смеялась над собой (Чехов); Мне стало жалко хорошенькую собачку (Пришвин). Субъектное значение у присловных дополнений наблюдается в случае зависимости их от форм страдательного залога: Вокзал был запружен военными (Паустовский); Скорбно стыли припушенные снегом ели (Гранин).

Приосновные дополнения формируются в составе предложения. Они распространяют всю предикативную основу. Дополнения-детерминанты могут иметь и субъектное, и объектное значение: У него (субъект-обладатель) георгиевский солдатский крестик (Лермонтов); С Егором Семенычем (субъект состояния) происходило почти то же самое (Чехов); Не нам с вами (субъект потенциального действия) разгадать его молчание … (Куприн); Не для нас (объект) белеют корабли (Евтушенко).

3. Дополнение выражается чаще всего существительным или местоимением-существительным в косвенных падежах. Оно может выражаться также словом любой части речи, выступающим в роли существительного: Я эту страсть во тьме ночной вскормил слезами и тоской; ее пред небом и землей я ныне гордо признаю и о прощенье не молю (Лермонтов); Сейте разумное, доброе, вечное, Сейте! Спасибо вам скажет сердечное Русский народ… (Некрасов).

Дополнение может быть выражено также синтаксически неделимыми словосочетаниями и свободными словосочетаниями (если распространитель при главном существительном в данном контексте необходим): Речь зашла об одном из соседних помещиков (Тургенев); Пахло в комнате чем-то затхлым и кислым (Чехов); В тот вечер узнал я немало историй (Луговской); Видно, он только на словах искал чистых и преданных душ (Тургенев).

Дополнение может быть выражено и инфинитивом. Напомним, что обычно в роли дополнения выступает объектный инфинитив, т.е. инфинитив, называющий действие не того лица, которое обозначено подлежащим, а какого-то другого: Девушка уговаривала ее успокоиться и ободриться (Пушкин); Вы мне предлагаетежить у вас на даче? (Тургенев); Запрещаешьпеть и улыбаться, а молитьсязапретил давно (Ахматова); Я также бы просилаписать побольше (Сельвинский).

4. Присловные дополнения в зависимости от главного для них слова бывают приглагольными и приименными (присубстантивными и приадъективными).

Приглагольные дополнения делятся на прямые и косвенные.

Приглагольные прямые дополнения употребляются при переходных глаголах и обозначают прямой объект, т.е. предмет, на который непосредственно направлено действие. Существуют разные частные значения прямого объекта. Назовем некоторые из них (перечень не полный!):

– объект, появляющийся или исчезающий в результате действия: Построили редут (Лермонтов); Мы часто губим добро неумной жалостью (Пришвин);

– объект, изменяемый в результате действия: Террор совершенно парализует нервную систему (Булгаков); Бойцы наскоро углубляли окопы (Коптяева);

– объект чувства, отношения: Самойленко любил своего приятеля (Чехов); Варвара Гавриловна уважала художников (Паустовский);

– объект восприятия: Он слушал Ленского с улыбкой (Пушкин); Все заметили эту необыкновенную веселость (Лермонтов); Сегодня я осмотрел почти всю Ольховатскую экономию … (Куприн);

– объект речи, мысли: Тогда считать мы стали раны, товарищей считать (Лермонтов); Ну, а развязку вы, конечно, знаете (Куприн); Никита перечел стихотворение (А.Н. Толстой);

– объект обретения: Виктор получил полк солдат с пушками и палатками (А.Н. Толстой); Потом Миша начал собирать марки (Паустовский);

– объект перемещения: Вот кладут ковер на телегу, ставят в ноги ящик с самоваром (Тургенев); Днем и ночью перевозим народ (Коптяева).

Прямое дополнение в безличных предложениях может иметь значение субъекта состояния: Мужика подергивало, словно лихорадка его колотила (Тургенев); И Травку перенесло через зайца (Пришвин).

Чаще прямое дополнение выражается формой винительного падежа без предлога (см. примеры выше). Оно может выражаться родительным беспредложным, когда: 1) обозначает частичный объект (действие направлено не на весь предмет, а только на его часть): В Нарве он выпил в буфете вина (Паустовский); Грэй спросил рома (Грин); 2) относится к глаголу с отрицанием: Григорий не переносил слез (Шолохов); Таких дождей не помнили старожилы (А.Н. Толстой).

В настоящее время употребление при глаголе с отрицанием прямого дополнения в форме родит. падежа является не столь распространенным, как ранее. Обычно эта форма используется, если: 1) отрицание усилено частицей ни или приставкой ни-; 2) управляющий глагол обозначает восприятие, мыслительную деятельность; 3) дополнение выражено отвлеченным существительным: Я не ответил ни звука (Куприн); Три года не зрел я родимых крыш (Есенин); Ни одного вопроса потом в министерстве не решишь (Гранин); Никогда еще Пахомов не испытывал такого душевного подъема (Паустовский).

Прямые дополнения следует отличать:

а) от выраженных родительным беспредложным косвенных дополнений, зависящих от непереходных глаголов: Ей страстно захотелось сада, темноты, чистого неба, звезд (Чехов); Не бойся старости (Светлов); О подобном явлении не говорилось ни слова (Гранин);

б) от обстоятельств меры времени и пространства, выраженных винительным беспредложным, которые могут зависеть как от переходных, так и от непереходных глаголов. См. дополнения и обстоятельства в следующих предложениях: Гроза застала нас в гроте и удержала лишних полчаса (Лермонтов); Народ целые дни ломится, хоть все бросай (Булгаков); Они проехали еще километр, остановились и слезли с машины (Симонов).

Косвенные дополнения имеют разнообразные значения, например:

– объект удаления, лишения или, наоборот, достижения, желания, обладания: Небо очистилось от туч (Паустовский); Ты бежала от отца родного, и от матери бежала ты (Луговской); Этот чудный старик обладал необычайным даром (Чехов); Засим остров достиг невиданного процветания (Булгаков);

– адресат действия: Гусару подали кибитку (Пушкин); Но мальчик не ответил старику (Куприн); Там у колыбели матери нам пели песню любви… (Дементьев);

– объект речи, мысли, отношения, чувства: Она никогда не упоминала о Владимире (Пушкин); Недаром помнит вся Россия про день Бородина! (Лермонтов); Не надо, ребята, о песне тужить (Светлов); Нина беспокоилась за отца (Паустовский); Андрей не верил ни единому слову Кривицкого (Гранин);

– объект восприятия: Бобров все время неотступно следил за Ниной (Куприн); Лаптев с напряжением всматривался в темные фигуры (Чехов); Дежурный еще раз посмотрел на Синцова (Симонов);

– орудие действия, средство осуществления действия: Она замучила меня своею ревностью (Лермонтов); Крашеный пол Маша натерла воском (Паустовский); Татьяна Андреевна толкнула одну дверь ногой (Паустовский); Катерина на санках повезла сына домой (Белов);

– лицо (предмет), совместно с которым совершается действие, который является «второй стороной» действия: Жил я в деревне с отцом (Паустовский); Дмитрий Петрович скоро стал бороться с дремотой (Чехов);

– материал, из которого что-либо сделано, делается: Варенье прекрасное у вас, мать игуменья. Из своей вишни варили? (А.Н. Толстой); Я леплю из пластилина кукол, клоунов, собак… (Матвеева);

– объект сравнения: Цветы последние милей роскошных первенцев полей (Пушкин); – Бывает, что один день дороже года, – возразил Петров (Паустовский);

– субъект действия: Таким образом, тайна была сохранена более чем полудюжиною заговорщиков (Пушкин); Трава была ярко освещена софитом (Паустовский).

На прямые и косвенные делятся и дополнения, которые зависят от слов категории состояния: Мне (косвенное) твою мать (прямое) особенно жалко (Тургенев); Моей больной (косвенное) все хуже становилось, хуже, хуже (Тургенев); Шума (прямое) волн не слышно было за голосами… (Горький).

Приадъективные дополнения обозначают объект, по отношению к которому обнаруживается или проявляется признак; который ограничивает сферу проявления признака: Сегодняшний вечер был обилен происшествиями (Лермонтов); Но небо здесь к земле так благосклонно!.. (Тютчев); Письмо было трудное для чтения (Пришвин).

В русском языке есть прилагательные, при которых употребление дополнений является нормой: склонный, свойственный, характерный, согласный, сходный, похожий, полный и др.: Твой взор унылый был полон чувства (Жуковский); Серафима Васильевна была недовольна этой поездкой (Паустовский); Человек не подозревает, на что он способен (Паустовский); В лаборатории все готово к приему долгожданного гостя (Гранин).

Присубстантивные дополнения обычно употребляются при отглагольных существительных, сохраняющих значение процесса, и имеют значение объекта действия: Наши комически серьезные занятия грамотой прекратились (Куприн); Началась церемония продажи невесты (Пришвин); Любовь к красоте живет в душе любого японца (Сельвинский); Он преисполнился уважения к Виктору (Гранин).

Реже дополнения употребляются при существительных иного происхождения (в том числе непроизводных): А вкуса к жизни уже не было! (Бунин); Олончанин – большой любитель этой сушеной рыбы (Пришвин); Ты преступна, всеядность, если ты горе для чьей-то семьи (Евтушенко).

Второстепенные члены, зависящие от существительных, могут совмещать признаки дополнения с признаками определения и в этом случае должны быть квалифицированы как объектные определения: Целую неделю продолжались разговоры о самостоятельности (А.Н. Толстой); Пахомов лежал на диване и читал описание Великого Новгорода (Паустовский); Мечты о похвалах Корнея Ивановича вскоре осуществились … (Ильина). Приглагольный второстепенный член может иметь признаки дополнения и обстоятельства: Крупные брызги картечью били в лицо (Паустовский).

Схематично классификация дополнений выглядит следующим образом:

Дополнения

Присловные Приосновные

(детерминанты)

Приглагольные Приименные

Прямые Косвенные

Определение

1. Определение – это второстепенный член предложения, который относится к слову с предметным значением и имеет грамматическое значение признака предмета. Оно может выражать как собственно определительные, так и субъектно-, объектно- и обстоятельственно-определительные отношения.

2. В зависимости от способа выражения определения делятся на согласованные и несогласованные.

Согласованные определения составляют ядро категории определения, ибо обладают всеми признаками, характеризующими данный второстепенный член: относятся к слову с предметным значением, стоят перед ним, обозначают конкретизирующий признак предмета.

Они выражаются прилагательными, местоимениями-прилагательными, причастиями, порядковыми (и количественными в косвенных падежах) числительными, т.е. теми частями речи, которые способны к согласованию: Ветки цветущих (прич.) черешен смотрят мне в окна, и ветер иногда усыпает мой (мест.) письменный (прил.) стол их белыми (прил.) лепестками; По обеим (числит.) сторонам дороги торчали голые, черные (прил.) камни … (Лермонтов).

Конкретное значение согласованного определения обусловливается лексическим значением слова, выступающего в этой роли. Они могут обозначать признак предмета по качеству, по действию или склонности к действию, по принадлежности, по месту, по времени; количественный признак; признак по цвету, по размеру, форме, по материалу и т.д.: Редеет облаков летучая (признак по склонности к совершению действия) гряда; звезда печальная, вечерняя звезда, твой (признак по принадлежности) луч осеребрил увядшие (признак по действию) равнины, и дремлющий (признак по действию) залив, и черных (признак по цвету) скал вершины (Пушкин); За окном мягко гасли грустные и нежные (признаки по производимому впечатлению) зеленоватые (признак по цвету) апрельские (признак по времени) сумерки (Куприн); Волна ударяла в каменный (признак по материалу) парапет, звенела железными (признак по материалу) сваями, рокотала галькой (Паустовский).

3. Несогласованные определения – продуктивная разновидность определений, широко распространенная в речи. Они выражаются управляемыми или примыкающими словоформами: существительными в косвенных падежах без предлога; предложно-падежными формами существительных; личными местоимениями его, ее, их (иногда их квалифицируют как притяжательные); синтетической формой сравнительной степени прилагательного; словосочетаниями и фразеологическими оборотами; наречиями; инфинитивом: Они прошли в сквер на конце набережной (на + неделимое словосочетание с сущ.₆). Там было темно. Свет фонарей (сущ.₂) не проникал сквозь заросли акаций (сущ.₂)(Паустовский); Он и жену достал себе под стать (фразеологизм) (Тургенев); По шоссе медленно ехал верхом офицер в белых перчатках и в адъютантском мундире (в +сущ.₆). Под ним была высокая длинная лошадь золотистой масти (неделимое словосочетание с сущ.₂) с коротким, по-английски, хвостом (с + неделимое словосочетание с сущ.₅) (Куприн).

Обычно несогласованные определения стоят после определяемого слова. Исключение составляют определения его, ее, их, для которых характерна препозиция.

По семантике несогласованные определения богаче и разнообразнее, чем согласованные. Как правило, они называют более конкретный признак, чем согласованные определения. Это объясняется тем, что значения несогласованных определений обусловлены не только лексическим значением слов, но и грамматическим значением форм, которыми они выражены, т.е. «складываются из значения падежей, предлогов с учетом обобщенной семантики определяемого и определяющего имени, а при анализе конкретных форм – и содержания высказывания»[10]. (Естественно, что о грамматическом значении формы речь может идти только тогда, когда определение выражено изменяемым словом.)

Рассмотрим предложения На стене – книжные полки и На стене – полки для книг; На стене – полки с книгами. В первом из них согласованное определение обозначает признак полок по назначению, но не указывает на наличие на них книг. Наиболее точно ему соответствует несогласованное определение для книг. Определение же с книгами обозначает признак «по содержимому», т.е. в последнем предложении речь идет о полках, на которых находятся книги (и неважно, для чего они были предназначены). Отмеченные различия в семантике несогласованных определений обусловлено тем, что они выражены разными морфологическими формами существительного.

С данной особенностью семантики несогласованных определений связано то, что дать полный перечень их значений практически невозможно. Назовем некоторые семантические группы несогласованных определений, выраженных существительными и словосочетаниями:

– признак по субъекту действия: Возвращение сына взволновало Николая Петровича (Тургенев); Шум бури усилился (Паустовский);

– признак по субъекту – носителю признака: В теплый воздух просачивался иногда холодок снега (Паустовский); А вот еще более густая чернь деревьев (Гранин);

– признак по принадлежности (в широком смысле, в том числе признак части по целому): Вдали показался дом Наседкина (Куприн); Разбудил дедушку голос Сергея (Куприн); Ветви платано в качались (Паустовский); Сержант в сердцах стукнул о землю прикладом винтовки (Симонов);

– признак по наличию / отсутствию детали: Я думал о той молодой женщине с родинкой на щеке, про которую говорил мне доктор (Лермонтов); Кто-то другой ходил в школу из того дома под железной крышей, с палисадником … (Н.Ильина); Он любил картины без объяснений и подписей (Грин);

– признак по составу, содержанию предмета: Подъезжают скрипучие возы со снопами (А.Н. Тол­стой); Нина вынула из рюкзака бутерброды с ветчиной и мандарины (Паустовский); Шли машины с пыльной пехотой (Паустовский). К этой группе близки определения, называющие признак речи, душевного состояния и т.п. по чувствам, их вызвавшим, составляющим их содержание: Вокруг Грушницкого раздался ропот недоверчивости (Лермонтов); Тоска неопределенных предчувствий начала томить Рудина (Тургенев); Вот и в этих глазах был особый свет любви и чистоты (Паустовский);

– признак по внешнему облику: За столом прислуживал человек во фраке (Куприн); Девушка в белом садится и сжимает хрупкие пальцы (А.Н. Толстой);

– признак по материалу: У дедушки есть игрушечная лодка из стекла (Паустовский); Среди бочонков стояли в плетеных корзинках пузатые бутыли зеленого и синего стекла (Грин);

– признак по качеству: Мне нужен сон глубокого наплыва, мне нужен ритм высокой частоты (Луговской);

– признак по месту: Это пришли дети из деревни (А.Н. Толстой); Остановились на обрыве над морем (Паустовский); Вчера мы засиделись до сумерек у себя в саду на лавочке за столиком (Пришвин);

– признак по времени: Ромашову вдруг вспомнился один ненастный вечер поздней осени (Куприн); Там, на холмах, под гитарный звон, слышались песни былых времен (Матвеева);

– признак по назначению: Пишу своим я складом ныне кой-как стихи на именины (Пушкин); Там был приготовлен ночлег на базе для туристов (Паустовский); Ему очень понравилась затея Николая Павловича с игрушками для ребят (Гранин);

– количественный признак предмета: Перед зеркалом девчушка лет пяти …(Шаферан); Расстояние версты в полторы легло позади (Шолохов); Внутри было маленькое окошечко в четыре стеклышка (А.Н. Толстой).

В русском языке обнаруживается специализация падежных и предложно-падежных форм на обозначении того или иного признака. Так, признак по субъекту и по принадлежности часто выражается формой сущ.₂, по материалу – из + сущ.₂, по назначению – для + сущ.₂, по наличию детали – с + сущ.₅, по ее отсутствию – без + сущ.₂, по внешнему виду – в + сущ.₆ и т.д. (см. примеры выше).

Несогласованные определения, выраженные местоимениями его, ее, их, обозначают признак предмета по принадлежности – в широком смысле: Я встретил их карету, когда шел к княгине Лиговской. Она мне кивнула головой: во взгляде ее был упрек (Лермонтов).

Несогласованные определения, выраженные сравнительной степенью прилагательного, обозначают качественный признак предмета, присущий ему в большей степени, чем другим предметам: Их окружили утомившиеся долгим ожиданием инженеры помоложе (Куприн); Вряд ли есть на свете город паршивее (Булгаков).

Определения, выраженные инфинитивом, обычно относятся к отвлеченным существительным и раскрывают содержание предмета (процесса): Вам пришла фантазия испытать на мне свой рыцарский дух (Тургенев); Удовольствие целоваться с няней выпало на долю Шебалдина (Чехов).

Несогласованные определения довольно часто имеют признаки других второстепенных членов. При разрешимом синкретизме их следует квалифицировать как определения, при неразрешимом – как объектные и обстоятельственные определения. Ср.:

1) На святках к Кузьме повадился Иванушка (какой?) из Басова (Бунин) – словоформа из Басова зависит от личного существительного, поэтому в ее грамматической семантике атрибутивные компоненты преобладают над обстоятельственными; Сулит мне новые удачи искусство (какое?) кройки и шитья (Окуджава) – определяемое существительное, хотя и отвлеченное, не обозначает процесса, поэтому зависимые от него словоформы – определения;

2) Признаться, мысль (какая?, о ком?) о бабушке сильно меня покоробила (Куприн); Он боялся встречи (какой?, с кем?) с Марией после выздоровления (Паустовский) – в этих предложениях выделенные словоформы являются синкретичными второстепенными членами – объектными оп­ре­делениями, так как определяемые отглагольные существительные имеют значение процесса.

Основные различия между определениями двух типов представлены в таблице.

Приложение

Приложение – это второстепенный член предложения, который выражается именем существительным и характеризует предмет, давая ему второе название.

Само существование приложения как члена предложения основано на возможности давать одному предмету несколько названий, каждый раз обращая внимание на разные его стороны. Например, одного и того же человека можно назвать по-разному: Николай Иванович, пенсионер, сосед, садовод, зануда и т.д.

В школьной грамматике приложение рассматривается как разновидность определения. Представляется, что это не вполне корректно, так как единственное, что сближает приложения и определения, – это зависимость от члена предложения, выраженного словом с предметным значением (существительным или местоимением).

В отличие от определений приложение формируется только в предложении, а не входит в него в составе словосочетаний.

По семантике приложения более конкретны, чем согласованные и даже несогласованные определения. П.А. Лекант пишет: «Значение приложения трудно подвести под понятие признака, даже если в роли приложения употребляется существительное с экспрессивно-качественным, характеризующим содержанием…» Он отмечает, что приложения обладают категориальным значением предметности, они более самостоятельны, автономны по сравнению с определениями-прилагательными[11].

Между определяемым словом и приложением существуют отношения полного или частичного тождества, поэтому в определенных случаях приложение и определяемое слово могут «меняться местами». См.: Позвонила моя подруга, учитель химии в нашей школе. – Позвонила учитель химии в нашей школе, моя подруга.

Приложение может сужать значение определяемого слова, характеризуя предмет по различным признакам (по виду, устройству, назначению и др.), а лицо – по профессии, социальному статусу, возрасту, родственным отношениям и т.п.: Тогда на суходоле запел свою милую песенку маленький певчий дрозд- белобровик (Пришвин); Ветка орешника со спелым орехом- тройчаткой задела ее по руке (А.Н. Толстой); Белые чайки- рыболовы с криком носились над Доном (Шолохов); Я стал вглядываться и узнал моего старого знакомца Казбича (Лермонтов); Моим соседом слева оказался молодой человек, сту дент Академии художеств (Куприн); Вот пришли к богатой тетке два племянника- сиротки (Маршак).

Приложение может давать качественную характеристику, оценку предмета, лица, явления: Только ветер, гость нахальный, потрясает ворота (Блок); Душегубкою -змеею развилась ее коса (Есенин); Это был гигантский триумф зоолога- чудака (Булгаков).

Приложение может определять предмет путем сравнения (определяемое слово при этом называет предмет сравнения, а приложение – образ сравнения): Неподвижно смотрят лица из рамок- рако­винок (Бунин); Руки милой – пара лебедей – в золоте волос моих ныряют (Есенин).

Приложения могут быть согласованными и несогласованными. Согласовательными категориями для приложения обычно являются падеж и число. Согласование в роде возможно, но не обязательно. См.: Мы слушали доклад ученого (р. п., ед. ч., м. р.)- геофизика (р. п., ед. ч., м. р.). – Вошла женщина (им. п., ед. ч., ж. р.)- врач (им. п., ед. ч., м. р.).

В роли несогласованных приложений выступают обычно неличные имена собственные, особенно если они заключаются в кавычки: Мы изучаем роман «Война и мир»; Об этом написано в газете «Самарские известия»; Отец работает на заводе «Металлург».

Приложения могут быть распространенными и нераспространенными и находиться как до, так и после определяемого слова. Они могут присоединяться к нему при помощи слов по имени, по прозвищу, по кличке, под названием и т.п.: Жил в городе богач, по имени Мирон (Крылов); Есть у них собака такса, по прозванью Вакса-Клякса (Маршак).

Неоднозначно решается вопрос о способе связи между существительным и относящимся к нему приложением. Например, в «Кратком справочнике по русскому языку» эта связь выводитс

⇐ Предыдущая123

Поделиться:

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?