Слишком мила чтобы быть объективной реальностью

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 13Следующая ⇒

Интерлюдия.

Любить без страха, без сомнения - поистине трудный навык. Сколько себя помню - всегда боялся любить, даже в нынешних отношениях, когда явно меня любят больше чем я - я боюсь. Чего - не знаю.

Вообще история моих отношений довольно забавная. Первые отношения - полгода, меня бросают, дождь, слезы, Jocelyn Flores в наушниках, прихожу к другу, с ненавистью рассказываю какая она шкура, а потом ещё полгода пытаюсь эту "шкуру" вернуть. Вторые - полгода отношений, я бросаю, три альбома, истерики, порезы.

Меня бросают или я бросаю - разницы нет, я в конечном итоге страдаю. Музе нужен мученик который еле дышит.^[1]

После этого любовь в голове моей устаканилась как что-то ужасное и после всего этого не могу её воспринимать в абсолютно хорошем ключе. Да и в принципе в хорошем ключе не могу воспринимать - старые раны ещё кровоточат, гноятся, не давая порой уснуть, зато давая повод написать ещё один текст, ещё одну песню и вот я снова живой, будто выплюнув горький, попавший в рот, табак.

На этом всё моё творчество и держится, честно говоря.

И кто его знает что хуже - возможность беззаботно любить, наслаждаясь каждым моментом с объектом твоей симпатии, не отдавая себе отчет о возможной боли или наоборот - невозможность расслабиться под ощущением бабочек в животе, постоянно вытравливая их дихлофосом, превращаясь в бесчувственного безумца.

Сижу и думаю что же всё таки меня из этого меня приведёт к безрассудству.

Конец интерлюдии.

Проснулся наполовину мёртвым - тело ужасно болело после всех телодвижений, шея отказывалась поворачиваться, руки и ноги вовсе не слушались, прибавить к этому всему похмелье (оставшуюся половину водки я допивал в одного без запивона) и получается чуть ли не предсмертное состояние. Минут 40 искал в себе хоть каплю сил выйти покурить, оживиться, пустить по телу пробуждающий никотин, но не удавалось, мышцы каменно ныли, голова трещала, словно сговорившись с остальной частью заклинившего механизма, тело не разрешало мне двигаться. Пихарь был в том же состоянии и лишь Ваня держался более-менее бодрым. Пытался уговорить Пихаря выйти со мной, но он отказался и снова уснул. В принципе разбудить Саню очень трудно, даже если выстрелить у него под ухом, он лишь поморщится и перевернётся на другой бок, посапывая, снова зависнув между сном и реальностью.

Вышел в итоге один.

Уже на трезвую голову начал осознавать и вспоминать прошедшую ночь, подкурился, включил ремикс Innert на Ic3peak.

-Так, пиво, портвейв, слэм под Shadow Lady, Плёнка - проговорил вслух, рассматривая окна панельного общежития моего колледжа.

Оранжево-коричневые балконы нависали, решетки на окнах порой предлагали мысли сравнения общежития с тюрьмой, серый бетон вдохновлял унылостью. Сфотографировал.

И сразу же врезается, словно в лобовое, мысль, треском разошедшаяся по всей голове - Аня. Надо ей написать.

-Доброе утро, как ты?

-Доброе, отлично, ты как?

Записал голосовое, рассказал о всех своих проблемах на данный момент(похмелье, боль в теле и т.п.), словно пожаловался психологу который мне вряд ли поможет.

Разговорились удивительно легко, без этих заминок "что же ей написать чтобы выглядеть крутым?", будто знали друг друга с самого рождения или даже ещё с прошлой жизни, казалось будто я был с ней всё своё существование или даже больше. Так и провёл день в реабилитации и знакомстве с ней.

Ближе к вечеру встретился с Лидой, рассказал ей о концерте, во всех красках, но об Ане не стал упоминать, не хотел сразу ранить её, хотя понимал, что рано или поздно придётся. Отмахнул это на "когда придет время", ожидая внутреннего предчувствия, когда же действительно надо будет сказать.

Предложил встретиться Ане на днях, она согласилась, и я ждал как ребёнок подарка на новый год, но Дед Мороз так и не пришёл. Слилась.

Неужели я ей не понравился, неужели оказался слишком неказистым - тревога и нелюбовь к себе начала атаковать, заставляя сомневаться в своей харизме и очаровании. Разочаровался в себе и остаток недели провел в отходах (нет, не подумайте, я не употребляю) от вечеринки.

Позже всё таки встретились.

Пиво, берег и гитара.

Договорились встретиться у моего общежития. Привёл себя в порядок, засиял и, светящийся от счастья, выбежал на улицу, правда, рановато - пришлось её подождать. Приехала на такси. Шёл ей на встречу и не мог не улыбаться, хотя понимаю что выглядел очень глупо, так выглядят люди когда остаётся чуть-чуть до убытия в санаторий с белыми мягкими стенами.

Она спокойно шагала в своём самом обычном образе - чёрные штаны, кеды Vans, белая футболка Tommy Hilfiger и то ли пиджак, то ли пальто цвета чёрного бархата, до сих пор гадаю. Волосы распущены и развеваются на ветру, указывая на север или в направлении детской радости и, как бы обычно она не выглядела, всё же что-то выделяло её из толпы, а может быть это просто мой разум четко отрисовывал ее на фоне остальных силуэтов снующих вверх и вниз по улице.

Обнялись, обрадовавшись встрече и пошли сразу же в Красное-Белое, взяли по пиву (и я взял конечно же Амстердам) и пошли в парк у Академ-Риверсайда.

Решил показать ей свое любимое место на берегу реки, поэтому договорились идти туда. Пообещал её не насиловать - в шутку конечно же.

По пути строил из себя клоуна, шутил, корчился, рассказывал несуразные, а порой и просто выдуманные подчистую истории из колледжа, она смеялась.

Ее смех это что-то необычное - ленивый, но такой звонкий, с придыханием, отпечатывающийся в голове и заставляющий если не посмеяться, то уж точно улыбнуться в ответ.

Ещё не позеленевшая до конца трава, прорезанная местами кустами и вышками рогоза покрывала берег, серая вода волнами рассекалась от катеров-уток, солнце портило картину, ведь таким пейзажам впору открываться только под серым натяжным потолком облаков. Было тихо, лишь рокот двигателей машин доносился едва различимым белым шумом.

Она прихватила с собой гитару и как жаль, что не умел я тогда играть, опозорился, но она виду не подала, будто всё так и должно быть. Сыграл ей пару мелодий, спел "shit - тебя нет" (а петь я тогда и вовсе не умел, скорее дотошно выл, пытаясь ухватиться хотя бы за одну правильную ноту) и отложил гитару, решив просто наслаждаться тухлым пейзажем старой грязной реки и новостроек поодаль.

Шутили, то ли дело переходя на философские серьёзные темы и обратно, наш диалог плавно шёл по темам без глупых заминок на придумывание того, о чём поговорить. Я не мог усидеть на месте и, то ли дело слонялся от одной части берега к другой и обратно к Ане, вырисовывая Бермудский треугольник в котором пропал я, затерявшись навсегда в точке где земля и небо соприкасались, создавая край вселенной. Этой точкой была она.

Заговорили о том, почему я такой депрессивный, но, я как всегда, лишь отмахнулся шутками, ведь отпугивать человека, далёкого от таких состоянии вовсе не хотелось.

Так и пролетел весь день, вихрем снеся пару часов. Звёзды горстью высыпались на натянувшийся купол непроглядной чёрной простыни и решили идти. Пьяные пробирались по тропинке аккуратно вытоптанной среди вытянувшихся годами деревьев, включая друг другу "вайбовую" музыку.

Вообще слово "вайб" у нас стало локальным мемом, мы его втыкали везде произнося так томно, лениво, но довольно - "ваааайб" и улыбались словно обкуренные.

Решили уже расходиться, но я не хотел, поэтому завёл ее "буквально на 5 минут" на свой любимый открытый балкон на 22 этаже, устроив настоящую ловушку. Взяли еще пива и поднялись.

Включали Янг Лина, я как всегда сидел на краю балкона, ведь страха высоты как такового не имею, позже перетекли в "запасной" подъезд, сели на ступеньки в обнимку, пили и мило общались. Я включал перерывпятьминут, она - автоспорт. Мы смеялись, иногда замолкали, но не от неловкости, а чтобы очередной раз насладиться тишиной и ощутить наше прекрасно проходящее время.

В этот же вечер она подарила мне такую прекрасную песню как "Дельфин - Весна".

Мы обязательно встретимся, слышишь меня? Прости.

Там куда я ухожу - весна.

Капкан сработал и там мы просидели по меньшей мере полтора часа, не замечая, бегущих мимо, минут.

Но время всё таки взяло своё и разорвало нас, она уехала домой, а я пешком, буквально даже паря над поверхностью пыльных тротуаров и облетая плетущиеся тела, не интересующих меня людей, вернулся в общежитие, где меня под весёлое улюлюканье встретил Пихарь.

-Ебал ее?^[2] - спросил Саня.

-Да конечно, во всех позах - ответил я.

Сарказм - неотъемлемая часть моего разговора, пихаю его даже там где не нужно.

Вкратце, сухо рассказал о нашей прогулке и сел как всегда за музыку - поймал вдохновение.

Предложение руки и пива

Подвернулся шанс вытащить ее на улицу - сходить на мероприятие а после выпить по бутылочке пива. Сказано-сделано, встретились на остановке и сели в тот же пазик, который уже полностью проникся ею, даже порой сажусь на переднее сиденье и вспоминаю как она сидела тут со мной, облокотившись на меня.

По пути сидели и слушали музыку с одних наушников, она лежала на моем плече, я смотрел в окно, то ли дело приглядываясь к ее мутному, дёргающемуся отражению.

Она очень красивая.

Длинные каштановые волосы, небольшие розово-холодноватые губы, слегка худое лицо, аккуратные очерченные скулы, зелено-карие острые глаза, цвета желтеющей по осени травы. Приехали, посуетились в толпе пришедших на мероприятие людей буквально час и убежали держась за руку, к ближайшему магазину Красное-Белое. Я взял Амстердам, она Sunny.

Обычно романтические свидания проходят во всяких красивых местах, но я не имел денег и тем более не знал куда ее отвести, чтобы было максимально атмосферно и красиво. Поэтому нашёл первую попавшуюся подворотню, завёл ее туда. Углы высотных зданий почти смыкались, оставляя полтора метра расстояния, которого хватало, чтобы расположиться.

Я встал на колено.

-Дорогая Анна, примите моё предложение испить с вами хмельного напитка, в честь нашей великолепной дружбы, в этой странной, ебанутой подворотне, в которой нас возможно убьют - сказал я без тени удручения, ведь и умереть рядом с ней было бы праздником, лучше смерти придумать и нельзя.

Она посмеялась, взяла мою руку и подтянула наверх.

-Максим, не могу вам отказать в данном предложении.

Часы пролетели незаметно за приколами, обсуждением блогеров и жизни и бутылками хмеля, который подогревал, без того оттеплённое майским жаром и теплом её рук, нутро.

С этого момента ассоциация ее с бутылкой Амстердама, как бы паршиво это не звучало, навсегда засело в моей голове.

Такая же строгая и минималистичная на внешний вид, но дающая чувство свободы, следует её испить - она была неимоверно прекрасна, манила отдать душу за очередной глоток её.

Честно, уже не вспомню чем кончилась эта встреча, но точно знаю что возвращался я самым счастливым. Ещё бы - провести очередной вечер с ней казалось самой исчерпывающей вещью - что ещё нужно для хорошей жизни? Уже тогда я начал понимать, что моё сердце начало биться снова. И не просто биться, а пробивать грудную клетку, вырываясь наружу, прямо в её нежные руки, которые, как казалось, никогда не смогли бы раздавить его.

Выстрел в грудь

Следующим днём встретился с Лидой - она настояла, хотя, я не хотел, мне уже стало понятно, что меня тянет к Ане, и хоть мы с ней не встречались, но я сам себе запретил быть моногамным уебком, поэтому решил серьёзно поговорить с Лидой, ведь надо было опомниться, вернуться в гнёт реальности, где снова приходиться причинять боль людям.

Не знал как подойти к этой теме аккуратнее, но она будто поняла, что я хочу поговорить об этом и начала всё первой.

-Как у вас с Аней?

Я онемел. Жалость к этому маленькому безобидному комочку начала давить, сказать правду или дать заднюю - выбор был невелик, но труден.

-Всё хорошо - выбор был сделан.

Я хотел обусловиться лишь этими словами, но меня понесло на полный рассказ о том, как у нас всё не просто "хорошо", а великолепно,так, как в моей больной жизни не бывало никогда.

Она начала плакать. Но ни жалость, ни совесть не проснулись, наоборот, испугавшись, спрятались куда-то глубоко, за пазуху лёгких и селезёнки, не смея выглядывать наружу.

-Лид. Ты же понимаешь к чему всё идёт? Мы не можем быть вместе.

-Всмысле, даже в свободных отношениях?

-Да. Даже в свободных. Я не могу так, меня тянет к Ане.

-Да, да, я понимаю - сказала она не скрывая обиды - ладно, я надеюсь у вас всё будет хорошо.

Пытался её успокоить, но не особо выходило. Мы распрощались и она ушла. Без лишнего шума, но так громко. А сердце не дрогнуло ни единой своей клеточкой. Я понял, что сделал - выстрелил в грудь, вплотную, но своей вины тогда не почувствовал, словно палач, в очередной раз сносящий голову преступнику.

Хотел встретиться с ней на днях, но не получилось, я уехал, но не с горя, а чисто в туристических целях, к бывшему другу в Магнитогорск.

Очень красивый город, куда более романтичный чем Челябинск, особенно старые районы - поражают архитектурой, завораживают так, что руки сами тянутся фотографировать и хоть удаляй фотографии, а в памяти всё равно остаются резные строгие карнизы и стены из старого камня упорно охраняющие окна.

Целую неделю пропитывался этим городом в искренних и весёлых беседах с другом, иногда дурачились не по своему возрасту - такими мы были, как говорится "детство в жопе играет".

Конечно же списывался с ней и уже начал зарывать наши отношения под землю, правда это я сейчас так понимаю, а тогда не догадывался и вёл себя как дурак.

Её терзали проблемы с бывшим, которым и был ранее упомянутый Шурик, и я бы мог ей сказать тогда "пошли его нахуй, моя дорогая", но почему-то показал себя со стороны подушки для слёз и в итоге прописал что-то по типу "посмотри что будет дальше, я рядом и помогу" и весь такой бред, который категорически нельзя писать понравившейся девушке, особенно если есть соперник (в его лице был Шурик).

Очень жалею об этом.

Спустя три дня возвращались обратно, было позднее время - близилось то ли к двенадцати, то ли даже к часу ночи, договорились встретиться с ней - очень уж соскучились друг по другу.

-Давай брат, удачи - друг похлопал по плечу, обнял и я, словно Усэйн Болт, устремился сквозь темноту дворов ближе к своему лучу света, что вёл бы меня, даже если бы я был слепым.

Прибежал, нет, даже прилетел к колледжу, секунды у светофора казались мучительными, словно приходилось ждать несколько лет - должны были встретиться там.

Пришлось снова подождать её - переминался с ноги на ногу, сердце колотилось, глаза выискивали ее силуэт среди редко проходящих людей.

И вот подъезжает машина, она выходит всё так же аристократично, аккуратно закрывая дверь и спешит ко мне, а я к ней, почти бегом, но лишь почти, чтобы не выглядеть как дурак.

Обнимались долго и крепко, будто не виделись сотни лет, запах её волос влетел в нос и разошёлся по бронхам ощущением самых красивых закатов, подогретого глинтвейна и слов "я люблю тебя и это до следующей жизни, а потом мы снова встретимся, обещаю".

Внутри стало тепло, несмотря на холод ночного ветра снаружи.

-Куда пойдём? - спросила, не отпуская меня.

-Не знаю, куда понесёт ветер.

И мы пошли через очерствевшие в ночи дворы, я рассказывал ей про моё времяпрепровождение в Магнитогорске.

-А ты знала что у нас тут есть бункер?

-Да? Где?

Не знаю почему, но решил отвести её в это заброшенное место - романтик из меня никудышный, но зато со мной можно найти много приключений на свою голову или жопу. По дороге туда запугивал её рассказами о том, что там часто бывают наркоманы и бомжи, которых там конечно же нет, но не поиздеваться лишний раз над человеком, к которому меня тянет, я не мог.

Ничего интересного мы там конечно же не нашли, но это было неважно вовсе - где бы мы не были, я просто наслаждался её присутствием рядом, даже когда мы стояли там в полной темноте и я лишь слышал её шаги и дыхание, я чувствовал себя в уюте.

Облазили все заборы вокруг, поискали дорогу к моргу, в поисках всё же чего-то, что можно назвать "приключением", но ничего не нашли и вышли к дороге, где перебежали даже без перехода и светофоров - страх гибели пропадал всё больше с каждой встречей, казалось что с ней я умереть не могу, она мой ангел хранитель, который не даст меня в обиду обстоятельствам.

-Слушай, а ты был когда-нибудь в барах?

-Нет - я сразу понял к чему она клонит - но у меня нет денег, соре.

-Да похуй у меня есть - она сразу же уткнулась в телефон вызывать такси.

Через 15 минут карета была подана, я уткнулся в наушники и слушал самую атмосферную музыку, которая у меня была, она снова легла на плечо.

Я гладил её волосы и мысленно восхищался, дыхание перепирало и тогда, именно в тот момент я понял - я влюбился.

По уши влюбился в этого прекрасного человека, что является исключительностью среди всех когда-либо известных мне девушек, сердце бешено билось, словно пытаясь разогнаться до сверхсветовой скорости, меня всего распирало от её великолепия.

-Я люблю тебя - проговорил губами, но не вслух.

Наклонил голову и аккуратно лёг на нее, боясь сломать. Я понимал, что впереди ждёт определённо лучший вечер в моей жизни.

Приехали, вежливо, прямо как джентльмен придержал ей дверь.

-Ну давай, веди - и улыбаюсь как дурак.

Самый счастливый дурак, ведь каждая ощутимая всем телом до дрожи секунда с ней - настоящее счастье, радость как истина в последней инстанции, радость, которую хотелось дарить каждому несчастному, не жалея.

Схватились за руки и торопливо зашагали, стирая брусчатку и крутясь среди пестрящих вывесок Кировки.

Именно здесь скапливается вся ночная жизнь душащего серостью Челябинска, именно здесь мелькает невидимыми, но ощутимыми волнами жизнь, которую ни на одной улице, ни на одном проспекте ни выскребешь, как ни старайся.

Музыканты, быдло, алкаши и все они вперемешку, мельтешили по аккуратно выложенной старой плитке, поднимая шум, не давая протиснуться тишине ни в один угол.

Патрули создавали напряжение, даже если ничего запрещённого ты не делал и не имел с собой. Тем не менее, здесь всё же находились отчаянные, которые курили траву, не особо опасаясь людей в форме.

-Вот он - она показала рукой, явно довольная, что привела меня сюда.

На старом здании, висела совершенно новая ретровейв вывеска - неоновые линии, "приклеенный" к стене делориан, синим, переходящим в голубой, цветом сияло название - "New Wave"

-А мне уже нравится - пронеслось в голове с усмешкой.

Спустились в подвал где нас встретил бармен - парень в рубашке Томми из GTA Vice-City, по дружески общающийся, видимо, с завсегдатаем этого бара, по всем правилам клише - протирая бокал. Со всех щелей пёр неон - углы, стены, потолки, столы - казалось даже, что сами люди пропитаны им и светятся словно фосфорные. Играл саундтрек из Hotline Miami - Roller Mobster.

Сразу же заняли столик, Аня пропала за углом - пошла делать заказ. Пока ждал её, игрался с пультом и переключал ленту, обрамляющую стеклянный стол, в разные цвета, пока не выбрал самый понравившийся - какой-то оттенок красного к фиолетовому.

Она вернулась навеселе размашистой походкой и плюхнулась напротив, оперлась на свою худенькую, словно ветка ивы, ручку и мечтательно начала глазеть на меня.

Я засмущался.

Принесли заказ - то ли 6,то ли 8 шотов водки, разобрали рюмки, чокнулись - выпили.

Я - залпом весь шот, она лишь немного отпила, поморщившись.

Заговорили о России и не помню уже о чем, незаметно она перетекла ко мне, и вот мы уже в обнимку сидим и добиваем шоты.

-Ещё?

-Ну не знаю, мне как-то… - не успел договорить я, и она уже пропала за углом.

Алкоголь уже ударил в голову, добили шоты за милыми разговорами и вышли на улицу, покурить.

-И что дальше? Вернёмся? - спросил я сквозь вытягивающийся из лёгких дым.

-Пошли в клуб, вот тут напротив?

Я не успел согласиться как она меня потянула за собой, зашли, прошли обыск, заняли ближайший столик.

Хотели потанцевать, но оба сошлись на том, что музыка дико отстойная, да и двигаться среди небольшой кучки, явно находящихся под чем-то обрыганов, явно не хотелось, вернулись обратно, по пути заказав еще водки и апельсинового сока. Упали на удобные кресла и следующий, как минимум, час жизни пролетел за разговорами о порно и наших предпочтений.

Время близилось к самому раннему утру, а это значит что клуб закрывается - выползли под первые лучи рассвета.

Прохлада покрыла улицу, через споры и грубую силу укутал её в свою ветровку, проявляя заботу. Вновь подкурились за маком, надо было решать что делать дальше.

Она была уже крайне не в адеквате - напилась, я ещё немного соображал.

-Давай домой тебя отправлю (она была не в состоянии вызвать такси), а сам как-нибудь справлюсь.

-Неет, ты че дурак - она засмеялась, слегка шлепнув меня ладонью по груди и потеряла равновесие, но я поймал - поехали ко мне.

-Бля у тебя родичи дома.

-Да они спят, всё норм, прокрадемся тихо и они не заметят.

Поморозившись ещё 15 минут, в ожидании Убера, мы поехали к ней, она засыпала на моём плече, я её будил чтобы не проебать выход, ведь всё ещё не знал где она живёт.

Спустя 20 минут дороги передо мной словно исполин выросла 16-этажка, на которой огромная, примерно под десятым этажом, жёлтая надпись гласила "ФЛАГМАН"

В лифте держал её на себе, на ногах ей становилось стоять всё труднее.

-Тсс - шикнула она - сейчас я проверю как там, стой пока здесь - произнесла она игриво, словно маленький глупый ребёнок, затеявший пакость.

Я кивнул головой и оперся на стену, ноги ужасно болели и хотелось поскорее уже прилечь.

Она выглянула из-за двери и рукой махнула к себе, всё так же играясь. Наспех разулся, спрятал кроссовки и поразился размерами её квартиры, огромная прихожая, размером в полторы моей комнаты в общаге, из которой видно проход в ещё более огромный зал, всюду царила стеклянная тишина.

Аккуратно проскользнули в её прекрасную, маленькую комнату - ничего лишнего в ней не было как и в самой Ане, белые стены и потолок, заправленная постель, закрытые синие шторы (а может и не синие), серый плед на кровати.

-Ну как тебе? - полушёпотом спросила она.

-Вау - ничего больше я не смог произнести. Чистота и спокойствие комнаты сразу успокаивала дыхание и мысли.

Мы переоделись, я снял белую рубашку, она надела футболку и, вроде бы шорты, хотя за правдивость тут я не ручаюсь, и мы улеглись в кровать, накрывшись одеялом.

Она вздохнула и закрыла глаза, на её лице была видна усталость и одновременно удовлетворённость.

Такая милая, даже пьяная она была немыслимо красивой. "Ты слишком мила чтобы быть объективной реальностью" - пронеслась в голове строчка из песни.^[3]

Волнение начало охватывать, вот он тот момент когда я должен отважиться, должен сделать это без капли сомнения иначе буду сожалеть всю жизнь.

"Соберись, тряпка" - твердил я себе.

-Ань?

-М? - она приоткрыла глаза.

-Можно тебя поцеловать?

-Да - ответила она так, словно это было обыденностью для неё, словно каждый день парни спрашивают её разрешения поцеловать, и расплылась в усталой улыбке.

Время замедлилось.

Сердце затрепетало, нутро начало цвести, а в голову ударил эндорфин всеми красками известного спектра.

Я провел рукой по её нежной щеке, запутал ладонь в волосах и приблизился. Почувствовал её тёплое дыхание летнего лёгкого ветерка, на своём лице, меня словно сковало, я боялся притронуться к её губам - таким хрупким, розовым и аккуратным губам.

Она сделала последнее движение сама.

Время остановилось вовсе.

В этот момент длящийся целую вечность я ощутил её всю, ощутил всю любовь к ней, что поднимала меня выше любых этажей, выше полёта птиц и даже выше орбиты МКС, я ощутил жизнь, ощутил счастье, ощутил всё хорошее что было создано в этом мире самим Миром, Богом, Большим взрывом - да, чёрт, неважно, я ощутил весь момент каждой клеткой своего бездарного тела, что явно было рождено не для её касаний, но почему то же её касания все-таки достигли его, достигли и пробили заготовленную заранее чешую, броню, раскрошив её в клочки и дребезги.

Вместо года прошло несколько лет

Вместо гвоздей.

Как по маслу входят сверла

Я надену свой шлем и бронежилет

Но ты умней.

Ты будешь целиться в горло.^[4]

И она прицелилась в горло, и попала точным выстрелом, перебив мне дыхание, но заставив жить лишь одной ею, словно на аппарате жизнеобеспечения - отключив его, отключусь и я, покину эту проклятую землю, и не вернусь ни за что, пока она этого не захочет. Но она хотела, хотела и показывала это всем чем могла - взглядом, тоном, движениями, телепатией даже (хотя, насчёт последнего сомневаюсь, наверное, я уже просто сошёл с ума) и я жил, казалось бы забыв о всех целях о мечтах - организовать концерт, перестать курить и пить, купить мотоцикл, заняться спортом, начать писать вичхаус.

В тот момент я просто хотел быть с ней, просто быть, не получая за это ни гроша, ни капли чего-либо, ведь её присутствие в жизни уже было всем что мне нужно, будто именно к этому дню я стремился всю жизнь, этот день я ждал терпя всю боль и карабкаясь дальше, не позволяя себе сдаваться, чтобы оказаться рядом с ней в одной постели на расстоянии взмаха ресниц.^[5]

-Какая же ты охуенная - сказал я когда всё кончилось.

-Ты тоже. - произнесла она, зевнув.

Меня ебашило словно в самом любом трипе, хотелось прыгать от счастья, пробивая потолок головой, хотелось танцевать, кричать, плакать, выражать свои чувства всеми методами.

Я не сдержался и поцеловал её ещё раз. Моя рука проплыла к её спине под футболку, и застыла на плече, слегка сжав его. И снова все ощущения повторились, снова всё внутри перевернулось, я вновь облетел МКС, умер и воскрес.

Мы уснули, хотя я ещё долго не мог провалиться в сон - буквально пялился на неё с натянутой до самых мочек ушей улыбкой, пока она мило сопела, иногда щурясь, словно ей снился кошмар. Но я знал что ничего плохого ей сниться не могло, ведь я рядом и охраняю её спокойствие. Хотелось целовать её ещё и ещё, в губы, в шею, в маленькие плечи и худые ключицы, в лоб, хотелось ворошить её и тискать как плюшевую игрушку, будто проверяя на предмет реальности её существования в этом мире. Но решил всё-таки не тревожить её и отрубился.

Проснулись от будильника, долго смотрели друг на друга улыбаясь.

Поцелуями прощались бесконечно, будто это последние наши соприкасания губ в этой жизни.

-Мне пора.

-Давай, я буду скучать.

Лениво собрался, покидать её не хотелось, всё так же тихо вышел и на пороге поцеловал её в щечку.

-Пока, не скучай - и убежал к лифту.

Шёл по улице на подъёме сил - физических и моральных. На улице уже зноило солнце, от жары внутри становилось невыносимо, но меня это вовсе не беспокоило.

-В комнате пахнет тобой - написала она.

-Пивом и потом? - ни разу не шутя ответил я.

-Нет, чем-то другим.

Хотелось резко развернуться и снова влететь туда, на восьмой этаж, остаться там навсегда или хотя бы на час.

Буквально долетел до друга, рассказал ему вдохновлённо про всё свидание и остаток дня занимался обычными делами своей студенческой жизни.

Под вечер написал своей подруге - Ренате

Рената - глупенькая, слабая девочка, которая, тем не менее, всегда пыталась увидеть во всём хоть каплю хорошего. Пытаясь вписаться в общую толпу, она всё равно выделялась своей скромностью, не присущей нынешнему поколению. Милая на вид, она всегда пыталась выглядеть ещё лучше, экстравагантнее, что, на самом деле, лишь портило её и сейчас совсем поглотило, она стала совсем другим, противным мне человеком. Но тогда с ней было очень приятно общаться, будто с младшей сестренкой. Правда, напрягало, что она была в меня влюблена, а я делал вид, что не замечаю этого.

Встретились в час ночи на балконе общежития. Было холодно, но я не дрог, поэтому отдал Ренате куртку.

Щелчок зажигалки, громкий выдох.

-Даже не знаю с чего начать - улыбаясь, почти смеясь сказал я.

-Да давай с чего угодно.

-Про Аню, помнишь говорил? Вот, мы этой ночью… - и далее рассказал всю проведённую с ней ночь, даже не затронув дни в Магнитогорске.

Минут 40, не уставая, рассказывал о всей своих чувствах к Ане, начал уже повторяться в словах, но Рената внимательно слушала, будто ей правда было интересно, хотя кому может быть интересно как кто-то любит кого-то другого, но не тебя? То ли дело поддакивая и соглашаясь со мной, она постоянно твердила "ну это же хорошо" и улыбалась, сияя глазами, на что я отвечал, что так не может быть, в моей жизни всегда были подвохи и тут тоже должен быть.

И он был.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США