Группировки в русском футуризме в 1910-е годы. Понятия авангарда.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 19 из 25Следующая ⇒

«Обоснование и манифест футуризма» — основополагающий документ футуристических авангардистских течений в европейском искусстве начала XX века, опубликованный Филиппо Томазо Маринетти в виде платного объявления на первой странице французской газеты «Фигаро» 20 февраля 1909 года.

Манифест провозгласил культ будущего и разрушение прошлого. В нём восхвалялось стремление к скорости, бесстрашие, необычные формы. Отвергались страхи и пассивность. Отрицались все логические, любые синтаксические связи и правила.

Манифест состоял из двух частей: текста-вступления и программы, включавшей одиннадцать основополагающих тезисов.

Позднее свои, доработанные или же новые манифесты появились буквально в каждом кружке футуристов разных направлений искусства в Италии, России и других странах Европы.

Постулаты оригинала:

•Мы намерены воспеть любовь к опасности, привычку к энергии и бесстрашию.

•Мужество, отвага и бунт будут основными чертами нашей поэзии.

•До сих пор литература восхваляла задумчивую неподвижность, экстаз и сон. Мы намерены воспеть агрессивное действие, лихорадочную бессонницу, бег гонщика, смертельный прыжок, удар кулаком и пощечину.

• Мы утверждаем, что великолепие мира обогатилось новой красотой - красотой скорости. Гоночная машина, капот которой, как огнедышащие змеи, украшают большие трубы; ревущая машина, мотор которой работает как на крупной картечи

• Мы хотим воспеть человека у руля машины, который метает копье своего духа над Землей, по ее орбите.

•Поэт должен тратить себя без остатка, с блеском и щедростью, чтобы наполнить восторженную страсть первобытных стихий.

• Красота может быть только в борьбе. Никакое произведение, лишенное агрессивного характера, не может быть шедевром. Поэзию надо рассматривать как яростную атаку против неведомых сил, чтобы покорить их и заставить склониться перед человеком.

•Мы стоим на последнем рубеже столетий!.. Зачем оглядываться назад, если мы хотим сокрушить таинственные двери Невозможного? Время и Пространство умерли вчера. Мы уже живем в абсолюте, потому что мы создали вечную скорость.

• Мы будем восхвалять войну - единственную гигиену мира, милитаризм, патриотизм, разрушительные действия освободителей, прекрасные идеи, за которые не жалко умереть, и презрение к женщине.

•Мы разрушим музеи, библиотеки, учебные заведения всех типов, мы будем бороться против морализма, феминизма, против всякой оппортунистической или утилитарной трусости.

•Мы будем воспевать огромные толпы, возбужденные работой, удовольствием и бунтом; мы будем воспевать многоцветные, многозвучные приливы революции в современных столицах; мы будем воспевать жадные железнодорожные вокзалы, поглощающие змей, разодетых в перья из дыма; фабрики, подвешенные к облакам кривыми струями дыма; мосты, подобно гигантским гимнастам, оседлавшие реки и сверкающие на солнце блеском ножей; пытливые пароходы, пытающиеся проникнуть за горизонт; неутомимые паровозы, чьи колеса стучат по рельсам; и стройное звено самолетов, чьи пропеллеры, словно транспаранты, шелестят на ветру и, как восторженные зрители, шумом выражают свое одобрение

Манифесты в России:

Кубофутуризм («Гилея»):

– альманах «Садок судей» с неозаглавленным манифестом, открывающим сборник (Санкт-Петербург, апрель 1910 года);

– альманах «Пощечина общественному вкусу» (Москва, 18 декабря 1912 года);

– листовка «Пощечина общественному вкусу» (Москва, февраль 1913 года);

– альманах «Садок судей II» (Москва, февраль 1913 года);

– брошюра «Слово как таковое» (Москва, сентябрь 1913 года);

– Виктор Хлебников, Мария Синякова, Божидар, Григорий Петников, Николай Асеев — «Труба марсиан» (8 апреля 1916 года);

– «Декларация заумного языка» (1921).

Эгофутуризм:

– манифест Вселенского эгофутуризма «Скрижали эгопоэзии» (1912);

– манифест «Грамота» (1913).

