Методы богословского исследования

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 49 из 606Следующая ⇒

1. Грамматика и синтаксис

Писатели Нового Завета показывают пример в том, насколько добросовестно нужно воспроизводить грамматико–синтаксические конструкции ветхозаветного текста, чтобы в точности передать читателям Нового Завета смысл ветхозаветных текстов. Ярким примером скрупулезного отношения новозаветного писателя к грамматике и синтаксису Ветхого Завета является цитата из Пс. 44:7, 8 в Евр. 1:8, 9. Апостол понимает, что еврейский текст указывает на Того, Кто является Богом и одновременно Помазанником Божьим, тем самым выражая специфику взаимоотношений Отца и Сына в Божестве («Престол Твой, Боже… посему помазал Тебя, Боже, Бог Твой…»). Еще один пример — цитирование Пс. 109:1 Иисусом и писателями Нового Завета (Мф. 22:44 и синоптические параллели; Деян. 2:34, 35; Евр. 1:13). Вдохновленные Богом, истолкователи этого стиха четко уловили мессианские мотивы в синтаксисе слов Давида: «Сказал Господь [Отец] Господу моему [Мессии]: седи одесную Меня».

Следуя библейскому примеру, современный истолкователь должен обращать серьезное внимание на грамматику и синтаксис исследуемого отрывка, чтобы понять его смысл. Для этого полезно изучить буквальные переводы отрывка, чтобы почувствовать конструкцию предложения и заметить нестандартные или трудные для понимания грамматические и синтаксические детали.

В идеале, конечно, хорошо было бы основательно познакомиться с грамматикой и синтаксисом еврейского, арамейского и греческого языков. Однако доступные в настоящее время инструменты исследования знакомят истолкователя с фундаментальными особенностями лексической системы еврейского и греческого языков, а также с другими уникальными грамматическими особенностями каждого языка, представляя собой аналитический ключ к исследованию всего Ветхого и Нового Завета, помогая собрать подробную грамматическую и лексическую информацию по каждому слову и его переводу. Составление грамматической диаграммы или схем синтаксических связей на основании языка оригинала или современных переводов полезно для понимания хода мысли в конкретном отрывке. Подобные схемы и разработки могут быть особенно полезны, например, при разборе посланий Нового Завета, где конструкция предложений часто бывает довольно сложной.

2. Исследование слов

Многочисленные примеры в Писании свидетельствуют о том, что писатели Нового Завета стараются точно передать смысл ключевых слов цитируемого ими ветхозаветного отрывка. Обратите внимание на то, как Павел употребляет фразу «праведный верою жив будет» (Рим. 1:17), цитируя Авв. 2:4; как Матфей предпочитает использовать греческое слово парфенос («дева») из Септуагинты в Мф. 1:23, чтобы наилучшим образом передать еврейское слово алмах из Ис. 7:14, и как Христос использует слово «боги» (Ин. 10:34), ссылаясь на Пс. 81:6.

Следуя новозаветному примеру, современный исследователь должен тщательно изучать ключевые слова в рассматриваемом отрывке. По сравнению с новозаветным временем сегодня процесс исследования слов требует больших усилий, поскольку библейские языки — древнееврейский, арамейский и древнегреческий — в настоящее время мертвы, но от этого важность данного процесса только увеличивается. Тщательное исследование определенного слова в отрывке включает в себя изучение его этимологии, частоты употребления в Писании и распределения по разным частям Библии, его семантического поля, основных значений, его производных и внебиблейского употребления. Слово необходимо исследовать в самом разнообразном контексте: культурном, лингвистическом, тематическом и каноническом.

К счастью, значительная часть этой работы обобщена в богословских словарях, включающих базовый набор слов, употребляющихся в Ветхом и Новом Завете. По аналитической симфонии можно посмотреть все случаи использования определенного слова в тексте оригинала и таким образом исследовать его различные значения.

В то же время важно помнить, что в конечном счете значение слова зависит от контекста, в котором оно употреблено. Так, термин «Ангел Господень» в Ветхом Завете иногда может относиться к ангелу, как сотворенному Богом существу, но в ряде случаев из непосредственного контекста становится понятно, что им обозначается Божественное Существо, то есть Сын Божий до Своего воплощения (Быт. 16:7–13; 22:11–18; Исх. 3:2, 4, 6; Суд. 13:3–22). Еврейский термин элеп опять–таки имеет два значения: «тысяча» и «клан» или «род». Некоторые полагают, что в Исх. 12:37 говорится о том, что из Египта вышло не 600 000 израильтян, а 600 кланов или родов. (70)Хотя это теоретически возможный перевод, в Исх. 38:25, 26 сообщается об общем количестве серебра, собранного 603 550 израильтянами для строительства скинии, по полсикля от каждого мужчины, и эта цифра имеет смысл лишь в том случае, если слово элеп переводить словом «тысяча».

В качестве примера слов, способных серьезно повлиять на библейское вероучение, можно привести слово «вовеки» (евр. одам, греч. аиониос), которое не означает «бесконечно», когда речь идет о страдании нечестивых в озере огненном. Или же другое понятие — «раскаяние» Бога (нахам, что значит «сожалеть, исполняться жалостью, смягчаться»), которое отличается от человеческого «покаяния» (шуб, «обращаться, каяться»). К таким словам относится и та хагиа, «святое» в Евр. 9:8, употребленное в том же значении, в котором оно используется в Септуагинте, и указывающее на все святилище, а не только на Святое святых. И, наконец, глагол енкаинизо в Евр. 10:20, который является техническим термином Септуагинты, означающим «помазание» или посвящение святилища (Чис. 7:10, 11, 84, 88). Оно означает, что Христос, вознесшись на небо, вошел в небесное святилище, чтобы начать Свое служение, а не объявлять о начале Дня очищения и связанного с ним служения.

Д. Богословский анализ

Библейские писатели много пишут о необходимости выявления богословской вести отрывка в процессе герменевтического анализа. Например, Иисус раскрывает в Своей Нагорной проповеди глубокий богословский смысл Декалога (Мф. 5:17–28). Иерусалимский Собор дает богословское объяснение Ам. 9:11, 12 суть которого в том, что язычникам не нужно становиться иудеями, чтобы быть принятыми в христианскую общину (Деян. 15:13–21). Павел осмысливает богословскую сущность греха (Рим. 3:8–20) и праведности по вере (Рим. 4), когда объясняет Быт. 15:6 и Пс. 31:1,2. Проповедь Петра в день Пятидесятницы (Деян. 2) открывает богословский смысл символической эсхатологии в Иоил. 2, а в своем послании исследует богословские измерения искупительного служения Мессии, изложенного в Ис. 53 (1 Петр. 2:21–25).

Сегодня мы можем использовать целый ряд качественных методов богословского исследования подобно тому, как это делали при изъяснении Ветхого Завета Иисус и апостолы.

а. Исследование отдельных книг. Вдохновленные Богом люди, такие как Иоанн, автор Откровения, призывают читателей исследовать отдельную библейскую книгу целиком (Откр. 22:18, 19). Каждый библейский писатель вносит свой уникальный вклад в достижение общей гармонии библейской истины. Вот почему чрезвычайно полезно вникнуть в книгу и понять ее богословский смысл. Часто необходимо читать и перечитывать книгу до тех пор, пока весть автора не будет ясно понята исследователем и пока в его сознании не прояснятся различные ее темы, понятия и лейтмотивы. Иногда этой вестью оказывается одна–единственная доминирующая тема с различными подтемами и лейтмотивами; в других случаях она представляет собой несколько параллельных тем. Полезно составлять план книги, отслеживая ход мысли библейского писателя. Часто в этом значительно помогает понимание литературной структуры книги (см. III. Д. 1. д).

б. Последовательное исследование стихов в отрывке. Проповеди Петра и Павла (Деян. 2; 3; 13) иллюстрируют текстовой метод последовательной интерпретации стихов отрывка. Акцент в этом методе делается на основополагающие богословские принципы и истины, вытекающие из отрывка и имеющие практическое применение в наши дни. Важно фокусироваться на каждом отдельном библейском тексте до тех пор, пока в результате тщательного исследования и размышления при содействии Святого Духа мы не уясним его смысл.

в. Тематическое исследование. Тематический метод ясно проиллюстрирован в проповедях Самого Христа (Лк. 24:25–27). При таком подходе анализируются определенные библейские темы и делается все для того, чтобы Писание изъясняло само себя (см. П. В) по мере сбора библейских данных, излагающих ту или иную тему. Для отслеживания ключевых понятий и слов приходится пользоваться симфонией и перекрестными ссылками. В качестве примера основных библейских тем можно назвать субботу, Второе пришествие, смерть и воскресение, спасение, святилище, покаяние, суд.

Иногда при таком подходе берется какая–то современная жизненная проблема, конкретная насущная нужда, современный вопрос, и предпринимается попытка собрать все, что есть в Писании по данной проблеме или теме. Этот вид исследования может включать в себя анализ слов, использование приведенных в Библии перекрестных ссылок или параллельных мест или внимательное изучение отдельного отрывка.

При любом тематическом исследовании нужно соблюдать четыре ранее изложенных принципа (II. А–Г). Важно собирать все высказывания Писания по данной теме, чтобы не исказить их смысл. Нельзя использовать одно место, оставляя без внимания другие, поскольку, следуя принципу согласованности Писания, все его части являются единым и связным целым. Точно так же нужно следовать принципу ясности Писания. Когда тематическое исследование опирается на эти принципы, мы можем избежать сползания к методу «доказательных стихов», при котором собираются отрывки из разных частей Писания безотносительно к изначальному контексту и с их помощью «обосновываются» те доктрины, которым они не учат.

г. «Великая осевая тема». Новозаветные писатели осуществляют богословский анализ конкретных отрывков в широком контексте многогранной «великой осевой темы» Писания, представленной на первых и последних страницах Библии (Быт. 1–3; Откр. 20–22). Она включает в себя творение и первоначальное намерение Бога в отношении нашего мира, характер Бога, возникновение нравственного конфликта во Вселенной, план искупления и восстановления, сосредоточенный на Христе и Его (71)искупительном служении, эсхатологический суд и конец греха как кульминация истории.

В разных местах Нового Завета эти темы обозначены как центральные. Иисус сказал, что Писания Ветхого Завета свидетельствуют о Нем (Ин. 5:39–47). Павел также понимает христологический акцент Писания и проповедует исключительно «Иисуса Христа, и притом распятого» (1 Кор. 2:2). Он ясно осознает и сотериологическую сущность Писания, которое может «умудрить тебя во спасение» (2 Тим. 3:15). Далее он признает космический масштаб Евангелия спасения и такие же грандиозные его результаты, что он поясняет на основании Писания (Кол. 3:11). Его целеустремленный жизненный поиск, основанный на Библии, имеет ярко выраженную эсхатологическую направленность (Флп. 3:13,14).

Отличный способ познания красоты и единства Писания — задаваться следующим вопросом при изучении каждого отрывка: какой вклад вносит данный отрывок в понимание «великой осевой темы» Писания? Таким образом, «великая осевая тема» — это своего рода отправная точка, объединяющая и согласовывающая между собой все прочие темы Писания, а также определяющая их конечный смысл.

д. Анализ литературной структуры. Литературная структура книги часто становится ключом к более ясному пониманию ее богословского смысла или к определению ее главной богословской темы (см. III. В. 3). Например, многие специалисты по Ветхому Завету в результате анализа Книги Второзаконие пришли к выводу, что она построена по образцу международных сюзеренских договоров древности: (а) преамбула или вступление сюзерена (Втор. 1:1–5); (б) исторический пролог или описание прошлых благодеяний сюзерена в отношении вассала (Втор. 1:6–4:49); (в) общие соглашения (Втор. 5–11); (г) специфические соглашения (Втор. 12–26); (д) благословения и проклятия (Втор. 27, 28); (е) свидетели (Втор. 30:19; 31:19; 32:1–43).

Знание того, что Книга Второзаконие написана по структуре завета, проливает свет на основные богословские положения отношений завета между Богом и людьми. Подобно тому, как в хеттских договорах призыв к послушанию основывался на мотиве благодарности за то, что сюзерен уже сделал для вассала, Божьи заповеди изложены после обзорного экскурса о том, как Господь искупил Израиля во время Исхода. Таким образом, люди призываются быть послушными Богу не для того, чтобы получить искупление и спасение, но потому, что они уже искуплены и теперь могут отблагодарить Бога за то, что Он для них сделал. Таким образом, Второзаконие отвергает праведность по делам и отстаивает приоритет Божественной искупительной благодати.

В качестве второго примера можно привести все Пятикнижие, хиастическая структура которого указывает на Книгу Левит как на кульминацию Божьего откровения. В самой Книге Левит День искупления, описанный в Лев. 16, является вершиной хиазма. Самый святой день еврейского календаря, в который самый святой человек на земле (первосвященник) входит в самое святое место на земле (Святое святых земного святилища), чтобы совершить самое святое служение всего года, — вот что описано в центральной главе Торы. Ее расположение в Книге Левит — между разделом, в котором все сосредоточено вокруг жертвенной крови (Лев. 1–15), с одной стороны, и многократными призывами к святости (Лев. 17–23) — с другой обеспечивает сбалансированный богословский взгляд на День искупления.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов