Повесть о тверском отроче монастыре

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 24 из 27Следующая ⇒

▷ Похожие статьи

В княжение великого князя Ярослава Ярославича Тверского был у этого великого князя отрок по имени Григорий, который всегда был при нем и был любим им и верен ему во всем; и посылал его великий князь по селам своим для положенных сборов.

И случилось тому отроку быть в селе, называвшемся Едимоново; жил он тут у церковного пономаря по име­ни Афанасий и увидел у него дочь его, Ксению, девицу весьма красивую, и запала в него мысль жениться на ней. Но боялся он, что навлечет на себя великий гнев князя своего. И сильно печалился он о том, потому что очень ее полюбил. Никому из друзей своих не сказал он о своем замысле, но сам постоянно размышлял, как бы исполнить желание свое.

И однажды, оставшись наедине с отцом ее Афана­сием, стал просить, чтобы тот отдал дочь свою за него и чтобы помогал ему во всем. А отец ее сильно смутился этим: «Как же так: приближенный самого великого князя — и вдруг говорит мне такое!» И не знал поно­марь, что ему отвечать на слова отрока. И пошел Афана­сий и спросил о том жену и дочь, рассказав им все под­робно. Дочь же его, осененная духом святым, возвести­ла отцу своему так: «Отец мой! Соверши все так, как он просит. Поскольку обещался он тебе, положись на волю его, ибо бог повелел это. И будет так».

Была та девица благочестива и кротка, смиренна и весела, разум имела сильный и жила, соблюдая все заповеди господни, почитая своих родителей и пови­нуясь им во всем. С младенчества возлюбила она Христа и следовала его закону, слышав святое писание от отца своего и внимая усердно ему всем сердцем своим.

А отрок еще более того воспалился любовью и не­устанно говорил о том отцу ее, дабы не страшился тот: «Я во всем предаюсь тебе и князя упрошу, а ты не бойся». И так обдумали они все, чтобы совершить в се­ле этом брак, обвенчавшись в церкви святого велико­мученика Димитрия, а после жить тут, если великий князь разрешит. И, исполнив все то, что было поведено ему от великого князя, возвратился отрок с радостью в город Тверь и все удивлялся про себя тому, что нигде до сих пор не встретил он такой девицы. И не поведал он о том никому.

А девица после этого сказала отцу своему и матери: «Родители мои, не удивляйтесь тому, что вам обещал отрок; хотя он и задумал это, но бог свое совершит: не он будет мне супруг, но тот, кого бог мне по­шлет». И родители ее сильно удивлялись таким речам дочери их.

А помянутый отрок, улучив время благоприятное, припал к ногам великого князя, и молит его в слезах, и извещает его о своем замысле сочетаться законным браком, как ему хотелось того; красоту, и возраст, и ра­зум девицы той изображает. А великий князь, все это услышав, сказал ему: «Если уж захотел ты жениться, то возьми себе жену из вельмож богатых, а не из простых людей, что не имеют ни богатства, ни знатности; чтобы не поносили и не смотрели с уничижением на тебя твои родители, бояре и друзья твои; чтобы, презренному все­ми, не пришлось тебе удалиться от меня, дабы не под­вергать меня стыду». Однако изо дня в день отрок упра­шивал неотступно князя, чтобы разрешил он исполнить его желание и жить в селении. Также и князь увещевал его наедине и расспрашивал подробно, почему он желает этого. Он же обо всем рассказал великому князю — и про обещание свое, которое дал там.

И великий князь Ярослав Ярославич по просьбе его повелевает всему быть так, как отроку хотелось, и снарядить судно и все потребное, и людей приготовить там, сколько потребуется для услужения отроку. И, когда приспело время обручения и венчания его, от­пускает его в судне по Волге-реке (стояло село близ Вол­ги), а коней обещает прислать вслед за ним по берегу.

И отрок с радостью поклонился великому князю и поплыл в судне по Волге-реке со всеми посланными вместе с ним. А наутро великий князь приказал приго­товить себе коня и собраться всем приближенным своим, приготовить собак и соколов, чтобы на охотничью заба­ву ехать.

В ту ночь великий князь сон видел: будто охотится он в поле и пускает своих соколов на птиц. И когда| пустил великий князь любимого своего сокола на пти-j чье стадо, то сокол тот, стадо птиц разогнав, поймал го­лубку, сияющую красотой ярче золота, и принес ему к бедрам. И, воспрянув от сна, долго думал князь о том, i что это значит, но не рассказал о сне никому, только при­казал с собою на охоту всех птиц взять.

Так отправился великий князь в ту же сторону, ку­да и отрок, тешась забавой охотничьей. А был великий князь не женат и молод, так что и двадцатилетнего воз­раста не достиг еще.

Отрок же, когда приплыл в судне по реке и пристал к берегу, ожидая коней от князя, послал вестника от себя к девице, чтобы все готово было, как положено по обычаю брачному. И девица сказала посланным: «Из­вестите отрока, пусть помедлит там, пока сама не пришлю к нему весть, когда все приготовлено будет; ибо нам о приходе его вести не было».

И вестники его, возвратясь, передали ему все, о чем _иМ девицей приказано было его известить. Предвидела она великого князя к себе приход и сказала родителям своим: «Сват мой уже приехал, а жених мой не бывал здесь еще, но уже скоро будет; он тешится в поле охо­той и задержался там; но подождем его недолгое время, и приедет к нам». А о имени его никому из родных своих не сказала она, но только приготовляла сама ему почет­ные дары. И родные ее очень тому дивились, а о женихе, которого ждала она, не знали ничего.

А великий князь не знал того села, но захотел там быть на другой день, чтобы видеть женившегося отро­ка своего. И заночевал он на охоте (было то село от города Твери в сорока поприщах). И в эту ночь видел он прежний сон и еще сильнее задумался о том, что означает видение. А наутро опять по обыкновению своему охотой тешился.

А отрок, не дождавшись ни вести, ни коней, подумал: «Что, если государь мой, великий князь, раздумает и по­шлет за мной, велит мне вернуться назад, а я желанного не достиг еще». И поторопился он к дому девицы той и приготовил все, что следовало ему по обычаю. И сели они вместе, ожидая венчания, а отрок торопил все ско­рее устраивать и дары разносить. Но девица сказала отроку: «Не вели спешить ни с чем, будет у меня еще гость незваный, а лучше он всех званых гостей».

А великий князь в то время был уже близ села. Уви­дел он стадо лебедей на Волге-реке и приказал пустить всех своих птиц, соколов и ястребов. Пустил он и соко­ла своего любимого и поймал много лебедей. А любимый сокол великого князя, заигравшись, полетел к селу. И ве­ликий князь погнался за ним. И прискакал в село быст­ро, все позабыв. А сокол сел на церкви святого велико­мученика Димитрия Солунского. И повелел князь своим людям спросить про село: чье оно? Поселяне же сказа­ли, что село это великого князя Ярослава Ярославича Тверского, а церковь святого Димитрия Солунского. В то же время множество народа сошлось смотреть, как пойдут на венчание. А князь, услышав это от поселян, приказал своим людям сокола манить; но сокол и не думал слететь к ним, только приглаживал и чистил крылья свои. Сам же великий князь пошел на тот двор, где был отрок его. Был он в дорожном своем платье, ибо не затем ехал, но богу так угодно было решить. И люди, увидев князя, не узнали его; ибо видели, что приехал он к жениху на конях и с охотниками, но не встретили его.

И сказала девица всем сидящим здесь: «Встаньте все и идите встречать своего великого князя, а моего жениха». И удивились все.

А великий князь вошел в дом, где сидели отрок и девица. И все встали, и поклонились великому князю, и просили прощения у него, что не знали заранее о при­ходе его. Но князь повелел им сесть, чтобы видеть же­ниха и невесту. Девица же тогда сказала отроку: «Отой­ди ты от меня и дай место князю своему, ибо он знатнее тебя и жених мой, а ты был сватом моим».

И великий князь увидел девицу прекрасную, лицо же ее как будто сияло в лучах. И сказал великий князь отроку своему Григорию: «Уйди ты отсюда и ищи ты себе другую невесту, где хочешь; а эта невеста мне под­ходит, а не тебе»,— ибо загорелось сердце его и ум по­мутился.

И отрок ушел с места своего по приказанию его; а ве­ликий князь взял девицу за руку, и пошли они в цер­ковь святого великомученика Димитрия Солунского, обручились и приняли поцелуй во имя Христа, как по­добает, и потом в тот же день обвенчались. И была вели­кая радость у князя в тот день до самого вечера. Было то летом, и поселянам разрешил отдыхать он весь тот день и ночь.

И как шел великий князь после венчания из церкви обратно к дому, сокол его любимый, сидящий на церкви, увидев господина своего шедшего с супругою своею, затрепетал, как бы в веселии, взирая на князя. И спро­сил князь своих сокольничьих: «Слетел ли к вам сокол или нет?» А они сказали ему: «Не летит с церкви». И князь, взглянув на него, позвал его своим голосом. Сокол сразу прилетел к великому князю и сел на пра­вой его руке, посматривая на обоих, на князя и на кня­гиню. Великий же князь отдал его сокольничьему. А от­рок одержим был великою кручиною, не ел и не пил. Великий же князь по-прежнему очень любил его и жа­ловал, особливо же просил его избавиться от кручины, рассказав отроку про сны свои: «Как видел я во сне, мол, так то и сбылось божиим изволением».

И отрок ночью положил свое упование на бога и на пречистую богоматерь: на какой путь захотят они его наставить, так и наставят. И вот снял он с себя платье, подаренное князем, купил себе другую одежду, кресть­янскую, оделся в нее, скрытно от всех своих, вышел из селения, так что никто о том не знал, и пошел лесом неведомо куда.

Наутро великий князь удивился, что не видит отрока у себя, и приказал своим боярам прислать его к себе. Долго искали они его и не нашли нигде, только одежду его увидали. Известили о том великого князя. Князь же великий сильно был тем опечален и приказал искать его по всем местам, по реке и в колодцах, испугав­шись того, чтобы он не предал сам себя губительной и безвременной смерти. И нигде его не нашли, лишь один поселянин признался: «Купил-де он у меня платье старое, но не велел о том никому говорить и удалился в пустынные места».

И великий князь приказал искать его по лесам и по дебрям, по пустынным местам, а как найдут, привести к нему. И обошли многие леса, дебри и пустынные места, но нигде не нашли его, ибо бог хранил его. А пробыл князь в селении почти три дня.

Великая же княгиня его Ксения известила великого князя Ярослава Ярославича обо всем происшедшем и с нею и с отроком, как и было прежде описано.

И сильно печалился великий князь об отроке своем, говоря: «Я повинен в смерти его».

Но княгиня всячески уговаривает его не печалиться, убеждая его: «Богу было угодно, чтобы соединились мы с тобой; если бы не божия воля, то как бы можно было тебе, великому князю, явиться к моей теперешней нище­те и взять меня за себя. Не печалься же о том, но возвратись с миром в город свой и возьми меня с собою. Не бойся ничего». А великий князь все был печален. Вздохнув, прослезился он и вспомнил слова, сказанные им отроку Григорию: «И вот все со мною сбылось, а его уж отныне не увижу». И возложил свою печаль на бога и на пречистую богоматерь.

Отправил он свою великую княгиню и бояр, которые были с отроком, на судне в город Тверь, приказав боярам своим беречь великую княгиню, оказывать ей почет и слушаться во всем. Сам же великий князь поехал берегом, по-прежнему предаваясь охотничьим забавам своим. И возвратился он в город Тверь раньше княгини своей. Когда же прибыла и великая княгиня Ксения к городу Твери, великий князь приказал боярам своим с боярынями и всем дворянам и горожанам с женами их выйти для встречи великой княгини. И весь город, услышав волю великого князя, с радостью вышел для встречи: мужчины, и женщины, и младенцы, от мала и до велика, с всякими дарами и приношениями, и встретили ее на берегу у церкви архангела Михаила. Когда ж великий князь прибыл в Тверь, послал он всех бояр с каретами, и с такою великой честью встретили ее и поклонились ей. Видя ее красоту, все изумлялись: «Нигде своими глазами не видели мы и слухом своим не слыхали о такой благообразной жене, как великая княгиня, что светится, словно солнце среди многих звезд, и сияет среди других женщин города ярче луны и звезд многих».

Проводили ее в город Тверь с честью великою, с дарами многими на двор великого князя, и были в городе радость и веселье великое, а у великого князя пир на много дней для людей всякого чина, от мала и до велика.

О прежде же упомянутом отроке не было слуха нигде долгое время. Божиим промыслом пришел тот отрок на реку, Тверцой называемую, что от города Твери в пятнадцати поприщах, к бору, и поселился здесь в лесу, поставив себе на том месте хижину и часов­ню. И задумал поставить на том месте церковь во имя честного и славного Рождества пресвятой Богородицы. Пробыл он тут недолгое время, и однажды нашли его близ живущие люди, ходившие по лесу ради своих потреб. Спрашивали они его: «Откуда ты сюда пришел, как тебя зовут и кто тебе велел тут поселиться в наших местах?» Отрок же ничего не отвечал им, только кла­нялся, и ушли они от него восвояси. Он же, пробыв еще немного здесь, ушел и отсюда, решив отойти подаль-| ше от города, поскольку узнал от пришедших к нему! людей, что город недалеко. И по божьему изволеник>| пришел он в окрестности города Твери, к устью рем Тверцы, и, выйдя на реку Волгу, увидел, что здес город Тверь, ибо знал он его хорошо. Возвратился olj обратно в лес. но выбрал место немного подальше oi Волги на Тверце и начал молиться пресвятой Богороди-^ це, дабы дала ему свой совет по поводу места, им избранного. И в ту же ночь, как лег он поспать, в легком сне видит он, будто на том месте далеко раскинулось! чистое поле, сверкающее как бы в лучах божественных. Воспрянув ото сна, подумал он, что означает это виде­ние? И молился Спасу и пресвятой владычице Богородице дабы разъяснила ему знамение. В ту же ночь вновь явилась ему пресвятая Богородица и повелевает ему воздвигнуть церковь во имя честного и славного Успе­ния ее. Указав место, говорит ему: «Хочет бог про­славить это место и распространить его. Большая обитель будет здесь. Ты же иди с миром в город к князю своему, а он помощник тебе будет во всем и просьбу твою исполнит. И когда все совершишь и монастырь устроишь здесь, немного времени проживешь и отойдешь к богу». И, воспрянув от сна, ужаснулся отрок видению, размышляя: «Если уйду с места это­го, то выйдет, что боюсь я видения и указания. Пусть будет, как угодно господу». А подумав еще, сказал: «Если же пойду к великому князю, то станет меня он уговаривать. Но не хочу я быть в доме его».

Пока думал он так, неожиданно пришли в этот лес по какому-то делу ремесленному княжеские люди. Отрок узнал их и укрылся от них. А они, увидев крест и хижи­ну, изумились и говорили меж собой: «Какой-то человек здесь живет». Начали они искать и, найдя, сразу призна­ли его: «Отрок то князя нашего». Подойдя к нему, поклонились, обрадовавшись искренно. Ибо отрок ходил по пустынным местам три года и более, и не видел его никто, и бог питал его. Взявши его с собою, повели к князю, сказав ему: «Великий князь горько печалится по тебе и по сей день. А как увидит тебя живым и невре­димым, сильно обрадуется». Он же, слыша это, с весели­ем отправился с ними.

Когда же пришел он во двор великого князя и все увидели его, то очень ему обрадовались, прославили бога и возвестили о нем великому князю. Князь же повелел ввести его в верхние палаты и, увидев отрока своего, очень обрадовался и восхвалил бога. А он покло­нился великому князю и сказал: «Прости меня, государь мой великий князь, что согрешил перед тобою, опечалил тебя». И сказал ему великий князь: «Как тебя сохранил бог до сего времени?» И расцеловал его. А он поклонился до земли и сказал: «Прости меня, государь мой великий князь, что согрешил перед тобой». И поведал все о себе по порядку, как ушел от него и как бог привел его в это место. Князь же очень тому удивился, прославил бога и повелел своим приближенным, чтобы дали отроку прежнюю одежду его и чтобы был он опять в прежнем своем чине. А он со смирением ответил: «Государь мой великий князь, я не того ради пришел к тебе, но чтобы освободился ты от печали и просьбою моею не прене­брег; молю и прошу тебя: повели то место расчистить» И все сказал великому князю: как туда пришел и как явилась ему пресвятая Богородица со святителем Пет­ром, митрополитом Московским, и показала место, где быть церкви во имя славного и честного Успения пре­святой Богородицы,— и все ему рассказал о себе по порядку.

Князь же, вздохнув глубоко, прослезился и похвалил отрока, что сподобился такого удивительного видения. И обещался всем помогать устроению места того. И бесе­довал с ним долгое время и приказал поставить перед ним стол, чтобы отведать пищи. Отрок же принял немно­го хлеба и воды, а к иной пище не прикоснулся совсем. И повелел великий князь быть всему по воле его и отпустил с миром идти, куда он хочет.

Отрок же возвратился на место свое и, по обыкнове­нию своему, стал молиться богу и пресвятой Богородице и призывать на помощь ее для создания обители. И вот молитвами пресвятой Богородицы скоро дело совершает­ся. Повелел великий князь вскоре собрать крестьян и иных людей для расчистки места, где отрок покажет, и послал их к отроку. А многие горожане, услышав о том, и сами шли на то место для помощи. И вот, вскоре очистив место, где отрок показал им, возвестили велико­му князю о том. Князь же восславил бога и отрока своего за то похвалил. И вот сам великий князь прибыл на то место и увидел его сияющим более других мест. Отрок же вновь припадает к его ногам и просит, чтобы j повелел он церковь создать деревянную и монастырь воздвигнуть. И великий князь вскоре приказал всем прежним людям тут работать и мастеров опытных со-брать для церковного строения. И вот божией помощью и великого князя повелением вскоре дело совершается, и происходит освящение церкви.

Был тут на освящении церкви Успения пресвятой Богородицы сам великий князь Ярослав Ярославич с своею супругою великой княгинею Ксенией и со всем своим княжеским советом и всем пир здесь устроил. И по просьбе отрока своего великий князь дал ему игумена Феодосия, и собрал братию, и колокола устроил. Названо было место это великим князем Ярославом^ Ярославичем — Отрочь монастырь. И все прославил! бога и пречистую богоматерь. На другой день пс освящении церкви постригся отрок Григорий в инокский чин и получил от игумена Феодосия имя Гурий. г]о пострижении своем прожил отрок недолгое время _и отошел к господу и погребен был в своем монастыре.

А прошло немного лет по кончине блаженного отро-_ка и великий князь Ярослав Ярославич с великой княгинею Ксенией изволили в том монастыре создать церковь каменную во имя честного и славного Успения пресвятой Богородицы, с приделом Петра, митрополита Московского, и села дал князь монастырю и населил место, где жил раньше отрок. Монастырь же тот стоит и доныне божией благодатью и молитвами пресвятой Богородицы и великого святителя Петра, митрополита Московского, всея Руси чудотворца.

ПОВЕСТЬ О КУПЦЕ

В некоторой стороне жил купец славный, богобояз­ненный и нищелюбивый. Была жена у него весьма благо­образна и благонравна. И был у него единственный сын первенец, в годах небольших, которого очень любил и постоянно бога о нем молил. Однажды сын их ходил по торговой площади и приценялся к товарам: что за товар, и по какой цене покупается, и по какой цене следует его продать. Вернулся он к отцу своему и сказал ему: «Батюшка, я ныне был на торгу и приценялся к товарам. И за такой-то товар давал я такую-то цену, и следует его продать по такой же цене». Отец, услышав от него такие разумные речи, пришел к жене своей и сказал жене: «Госпожа моя! Сын наш будет в торговле понятливее меня и будет жить славнее и богаче». Мать же его очень радовалась разуму сына своего.

Некоторое время спустя стали собираться родствен­ники того купца за моря торговать. Сын же купеческий услышал о том, пришел к отцу своему и сказал: «Го­сударь мой милостивый батюшка и милостивая матуш­ка, окажите мне свое отеческое милосердие. Ныне соби­раются дядья за моря торговать. Дайте мне триста руб­лей и отпустите с ними». Отец дал ему триста рублей и отпустил, наказав родственникам своим, чтобы ни в чем его не оставили. А тот поклонился им и поехал на корабле.

Так, дав наставление, поручил отец сына своего род­ственникам, дал ему триста рублей и отпустил с великою печалью. Сын же купеческий, взяв у отца и матери деньги и получив благословение, отдал им земной поклон и сел на корабль. Ехали они три года и три месяца по морю и приехали в некое царство, к городу, и пристали у берега. Взяли они дары и пошли к царю. Потом стали торговать, а также и товары закупать. Купеческий сын ходит за ними, приценяется к товарам, но ничего не покупает.

После того однажды пришел он на площадь и видит: по торжищу некий человек безжалостно мертвое тело волочит. Он же не посмел к нему подойти и спросить, зачем волочит. Потом видел он во второй и в третий раз этого человека, и опять тот тело волочил. Тогда он подошел к нему и спросил его: «Зачем ты это мертвое тело волочишь?» А человек отвечал ему: «За то я это мертвое тело волочу, что человек этот был христианин и взял у меня при жизни своей взаймы денег триста рублей. Я у него спрашивал их, а он мне не отдал, так и умер. По смерти его приходил я к родственникам его и спрашивал долг. И они мне не отдали; тогда я вынул его из могилы и таскаю его по торжищу им в поругание и в посмеяние, чтобы они мертвое тело выкупили». А купеческий сын и говорит: «Жестокий человек, отдай ты мне это тело мертвое, а у меня возьми за него триста рублей». Заимодавец обрадовался тому, взял у него деньги, а тело мертвое отдал ему.

Взял купеческий сын тело и не ведает, куда его схоронить, и не смеет идти к дядьям своим на корабль. Думает: «Как я приду и что сделаю? Сродники мои меня спросят, что за товар купил, станут смеяться надо мной, отцу моему скажут; и мне от того будет великий срам, а родителям моим большая печаль. Не пойду я ны­не к ним и не скажу, а пойду я на другую сторону пристани морской и найду других корабельщиков, авось-либо поверят и свезут меня к отцу моему».

Спрятал он тело в укромное место, а сам пошел искать корабль.

Пришел он на пристань морскую и видит корабль. Поклонился он в землю корабельщикам. А они спросили его, что он за человек, и из какого города, и чего ради сюда попал. И он им поведал всю правду: «Я, господа, из такого-то города и такого-то отца сын». Сказали они ему: «Мы хорошо знаем отца твоего. Только ты-то чем сюда попал?» А он отвечает им: «Поехал я от тца своего с сродниками своими в это царство с товаром, и на море корабль наш разбило, а мы всё потеряли и ныне не имеем, что дать, чтобы добраться до отца моего»- Они сказали ему тогда: «Мы отца твоего знаем. Садись на корабль без платы, мы довезем тебя до отца твоего»- Он же опять отдал им земной поклон: «Господа вы мои милостивые! Был я здесь с дядею своим. И он, дядя мой, с такой печали, что корабль разбился, умер, а похоронить его в этом царстве негде, поскольку не­крещеные здесь живут». И сказали они ему: «За хлеб за соль отца твоего не только одно мертвое тело бери на корабль, а хоть десять». Он же очень тому обра­довался, принес мертвое тело. Положили они его в ко­рабль и поплыли по морю.

А родственники купца хватились его, стали искать по городу и не нашли нигде. И так поехали в свое царство. А когда вернулись они, отец его и мать спроси­ли их о сыне своем. И сказали они: «Не знаем, где остался». Отец его и мать горько о том плакали, что разлучились с сыном своим.

Сын же купеческий поехал с теми купцами и при­ехал к острову, на котором монастырь чудотворца Ни­колая стоит. А как спустились купцы с корабля и пошли молебен заказывать, и он сошел с корабля и поклонился им низко: «Господа вы мои милостивые, если уж вы моего отца знаете, то сделайте вы мне такую милость, дайте мне сто рублей, а когда к отцу моему приедем, вдвойне заплачу вам». Дали они сто рублей. А он нанял служителей и отнес мертвое тело в монастырь, предал его земле с честью и роздал по нем сорокоусты. А сам думает: «Что я наделал? Четыреста рублей истратил, а что купил, и сам не знаю! Если то до отца моего дойдет, великая печаль ему будет, а на меня срам великий падет. Пойду я, куплю себе лошадь, поеду от них прочь сухим путем и приеду к отцу своему; выпрошу на выкуп товаров еще сто рублей и поеду куда глаза глядят, чтоб родителям моим не было печали». Купил он лошадь и поехал сухим путем. А те поехали восвояси.

Он же приехал к отцу своему и низко поклонился ему. Отец милостиво его принял и возрадовался. В сле­зах лишь спросили его родители: «О чадо наше дра­жайшее, откуда ты сюда пришел и как, чадо наше, и где такое долгое время пробыл?» Сын им отвечал: «Я при­ехал, батюшка, с родичами своими в то царство, о котором они тебе говорили, и задержался на время, купив на четыреста рублей товару, что стоит десяти тысяч. У дядьев своих стал денег просить, а они мне не дали; позавидовали, что товар дешевый купил. И оставили меня в том царстве, а сами уехали. А я, батюшка, пришел на другую сторону, к пристани московской, и поклонил­ся корабельщикам. А они у меня стали спрашивать, ко­торого я царства и какого чина. И я им, батюшка, поведал и о царстве и о роде. А они сказали, что мы-д_е родителя твоего знаем и хлеб-соль с ним водим. Я у них попросил сто рублей, чтобы купить тот товар. Они мне дали; вот я с ними, батюшка, и приехал, как видишь». Отец его тут спрашивает: «Да где же тот товар, который ты купил?» А он отвечает: «Я, батюшка, оста­вил у них; они послали меня к тебе, чтобы я сто рублей им отдал, а товар взял». Отец его дал сто рублей, чая, что вправду товар принесет.

А он взял сто рублей и поехал от отца куда глаза глядят. Ехал он много дней и много ночей да плакал горько и рыдал о разлуке с родителями своими и о поте­ре наследства.

И приехал он к великому непроходимому лесу, че­рез который лежат две дороги: одна через лес, а другая кругом лесу. Стал размышлять он, как ему ехать, и ко­торою дорогою, и в которое царство. И плакался горько, думая про себя: «Если бы кто мне ныне послужил, то я бы дорогую плату ему дал». Вдруг видит: в лесу на дороге стоит человек огромного росту, в руках держит клещи железные. И пришел он в ужас великий, решив, что разбойник стоит; не смеет к нему подъехать. А потом подумал: «Лучше мне здесь одному умереть, нежели родителям моим великую скорбь привести».

И поехал прямо к нему. Подъехал он к нему, а тот спрашивает: «Что ты за человек и из какого города?» Купец отвечал ему все по порядку: «А езжу я по разным; государствам ради знания торговых обычаев других^ государств». Потом купец спросил встречного: «А ты что за человек?» И тот рассказал ему: «Я ищу господи­на, у кого бы наняться в услужение». Купец сильно этому обрадовался и говорит человеку: «Пойди ко мне в услужение. Я дам большую плату». Тот отвечает: «Готов тебе служить. Только заключим мы с тобою условие, чтоб тебе меня во всем слушаться. А ежели слушаться не будешь, то не иду к тебе в услужение». Купец обещал ему так поступать.

А через тот лес лежат две дороги: одна-то через лес, а другая кругом лесу. Спросил человека купец: «Эти дороги в которое царство лежат? И в разные царства или в одно царство?» Тот отвечал ему, что эти две дороги лежат к одному царству. Купец же спросил: «Почему две дороги, и которая ближе?» А человек го­ворит ему: «Кругом лесу тысяча верст, а через лес пятьсот верст». Купеческий сын спрашивает: «Зачем же в одно царство лежат, а не равны?» И слуга поведал ему: «Кругом лесу ехать — ничего не бойся. А через лес хотя и ближе, но та дорога стала непроезжей уже тому тридцать лет, ибо на ней большой разбой и никому проезду нет». И купец не хочет ехать тою дорогою. Слуга же говорит: «Да ведь ты меня слушаться хотел! Поедем тою дорогою». И купец не преступил своего обещания. Поехали через лес.

И были они как раз уж посреди леса на поляне. А на той поляне стоит превеликий двор, в котором живут разбойники. Едва те разбойники увидели купца, что едет к ним, то все вышли из дому вон и спрятались в другой постройке, замышляя их сонными погубить, когда лягут спать.

Слуга все то видел, что разбойники над ними зло замышляют, думают их умертвить. А господин его про то ничего не знает, только спросил у слуги: «Чей двор это?» Слуга отвечает: «Это двор постоялый, тут нам ночевать». Как стало на дворе смеркаться, говорит слуга: «Господин, ночуй ты здесь, а я пойду на двор к лошади спать». Тот сильно опечалился этим и не хотел остаться в доме, а хотел идти на двор спать вместе со слугою. Слуга же говорит: «Да ты хотел, господин мой, во всем меня слушаться, а ныне ты меня не слуша­ешь». Тогда купец с великою печалью и со страхом остался ночевать в доме. А слуга пошел и лег спать в телеге.

И едва наступила полночь, разбойники стали со­вещаться между собой в амбаре, желая их погубить. Слуга, слыша тот их разговор, поднялся, взял клещи и стал у притолоки дверей. И когда разбойники один по одному стали из амбара выходить, он хватал каждого клещами за голову и шею и сдавливал их до крови. Разбойники же, увидев, что их осиливает один человек, не смели уж из амбара вон выходить. А слуга купеческий вошел в амбар, передавил всех до смерти и, положив трупы в амбаре, запер их. И как только стало рассветать, пошел он в дом к господину своему. Господин же его не спит от страха, что один ночевал. А того не знал он, что его слуга разбойников прикончил. Запрягли они лошадь и поехали в царство.

Приехав в то царство, остановились на постоялом дворе. Купец, по обыкновению своему, стал ходить по царству и прицениваться к разным товарам. И однаж­ды на торжище встретил его царства того сенатор, из тех, что ближе к царю, и подивился его красоте. Пошел сенатор вслед за купцом, желая знать, куда он пойдет и из какого он царства. Купец пришел на постоялый двор, а сенатор, увидев это, поехал к царю.

На другой день приехали в то царство из иной земли купцы-корабельщики и пришли к царю с дарами. Царь дары у них принял и оставил у себя обедать. В это время вошел к царю сенатор и сказал: «Пресветлейший царь, есть в нашем царстве иностранный купец, очень красивый, а на обеде здесь его нет». Царь спрашивает: «Да где же тот купец остановился?» А сенатор отвечает ему: «Царь, я знаю, где он остановился». И царь послал за ним. Сенатор пришел к купцу и просил его, чтобы он к царю шел на обед. Купец обещался и купил царю дары. А купеческий слуга и говорит: «Господин, ты идешь к царю на обед, возьми и меня с собою». Купец ему в ответ: «Как я могу взять тебя с собою? Я ведь буду с царем обедать». А слуга ему говорит: «Да ведь ты хотел меня во всем слушаться». И купец взял его с собою. И сказал еще слуга: «Когда ты, господин, придешь к царю во дворец, царь увидит тебя; встанет он со своего места, возьмет он тебя за руку, посадит подле себя и станет потчевать больше всех. А я тогда стану у дверей, и когда царь взглянет на меня и спросит тебя, что за человек, ты скажи, что слуга. Он прикажет выслать меня вон, а ты ему отвечай: «Царь, слуга этот ближе мне отца родного». И тогда он велит мне сесть тут же за столом».

Пришел купец к царю. И когда царь увидел его, то встал со своего места, взял его за руку, посадил подле себя и стал его потчевать больше всех. А купечески! слуга стоит у дверей. Царь увидел его и спрашивает:! «Что за человек?» А купец отвечает: «Раб мой». И ска-Г зал царь: «Если раб, то пошли его в другую палату," где сидят слуги». А купец царю в ответ: «Этот слуга мне ближе отца родного!» Царь повелел тогда и слуге сесть за стол, посадив его через человека от купца.

По окончании обеда взял царь купца за руку, повел его в особую палату и стал ему говорить: «Скажу я тебе, что почитаю тебя я не как купца, а хочу тебя иметь сыном и зятем своим. Есть у меня дочь единствен­ная, даю тебе ее в жены. И будешь правитель в моем царстве, ибо не мог я по обычаю выбрать себе в зятья ни­кого, а теперь ты один мне угоден». Вывел он тут свою дочь и показал ему. Купец упал на колени и низко поклонился ему. И обещал царь за нею в приданое дать треть царства, но наказал, чтобы об этом никому не го­ворил купец ничего: «Если скажешь, то злою смертию умрешь. И будем знать об этом только ты да я, да невеста твоя, поп да дружка». Ударили они тут по рукам, и от­пустил его царь, приказав: «Жди условленного дня; тогда пришлю к тебе того же сенатора». Поклонился ему купец и пошел на свою квартиру.

Когда шли они дорогою, слуга стал поздравлять купца: «Будь счастлив, господин, обручившись с цар­ской дочерью и получивши треть царства!» Удивился купец тому, как он про все это узнал; ведь никого в пала­те не было, кроме царя и невесты. И вернулись они на свою квартиру.

И пришел условленный день. В полночь прислал царь к купцу сенатора, чтобы везти его под венец. И купец стал одеваться для совершения законного бра­ка. А слуга говорит: «Господин, возьми и меня с собою». И сказал ему купец: «Да как я могу взять тебя с собою? Царь не велел никому об этом говорить. А тебя взять, так он меня злою смертью казнит». А слуга ему: «Да ведь ты хотел меня слушаться». Купец с большой не­охотою взял его. И поехали они к царю на венчание.

И как только приехали они на царский двор, царь приказал жениха и невесту вести в церковь к священ­нику обвенчать их. После венчания посадил он их за стол, а потом приказал вести молодых на ложе спать. Тогда слуга позвал купца к себе: «Господин мой, подой­ди ко мне: хочу слово тебе сказать». Услышал то царь и говорит: «Как ты смел сделать это — слуге расска­зать. Знаешь ведь, что смертью умрешь за то». Отвечает ему купец: «Царь, не могу я ослушаться его, ибо дал ему в том клятву». И вышел к слуге своему. А тот ему говорит: «Господин, когда пойдешь спать с царевною, возьми меня с собою». И сказал ему купец: «Как же могу я взять тебя с собою?» Слуга ему в ответ: «Да ты ведь меня слушаться хотел». Купец говорит ему: «Как я могу тебя пустить, если нас запрут вдвоем с ней? Да как же ей,— дело-то ведь девичье,— как ей раздеться при тебе?» А слуга отвечает: «Не твоя забота! Только прикажи мне, а уж там хоть и двоих запрут, а я буду. А коли станет она стыдиться, ты ей скажи: «Чего тебе стыдиться? Слуга этот всегда при нас будет». Станет о с тобою играть, а после захочет спать, ты же не спи смотри ей в лицо. Если она вздрогнет, ты еще смотр* Ежели же она в другой раз вздрогнет, то ты сойди с посте| ли и стань на мое место, а я лягу на постели с нею».

Потом взяли дружки купца и царевну, повели в осо­бую опочивальню и заперли там их вдвоем. Царевна по обычаю разделась, а когда осталась в одной сорочке, оглянувшись, увидела человека, стоящего у дверей, и спросила она купца: «Господин, что это там за человек стоит,— ведь дело мое девичье. Как он сюда зашел?» А купец говорит: «Чего тебе, душа моя, его стыдиться? Ведь этот раб всегда при нас будет служить». И она стала играть с мужем; наигравшись же, захотела спать и сказала: «Господин мой, не мешай, я хочу спать». Он дал ей уснуть, а сам стал глядеть на нее. И как только заснула, необычно вздрогнула она, а он еще при­лежнее стал смотреть на нее. Потом во второй раз она вздрогнула так сильно, что от постели на аршин поднялась в высоту и затем ударилась о постель. Купец пришел в ужас, сошел с постели долой и стал на месте слуги своего. А слуга взял клещи и лег на постель. Потом из уст ее поднялось пламя огненное, и по всей палате рассыпались искры. Купец, видя это, испугался еще сильнее, упал на землю и обмер, полагая, что слуга его уже умер. А слуга встал с постели и, взяв клещи, стал у кровати. И тогда, увидев большого змея, выходящего из ее уст, взял его клещами за шею, удушил и, раздробив на мелкие части, спрятал их. После того поднял он господина своего едва живого и сказал ему: «Ляг на постель с женою своею». Тот не хотел лечь с нею, но слуга заставил его силою. И, по обычаю, сотворил муж по закону брака.

Утром царь посылает дружку: «Пойди выкинь кости! Наверно, змей давно уже съел». Пришел дружка, отомкнул замок, стал отворять двери и видит, что они изнутри заперты. Удивился дружка этому, а купеческий слуга спрашивает: «Ты кто таков?» Тот отвечает: «А ты кто таков и как взошел сюда?» Слуга в ответ: «Я слуга купеческий». Удивился дружка: «Да кто тебя пустил?»

Слуга говорит: «Господин мой приказал. Не вас же мне слушаться!» И спросил дружка: «В добром ли здравии молодые?» — «В добром здравии,— отвечал слуга,— и лиходея нашего, змея, уходили». Вскрикнул громко дружка и пошел скорее к царю: «Злодей наш, змей, убит, а молодые в доб

⇐ Предыдущая18192021222324252627Следующая ⇒

Поделиться:

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Организация работы процедурного кабинета

Области применения синхронных машин

Оптимизация по Винеру и Калману