Пощечина общественному вкусу - первый поэтический сборник кубофутуристов (петербургская поэтическая группа «Гилея»), вышедший 18 декабря 1912 года. Наиболее известен благодаря сопровождавшему его одноимённому манифесту.

В сборнике были опубликованы стихи всех поэтов-кубофутуристов — Велимира Хлебникова, Владимира Маяковского (дебют), Давида Бурлюка, Алексея Кручёных, Василия Каменского, Бенедикта Лившица.

Прилагавшийся к сборнику манифест, через четыре месяца повторно выпущенный уже как листовка, отрицал все прежние эстетические ценности и в нарочито эпатажной форме заявлял о разрыве с существующей литературной традицией. Текст манифеста был сочинён Бурлюком, Кручёных, Маяковским и Хлебниковым в течение одного дня в гостинице «Романовка» в Москве.

Текст манифеста:

Читающим наше Новое Первое Неожиданное. Только мы — лицо нашего Времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве. Прошлое тесно. Академия и Пушкин непонятнее иероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с парохода Современности. Кто не забудет своей первой любви, не узнает последней.

Кто же, доверчивый, обратит последнюю Любовь к парфюмерному блуду Бальмонта? В ней ли отражение мужественной души сегодняшнего дня? Кто же, трусливый, устрашится стащить бумажные латы с чёрного фрака воина Брюсова? Или на них зори неведомых красот? Вымойте ваши руки, прикасавшиеся к грязной слизи книг, написанных этими бесчисленными Леонидами Андреевыми. Всем этим Максимам Горьким, Куприным, Блокам, Сологубам, Аверченко, Чёрным, Кузминым, Буниным и проч. и проч. — нужна лишь дача на реке. Такую награду даёт судьба портным. С высоты небоскрёбов мы взираем на их ничтожество!

Мы приказываем чтить права поэтов:

1. На увеличение словаря в его объеме произвольными и производными словами (Слово-новшество).

2. На непреодолимую ненависть к существовавшему до них языку.

3. С ужасом отстранять от гордого чела своего из банных веников сделанный вами Венок грошовой славы.

4. Стоять на глыбе слова «мы» среди моря свиста и негодования.

И если пока ещё и в наших строках остались грязные клейма ваших «здравого смысла» и «хорошего вкуса», то всё же на них уже трепещут впервые зарницы Новой Грядущей Красоты Самоценного (самовитого) Слова.

Группировки в русском футуризме в 1910-е годы (проблема авангарда)

Черты:

•бунтарство, анархичность мировоззрения, выражение массовых настроений толпы;

•отрицание культурных традиций, попытка создать искусство, устремлённое в будущее;

•бунт против привычных норм стихотворной речи, экспериментаторство в области ритмики, рифмы, ориентация на произносимый стих, лозунг, плакат;

•поиски раскрепощённого «самовитого» слова, эксперименты по созданию «заумного» языка

Кубофутуризм - направление в искусстве авангарда в начале ХХ века, в живописи соединившее в себе наработки итальянских футуристов и французских кубистов. В России «кубофутуризм» был также одним из самоназваний поэтической группы «Гилея», противопоставлявшим её эгофутуризму Игоря Северянина и его последователей (а впоследствии и другим футуристическим группировкам, таким как «Мезонин поэзии» и «Центрифуга»). К поэтам-кубофутуристам относились Велимир Хлебников, Давид и Николай Бурлюки, Василий Каменский, Владимир Маяковский, Алексей Кручёных, Бенедикт Лившиц. Многие из них выступали и как художники.

«Гилея» ― русская литературно-художественная группа эгофутуристов в 1910-х годах. Среди поэтических групп начала XX в. «Гилея» была самой «левой» и наиболее громкой из всех футуристических групп. Имело своё издательство «ЕУЫ», гилейцы принимали участие в многочисленных тогда литературных диспутах, пропагандируя левое искусство. Группа выпустила альманахи: «Пощечина общественному вкусу», «Садок судей 2», «Требник троих», «Трое», «Дохлая луна» (все в 1913 году), «Молоко кобылиц», «Затычка», «Рыкающий Парнас», «Первый журнал русских футуристов» (все в 1914 году), «Весеннее контрагентство муз», «Взял» (оба в 1915 году).

Творчество «Гилеи» было во многом близко художникам «Бубнового валета», «Ослиного хвоста», «Мишени». В марте 1913 года группа «Гилея» вошла в объединения художников «Союз молодёжи», но название «Гилея» использовалось футуристами. «Гилея» вместе с «Союзом молодёжи» организовали театр «Будетлянин», где поставили трагедию «Владимир Маяковский» с автором в главной роли и оперу А. Кручёных «Победа над солнцем» (художник К. Малевич, музыка М. Матюшина).

Эгофутуризм — русское литературное течение 1910-х гг., развившееся в рамках футуризма. Помимо общего футуристического письма для эгофутуризма характерно культивирование рафинированности ощущений, использование новых иноязычных слов, показное себялюбие.

В 1909 г. вокруг Игоря Северянина сложился кружок петербургских поэтов, в 1911 г. принявший название «Ego», и в том же году Северянин самостоятельно издал и разослал по конторам газет небольшую брошюру под названием «Пролог (Эгофутуризм)». Помимо Северянина в группу вошли поэты Константин Олимпов, Георгий Иванов, Стефан Петров (Грааль-Арельский), Павел Кокорин, Павел Широков. Все вместе они основывают общество эгофутуристов, издают несколько листовок и манифестов, сформулированных в крайне абстрактных и эзотерических выражениях (например, «Призма стиля — реставрация спектра мысли»). Свои стихотворения участники группы называли «поэзы». Первый коллектив эгофутуристов вскоре распадается. Осенью 1912 года Игорь Северянин отделился от группы, быстро набирая популярность среди русских писателей-символистов и затем широкой публики.

Организацию и пропагандирование эгофутуризма взял на себя 20-летний поэт Иван Игнатьев, основавший «Интуитивную Ассоциацию». Игнатьев деятельно взялся за дело: писал рецензии, стихи, теорию эгофутуризма. В первые годы эгофутуризм противопоставлялся кубофутуризму (будетлянтству) по региональному (Петербург и Москва) и стилистическому признаку. В 1914 году состоялось первое общее выступление эгофутуристов и будетлян в Крыму; в начале этого года Северянин кратковременно выступает с кубофутуристами («Первый журнал русских футуристов»), но затем решительно отмежёвывается от них. После самоубийства Игнатьева «Петербургский глашатай» прекращает своё существование. Основными эгофутуристическими издательствами становятся московский «Мезонин поэзии» Вадима Шершеневича и петроградский «Очарованный странник» Виктора Ховина.

Эгофутуризм был явлением кратковременным и неровным. Большая часть внимания критики и публики была перенесена на Игоря Северянина, который достаточно рано отстранился от коллективной политики эгофутуристов, а после революции и полностью изменил стиль своей поэзии. Большинство эгофутуристов либо быстро изживали стиль и переходили в другие жанры, либо вскорости совершенно оставляли литературу. Имажинизм 1920-х гг. во многом был подготовлен поэтами-эгофутуристами.

Центрифуга — московская литературная группа, возникшая в 1913 году.

Основными её участниками стали Бобров, Пастернак и Асеев. Ранее поэты были связаны с издательством «Лирика». Особенностью теории участников «Центрифуги» стало то, что при создании лирического произведения центром внимания становилось не само слово, а интонационно-ритмические и синтаксические структуры. «Центрифуга» просуществовала до конца 1917 года и стала самым длительным по времени объединением футуризма. Также с этим объединением были связаны такие имена как Петников, Божидар (Б. Гордеев), Аксёнов и другие.

Мезонин поэзии - поэтическое объединение, созданное в 1913 году московскими эгофутуристами. В него входили Вадим Шершеневич, Рюрик Ивнев (М. Ковалёв), Лев Зак(псевдонимы — Хрисанф и Михаил Россиянский), Константин Большаков.

Идейным вдохновителем группы, а также самым энергичным её участником являлся Вадим Шершеневич. «Мезонин поэзии» считался в литературных кругах умеренным крылом футуризма.

Объединение распалось в конце 1913 года. Под маркой «Мезонин поэзии» вышло три альманаха: «Вернисаж», «Пир во время чумы», «Крематорий здравомыслия» и несколько сборников.

В 1910-х гг. ожесточенная борьба между символизмом и реализмом прекратилась. Вместе с тем борьба на литературном фронте не затихает. Идейный кризис, охвативший русскую интеллигенцию после поражения революции 1905 г., не был преодолен, и это со всей очевидностью сказалось на судьбе модернистского искусства. Возникают новые группы, которые выступают не только против всего «старого», но и против предшествовавшего им модернистского искусства. Влияние символизма оставалось еще сильным, почти все молодые поэты в той или иной мере испытали его, но теперь они объявляют войну символистской эстетике и поэтике. Среди группировок, активно сражающихся с символизмом, наиболее мощный отряд представляли футуристы, и прежде всего поэты, причислявшие себя к кубофутуристам.

Первый футуристический сборник «Садок Судей» (1910), объединивший вокруг себя группу будетлян (название возникло от слова «будет») и явно направленный против символистского эстетизма, остался почти незамеченным. Более активно вначале выступили эгофутуристы.

В ноябре 1911 г. Северянин опубликовал поэтическую брошюру «Ручьи в лилиях», впервые употребив в ней в подзаголовке к поэзе «Рядовые люди» слово «Эго-Футуризм». После появления в том же году новой брошюры «Пролог „Эго- Футуризм“», в которой было заявлено «Для нас Державиным стал Пушкин, — Нам надо новых голосов!», возник кружок «Ego». В январе 1912 в редакции ряда газет была разослана его программа, озаглавленная «Академия Эго-Поэзии. (Вселенский футуризм)». Предтечами эго-футуризма были названы Фофанов и Мирра Лохвицкая, а в качестве его теоретических основ провозглашались Интуиция и Эгоизм. Эта программа была подписана Северянином, Олимповым (псевдоним Фофанова), Ивановым и Грааль-Арельским (псевдоним Петрова). Печатным органом эгофутуристов стала газета «Петербургский глашатай» (вышло 4 номера), издававшаяся Игнатьевым ( псевдоним Казанского). Выступления эгофутуристов, и прежде всего Северянина, вызвали шумные нападки критики, которые создали им своеобразную рекламу и обострили борьбу между Северянином и Олимповым за футуристическое первенство. Северянин порвал с возглавляемой им литературной группой. Окрыленный литературным успехом и вниманием к себе таких поэтов, как Сологуб и Брюсов, Северянин выступил со своей последней, 35-й, брошюрой «Эпилог „Эго-Футуризм“», в которой заявил: «Я — год назад — сказал: „я буду“. Год отсверкал, и вот — я есть!».

В следующем году вышла с лестным предисловием Сологуба первая большая книга Северянина «Громокипящий кубок», принесшая поэту огромный успех. В течение двух лет она выдержала семь изданий.

После ухода Северянина Игнатьев, выступавший в качестве теоретика, издателя и поэта, попытался сохранить группу эгофутуристов, продолжая издавать небольшие альманахи от их лица (всего вышло 9 альманахов) и сборники их стихов. Потуги малоодаренного Олимпова занять видное место в литературе были безрезультатны. Защищая «Вселенский Эго-Футуризм», он выступал от лица «Родителя Мироздания», но его стихи не поднимались над уровнем подражателя футуристам. Северянин появлялся теперь на литературных вечерах либо один, либо вместе с кубофутуристами.

Кубофутуристы издали в 1912–1914 гг. несколько сборников, необычных по своему оформлению, по вызывающим антиэстетическим заглавиям и дерзкому тону. Первый из них — «Пощечина общественному вкусу». Участники первого сборника «Садок Судей» и сборника «Пощечина общественному вкусу» еще не именовали себя футуристами, так назвала их критика. Они подхватили это наименование как красный плащ тореадора. В дальнейшем они выступают от лица литературной компании футуристов «Гилея». В манифесте «Идите к черту!» они заявят: «Мы отбросили наши случайные клички эго и кубо и объединились в единую литературную компанию футуристов». Среди подписавших манифест был и нестойкий попутчик кубофутуристов Северянин.

Русский футуризм был одним из видов модернистского искусства, тяготевших к формалистическому экспериментаторству и выступавших против выражения общественных тенденций в искусстве, но, в отличие от итальянского, он был чужд милитаризму и слепому преклонению перед техническим прогрессом. Русским футуристам было присуще анархическое бунтарство, направленное не только против современной литературы, но и против современной действительности, хотя основ буржуазного общества оно не затрагивало. При этом теоретические выступления часто не совпадали с творческой практикой отдельных футуристов, реально носившей, вопреки их собственным программным заявлениям, в известной мере демократический характер.

Принципиально иным было отношение русских футуристов к языку художественной литературы. Уделяя этой проблеме огромное внимание и сближаясь в некоторых заявлениях с итальянцами — в частности, в призыве освободиться от грамматических правил и расшатать синтаксис, — русские футуристы стремились не к телеграфной рационализации языка, а к его обогащению на основе нового словотворчества.

Авангард – это не только футуризм, это совокупность произведений 1910-1920, объединенных общим стремлением к коренному обновлению искусства. Бунтарский язык, принцип отказа от традиций. Решение вернуться с небес на землю, полемика с символизмом. Создание новой художественной парадигмы.

Статья «Преодолевшие символизм». И акмеисты, и футуристы пытались преодолеть символизм (но остались некоторые свойства: утопичность мировоззрения, общая претензия к миру).

Источником футуризма послужила авангардистская живопись (Кандинский, Малевич).

Живопись свободна от подражания действительности, фрагментов реальности. Картина должна передавать ощущение современного человека, его динамику.

Поиск новых возможностей цвета, линии и формы. Сами по себе они могут превратить искусство в действо, внедриться в психику человека, преобразить его сознание. Проходят первые выставки авангардистов.

1910 г. – «Странная ломка миров живописных» Хлебников. Появление нового сознания. Протест против буржуазности, поход против нее («вспахать мозги буржуазии»). Важно не что, а как: акцент переносится с содержания на художественный прием, форму. «Занозистая, сильно шероховатая поверхность языка», которую хотят показать футуристы.

Весной 1910 г в Петербурге – первое собрание футуристов. Выходит сборник «Садок судей», напечатанный на обороте дешевых обоев.

«Заклятие смехом» - стихотворение Хлебникова. С него и начался футуризм, считал Чуковский. Происходит воскрешение слова.

Хлебников работает со словом: есть слова бытовые – прагматичные, а есть слова, содержащие пракорень. Слово «лётчик» придумали футуристы (до них был только авиатор). Футуристы играют со словами, создают новые формы.

Футуристы громко и довольно агрессивно заявили о себе. Они пишут о варварском, еще нелогичном мире. Архаическая, древняя стадия развития человека требовала использования примитивного языка. Обратная сторона городской темы – негативное отношение, деэстетизация природы («Мертвое небо» Бурлюка). Использование архаизмов: вязь, верви.

Бурлюк был вообще странный тип: нарочно стремился к тому, чтобы его трудно было читать.

В 1909 - 10 вокруг Бурлюка объединились молодые поэты и художники, отрицавшие эстетику символизма. Они искали новые пути развития поэзии и искусства. Позже они назовут себя футуристами. К этому времени относится встреча Бурлюка с Маяковским (с 1910 г Бурлюк, как и Маяковский, учится в Московском художественном училище живописи и ваяния), который называл его своим "действительным учителем".

Энергия Бурлюка, его организаторские способности и инициативность помогли становлению и утверждению новой поэтической школы.

Свойственные футуризму эпатажность и антиэстетичность ярче всего проявлялись в его стихах:

Душа - кабак, а небо - рвань,

Поэзия - истрепанная девка,

А красота - кощунственная дрянь;

Черты футуризма:

- слово должно быть «самовитым»

- создание неологизмов;

- диссонирующий звук, разрушение грамматических законов.

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Организация работы процедурного кабинета

Области применения синхронных машин

Оптимизация по Винеру и Калману