Забывание намерений (З. Фрейд, гештальтпсихология, современные исследования).

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 8 из 11Следующая ⇒

ФРЕЙД: Ни одна другая группа феноменов не пригодна в такой степени для доказательств нашего положения о том, что слабость внимания сама по себе еще не может объяснить дефектности такой функции как забывание намерений. Наме-рение — это импульс к действию, уже встретивший одобрение, но выполнение которого отодвинуто до известного момента. Конечно, в течение создавшегося таким образом промежутка времени может произойти такого рода изменение в мотивах, что намерение не будет выполнено, но в таком случае оно не забывается, а пересматривается и отменяется. То забывание намерения, которому мы подвергаемся изо дня в день во всевозможных ситуациях, мы не имеем обыкновения объяснять тем, что в соотношении мотивов появилось нечто новое; мы либо оставляем его просто без объяснения, либо стараемся объяснить психологически, допуская, что ко времени выпол-нения уже не оказалось потребного для действия внимания, которое, однако, было необходимым условием для того, чтобы само намерение могло возникнуть, и которое, стало быть, в то время имелось в достаточной для совершения этого действия степени. Наблюдение над нашим нормальным отношением к намерениям заставляет нас отвергнуть это объяснение как произвольное. Если я утром принимаю решение, которое должно быть выполнено вечером, то возможно, что в течение дня мне несколько раз напоминали о нем; но возможно также, что в течение дня оно вообще не доходило больше до моего сознания. Когда приближается момент выполнения, оно само вдруг приходит мне в голову и заставляет меня сделать нужные приготовления, для того чтобы исполнить задуманное. Если я, отправляясь гулять, беру с собой письмо, которое нужно отправить, то мне, как нормальному и не нервному человеку, нет никакой надобности держать его всю дорогу в руке и высматривать все время почтовый ящик, куда бы его можно было опустить; я кладу письмо в карман, иду своей дорогой, и рассчитываю на то, что один из ближайших почтовых ящиков привлечет мое внимание и побудит меня опустить руку в карман и вынуть письмо. Нормальный образ действий человека, принявшего известное решение, вполне совпадает с тем, как держат себя люди, которым было сделано в гипнозе так называемое «послегипнотическое внушение на долгий срок». Обычно этот феномен изображается следующим образом: внушенное намерение дремлет в данном человеке, пока не подходит время его выполнения. Тогда оно просыпается и заставляет действовать. В двоякого рода случаях жизни даже и профан отдает себе отчет в том, что забывание намерений никак не может быть рассматриваемо как элементарный феномен, не поддающийся дальнейшему разложению, и что оно дает право умозаключить о наличности непризнанных мотивов. Я имею в виду любовные отношения и военную дисциплину. Любовник, опаздывающий на свидание, тщетно будет искать оправданий перед своей дамой в том, что он, к сожалению, совершенно забыл об этом. Она ему непременно ответит: «Год тому назад ты бы не забыл. Ты меня больше не любишь». Если бы он даже прибег к выше приведенному психологическому объяснению и пожелал бы оправдаться множеством дел, он достиг бы лишь того, что его дама, став столь же проницательною, как врач при психоанализе, возразила бы: «Как странно, что подобного же рода деловые предприятия не случались раньше». Конечно, и она тоже не подвергает сомнению возможность того, что он действительно забыл; она полагает только, и не без основания, что из ненамеренного забвения можно сделать тот же вывод об известном нежелании, как и из сознательного уклонения.

ГЕШТАЛЬТ, БИРЕНБАУМ: Выполнение намерения зависит от многих факторов. Во-первых, не все люди одинаковы. Бывают люди особенно пунк­туальные в выполнении своих намерений и лица непоследо­вательные в этом отношении.

Во-вторых, выполнение намерения зависит от его содер­жания. Намерения бывают более или менее важного содер­жания. Например, намерение бросить письмо в почтовый ящик может иметь различный вес в зависимости от важности письма. Деловые переговоры по телефону или деловой звонок по телефону, в общем, гораздо важнее, чем визит вежливости старой родственнице.

Намерения бывают приятные, неприятные или нейтраль­ные, и это обстоятельство играет большую роль при забывании или запоминании намерения, что особенно подчеркивал Фрейд («Психопатология обыденной жизни», Вена, 1919).

Далее, большое значение имеет, с какой именно частью общей жизни человека связано намерение. Бывают люди, которые добросовестно выполняют все намерения, связанные с их работой, и забывчивы в повседневной жизни.

Эта связь специальных намерений с общей деятельностью и целями человека составляет важную проблему, которую мы обозначаем как вопрос о включении намерений в более широкие целостности или внутрипсихологические области и которую мы ставим во главу угла нашего исследования.

Результаты показали, что в серии I и первой части серии II, без введения паузы, намерение — подпись выполняется хо­роню. Перед паузой для испытуемого во время заданий не­изменно существует ситуация «испытуемого, решающего за­дания опыта». С паузой же меняется вся ситуация в целом. Испытуемый с удовольствием занимается развлекательным заданием, часто сам показывает экспериментатору задания, которые тот не знает. Испытуемый вдруг начинает вести себя совершенно свободно. Он уже не видит в собеседнике экспе­риментатора, который хочет проверить его, а скорее знакомого, с которым он оживленно беседует. После этой «маленькой передышки» снова возвращаются к собственному опыту. Испы­туемый снова выполняется задания прежнего вида, но забывает подпись. Это кажется странным. Еще более удивительно то, что, начиная со следующего задания, намерение опять вы­полняется регулярно.

В качестве возможных причин забывания следует рассмот­реть следующее:

1. Можно было бы предположить, что забывание намерения
вызывается увеличением промежуточного времени посредст­вом перерыва.

Если бы забывание было простой функций временной от­ставленности от выполнения, то именно во втором и после­дующих заданиях после паузы подпись должна была бы быть по-настоящему окончательно забыта. Этого, однако, не про­исходит.

Далее, необходимо упомянуть следующее. Спустя одну или несколько недель мы иногда проводили с испытуемым два опыта. Временной интервал был гораздо больше того, который получался при заполненной паузе. Несмотря на то что были предъявлены другие основные задания, испытуемые часто сами, без инструкции экспериментатора, начинали с подписи.

Эти факты показывают, что временной интервал не был действительной причиной забывания намерения после пере­рыва 5—10 минут.

2. Тот факт, что частота забывания от первого к после­
дующим заданиям после паузы сильно уменьшается, убеди­тельно выявляет очень общий и очень важный для проблемы
забывания намерений факт, а именно: речь идет не о забы­вании, связанном с памятью. И там, где забывается намерение,
дело не в забывании как «выпадении» из памяти. Дело не в том, что испытуемый не в состоянии вспомнить инструкцию, воспроизвести содержание инструкции.

В нашем случае встает вопрос не о способностях памяти, а о том, являются ли соответствующие намерению цели ру­ководящими для действий в определенной ситуации или нет. По всей вероятности, обсуждению подлежат не проблемы памяти в узком смысле, а существование и взаимоотношение квазипотребностей, а также факторы, от которых зависит, будет ли квазипотребность в определенной ситуации опреде­лять возникновение действий или нет.

Летотехника – система приемов, облегчающих забывание

33. Исследования зависимости запоминания от места запоминаемого материала в струк-туре деятельности, способов его преобразования в процессе достижения цели и связи цели деятельности с содержанием мотивов запоминаемого.

Принцип зависимости запоминания от места запоминаемого объекта в структуре деятельности был открыт в исследованиях П.И. Зинченко и А.А. Смирнова. С точки зрения теории деятельности, процессы памяти не ограничиваются пассивным запечатлением следов, а являются продуктом деятельности субъекта с предметами; решающими факторами запоминания являются предметное содержание деятельности, а также ее цели, мотивы и условия.

Влияние на продуктивность запоминания различных мотивов деятельности изучалось в исследовании З.М. Истоминой. С испытуемыми разных возрастных групп (от 3 до 7 лет) было проведено три серии экспериментов. Первый опыт представлял собой лабораторный эксперимент, в котором выполнение заданий не побуждалось каким-либо определенным мотивом – нужно было запомнить ряд слов. Во втором опыте запоминание включалось в игровую деятельность: в ходе игры ребенок должен был “пойти в магазин” и принести ряд предметов, названных экспериментатором. В третьем опыте запоминание осуществлялось в ходе практической деятельности. Детям предлагали устроить выставку рисунков, а для того, чтобы организовать ее, они должны были сходить к заведующему детским садом и попросить названные экспериментатором предметы, необходимые для устройства выставки. Оказалось, что продуктивность запоминания, самая низкая в условиях лабораторного эксперимента, повышается при появлении игровых мотивов, и достигает максимума в ситуации практической деятельности. Таким образом, эксперимент Истоминой демонстрирует зависимость эффективности произвольного запоминания от различных мотивов деятельности.

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте