Девушка с телефоном (вслух). Не могу говорить — я в маршрутке.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 6Следующая ⇒

5.

Ещё какое-то время назад.

У Девушки с телефономзвонит телефон. Она сбрасывает звонок, надевает капюшон и прислоняется к стеклу. Пожилая женщина, которая всем мешает своей дурацкой сумкой, но которой никто ничего не говорит, потому что у неё уж очень грустное лицо, смотрит на собаку, которая лежит рядом. Пожилая женщина, открывает сумку-тележку и раскрывает пакеты, и долго-долго ими шуршит. Мальчиксмотрит сквозь изрисованное им же стекло.

Мальчик. И эти маленькие лошади. Они такие маленькие, они же гораздо меньше обычных лошадей. Такие маленькие и бегают по кругу, все в каких-то колпаках. Всё гораздо хуже, чем на видео. Я вообще не знал, что это такое — цирк. Мама говорит. Никитка, а я взяла билеты в цирк на пятницу. А я хотел в новый Uncharted поиграть, только всё установил. И мне этот цирк. Но она говорит, там представление в шесть, а нужно ещё покушать же сначала. Куда ты давно хотел? Я говорю. В Блэкстар бургер. И она мне. Ну вот туда и пойдем. Как еще раз пишется? Ну и я согласился. Норм бургер, потом немного нудятины и потом новый Uncharted. Два из трёх — норм. Говорю, пойдём, мам. Говорю, я с удовольствием. И она так обрадовалась. Давно ей, видимо, хотелось в цирк сходить, а всё не с кем было. Ну и бургер был огонь. Матвей такого не пробовал, ему самый дешевый небось купили, обычный, почти как в макдаке. А вот BBQ XL — это тебе совсем другое дело. Вот это да. Там и котлета большая и соуса много. Кайф. И вечером Uncharted. И мы заходим в цирк. Я ради мамы чисто. Ей так хотелось. И там все мелкие такие. Чуть слюни не пускают. Фотографируются с удавами, обезьянами облезлыми какими-то. У меня таких вон сколько в классе. Резеда одна чего стоит, или эти два брата чурки. Они так-то нормальные, но дикие реально какие-то. Мама не зря мне говорит про них, что они из «этих». Не знаю из кого. И вся эта мелочь носится. А у меня здоровье как раз восстановилось, хожу закупаю юниты, апгрейды делаю, а мама всё. Никитка, не хочешь сфотографироваться с обезьянкой? Не хочешь грим вот такой, смотри, какой смешной! Ой, а вот смотри какие тут шарики. Мне в детстве всегда в цирке такой шарик покупали, в виде пуделя. И как это они их только так крутят? Ну я и думаю, ладно, давай этот шарик идиотский, только отстань уже. Ей так, видимо, самой хочется, но стесняется купить. Странная. Ну пусть мне купит, мне не жалко. Я говорю. Шарик — можно. И дальше этот мужик в гриме маму почему-то по имени называет. Смеётся что-то. И мама тащит меня к зрительному залу. И больно так держит. Я говорю. Ай, мам ну больно, пусти. Она хочет крикнуть на меня. Вижу, что хочет. Но вдруг передумывает. Я говорю. А это кто был? Она говорит. Никто. Я говорю. Мам, может тут ещё где-нибудь шарики продаются? А она говорит. Пойдём в зал, скоро начнётся.

И там везде пахло лошадьми и кошками. И потом гаснет свет и начинается. Клоуны, акробаты, все какие-то с дебильными лицами. И жалко этих людей. Что они такой ерундой занимаются. А потом вышли эти маленькие лошади. И лошадей мне так жалко стало. Они же не могут просто взять и убежать. Там холодно, на улице, где им жить? Они такие несчастные. И они просто бегают по кругу и так смотрят на эту маленькую женщину в платье с длинной тростью. Смотрят и бегают по кругу. И мне так грустно стало. И я смотрю на маму, а она плачет. Ей, видимо, тоже жалко стало их. Я говорю. Мам, ну хочешь уйдём?А она спрашивает. Тебе не нравится? И я думаю, что мама так старалась. И бургер был вкусный, и маме так хотелось сюда сходить, и я говорю. Мне нравится, мам. И она улыбается и говорит. Вот и хорошо, Никитка, тогда ещё посмотрим.

Потом ещё много таких же несчастных людей и животных было, но я сидел и в основном смотрел на маму. Она почти всё время плакала. И я подумал, что надо почаще с ней так ходить, наверно, ей иногда хочется прийти куда-нибудь, чтобы над кем-нибудь поплакать. И вообще мне понравилось, и совсем немного, и мы будем дома. Я пойду спать, выключу свет и запущу Uncharted, а мама будет долго-долго принимать ванну. Ну это только, когда мы уже наконец поедем. Ну сколько можно шуршать?

Пожилая женщина достаёт из пакета сосиску, разламывает пополам, одну половинку кладёт перед собакой. Собака поднимает уши, смотрит на сосиску, затем на женщину, затем поднимает голову и смотрит на мужчину, который смотрит в окошко.

Открывается дверь. Входит Драматург. Он держит в руках заготовленные деньги, он не знает платить до или после. За ним хлопает дверь. Все пассажиры смотрят на него. Водитель поправляет зеркало заднего вида и тоже смотрит на него. Драматург протягивает деньги, и не знает, ждать ли ему сдачи и вообще хватает ли на проезд. Водитель забирает деньги и показывает на стенку с прикреплёнными объявлениями. Проезд стоя запрещён. До Москвы 200. По городу 35. До вокзала 50. Нужны водители, звони-

те.

Драматург чуть улыбается и проходит к свободному сиденью, спотыкаясь о сумку Пожилой женщины. Она перестаёт шуршать пакетом.

Все замирают, всем жалко Пожилую женщину, ведь у неё такое грустное лицо. По дороге Драматург случайно наступает на сосиску, которая лежала перед собакой. Собака смотрит на раздавленную сосиску. Драматург садится. Маршрутка заводится. Звонит телефон.

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии