Если бы принимать решения сейчас, быть умными задним числом, что, на ваш взгляд, следовало бы предпринять.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 5Следующая ⇒

— Давайте, Наталья Петровна, отбросим сейчас все подробности возникновения новой коронавирусной инфекции. Хотя, впрочем, какая она новая, если уже дважды — в 2002 и 2012 годах — атаковала человека, а остановимся на том, как влияет нынешний недуг на психику человека и что ждет каждого из нас?

— Заметьте, прошло 18 лет, очередной коронавирус оказался еще агрессивней. Так же уповали на вакцину, новые препараты, а человек еще более растерян, ослаблен и незащищен. Паника и страх сначала овладели не обществом, а теми, кто по своему положению должны были давать оценки и принимать решения. От них требовалось поддержание позитивного настроя в людях, устранение состояния неопределенности, ибо это порождает страх и сильный стресс. Но позиция профессионалов в должной мере не была учтена. Это лишило возможности опереться в анализе, оценках, прогнозах ситуации на биологические законы взаимодействия микромира и человека. А ведь такой сильной эпидемиологической службы, как в России, нигде нет. Не надо было равняться на Китай, Италию, у них нет такой поликлинической системы, как у нас. А подхватили западную модель поведения и не повлияли по-иному на ход событий в стране. Все случилось в поразительном пренебрежении достижениями науки, опытом. Это не значит, что надо искать виноватых, это непродуктивно. Но надо торопиться извлечь уроки, ибо без этого никак не выйти из ситуации и не уберечь людей от новых неоправданных потерь.

— Определяющим в истоках ситуации была ее качественная расшифровка, в первую очередь, случаев с летальным исходом. Но этого не произошло. Поспешное признание вируса причиной тысяч смертей строилось на результатах его маркировки методом полимеразной цепной реакции (ПЦР). Науке известно, сам метод не всегда надежен, а обнаружение с его помощью частицы генома вируса не говорит о его причинной связи с болезнью, а тем более — со смертью. Необходимую динамику антител в ходе болезни, да еще в сопоставлении с клиникой, данными вскрытий начали смотреть только сейчас. Время понять суть необычного поражения легких упущено.

Прибавим к этому вторую (и главную) причину, повлекшую за собой вал событий, неадекватных ситуаций. Медицина не предложила надежного лечения, она расписалась в своем бессилии давно, а в этот критический момент это стало очевидно для всех. Ситуация требовала принципиально новых решений по терапии, которая бы реально устраняла риски летальных исходов. Это означало, что нужно было сделать ставку на собственные ресурсы организма, и все пошло бы по-другому. Этого не случилось.

Страх довлел, мешал принять тот факт, что инфицирование само по себе не несет смертельного риска. Это очевидно из опыта мирного сосуществования здорового человека со всеми инфекциями. Для большинства людей встреча с вирусом незаметна. Огромная когорта здоровых носителей работает на защиту слабых, рискующих заболеть тяжело. Важно было выборочными исследованиями быстро накапливать факты о широкой циркуляции вируса. Пояснять людям, что по мере нарастания коллективного иммунитета агрессивность вируса стремительно падает. Но интерпретация событий была слишком искажена, это повлекло за собой действия, порождающие риски гораздо больших потерь для человека, чем от самой коронавирусной инфекции. Расплата за это еще впереди.

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности