Христианство и языческие культы.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 7Следующая ⇒

В первые два века христиане считали все таинства древнего мира (мистерии ¹) «сатанинским действом», не поклонялись образу креста (их символом была рыба) и проклинали попытки придать Богу сотоварищей (например, учение Феодорита о святой Троице). Молитвенные собрания древних христиан восходили к иудейскому празднованию субботы и сопоставимы с намазом, на них вспоминали исторические события, пели псалмы и учили нравственности.

Многое из того, что сегодня считается христианским культом, на самом деле имеет чисто языческое происхождение и было объявлено «христианским» в IV веке силою государства с политической целью подчинения народов империи единому «наместнику Христа» - императору. Так, выступая на Большом Московском Соборе Православной Церкви 1666 года, митрополит Константинопольского вселенского патриархата Паисии Лигарид высказал царю Алексею Михайловичу Романову православное понимание его должности: «У римлян, как и у египтян, царь соединял в себе власть священства и царства. По ним и подобным причинам царь именуется Богом. И ты, богоподобный Алексей Михайлович, имеешь право на бого-именование»²

Тем самым, православный архиерей, выступление которого было поддержано церковным Собором, сам признал глубокую внутреннюю связь между византийско-христианским учением о царе как о «помазаннике Божьем» и мифологиями древних восточных деспотий, увидел тождество христианского царя и древнеегипетского обожествленного фараона. Цель создания средневековой государственной модели новозаветного иудеохристианского учения была ясно выражена - сохранение абсолютной политической власти правителя над людьми! Это блестяще показал великий русский писатель Ф. М. Достоевский в легенде о Великом Инквизиторе, вошедшей в роман «Братья Карамазовы»: порок древнего Христианства Великий Инквизитор увидел в том, что Иисус проповедовал лишь духовную свободу и не принял порфиры и меча кесаря. Этот «недостаток» древнего Христианства был исправлен лишь в IV веке.

Следует отметить, что император Рима Константин Великий, введший всеобщее Христианство, сам оставался язычником, посвященным в культ Митры, и принял крещение лишь перед смертью. Христиане IV века не устояли перед соблазном благ мирской власти, и к учению Иисуса (мир ему!) примешался языческий культ, повлекший за собой в V веке качественные изменения в вероучении (возникли догматы о Богородице, о святой Троице и т. п.).

В Церкви были введены и объявлены христианскими ранее отрицавшиеся «таинства» - мистерии, по сути, была произведена лишь замена имен богов в соответствии с Новым Заветом. Однако заклинательный, магический характер этих мистерий сохранился и с новыми именами. Так, и Спаситель правогласных египтян Осирис, и персидский богочеловек Митра, согласно мифам, родились примерно в день зимнего солнцестояния 25 декабря, причем Митра - в пещере среди животных. Рождество этих богов-спасителей пышно праздновалось в Римской империи. Аналогичным было и рождество Спаса Коляды в славянских землях, так что и сегодня рождественские песни зовутся «колядками», хотя славянское имя бога заменено иудейским. В IV веке император, избравший для государственных целей Христианство, в стремлении вытеснить народный праздник Митры назначил день 25 декабря днем рождества Иисуса, хотя до этого никто в древней Христианской Церкви такой даты не знал и не праздновал.

Таинства, установленные христианами в Римской империи по случаю боговоплощения, страдания, смерти и телесного воскресения Иисуса, не только не отличались от таинств мистерий язычников, а наоборот - были призваны поглотить языческие мифы и культы, чтобы переподчинить миллионы верующих новому, христианскому духовенству. А оно, в свою очередь, установило культ императора не просто как одного из богов, а как всемирного Спасителя, преемника и наместника главного раввина и «царя иудейского» - Христа.

Культы Осириса (Египет), Орфея (Греция), Аттиса (Рим), Зороастра и Митры (Персия - Рим) и многие другие строились по одной и той же схеме боговоплощения чудесное рождение богомладенца от девы - страдания за людей и смерть -- схождение в ад -- телесное воскресение и вознесение. Жрецы этих культов при огромном скоплении народа ритуально воспроизводили содержание мифов, совершали крестные ходы с возглашениями «Ат-тис воскрес!» или «Осирис воскрес!», причащали верующих кровью божества в виде вина (греки), крови быка (римляне), красного пшеничного напитка (египтяне), считая, что это гарантирует им нарушение законов природы в пользу верующих.

- О вы, божественные духи! - молился древний египтянин за тысячу лет до рождества Иисуса Христа. - Произнесли ли предо мной вы такие слова:

«Пусть участвует он в Вечной Жизни, Причастившись священных хлебов Геба!»? Хлеб причастия моего будет из белой пшеницы, Причащаться я буду напитком из красной пшеницы.

(«Египетская Книга мертвых») ³

Причастие телом и кровью божества характерно для большинства древних религий, причем развитие шло от жестокого натурализма в сторону гуманизации: у отсталых племен это могло быть замещающее человеческое жертвоприношение, затем человека заменило животное, со временем кровь животного стала олицетворяться вином или красным напитком, а плоть - хлебом. В книге мага Зардушта (Зороастра) воплощенный бог Митра говорит своим ученикам: «Кто ест мою плоть и пьет мою кровь, остается во мне, и я остаюсь в нем»⁴ Очевидно, эта сакраментальная формула популярнейшей в Древнем Риме религии произвела сильное впечатление и на христианских авторов Нового Завета.

В христианской Церкви общая структура древних мифов и даже текст многих молитв были полностью сохранены. Иконы египетской богоматери Исиды с младенцем-спасителем на руках повсеместно стояли в Риме, так что древние христиане часто поклонялись ей, не видя принципиальной разницы между ней и иудейкой Мариам. Христиане IV века возродили древнюю практику причащения мистической кровью божества через ее ритуальную замену красным вином. Следует заметить, что и в древнем языческом мире к этой практике не все относились так однозначно, как христиане в о государственной Церкви. Например, известнейший оратор Цицерон писал:

«Когда мы называем хлеб Церерой, а вино - Вакхом, мы употребляем не более как общеизвестные риторические фигуры. Или вам на самом деле кажется, что на свете есть человек настолько безумный, чтобы искренне верить, что употребляемая им пища является богом?».

В средневековой Церкви возродился также обычай молиться духам ранее умерших людей с просьбой нарушить законы природы в пользу просящего, что, по сути, превращает дух телесно умершего человека в существо, способное самостоятельно изменять порядок мироздания, т. е. в бога, как он понимается среди язычников. Простая логика порождает вполне очевидный вопрос: как может изменить порядок вещей тот, кто его не создавал и кто над ним не властен? А если это делает не он, а Всеведущий Творец как бы по его просьбе, то почему же сразу не обратиться с просьбой прямо к Тому, Кто знает все наши помыслы, желания и потребности, и не лукавить? Зачем же уподоблять Всемогущего Творца человеческому начальнику, любящему лесть и угодничество и принимающему решения не по справедливости, а исходя из просьб особо приближенных фаворитов - «святых угодников»? Здесь проглядывает либо неверие во Всемогущество Бога вообще, либо кощунственное отрицание в Его действиях той справедливости, которую Он Сам утвердил в Своем Откровении.

В российских селах до XX века сохранялся, например, такой обряд Официальная Церковь, будучи не в силах победить культ языческого бога - покровителя скота Велеса, - подменила его культ культом созвучного по имени греческого святого Власия; однако на практике все оставалось по-прежнему - в дни, которые ранее крестьяне посвящали молитвам Велесу, старший в семье мужчина облачался в вывороченную козлиную шкуру - как это делал жрец бога Велеса - и поил домашний скот водой, освященной на Крещение Господне.

Неужто они прочат в соучастники Ему

Таких, которые творить не могут,

И сами же Другим сотворены?

Они не могут помощь оказать ни им

И ни, себе помочь не могут <...>

Поистине, все те, кого вы призываете помимо Бога,

Такие же рабы Ему как вы.

(Коран, 7:191 -192, 194)

Я задавал себе вопросы, почему же текст Нового Завета не стал защитой от реставрации язычества, ведь в основе его - учение великого пророка Единобожия? Действительно ли этот текст является Откровением Всевышнего, Словом Бога? Да и что вообще можно считать Откровением Бога? Ответы на эти вопросы содержат вторую важную составляющую, определяющую выбор мировоззренческой позиции.

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте