Исторические и теоретические предпосылки формирования культуры социального страхования

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 13 из 20Следующая ⇒

▷ Похожие статьи

Теоретические и институциональные основы социального страхования сформировались под влиянием социально-философских доктрин естественного, позитивного и публично­го права, солидарности, правового государства, гражданского общества, субсидиарное, социальных установок церкви и по­зиций международных специализированных организаций в сфере социальной защиты (социального обеспечения).

Теоретические положения концепции естественных (при­рожденных, неотчуждаемых, неотменяемых) прав были разра­ботаны английским ученым Д. Локком и развиты философами французской и немецкой школ - Вольтером, Монтескье, Руссо, Дидро, Кантом, Фихте и Гегелем. В ее основе лежат представ­ления о необходимости содействия в улучшении условий жиз­ни на началах социальной справедливости, равенства и законодательных гарантий свободы.

Сильная сторона положений естественного права состоит в том, что они опираются на морально-этические и религиозно-философские ценности, способствуют интеграции знаний об отдельных сторонах жизнедеятельности людей в универсаль­ные конструкции организации общественной жизни, позволяют избегать чрезмерной дифференциации и авторизации научных школ и теорий.

В соответствии с естественным правом неотъемлемые пра­ва человека на жизнь, свободу, личную безопасность, собствен­ность считаются принадлежащими ему изначально и безусловно. Каждый из людей уже фактом своего рождения наделён этими правами. И никто не вправе посягать на них, отнимать их у не­го - ни другие сограждане, ни общество, ни государство. По­стулаты естественного права таким образом несут в своей осно­ве защитную функцию по отношению к личности, призваны ог­радить «правовое поле личности» с помощью юридических прав и свобод, в которое никто не должен вторгаться, а помимо этого предусматривают наложение на другие субъекты права (и преж­де всего на государство) правовых ограничений, не позволяю­щих им чрезмерно вмешиваться в жизнь человека.

В нормативно-ценностных координатах естествен­ного права личность и общность людей представляют собой равновеликие и равноценные субъекты. Человек здесь выступает не «винтиком» социального механизма, а авто­номным субъектом, обладающим суверенной волей, позво­ляющей ему свободно и по своему усмотрению принимать решения и тем самым быть в полной мере ответственным за последствия своих предпочтений.

Идеи гармонично организованной социальной жизни тре­буют своего воплощения на основе принципов социальной справедливости, нахождения соответствия между ролью тех или иных индивидов, социальных групп в жизни общества и их социальным положением; между их правами и обязанностями; трудом и вознаграждением, общественным признанием. Несо­ответствие в этих отношениях оценивается как социальная не­справедливость.

Принцип социальной справедливости реализуется в фор­мах организации и распределения труда, его результатов, регу­лировании трудовых и социальных процессов. При этом, соци­альная справедливость рассматривается не с позиции уравни­тельности, хотя зачастую признается, что она содержит в себе компонент материального обеспечения социальных гарантий, а с точки зрения создания возможностей равного доступа к бла­гам, необходимым для развития способностей человека и его достойного существования.

Концепция социальной справедливости сочетает в себе, с одной стороны, аргументы по обеспечению условий для развития человеческой личности, а с другой опирается на положения, раскрывающие естественную связь между мерой участия в производственном процессе и мерой распределения результатов труда.

Доктрина естественного права сформировалась во многом под влиянием опыта особого рода - негативного опыта человеческой истории по устройству социальной жизни, для которой характерными чертами всегда были (и зачастую остаются в настоящее время) унижение, беспра­вие, насилие, подневольный труд, т.е. то состояние, в кото­ром не должен пребывать человек (нищеты, голода, различ­ных форм тирании).

В этой связи исходный смысл концепции прав человека, с позиций социальной защиты, заключается в реализации за­щитных функций государства и структур гражданского обще­ства по обеспечению достойных условий существования граж­дан. Задача заключается не в достижении несбыточных прогрессистских целей по построению «рая на земле», а обеспечения возможных, в соответствии со структурами и ре­сурсами каждого государства, таких материальных и социаль­ных условий жизнедеятельности, чтобы человек не был вынужден прибегать, в качестве последнего средства, к восстанию против тирании и насилия³².

Установки права на свободу, равенство и собственность обосновали, что совместный (коллективный) труд порождает право совместной собственности трудящихся на продукт своего труда, распределение которого должно быть урегулировано, что, в свою очередь, означает право на социальное обеспечение, в том числе на такую его право­вую форму как социальное страхование. В дальнейшем эти базовые социальные права нашли отражение в позитивном и публичном, прежде всего, в конституционном праве, в которых получили обоснование и законодательное закрепление реальные масштабы обеспечения прав личности при наступлении социальных рисков материальной необеспечен­ности в случае старости, инвалидности, потери кормильца.

Родоначальниками теории современного правового пози­тивизма считаются английские ученые Гоббс и Бентам. Есте­ственные законы Гоббс рассматривал с позиции моральных норм, которые могут выступать лишь в качестве ориентиров по организации общественного устройства на принципах справедливости и согласия. Они становятся действительно за­конами лишь по установлению государства, ибо тогда они - приказания последнего, а потому также и гражданские законы, в силу того что верховная власть обязывает людей повино­ваться им [8, с. 207].

Бентам в теорию правового позитивизма внес понимание важности усиления роли государства и гражданского общества в реализации позитивного закона. Он считал необходимым на­деление государства многими социальными полномочиями, от­сутствующими или только начавшими складываться в Англии первой трети XIX в.: помощь бедным, забота о воспитании и образовании низших слоев общества, контроль над торговлей и промышленностью. Выступая поборником законодательной деятельности в целях улучшения жизни общества, он создал повод для многих реформ, которые были осуществлены в Анг­лии в период между 1830-1850 гг. Можно отметить, что идеи Гоббса и Бентама во многом использовал Беверидж в 40-50-х годах XX столетия, когда разрабатывал концепцию всеобще­го социального страхования для Англии.

⁽³² Организация Объединенных Наций во Всеобщей декларации прав человека, принятой в 1948 г., в статье 22 признала, что «каждый че­ловек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение», а в статье 25 провозглашает: «Каждый человек имеет право на такой жиз­ненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддер­жания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам».)

Последующее развитие понимания места прав и свобод граждан получило в концепции правового государства. Ее ис­токи уходят в просветительские и либеральные идеи XVIII и XIX веков, особенно в социальную философию Канта и Гегеля. Основы теории правового государства разработаны Р. Иерингом, Г. Еллинеком, М. Вебером.

Общая идея, одухотворяющая учение о правовом госу­дарстве, - это идея равенства всех граждан перед зако­ном, что позволяет достигать гармонических обществен­ных отношений и, прежде всего, отношений личности и го­сударства на основе сочетания принципов индивидуализма (свободы) и равенства.

Концепция правового государства оказала сильное влия­ние на развитие института социального страхования. Она по­ставила и помогла решить ряд организационных, правовых и экономических задач по определению роли государства, основ­ных социальных субъектов (работодателей и работников) и их профессиональных групп по обеспечению социальной защиты трудозанятого населения. По международным нормам³ государство, помимо принятия законодательных актов, несет об­щую ответственность за руководство системой социального обеспечения.

⁽³ В их число входят в первую очередь документы ООН и междуна­родных специализированных организаций • Международной организации труда (МОТ), Международной ассоциации социального обеспечения (МАСО) и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ).)

Фундаментальной («материково-почвенной») основой, из которой произросли многие идеи и механизмы социально­го страхования, явилась доктрина и реальная практика становления гражданского общества в странах Европы. Несущими, структурообразующими элементами зарожде­ния и развития структур гражданского общества были:

• свободное развитие личности - личная безопас­ность и свобода от посягательств на свободу человека с чьей-либо стороны; право на частную собственность и ча­стную жизнь; свободно-договорные отношения между инди­видами, индивидами и различными сообществами, признание индивидуальных различий и уважение к другому человеку;

• свободное развитие различных групп, структур и объединений людей - с помощью механизмов самоорганиза­ции общества на принципах самоуправления, взаимопомощи, солидарности, справедливости, профессиональной и групповой чести.

Практическим воплощением принципов солидарности и взаимопомощи были кассы взаимопомощи цехов и гильдий, которые в средневековой Европе служили одним из основных институтов социальной защиты в случае болезни, инвалидно­сти или смерти. Каждый участник данных корпоративных ор­ганизаций обязан был вносить членские взносы в данные кассы, целевое предназначение которых состояло в оказании помощи своим пострадавшим членам из-за несчастных случаев (в слу­чае смерти помощь оказывалась семье погибшего) и болезни.

Во многом на процессы становления структур граждан­ского общества, которые появились в странах Европы в XI веке, благоприятно повлиял комплекс причин:

• опыт организации общественной жизни в античных го­родах-полисах и городах-республиках; наследие римского права с его краеугольным понятием частной собственности; идеи христианства о свободе человека, как высшей ценности, кото­рую на протяжении многих столетий провозглашала католиче­ская церковь, а впоследствии и движения протестантов в Гер­мании, Англии пытались воплотить в жизнь с помощью общин верующих, городских коммун и гильдий;

• философско-правовые концепции Канта и Гегеля о пра­вовом порядке и правовом государстве.

Наложение этих культурных традиций друг на друга по­зволило возникнуть и получить свое развитие в реальной жизни различным формам общежития - гильдий, различного рода цехов (профессионально-трудовые аспекты взаимопомощи, са­моуправления и групповые формы солидарной поддержки), го­родов-государств (социальная помощь, самоуправление, опре­деленные правовые гарантии гражданам). При том следует от­метить диалектическое единство и положительное взаимовлияние на развитие личности и группы (как формы, под защитой которой происходила социализация личности).

Морально-этические социальные нормы церкви по ор­ганизации человеческого общежития служили основой раз­личных религиозных форм социальной помощи обездоленным слоям населения. Понятие солидарности в ее христианской семантике коренилось в представлениях о любви к ближне­му, об общем божественном происхождении всех людей, ра­венства всех людей перед их Творцом, а значит, неотъемле­мости человеческого достоинства и обязанности всех гра­ждан его защищать.

В этом религиозном толковании солидарность трак­туется как сочувствие к ближнему, личной и общественной ответственности за его судьбу. Солидарные формы соци­альной помощи, организуемые церковными общинами, нахо­дили практическое воплощение в благотворительности, приемных домах для одиноких больных и престарелых.

Влияние морально-этических религиозных представлений на необходимость солидарной помощи нуждающимся имеет много проявлений и примеров в истории различных народов.

Одним из таких примеров может служить религиозное движе­ние протестантского характера в Англии под названием индепендентов, вызвавшего выход общеизвестного 43-го указа Ели­заветы I в 1601 г. (его еще часто называют законом о бедности)⁴. Данный указ послужил первой законодательной основой для создания общественно организованной и систематической по­мощи бедным - «организации общественного призрения»⁵. Его нормы предписывали каждому городу и церковному при­ходу заботиться о нетрудоспособных и престарелых нуждаю­щихся гражданах. Если добровольные пожертвования оказыва­лись недостаточными для этой цели, то судьи (а впоследствии церковные старшины) имели законное право налагать «контри­буцию» на всех жителей города и членов церковного прихода, которые отказывались жертвовать сообразно со своими средст­вами. При этом организация социальной помощи на уровне церковных приходов позволяла легко выявлять категории нуж­дающихся и оказывать им адресную помощь.

Данная мера послужила мощным правовым, экономиче­ским и социальным механизмом не только по искоренению во­пиющих форм нищеты, но и толчком к развитию производи­тельных сил Англии.

Но при этом многочисленные факты «отказа жертвовать сообразно со своими средствами» поставили сложные методо­логические вопросы при организации социальной защиты:

• насколько далеко должна простираться такая соли­дарная ответственность?

• с помощью каких критериев следует определять круг лиц, кто имеет право на получение такой солидарной помощи?

⁴ Следует отметить, что во многих странах континентальной Евро­пы, в том числе в России, а позднее и в других странах социальное зако­нодательство воспроизводило многие положения этого законодательного акта на протяжении длительного времени.

⁵ Призрение - понятие, которое появилось в XVII в. и имеет сле­дующие смысловые значения: видение; благосклонное внимание, отно­шение, покровительство; присмотр, забота, попечение. В активной про­фессиональной лексике XIX столетия употребляется в виде словосочета­ния «общественное призрение», что означает территориальную систему помощи: призрение сирот, инвалидов и больных.

• в каких правовых формах целесообразно определить ответственность субъектов, на которых возложена такая ответственность?

Следует отметить, что это «вечные вопросы» в системе социальной защиты, ответы на которые каждая общественная формация и каждая страна должна давать с учетом своей спе­цифики.

С развитием капиталистических отношений, кардиналь­ной трансформации образа жизни, связанного с урбанизацией и сокращением размера семьи, основные формы организации со­циальной защиты стали претерпевать существенные изменения: Утрачивают свою значимость и роль сельская община, цеха в городах и религиозные общины. На смену принципов благо­творительности, общинной и цеховой помощи идеология ново­го класса (буржуазия) выдвигает новые принципы - самоответственность и личную предусмотрительность.

Понимание того факта, что в рыночных условиях самоза­щита для подавляющего числа наемного труда объективно эко­номически невозможна, приходит постепенно. Массовое обни­щание населения, неудачи в ходе экспериментов с принуди­тельным характером в трудовых (приютных) домах Англии и общественными работами во Франции, неэффективность госу­дарственного вспомоществования, нарастание социального протеста приводят к созреванию понимания о необходимости применения форм организованной самопомощи и солидарности как единого целого. Приходит осознание, что принципы самоответственности и предусмотрительности должны рассматри­ваться одновременно с принципами солидарной помощи.

Так, Лейбниц выдвигает при организации социальной по­мощи принцип обязательного взаимного вспомоществования, который, по его мнению, будет служить инструментом спра­ведливости и позволит ограждать людей от рисков материаль­ной необеспеченности [9, с. 336-341].

Особый вклад в формирование теоретических основ соци­ального страхования был сделан Клавьером, который в 1788 году опубликовал «Проспект относительно введения по­жизненного страхования», ставший подлинным программным манифестом для организации обществ социального страхования. В нем он отмечал отличительные черты страхования: «Пожиз­ненное страхование приходит на помощь тому драгоценному чувству, которое связывает индивида с другими индивидами и позволяет ему выжить. Подобное страхование означает безопас­ность относительно несчастливых обстоятельств, и при этом оно не может повредить ни промышленности, ни индивидуальной активности» [10, с, 128].

По мнению Клавьера, страхование сближает людей, явля­ясь, по сути, общественным квазидоговором, из чего вытекает и концептуальное положение его создания - «по установле­нию правительства и под его опекой и надзором».

Клавьер удивительно точно предвидел социально-экономическую природу социального страхования и его от­личие от других институтов защиты, когда в своей работе утверждал, что действие механизмов пожизненного стра­хования позволит совершенно по-иному подойти к проблеме бедности, устранив неустойчивость человеческого бытия, которая порождает несчастья. «Достижением данного общественного установления станет неизбежно сокраще­ние масштабов нищенства. Вот почему оно должно заин­тересовать всех тех людей, которые усматривают в ни­щенстве самое печальное из бедствий цивилизации. Именно доктрина пожизненного страхования позволяет мобилизо­вать достаточные ресурсы и является наиболее надежным средством для того, чтобы уменьшить масштабы этого бедствия и не допустить его разрастания в будущем» [10, с. 134-135].

Однако применение принципов организации социального страхования было востребовано практической жизни и нашло свое воплощение только через 100 лет в законах, принятых в Германии в 80-х годах XIX века, известных под именем их инициатора О. Бисмарка. Аналогичные законы об обязательном социальном страховании в конце XIX- начале XX вв. были приняты в большинстве стран Европы, а в 30-х годах XX века в США и Канаде (см. табл. 9). В разное время после второй ми­ровой войны социальное страхование было введено во многих странах Африки, Азии и Карибского бассейна.

Таблица 9

Годы принятия законов о социальном страховании и обеспечении в зарубежных странах [18, с. 69-70]

Существуют различия между той или иной национальной системой данного института защиты, однако общими для большинства из них являются следующие характеристики:

• социальное страхование финансируется за счет стра­ховых взносов, которые обычно солидарно уплачивают рабо­тодатели и работники, при возможном участии государства в форме дополнительных взносов или дотаций за счет общих на­логов (см. табл. 10);

• обязательное участие (по закону) работников и рабо­тодателей с некоторыми исключениями;

• страховые взносы аккумулируются в специальных це­левых фондах, за счет которых выплачиваются пособия и пен­сии, оплачиваются услуги по лечению и реабилитации;

• личные права застрахованных на пособия гарантиру­ются наличием учета страховых взносов без какой-либо про­верки доходов или нуждаемости;

• размер страховых взносов, как правило, увязан с вели­чиной заработной платы застрахованного: ставки страховых взносов устанавливаются в процентах от всего фонда зара­ботной платы, либо от фонда заработной платы с некоторой корректировкой (установление пределов заработной платы);

• страхование от трудового увечья обычно полностью финансируется за счет взносов работодателя;

• взносы на социальное страхование во всех странах включаются в издержки производства.

Таблица 10

Удельный вес отдельных источников в финансировании социальной защиты в отдельных странах в 1988 г., в % (19, с. 36,37)

В 1991 г. общая сумма взносов работодателя и работника в западноевропейских странах изменялась от 7 % (от фонда за­работной платы) в Великобритании до 58,6 % в Италии. При этом для работодателей эта величина колебалась от 5 % до 50 %, а для работника от 0%до 18,6 % (см. табл. 11).

В 1995 г. по сравнению с 1991 г. совокупные ставки стра­ховых взносов увеличились для работодателей в 8 странах, для работников - в 11 странах, уменьшились в 7 странах и в 1 стране, остались неизменными соответственно в 2 и 3 странах. Средняя ставка страховых взносов по 17 странам Европы со­ставила в 1995 г. для работодателей 22,2 %, а для работни­ков - 10,8%.

Таблица 11

Совокупные ставки страховых тарифов по обязательному социальному страхованию в различных странах, в % к размеру оплаты труда [20, с. 26]

Вывод из европейской истории при этом состоит в том, что эффективные механизмы групповой солидарности и взаимопо­мощи могут созреть при наличии различных взаимодополняющих структур гражданского общества (гильдии, цехи, городское самоуправление, церковные общины, профессиональные союзы и ассоциации по интересам, научные школы).

Социально-философская доктрина субсидиарности (от слова субсидии), или как еще ее называют оптимальной под­держки, тесно связана с доктринами естественных прав челове­ка и правового государства, а предметом ее рассмотрения слу­жит распределение компетенции и властных полномочий между органами государственной власти и структурами гражданского общества. Истоки зарождения и формирования данной доктри­ны связывают с философией персонализма (Н. Бердяев, Л. Шестов, Б. Боун, Дж. Ройс и др.), концепциями универсали­стского государства и гражданского общества. В середине XIX века идеи субсидиарности были использованы фон Кеттелером в практическом плане, когда определялись основы уст­ройства европейских государств - Германии и Швейцарии.

В конце XIX - начале XX вв. идеи субсидиарности были развиты учеными-католиками в триаде индивидуум-общество-государство, в которой высшей ценностью и самодостаточно­стью обладает индивидуум. Общество и государство, по их мнению, существует только благодаря человеку и для человека. Права и свободы личности при этом являются источником всех прав и обязанностей государства и гражданского общества.

Исходя из данного постулата в рамках доктрины субсиди­арности ставится и решается ряд взаимосвязанных вопросов по организации оптимальной поддержки членов общества,по­зволяющие находить ответы на вопросы:

• каковы допустимые рамки вмешательства общества и государства в личную жизнь индивидуума;

• каков оптимальный объем опеки государства по отно­шению к общественным структурам, к семье и личности;

• каковы механизмы обеспечения права на самоответст­венность личности и общественных структур, касающихся воз­можности самостоятельно выполнять задачи и функции жизне­обеспечения.

Еще одной доктриной, оказавшей существенное влия­ние на формирование института социального страхования, является теория солидарности (солидаризма),к числу ос­новоположников которой относят О. Конта, Л. Дюги, Л. Буржуа и Э. Дюркгейма. Согласно их теоретических разработок эволюционный процесс по мере его развития характеризовался преобладанием в становлении человече­ского сообщества интегрирующего начала, усилением по­требности во взаимопомощи индивидов, к формированию на этой основе коллектива, солидарных групп взаимоподержки.

Социализация общества протекает в русле усиления природно-обусловленных социальных качеств человека (сострадание, сопереживание, сопричастность) как антитеза асоциальным его характеристикам (обособлению, агрессивности, враж­дебности).

При этом солидарность в обществе в значительной степени определяется взаимосвязью различных этапов человеческо­го труда (О. Конт), а также разделением и кооперацией труда (Э. Дюркгейм), которые влекут для членов социальной группы, I в силу общественных потребностей и интересов, моральные! обязательства не только не вредить другим, но и оказывать им содействие.

В одной из основных своих работ «О разделении общественного труда» Э. Дюркгейм ставит цель: доказать, что, вопреки некоторым теориям, разделение общественного труда обеспечивает социальную солидарность или, другими словами, вы­полняет интегрирующую функцию с помощью социализации и объединения обществ. Для обоснования этого положения Э. Дюркгейм в своих теоретических построениях увязывает в единое целое: формы организации труда, типы обществ и свя­зующие их виды солидарности [11].

Общество, в котором каждый индивид выполняет специ­альную функцию в соответствии с разделением общественного труда, напоминает живой организм, и Дюркгейм называет новый тип связей между индивидами, создаваемый разделением труда, органической солидарностью. Чувство органической связи с обществом возникает из сознания взаимной зависимо­сти профессиональных функций индивидов.

При этом, если в архаических («сегментарных») общест­вах социальная солидарность основана на полном растворении индивидуальных сознаний в «коллективном сознании» («меха­ническая солидарность»), то в развитых («организованных») социальных системах она основана на автономии индивидов, разделении функций, «функциональной взаимозависимости и взаимообмене («органическая солидарность»). При этом в по­следнем случае «коллективное сознание» не исчезает, но ста­новится более общим, неопределенным и действует в более ог­раниченной сфере [11, с. 182-206].

Одной из возможных организационных форм, которая по­зволяет наиболее удобно смягчать антагонистические противо­речия труда и капитала, Э. Дюркгейм считает профессиональ­ные корпорации, которые по его мнению, являются прообразом новых органов общественной солидарности [11, с. 119-149].

Привнесение идеи солидарности в проблематику обсуж­дения природы публичной власти, публичного и частного права привело Л. Дюги к выводам о взаимной социальной зависи­мости людей и вытекающей из нее социальной норме (всякий социальный акт, нарушающий социальную общежительную норму, обязательно вызывает протестную социальную реак­цию), которая способствует объединению людей в общности и структуры гражданского общества [12].

Движение к свободе (новой системы прав коллективов и индивидов) согласно Л. Буржуа может быть обеспечено при ус­ловии расширения и конституционного закрепления понятий справедливости и равенства.

Современные ученые (Джон Роулс, Артур Рих) относят к солидарным принципам устройства социальной жизни - соци­альную справедливость, следование альтруистским установкам и гуманным нормам христианской помощи, ближним. В своих теоретических разработках они убедительно аргументируют вы­сокую значимость для общественного развития моральных ценностей. Так, в «Теории справедливости» Джон Роулс выдвигает два основополагающих принципа, на которых зиждется соци­альная справедливость: первый - все граждане должны обла­дать равными свободами; второй - экономическое неравенство оправдано только в том случае, если улучшается положение наиболее обездоленных слоев населения [16; 17].

Одной из базовых ценностей этого комплекса солидарных взаимоотношений в обществе является доверие, которое по I представлению Ф. Фукуямы выступает в качестве ключевого I понятия («trust») и условий возможного сотрудничества между § гражданами, социальными институтами и государством.

Экономические и социальные успехи стран с «высоким уровнем доверия» (Японии, Германии, США и ряда других), по мнению Ф. Фукуямы, были достигнуты в условиях, когда действия государства лишь дополняли и координировали развитие структур гражданского общества, основывав­шихся на принципах доверия, например, обществ взаимного страхования, кооперации и т.д. (15). Для стран с низким уровнем доверия, к которым многие отечественные и зару­бежные исследователи относят и Россию (Н. Карамзин, И. Ильин, Ф. Фукуяма) характерными являются внутренняя «десоциализация общества» - неуважение к жизни и лич­ности человека, недостаток ответственности на всех уровнях, эгоистическая клановость и корпоративизм с кри­минальным оттенком. Преодолеть, изжить деконструк-тивные черты и свойства характера «закрытого общест­ва» (выражаясь словами К. Поппера) можно с помощью взращивания элементов сотрудничества и взаимодействия, например, применяя технологии социального страхования.

Это связано с тем, что в арсенале средств и механизмов со­циального страхования имеются наиболее простые и понятные формы социальной коммуникации на уровне личностных взаи­моотношений (работник - работодатель - страховая организация), которые призваны защитить человека от рисков, сопря­женных с рыночной экономикой и адаптировать его к данным условиям организации хозяйственной жизни. Данные качества социального страхования позволяют достаточно быстро пройти путь самоиндетификации, осознать и оформить социальные и экономические интересы наемному персоналу и выступают для него «подготовительными классами» школы общения в сфере современных форм труда.

По мере усвоения и развития культуры социального стра­хования (самоответственности и солидарной взаимопомощи) достигаются и цели более высокого уровня: снижение давления материальной нужды, повышение качества трудовой жизни, трансформация рутинной трудовой жизни на содержательные, творческие и социально защищенные ее формы.

Доктрины прав человека, правового государства и со­лидарности получили свое методологическое и практиче­ское применение и развитие в концепции социального обеспечения (социальной защиты) Международной орга­низации труда (МОТ).

В своих базовых документах - уставе, декларациях, кон­венциях, рекомендациях - МОТ развила в стройную систему рекомендации по организации национальных систем социаль­ной защиты. В их число входят:

• определение целей и принципов социальной защиты;

• ролевые функции государства и социальных субъектов;

• определение уровней социальных гарантий;

• организационные, финансовые и правовые механизмы.

В круг важнейших целей социального обеспечения и, в частности, социального страхования, МОТ относит:

• гарантированную и адекватную замену утраченного дохода, реализацию права на осуществление своего матери­ального благосостояния и духовного развития в условиях свободы и достоинства, экономическую устойчивость и равные возможности⁶;

• гарантированный и широкий доступ к службам меди­цинского обслуживания;

• наличие гарантированных основных финансовых ресурсов.

Позиция МОТ по системе социального страхования со­стоит в том, что по сравнению с другими методами коллектив­ного социального обеспечения (например, социальной помо­щью или фирменными системами) данный институт защиты имеет такие важные преимущества, как:

• вовлечение трудящихся (от которых требуется внесе­ние взносов) материально и морально в процесс защиты их здоровья и трудоспособности;

• создание специализированных (а потому и высокоэф­фективных) страховых учреждений, занимающихся исключи­тельно организацией профилактики, медицинским обслужива­нием и денежными выплатами, которые обеспечиваются од­ной и той же организацией;

• гарантия определенных прав, а тем самым сохранение самоуважения делающих взносы, что защищает от произволь­ных решений органа, отвечающего за выплату пособий;

• гарантия выплат путем выделения определенных ре­сурсов и распределением расходов в течение длительного пе­риода в соответствии со страховыми расчетами.

Высокий и надежный уровень социальной защиты, который достигается в социальном страховании, обеспечивается га­рантиями основных финансовых ресурсов. Это подразумевает наличие усилий основных социальных субъектов (работодате­лей и работников) по повседневному проведению в жизнь ком­плекса мер, которые включают обязательное сочетание меха­низмов обеспечения минимального уровня пособий и механиз­мов возмещения утраченного заработка.

Филадельфийская Декларация МОТ (1944 г.). Рекомендации об 1 обеспечении дохода (1944г.) МОТ, №67; Конвенции МОТ-102 103,121, 128, 130(6).

Рекомендации о медицинском обслуживании (1944 г.), МОТ № 69.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США