Упражнение 14.2 «Перекрестное картирование»

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 62 из 65Следующая ⇒

Упражнение 14.2 «Перекрестное картирование»

от разъединенности к связанности

(втроем, 15 минут)

1. Содержание разъединенности. Начните со своего опыта разъеди­ненности из предыдущего упражнения, оставив неизменным содер­жание — людей, контекст и реальные события.

2. Перекрестное картирование. Используя составленный вами пере­чень субмодальных различий; превратите субмодальности вашего опыта разъединенности в субмодальности связанности. Поменяйте темноту на свет, диссоциацию на ассоциацию и т. д., пока содержа­ние разъединенности не будет полностью представлено в субмодальностях связанности. Начав менять субмодальности, вы, возможно, обнаружите, что какое-то изменение затруднительно или невозмож­но. В этом случае просто вернитесь назад и перейдите к преобразо­ванию следующей субмодальности. Обычно другая последователь­ность оказывается намного более легкой, и изменение, которое прежде вызывало дискомфорт, становится впоследствии комфортным, пос­ле того как произведены другие изменения.

3. Восприятие новой связи. Продлите этот опыт какое-то время, с тем чтобы выяснить, что вы можете вынести из восприятия этой пробле­мы, когда она представлена в более содержательной и ресурсной форме. Если результаты этого эксперимента вам нравятся, подстройте их к будущему, к следующей вероятной встрече с подобной ситуацией.

***

Не хотите ли поделиться своими впечатлениями от этого упражнения?

Мэри: Я обнаружила, что включение другого человека внутрь моих границ автоматически поменяло все прочие субмодально­сти на субмодальности связанности.

Элис: Вместо того чтобы представить себе другого человека в этой конкретной ситуации, я оказалась охваченной воспо­минаниями о моем позитивном общении с ним, в результа­те чего мое восприятие этого человека стало более цело­стным и я смогла увидеть многие его качества. Поскольку я могла увидеть проблемную ситуацию в свете других, более позитивных ситуаций, этот опыт оказался для меня намно­го более сбалансированным и комфортным.

Сэм: Упражнение оказалось весьма просветляющим — в несколь­ких значениях этого слова. Важнейшим изменением для меня было то, что мои ощущения раскрылись, стали под­вижными и вызвали появление образов. Я начал думать о других вещах, которые могу сделать иначе в будущем, если окажусь в подобной ситуации.

Чарльз: Я использовал вашу идею, что «вовне ничего нет», то есть если я сердит, расстроен или изолирован, значит, я разъ­единен с какой-то частью самого себя, поэтому я могу со­брать себя воедино, собственным методом. И когда я ра­ботал над этим, меня внезапно посетила мысль: «Боже, если я преуспею в этом, то многочисленные защитные действия, к которым я прибегал столь длительное время, перестанут быть необходимыми». После чего подала голос другая часть, сказав: «Но мне нравится делать некоторые из этих вещей!» Тем самым передо мной возник ряд приятно озадачиваю­щих проблем. Теперь я должен решить, хочу ли я делать это или нет. А раньше у меня не было выбора, это была всего лишь автоматическая реакция.

Одна из основных пресуппозиций в НЛП состоит в том, что выбор всегда лучше, чем его отсутствие и иметь подобный выбор особенно приятно. Выбор «делать или не делать что-то» сильно отличается от на­стоятельного побуждения сделать то же самое. Если вам нравится де­лать что-то, почему бы это не делать? Если вы решите сохранить некото­рые из этих моделей поведения, могу поспорить, что они будут для вас намного более приятными теперь, когда «необходимость» следовать им исчезла, и я предполагаю, что их влияние на окружающих также будет гораздо более позитивным.

Сью:Я выбрала две ситуации с одним и тем же человеком, с мо­ей мамой: одну, в которой я испытывала сильные опасе­ния, и другую, в которой я чувствовала себя в полной безо­пасности. Затем, выполняя картирование, я испытала чув­ство глубочайшего сострадания, и проблема перестала существовать. Я всегда удивлялась, почему иногда обще­ние с мамой было просто изумительным, а иногда нет. По­рой я чувствовала связь с ней, а порой нет. Когда я заняла позицию «другого», эта позиция пронизала все. Начинать с разъединенности — это все равно что находиться в зоне боевых действий. Когда со мной так поступают другие люди, я негодую на них за то, что они отталкивают меня. Но когда они связаны со мной, я чувствую, что меня уважают и це­нят, и разногласия сходят на нет.

Фред: У меня есть одна знакомая, с которой я пытаюсь порвать. Но когда я отстранялся от нее, все мои ресурсы оказыва­лись ни к черту, и я плохо справлялся с ситуацией. Теперь я вижу, что мне необходимо сохранить связь, чтобы отстра­ниться от этой женщины. Это может показаться странным, но я знаю, что это так.

Салли: Когда я применила данный прием к конкретному случаю, он трансформировал этот случай. Затем я вспомнила все прочие ситуации, в которых данный прием был бы полезен и в которых я хотела бы, чтобы эта новая реакция стала частью меня. Поэтому я воспользовалась тем, что мы изу­чили раньше, и сформировала качество связанности как часть своей я-концепции, создав новый шаблон, трансфор­мировав противоположные примеры и так далее. Теперь я — человек, который связан с окружающими, независимо от того, приятно это или нет.

Джек: Проделав перекрестное картирование и представив себя разговаривающим с другим человеком в будущей ситуа­ции, я заметил, что тон моего голоса изменился. Голос стал приглушеннее и тише, и я почувствовал себя более ком­фортно. Не знаю, как повлияет это на его реакцию, когда я действительно с ним встречусь, но нет сомнений, что сей­час я чувствую себя лучше.

В этом упражнении я попросил вас провести грань между своими внутренними и внешними действиями. Однако такое разграничение ис­кусственно. Достигнув большей внутренней интеграции, вы обязательно измените позитивным образом свое внешнее поведение, а когда вы веде­те себя иначе с другими людьми, это часто вызывает изменение в их реакциях. Я хочу, чтобы все вы обратили внимание на то, как проделан­ное вами перекрестное картирование изменило ваши реакции и поведен­ческие модели, а также посмотрели, будут ли ваши новые реакции так же полезны при взаимодействии с этим человеком во внешнем мире. Вы можете даже провести проверку — незаметным и безопасным способом — и выяснить, в какой степени ваши новые реакции помогают вам спра­виться с фактическими внешними ситуациями, которые раньше явля­лись для вас трудным испытанием.

Это упражнение противоречит большинству установок нашей за­падноевропейской культуры, в которой мы обычно рационализируем, и оправдываем гнев и предубеждения, отвергая и атакуя объект гнева или фрустрации. Однако в учениях многих мистиков и святых вы часто об­наруживаете, что они ратуют за то, чтобы человек сохранял связь со своими врагами и искал возможность установить с ними дружеские от­ношения. «Лучший способ победить врага — превратить его в друга». Вероятно, большинству из вас знакомо наставление Христа о том, что необходимо прощать и «подставлять другую щеку»; подобные наставле­ния имеются и в других религиях. Мистики знали, что подобное едине­ние со всеми, которое они отстаивали, невозможно, пока человек разде­лен внутри себя.

Когда люди совершают убийства, они обычно делают это в гневе или в ярости, которые предполагают разъединенность и неприятие. Если вы остаетесь связанным с человеческой природой других людей, то если вы решили в определенной ситуации, что вам необходимо убить кого-то, чтобы защитить себя или другого человека, эта необходимость будет со­провождаться чувством огромной печали. Это делает намного менее ве­роятным то, что кто-то совершит убийство. Очень легко убить из чув­ства гнева, разъединенности и неприятия, а я бы хотел, чтобы совершить убийство было крайне сложно. Если вам необходимо убить, этот акт должна сопровождать глубокая печаль, но ни в коем случае не гнев. Гнев разъе­диняет, тогда как печаль позволяет сохранить связь.

Гнев почти тождествен опасности. Хотя тот вред, который гнев и насилие часто причиняют другим людям, вполне очевиден, вред, кото­рый гнев причиняет самому гневающемуся человеку, признается не столь широко, — и я имею в виду не только повышение кровяного давления и прочие физиологические эффекты, но и психологические последствия.

Традиции многих индейских культур требуют, чтобы вы, лишая жизни какое-то животное, совершали этот акт с величайшим уважением и печа­лью и объяснили духу этого животного, что вы делаете это для того, чтобы накормить или защитить себя и свою семью. Очевидно, индейцам было известно, что, если они убьют живое существо в гневе или ради забавы, «дух животного» вернется, чтобы досаждать и вредить им — из-за подобного отсутствия связи и уважения.

Это основополагающее допущение присутствует даже в «Звездных войнах», одного из самых популярных мифических символов на сегод­няшний день, хотя там его легко не заметить среди обилия крови и наси­лия. Общая идея состоит в том, что гнев и ненависть обратят жизненную силу против самой себя, став темной стороной этой силы. В фильме «Им­перия наносит ответный удар» Йода, своего рода дзенский наставник из будущего, учит Люка правилам поведения джедая:

Йода: Могущество джедая проистекает из этой Силы. Но не забы­вай о темной стороне — гневе, страхе, агрессии, — эти чув­ства темной стороны Силы, они возникают легко, они гото­вы стать твоими спутниками в сражении. Стоит тебе ступить на темную тропу, и она будет постоянно властвовать над тво­ей судьбой, поглощая тебя, как она поглотила ученика Оби-Вана (Дарта Вейдера). Джедай использует силу только для приобретения знаний и защиты и никогда — для нападения.

Люк: Мне здесь не нравится. Я ощущаю холод. Смерть.

Йода: Это место наполнено темной стороной Силы. Это царство зла. И ты должен покинуть его.

Люк: А что там внутри?

Йода:Только то, что ты возьмешь с собой. (Люк начинает наде­вать свой ремень с оружием.) Оружие тебе не понадобится.

Люк все-таки надевает ремень и, нагнувшись, проникает в подобие грота среди лесного болота. Он встречается с призраком Дарта Вейдера, обнажает огненный меч, сражается с призраком и отрубает ему голову. Затем, открыв шлем Вейдера, он обнаруживает внутри свое собственное мертвое лицо. В гневе он убил самого себя.

В следующем фильме, «Возвращение джедая», император и Дарт Вейдер берут Люка в плен, и император, глумясь над поверженным врагом, говорит ему: «Хорошо. Я чувствую твой гнев. Я беззащитен. Доставай же свое оружие. Срази меня всей своей ненавистью, и твое путешествие к темной стороне будет окончено». Но Люк в конце концов отказывается поддаться чувству ненависти, и когда Император пытается его убить, то его спасает не ненависть, а любовь его отца (Дарта Вейдера).

Здесь присутствует и дополнительный посыл: как бы далеко в глубь темной стороны ни зашел кто-то, по-прежнему имеется зерно любви, ко­торое может принести искупление.

Конечно, это всего лишь кино; а что можно сказать о более практи­ческих вещах? Фундаментальный принцип азиатских боевых искусств, таких как тай-цзи, айкидо и карате, состоит в том, чтобы сохранись связи с деструктивной силой, которая направлена против вас, а затем, вместо того чтобы прямо ей противостоять, использовать эту связь для измене­ния направления силы. Этот подход очень помогает в рукопашном бою, в котором используется минимальная сила для достижения максималь­ного результата.

Но еще больше меня интересует использование этого принципа на ментальном уровне, с тем чтобы конфликт не смог достичь физического уровня. В течение многих лет я собирал сообщения о том, как людям удавалась избежать изнасилования, ограбления или нападения, остава­ясь связанными с теми, кто на них нападал, и используя своего рода «психическое айкидо», чтобы найти выход из ситуации.

Одна женщина во время летней вечеринки сидела на ступеньках черной лестницы, прохлаждалась и курила. Внезапно она почувствовала что-то на своем плече. Она обернулась и увидела пенис. Она произнесла небрежно, как бы разговаривая с самой собой: «Гм, похоже на пенис, только поменьше», и мужчина тут же исчез.

Другая женщина однажды ночью лежала в постели, когда на нее неожиданно взгромоздился мужчина. Она протянула руку к ночному сто­лику, взяла 25 центов и предложила ему, сказав: «Простите, вы не могли бы позвонить в полицию: в моей постели незнакомый мужчина», и он ретировался.

Студент колледжа находился в своей комнате в общежитии, усерд­но готовясь к выпускным экзаменам, когда дверь открылась, вошел дру­гой студент и сказал ничего не выражающим голосом: «Я собираюсь тебя застрелить». Занимавшийся студент был настолько раздосадован этой помехой его занятиям, что сказал громким голосом: «Не видишь, я го­товлюсь к экзаменам; у меня нет времени на подобную чепуху, иди за­стрели кого-нибудь другого» и углубился в свои книги. Парень с оружи­ем сказал: «Извини» и ушел. Примерно через минуту раздался выстрел в соседней комнате.

Санитара в психиатрической клинике схватил сзади и начал душить больной, который не только был гораздо сильнее, но посвятил много времени изучению боевых искусств. Санитар понял; что бороться, чтобы высвободится, бесполезно, поэтому, начав терять сознание, он изловчил­ся и стал нежно гладить руку больного, сжимавшую его шею. Больной перестал его душить, поскольку, как он сказал позже, «это было настоль­ко странно, что я должен был остановиться, чтобы осмыслить происхо­дящее».

Женщина, которую держал заложницей мужчина, приставивший ру­жье к ее горлу, продолжала рассказывать ему анекдоты: «А вы слышали тот, в котором говорится…» Спустя примерно час подобного времяпре­провождения он освободил ее, не причинив ей вреда.

Другая женщина шла поздно вечером по улице в криминогенном районе, когда заметила мужчину, который как будто ее преследовал. Она перешла улицу, и он последовал за ней. Она ускорила шаг, и он сделал то же. Она начала беспокоиться, поэтому повернулась, подошла к нему и сказала: «Извините, мне страшно. Не могли бы вы проводить меня до­мой?» Мужчина взял ее под руку и довел до дому. А потом она узнала, что позже в тот вечер он совершил изнасилование.

Многие, слыша подобные истории, полагают, что трудно не расте­ряться и сразу прореагировать так, как сделали это те люди. Вероятно, они были исключительно находчивыми. Хотя, возможно, и трудно про­демонстрировать изобретательную реакцию с ходу, можно заранее обду­мать ситуации, которые могут произойти, и выполнить подстройку к бу­дущему для своих реакций на них, с тем чтобы последние стали автома­тическими.

Одна женщина, которой приходилось возвращаться с работы пеш­ком поздно вечером через криминогенный район, всегда делала специ­альные приготовления, прежде чем покинуть место работы. Сначала она завязывала половину своих волос в хвостик, торчавший вверх с одной стороны ее головы, а остальные волосы — во второй хвостик, торчавший горизонтально в другую сторону. Затем она красила рот ярко-зеленой помадой, изображая на нем весьма вульгарную улыбку в виде «лука Ку­пидона». Наконец, она зажимала в руке пару таблеток «алка-зельцер». Когда к ней приближался какой-нибудь подозрительный мужчина, она поворачивалась к нему и улыбалась во весь рот, вытаращив глаза, и это­го было достаточно, чтобы его отпугнуть. Однажды, когда этот прием не помог, она сунула в рот таблетки и начала испускать пену, после чего мужчина убежал.

Если вы рассмотрите эти примеры на предмет того общего, что в них имеется, то можете извлечь ряд важных уроков. Один состоит в том, что вместо того чтобы убегать или отстраняться от ситуации, эти люди оставались связанными с трудностью и сохраняли контакт с другим че­ловеком. Нет такого средства, которое помогает во всех случаях; я уве­рен, можно найти людей, которые применяли этот подход, но не добива­лись аналогичного успеха. Но поддержание связи позволяет вам сохра­нить доступ ко всем своим ресурсам и дает возможность влиять на другого человека в угрожающей ситуации.

Другой общий элемент во всех этих примерах состоит в том, что все эти люди отказались принять те условия или контекст, которые были им предложены, создав вместо этого новые условия, которые были для них более приемлемыми. Каждый из них создал контекст, намного более пред­почтительный, чем тот, в котором они оказались, и действовал внутри это­го контекста так, что ему удалось вовлечь в новый контекст другого чело­века, заставив его прореагировать иным образом. Эта тема постоянно по­вторяется в весьма успешной работе Вирджинии Сатир с семьями. «Все, кто меня окружает, — это люди, на которых я могу прореагировать, но они ни в коем случае не определяют мою судьбу, если только я не поручу им заботу о себе». Чтобы предложить новые и лучшие условия, эти люди должны были иметь доступ ко всем своим внутренним ресурсам и не должны были допустить внутреннего хаоса, всегда являющегося признаком страха или гнева, которые делают людей слабыми и уязвимыми.

Полезно рассмотреть и противоположную ситуацию. Может ли каж­дый из вас вспомнить случай в своей жизни, когда внешняя реальность была скорее благоприятной, возможно, даже просто изумительной, но вы не могли насладиться ею, так как внутри вас царил хаос? Нет сомне­ний, что параноик — это пример человека, которому приходится очень нелегко, несмотря на попытки окружающих помочь ему получить удо­вольствие от жизни. Если вы не можете помириться со своими внутрен­ними составляющими, вас ждут неприятные времена, независимо от того, разрешите вы внешние проблемы или нет, и это также один из основопо­лагающих посылов многих духовных традиций. «Царство Божие внутри вас» — это не какая-то абстрактная метафора, а прямое указание на то, где находится решение.

Сью: Вы говорили о проблемах, вызванных внутренними репрезен­тациями, которые имеют отношение к конфликтам. Не могли бы вы сказать пару слов о позитивных репрезентациях?

Разумеется. Когда вы примиряетесь с какой-то проблемной репре­зентацией, она превращается в позитивную, становясь дополнительным ресурсом, который является частью вас. Когда вы любите кого-то, ваша внутренняя репрезентация этого человека обогащает вас и становится частью внутреннего мира, который вы носите с собой повсюду. Причем вы не просто впитываете извне нечто прекрасное, а приобретаете намно­го большее. Вы также открываете себя во всех тех прекрасных проявле­ниях, на которые вы способны. Вы открываете себя во время общения с другим человеком. Если бы он не появился в вашей жизни, вы могли бы так и не узнать о своей способности проявлять заботу, ценить людей и о других качествах, которые вы открыли в себя в ходе ваших взаимоотно­шений. Всякий раз, когда вы впитываете извне нечто позитивное и ис­тинное, вы также узнаете больше о себе и расширяете свои возможности. Чем богаче ваше внутреннее содержание, тем больше вы цените то, что вас окружает.

У маленьких детей не было времени для того, чтобы обогатиться опытом, и хотя им присущи изумительная простота и невинность, у них просто нет опыта для того, чтобы по-настоящему оценить более тонкие нюансы. Маленького ребенка устроит любой леденец, лишь бы в нем было много сахара. Должно пройти время, прежде чем он сможет оце­нить аромат настоящего кленового сахара или едва различимые вкусовые оттенки и структуру других сладостей, по мере того как постепенно будет становиться богаче внутренний мир его опыта. То же самое касает­ся оценки произведений искусства, музыки или любого другого более сложного опыта.

Каков тот внутренний мир, который вы носите с собой? Какими переживаниями вы «обставите» свое сознание? Некоторые люди кол­лекционируют обиды, несчастья и другие неприятные воспоминания, а за­тем живут с ними. Представьте, что вы развесили фотографии и карти­ны, на которых запечатлены неприятные события, на всех стенах у себя дома и на работе, где вы будете видеть их и реагировать на них каждый день. Это было бы ужасно, однако многие люди проделывают подобное в своем сознании — и, в отличие от дома или работы, они не могут от этого убежать. Недавно мне попались на глаза слова Кэрри Фишер, которые прекрасно передают эту мысль: «Таить обиду — все равно что выпить яд и ждать смерти другого человека».

Почему бы вместо этого не «обставить» свой внутренний мир ярки­ми переживаниями? Неотразимой красотой, глубокой благодарностью, нежной любовью, продолжительным удовольствием, чувством юмора, не­поколебимой верностью, невероятным мужеством, глубочайшей мудрос­тью, таким ощущением общности, от которого на глаза наворачиваются слезы…

Я не говорю о том, что нужно отрицать всевозможные ужасы, кото­рые приносит с собой человеческая жестокость и глупость, но их можно держать на расстоянии, вне дома, в котором вы живете, — вне своего сознания.

Почему бы не сформировать у себя такое личное качество, как ре­шимость жить с сознанием, наполненным красотой, правдой и удоволь­ствием, и начать прямо сейчас коллекционировать опыт, который пита­ет вас и объединяет их, подобно тому, как вы подходите к любому друго­му своему качеству? Я думаю, это был бы один из самых эффективных способов, каким вы можете использовать то, что здесь изучили, чтобы сделать свою жизнь лучше.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?