Сказание про Габай-князя Оланского

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 7 из 17Следующая ⇒

Когда ещё в степях не было Комырей, да уже были Оланцы недолго, приехали Греки и нагородили градов на берегу нашего моря Русского. Сели в тех градах за стены и зовут на Торг всех Русов, а также Оланцев и Куманю. А Торжищем тем Греки ведают, и ежели давали за корову чувал соли, то скоро стали давать за неё половину. И ежели давали два аршина оксамиту, так те де дают один аршин. И чем выше стены града кладут, тем меньшую цену дают за узбожь. А на шкуры, какие брали досель, днесь и глядеть не хотят Греки.

Поведал про то царь-Габан Оланский царю Куманскому Кумеху, и стали думать они, как Грекам супротив стать. Прискакал к ним ещё и царь Кощобский со своими Костобокими и сказал, что ежели грекам не противиться, то они скоро задарма станут узбожь-товар брать.

И послал Габай-царъ гонцов во все концы собирать степных царей-князей, чтоб всем вместе решать, как быть с Греками.

И велел он для гостей забить десять коров, зарезать двадцать молодых овец, насобирать щавеля, катрана, прочих кореньев и наварить пять мешков зерна.

Первыми три брата Суны приехали и рассказали, что видели в степях кости высохшие — головы старые, щелепы ощереные, может то ещё Веда (Венеды) Русская с врагами билась. И приехали с князьями-Сунам и люди их, и были среди них такие, что Русов не понимали, а иные могли с Русами говорить. А Суной звались они, потому что так прежде Солнце наше называлось.

И приехали с ними Костобцы, а потом Языги собрались, и Забродня Куманская, которая хотя Русов ещё разумела, да уже покуманилась до конца. И всего приехало тридцать Племён, а в каждом Племени пять-шесть Родов, а в каждом Роду — сотня другая людей.

И расселись они вокруг кострищ великих, стали пировать, рога с мёдом к небу вздымать. И взял царь-Габай первое слово.

— Братья, — рек он, — князья-цари степные! Поглядите вокруг — нету с нами многих Родов, куда они исчезли? А они похищены Греками и отрочат в чужой земле. Где их семьи, где их родные? Убиты они и замучены в тяжкой неволе. Дойдёт черёд и до нас, ежели не истребим города греческие, какие на нашей земле расплодились!

И вздохнул тяжко старый князь Бачун, воевода Оланский, и так ответствовал:

— Греков можно побить, брате мой, ежели Друг за дружку держаться, а у нас часто Ладу нет. Сколько раз уже степные народы с Греками бились, да терпели от них поражение. Ещё за часы Маха, когда Русы вместе были, и единое Слово имели, и когда царица Сиромахова Киряку-царя била, уже в те времена Греки на Торжища приезжали и оглядывали наши земли, чтоб осесть на берегах моря Русского, и грады свои возводили. И сражались с ними Русы, и грады их рушили, а Греки ещё сильней становились и наши грады захватывали. Надобно за море идти и рушить града их в земле Греческой!

И одобрили все те слова, и часть степных народов пошла посуху, а потом через Дунай в землю Греческую, а другие делали чайки-лодии и шли в море и за море, и гуляли там не день и не два, а три полных месяца землю вражескую разоряли, огнём жгли и грабили дерзко. Потом домой воротились, добра навезли. Собрались опять Племенами, и Габай-царь читал им списы (ещё одно из подтверждений что письменность и грамотность у наших народов была на высоком уровне) про ту войну, как ходили они в Трапезун и Царь-град Греческий. Читал списы, колико богатства взяли, а колико сребра, злата, драга каменья, а колико бархату, сукна привезли. И ежели потеряли кого, тоже записано было, какие воеводы убиты и сколько воинов, и из каких Родов были люди те.

И рек им Габай-царь:

— Не сгубила города Греческие сия война, не в Царьграде и Трапеэуне сила Греческая таится, а ещё дальше от Царьграда па полудне — в Милете, Ионе и других коренных градах, от каких, как бурьян в степи, новые ростки поднимаются.

И на то цари-князья соглашались, и пили вместе из Братины, и новые войска собирали, строили аж три тысячи лодий, и шли за море греческие города руйновать. А когда вернулись назад, узнали, что Волохи напали на Лужичей и людей их тысячами угнали в отрочество, и многие греческие города не пощадили.

И с тех пор ослабели Ольва и Хорсунь, и долго на Русь за отроками не ходили Греки, людей не угоняли, русских сёл не жгли и полей не вытаптывали, как раньше.

Сказание про царя Оставра

В ту древнюю старину, что поросла травой-чернобыльником, так что даже самый старый Дед или Баба не могут сказать, когда то было, в те часы-времена, когда Пращуры жили в степях у лесов, охотничали, землю деревом драли, ячмень-просо сеяли и разводили говяд — коров и быков, а, когда спорились, под Перу новым Дубом судились, — в те прадавние времена и случилось это событие.

Жил себе в степях, что на полудень от леса, царь русов Оставр. Люди его гоняли в степи скотину — быков, овец, коней. И были они храбрыми, крепко сидели в седле, врагов не боялись, а царя слушались.

Ежели пошлёт кого Оставр с поручением, тот день и ночь скачет, пока не передаст царёв наказ всем людям. А у костра сядет — песни поёт про дела стародавние, про царей и богатырей. И недаром шлёт ему царь ковш вина греческого, и недаром тот ковш серебряный ему в награду даёт, потому, как знает Певец обо всём, что надобно, — чему молодых учить и чем старых тешить.

Шлёт царь Певцу кусок мяса лепший — шлёт баранину с зелёной цыбулею (лук). Тот мясо ест, вино пьёт, и опять песню заводит про дела давние и подвиги славные. Царь Оставр ему усмехается и про Деда своего с Прадедом слушает, как те доблестно с врагами сражались и как одолели они супостата могучего.

«Ой, ты гой еси, царь Оставр наш, мудрый царь и великий! Славен будь, как Прапрабаба твоя, как Прапрабаба царица Матъ-Сиромахова, что Киряку-царя, кровь русскую лившего, покарала, самого кровью досыта напоила, а потом сняла напрочь голову! И от Дария-царя, что приходил с Вайлами, она вместе с Каныш-царём наши степи избавила! Будь и ты мужественным, царь Оставр, потому как слух отовсюду стекается, — с захода солнца народ новый в степи пришёл, и что будет с нами — неведомо...»

Услышали ту весть люди, пригорюнились, а царь Оставр челом нахмурился и ответствовал: «Придут враги — будем биться, но и дожидаться их, сложа руки, тоже не станем».

И велел Оставр в ту же ночь собираться, баранам ноги вязать, на возы укладывать, коней седлать, и прежде чем хворост в кострах прогорит, отправляться к полуночи.

Поднялись все, в один миг уложились, стада погнали, а Оставр с конной дружиной обоз замкнул.

Через два-три дня стало видно, как над заходом сгустилась чёрная туча. И росла та туча и ширилась, будто всё небо закрыть хотела. И бежали оттуда зайцы, лисы, козы, быки буй-туры, и сагайдаки скакали вместе с волками, и птицы всякие летели встревоженные, и прочие звери спасались большие и малые.

Хотел Оставр с дружиной своей навстречу туче скакать, чтоб самому увидеть врага, и какой тот владеет силою. Да увидел он в поле Дуб, а на Дубе том сидел-посиживал чёрный Ворон. И был то не просто Ворон, а Птица Вещая, и прокаркал он слово грозное, а потом снялся и прлетел к полуночи.

Разумел Оставр язык птиц и зверей, и понял он упреждение, что идёт-приближается Лихо великое, какое лепше не видеть, не слышать, а уносить поскорее ноги.

И погнал он обозы дальше к полуночи. День и ночь скачет, отдыхать не велит. Притомились кони, шагом пошли. Покормят их наспех овсом, дадут травы, напоят и гонят опять вперёд.

Спотыкаться начали кони, тяжело дышать и шататься — надо дать им хоть день единый для отдыха! Велел Оставр в перелеске раскинуть Стан, чтоб кони травы зелёной поели досыта к воды чистой живой попили вволю.

Тут видит Оставр — чьи-то стада бегут, ревут, землю роют, а следом — возы запряжённые с баранами, овцами, жёнами и детьми. А там всадники скачут и кричат Оставру-царю: «Возьми нас с собой, у нас царя больше нету, остался в поле лежать... Идут Комыри (кимры-анты)! Комыри всех убивают, скотину берут, и не видно им ни конца, ни краю!»

Прибилось к ставрам много людей, и велел царь возам и стадам в лесу укрыться, а всем ратным людям к обороне готовиться.

Выстроили Русы конницу. Скоро и враг пришёл, — враг чужой и числом немереный. Стал он в поле и выслал к царю послов. Пришли послы от Комырей, стали говорить, а Русы всё понимают (то есть анты даже живя на чужбине сохранили родной язык).

— Нам степь нужна, мы хотим осесть на этой земле!

— А тут я живу, русский царь, — отвечал Оставр, эти степи мои, а дальше одни леса...

Поскакали Комыри назад, к своему царю. Потом вернулись и передали:

— Будем биться! Кто одолеет — того и степи!

И началась великая сеча: три дня бились, одолеть не могли. Да видит Оставр, что Комырей — сила, а ставров с беглыми людьми совсем мало осталось. И велел он в леса подаваться, что будешь делать, если злая Беда пришла вместе с Лихами?

А Комыри изловили в степи последних овец и коров, развели костры, стали пить-есть, песни запели. К Оставру же всадники скачут, говорят, что Комыри в лес пришли, а обороняться от них уже нечем.

Собрал Оставр Ратную Раду, стали думать-решать, как быть.

Потом вышел Оставр к Комырям и сказал, что подчиняется им и отдаёт всех овец и баранов и каждую третью корову из стад, только чтоб Комыри Русам жизнь оставили и не разоряли дотла.

Согласились Комыри, вернулись в степь. А всех, кто там раньше жил, будто огромной метлой повымело, только возы поломанные да люди лежат искалеченные — кто без рук, кто без ног, кто, истекая кровью, к воде ползет утолить предсмертную жажду, а про остальное уже не думает.

Собирал Оставр всех живых, покалеченных, лечил, поил-кормил, успокаивал. Итак помалу жизнь стала налаживаться.

И были Русы, Щуры наши, под Комырями, с ними мир и войну вместе держали и наказа их слушались строгого. И когда шли Комыри (русы-анты) войною на Волохов, то и ставр-русы шли с ними биться. И побили Волохов Комыри, и на других народов нагнали страха великого.

И долго-предолго Комыри были над нами. И были они нашей Веры и нашего языка, только с далёкого краю пришли на Русь (с северной Африки). И были на них жупаны бараньи, а у тех, у жупанов, комыри высокие. И шаблюки у них были гострые, из железа прудкого кованые, и против них ничто медное не держалось совсем. Так это было.

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте