Сексуализированные герои и отношения

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 16 из 22Следующая ⇒

Последствия вредного урока

Смешение добра и зла через добрых злодеев + идея, что ответственность за зло может находиться где-то далеко вне носителя зла + программирование на автоматизм восприятия зла как добра => ведут к формированию в зрителях неразличения зла + автоматического восприятия зла как несущественного явления и как итог – соответствующего образа жизни, не сопряжённого с нравственностью – понятием, базирующемся на разделении явлений добра и зла.

Через тренд сложного/доброго зла в целом получаем воспитание в зрителях того, что сегодня имеет название «моральная гибкость». Моральная гибкость – вид мировоззрения, основанного на несущественности зла – когда этические, нравственные принципы, исходя из которых человек действует, никогда не определены окончательно и всегда могут быть пересмотрены в зависимости от чего угодно: ситуации, настроения, приказа начальника, моды или чего-либо ещё. Добро, зло – всё равно, можно проявить «гибкость», как в историях «Диснея»:

«Не герои и не злодеи примирили два королевства. Примирила та, в ком соединились и зло, и добро. И имя ей – Малефисента»; в первой части «Пиратов Карибского моря» в какой-то момент Элизабет спрашивает: «На чьей стороне Джек?» (капитан пиратов), подразумевая, на стороне добра он или на стороне зла, и далее, даже не выяснив ответа, смело устремляется воевать на его стороне. Добро, зло – героине, поставленной образцом для зрителя, без разницы. Добро и зло соединяются в общую, нравственно серую плоскость.

В масштабе через веру в подобную неразделённость явлений добра и зла, несущественность их с нравственной точки зрения можно успешно получить поколения морально гибких, лояльных к чему угодно людей, готовых безоценочно принимать то, что им кем-то предложено. Такие люди, не привыкшие оперировать нравственными принципами, очень удобны для манипуляций.

Сексуализация

Как известно, истории «Диснея» почти всегда включают в себя сюжетную линию об истинной любви, торжествующей в счастливом финале над всеми бедами и невзгодами. И с одной стороны, раз любовь является неотъемлемой высокой ценностью человеческой жизни, то кажется, ничего плохого в романтических историях, так часто предлагающихся маленьким зрителям, быть не может. Да, понимание любви – важно и необходимо, однако существенную роль играет то, как именно оформляются и подаются романтические идеи через художественную продукцию детям и подросткам. Для правильной воспитательной передачи темы любви необходимо использование целомудренных, воздушных образов, которые бы позволяли понять духовную ценность явления любви. Стоит ли говорить, что акцента на сексуальные стороны вопроса при этом быть не должно? Всё плотское в любви справедливо считается табуированным до определенного возраста, поскольку преждевременный интерес к сексуальности способен затормозить развитие человека и помешать решению его ранневозрастных жизненных задач.

Что же касается историй «Диснея»:

Во-первых, легко заметить, что в рамках любви, романтики и сказки компанией зачастую изображаются визуально очень «физиологичные» герои, соответствующе физиологично и взросло ведущие себя в завязываемых романтических отношениях. Жасмин, Ариэль, Покахонтас и многие другие известные Дисней-красавицы – в качестве образцов поведения в любви для юных зрителей несоотвествующе предлагаются взрослые, гипер-красивые женщины с сексуально оформившимися фигурами, жеманно задействующие мимику и «язык тела», зачастую влюбляющиеся со скоростью света и, как стандарт, «пропечатывающие» истинность найденный любви взрослым, демонстративным поцелуем. Есть ли в этом упомянутая воздушность и целомудренность?

Но, быть может, это просто неудачный визуальный ряд, а с точки зрения содержания «Дисней» учит зрителей самой кристальной, самой возвышенной любви?

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте