Принимайте грешника, ненавидьте грех

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 45 из 72Следующая ⇒

ВОЗМОЖНОСТИ РАЗВИТИЯ

Если отрицание добра и зла так разрушительно, почему бы просто не разделить их? Почему признание существования обоих явлений является таким важным? Почему нельзя просто признать зло и ценить добро?

Чтобы понять всю важность этого процесса, мы должны вспомнить, в чем заключалась сущность грехопадения. Мы были созданы вне существования добра и зла. Бог оградил нас от этого. Но мы согрешили против Него, и поэтому оказались в мире, где существуют добро и зло.

Следует помнить, что мы были созданы без знания благодати, поэтому теперь должны научиться принимать плохое, не разрушая взаимоотношений.

Библия говорит, что мы рождаемся, утеряв общение с Богом, и Дух Святой призывает нас восстановить общение с Ним. Когда это происходит, мы начинаем принимать и собирать внутри себя любовь и прощение. Принцип Писания заключается в том, что мы в состоянии любить и прощать, потому что испытали любовь и прощение по отношению к себе.

Иисус обедал в доме Симона фарисея. Когда он возлежал за столом, женщина, "которая была грешница", отирала Его ноги своими волосами и поливала благовонным миром. Фарисей подумал, что если бы Иисус был пророком, то знал бы, что за женщина прикасается к Нему. Иисус же рассказал историю, иллюстрирующую принцип Писания:

"У одного заимодавца было два должника: один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят; но как они не имели чем заплатить, он простил обоим. Скажи же, который из них более возлюбит его? Симон отвечал: думаю, тот, которому более простил. Он сказал ему: правильно ты рассудил. <... > А потому сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много, а кому мало прощается, тот мало любит" (Лк. 7:36-47).

Мы не рождаемся в этот мир со способностью прощать, потому что сами еще не прощены. Библия учит нас, что ровно настолько, насколько прощены были сами, мы сможем прощать других. Мы должны осознавать свое прощение для того, чтобы простить других и не отвергать людей как "полностью плохих", таким образом теряя взаимосвязь с ними.

Ребенок рождается в этот мир не испытавшим прощения. В результате, он сам становится непрощающим. Благодать и истина, или любовь и ограничения, разделены в его сознании. Ему нравится, когда он счастлив; он ненавидит ощущение недовольства. Эти два состояния формируют в нем две категории: хорошие люди и плохие люди, хорошее "я" и плохое "я". Добро и зло полностью разделяются, и появляется страх, что плохое может полностью поглотить хорошее.

Этот способ переживания и мышления распространяется на все, что окружает ребенка. Если за ребенком ухаживают и удовлетворяют его нужды, тогда мир становится хорошим местом для жизни, мама – хорошей мамочкой, и ребенок счастлив. Ребенок как будто говорит: "Все хорошо". Ребенок не печалится; все вокруг него хорошо, когда он получает все, что хочет.

С другой стороны, когда ребенок разочарован, все вокруг становится плохим. Мама становится плохой мамой, папа – плохим папой, и мир вообще становится плохим местом для жизни. Ребенок не может понять, что мама, которая немного опоздала с кормлением, это та же самая мама, которая утешала его и делала жизнь для него прекрасной день назад.

Когда мама, в конце концов, приходит и приносит ребенку то, что ему было нужно, ребенок успокаивается. Снова все хорошо. Никто во всем мире не сможет убедить его, что в этот момент мир несовершенен. Ведь рядом с ним "полностью хорошая" мама.

Со временем, когда мама продолжает удовлетворять его нужды, и ребенок принимает вовнутрь эту любовь, а мама прощает ему различные выходки, ребенок начинает понимать, что мама не является ни полностью хорошей, ни полностью плохой. Хорошее противостоит разочарованию. Ребенок понимает, что один и тот же человек и любит его, и разочаровывает его. Одна и та же мама и играет с ним, и заставляет подождать с игрой. Если хорошего в жизни этого ребенка достаточно, он в состоянии принять плохое.

С одной стороны, если хорошего по отношению к ребенку проявляется мало и мало прощения, тогда хорошее и плохое не принимают друг друга. Дети, вышедшие из подобных семей, продолжают разделять окружающий мир на хороших и плохих людей; они любят тех, кто удовлетворяет их нужды, и ненавидят тех, кто этого не делает. Они обожают работу, которая им доставляет удовольствие, и бросают работу, на которой не получают удовольствия.

С другой стороны, дети, которые никогда не испытали разочарования, могут также стать непрощающими. Если совмещение добра и зла зависит от баланса между разочарованием и удовольствием, а ребенок никогда не переживал разочарования, он никогда не научится прощать источник разочарования. Мы все видели людей, которые моментально начинают считать весь мир полностью плохим, если пять минут подождали в очереди перед кинотеатром. Они не могут совмещать плохое и хорошее.

И в первом, и во втором случае, когда добро и зло не совмещаются, человек считает людей хорошими, если они доставляют ему удовольствие, и плохими, если они этого не делают. Такой человек не может простить "хороших людей", когда те все же совершают ошибки.

Позже в процессе развития, когда дети начинают двигаться, на сцену выходит идеальное "я". Они начинают чувствовать, что могут делать все; они чувствуют себя великими и сверхчеловеками, потому что нашли "новую силу" передвигаться. Они могут говорить, изучать что-то новое и убегать. На данном этапе они еще не получили достаточно опыта падений. Идеальное "я" находится на своей самой высокой точке, и дети хотят, чтобы их принимали как совершенство. Это восторженный период, называющийся "Мама, посмотри!" Мы все проходим через эту стадию, когда мы хотим, чтобы нас ценили, и это для нас является самым важным.

В конечном итоге, однако, грандиозное идеальное "я" должно уступить место реальности. Дети учатся, что падение – это также часть реальной жизни и что они не являются невидимыми. Когда наше несовершенство понято и принято другими, мы тоже учимся принимать его как образ самих себя. Мы начинаем ценить реальное "я", которое не совершенно, не грандиозно и не идеально. Мы учимся тому, что Павел называет умеренностью в отношении самих себя ("думайте скромно", Рим. 12:3). Мы учимся и других людей не видеть такими уж великими; мы привыкаем ценить реальное "я" с его недостатками точно так же, как учимся прощать и принимать реальное "я" других с их ограниченными возможностями.

Потом, гораздо позже, когда мы сталкиваемся с реальной жизнью, мы понимаем не только то, что мы и хорошие, и плохие одновременное, но и то, что можем достигнуть успеха, а можем провалиться. Мы налаживаем взаимоотношения между нашими ожиданиями и нашей деятельностью. На данном этапе может развиться нападающее и осуждающее отношение к реальному "я". Этот вид отношения развивается, когда наши падения не прощаются с любовью, но жестоко осуждаются. Падения должны признаваться, обсуждаться и прощаться.

Родители должны принимать падения своих детей так же, как это делает Бог. Бог не отрицает падений и не наказывает нас за каждый промах. Он обличает нас – показывает нам истину, – но Он также проявляет к нам любовь и сострадание, потому что "благость Божия ведет тебя к покаянию" (Рим. 2:4). Божья доброта и сострадание нежно ведут нас к работе над своими ошибками и греховностью. Жесткое осуждение и наказание не могут привести нас к покаянию. Если бы Божественная педагогика была единственным стилем воспитания, в мире оказалось бы очень мало людей, думающих, что их падения слишком велики, чтобы над ними работать, и что они единственные, кто грешит на этой планете. Но, к сожалению, таких людей очень много.

ЛЮБОВЬ И ПРИНЯТИЕ

Любовь – это решение всех проблем, связанных с принятием добра и зла. Когда мы были в Эдемском саду, испытывая совершенную Божью любовь и принятие, вопроса соотношения добра и зла не существовало. Когда мы согрешили, противоборство добра и зла стало вопросом первостепенной важности.

Если в детстве мы получали достаточно любви с ограничениями, то есть благодати вместе с истиной, у нас сформировалось понимание, как Бог общается с нами. Мы познали, что находимся под благодатью (Рим. 5:2), где осуждение и наказание бессильны. Мы узнали, что греховность и падения – это грустная вещь, потому что они могут серьезно повредить отношениям с любимыми. Если бы мы не теряли огромного количества энергии на осуждение собственных грехов, мы бы больше обращали внимание на тех, кого ранили своим грехом. Мы смогли бы испытать печаль ради Бога, вместо парализующего чувства вины.

В первой главе, когда мы рассуждали о присоединении, я говорил, что иногда задаю вопрос членам группы: "Если я дам вам бейсбольную биту и разрешу ударить меня по лицу, сделаете ли вы это?" Люди, которые говорили, что не смогут ударить меня битой по лицу, потому что "это является неправильным поступком", не основываются на стандартах высшей христианской нравственности. Так как осуждение не распространяется на христиан, которые находятся под благодатью, то настоящей причиной не ударить меня битой по лицу должна быть любовь: "Нет, потому что вам будет больно". Иисус говорил об этом, когда ответил книжнику на вопрос о законе. Он сказал, что весь закон можно свести к двум заповедям: люби Бога и ближнего. Когда человек понимает свои падения и грехи как следствие недостатка любви к людям, а не как собственную "греховность", тогда он переходит на более высокую ступень понимания проблемы добра и зла.

То же самое можно применить и к нам самим. Если, согрешив, мы видим, насколько грех ранит нашу личность, то, вместо того чтобы считать себя "плохим человеком", мы начнем выбираться из рабства "закона греха и смерти". Только когда мы увидим полную картину разрушительной сущности наших грехов, мы начнем изменяться. Манипуляции чувством вины не сработают; они только увеличат грех. "Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать" (Рим. 5:20).

Такова простая истина Евангелия. Только благодать освобождает нас. "Бедный я человек! кто избавить меня от сего тела смерти?" (Рим. 7:24). "Итак, – продолжает Павел, – нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе" (Рим. 8:1). Только когда мы перестанем осуждать себя за плохое, мы сможем избавиться от него. Только получив освобождение от закона греха и смерти, мы сможем идти дальше путем Святого Духа.

Но, если мы по-прежнему считаем свою греховность заслуживающей вины и осуждения, грех будет только возрастать. В этом замкнутом круге оказываются люди, которые борются с вредными привычками, или с навязчивыми идеями, или пристрастиями. Они совершают поступок. Затем чувствуют себя ужасно и думают, что недостойны любви. Затем снова совершают подобный поступок, чтобы избавиться от чувства неприятия. История Ли достаточно хорошо демонстрирует этот цикл.

Ли пришел в клинику по поводу депрессии, которая была следствием его завышенного чувства вины из-за сексуальных пристрастий. Его "цикл греха" действовал именно таким образом. Когда он испытывал чувство одиночества, он находил проститутку. Он чувствовал себя ужасно, но все равно делал это. После всего он ощущал непомерную тяжесть чувства вины, которое не покидало его неделями. В такое время он чувствовал себя все больше и больше недостойным любви и пытался остаться один. Он бросал семью и друзей, что увеличивало его "потребность"; вместе с потребностью росло и принуждение. Возрастало напряжение, усиливалась боль, и чувство одиночества становилось невыносимым. Он находил еще одну проститутку, вина возвращалась, и все продолжалось по замкнутому кругу.

Когда он начал говорить о своем пристрастии в маленькой группе поддержки, он вдруг понял, что никто его не осуждает. Он понял, что люди не были удивлены его "греховностью" и продолжали любить его, несмотря на плохие поступки. Он пытался снова и снова отвернуться от этой любви и принятия, пытался спрятаться. Но в конечном итоге он понял, что "никакого осуждения" относилось также и к нему; он не мог избежать этого. Он не будет осужден, даже если снова согрешит. Его состояние неосуждения не меняется в зависимости от его поступков.

В положении "никакого осуждения" Ли узнал, что его "греховность" и чувство вины вообще не были важны; все это было однажды оставлено на кресте. Важным было лишь то, что он лишал себя настоящей любви. Именно отсутствие любви медленно убивало его. Но он не мог добраться до сущности своего греха и его разрушительных последствий в своей жизни, пока не выбрался из замкнутого круга вины. Только через принцип "никакого осуждения" грех потерял над ним свою власть.

Греховность не является препятствием для христианина, потому что за нее заплачено сполна; мы приняты "в Возлюбленном" (Еф. 1:6). Настоящая проблема – это грех, но не грешник. Мы не должны иметь меняющееся представление о себе; если мы совершаем благие поступки, значит мы хорошие, а если грешим, значит плохие. Мы находимся в постоянной позиции Божьей любви.

Послание к Евреям очень хорошо показывает, что конфликт между виной и невиновностью, хорошим и плохим, однажды был разрешен:

"Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых. О сем свидетельствует вам и Дух Святый; ибо сказано: «...и грехов их и беззаконий их не воспомяну более»" (Евр. 10:14,15,17).

Многие христиане думают, что переходят из состояния прощения в состояние осуждения, и снова в состояние прощения и так далее. Они никогда не чувствуют безопасности принятия. Они не понимают, что Иисус "может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них... [Он] не имеет нужды ежедневно... приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа; ибо Он совершил это однажды, принесши в жертву Себя Самого" (Евр. 7:25,27). Иисус дал нам Свое принятие "один раз и навсегда". Спасение нельзя потерять, нельзя попасть в "плохое" положение перед Богом. Вопрос не стоит так: "Плохие мы или хорошие?", вопрос задается следующим образом: "Что мы делаем со своей жизнью?"

Если мы раним кого-то, Бога или самих себя, этот грех будет тяготить нас. Это чувство, называемое печалью ради Бога, приведет нас не к осуждению самих себя или кого-либо еще, но к заботе о том, кому мы причинили боль. Это сущность нравственности, основанной на любви, предписанной законом.

Это могущественная сила, заключенная в принципе "нет никакого осуждения". Она может изменять жизни. Когда человек достигает момента, когда не судит себя в зависимости от своих поступков, он становится на путь возрастания в любви, потому что "тот, кому больше прощается, любит больше". Это основа взаимоотношений между идеальным "я" и реальным "я". Взаимоотношений, основанных на любви, а не на осуждении реального "я", которое может совершать грех.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов