Лидия Алексеевна Чарская. Люда Влассовская

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 3

 Лидия Алексеевна Чарская. Люда Влассовская

………………………………………………………………………………………………………

Первый урок был батюшки.

Необычайно доброе и кроткое существо был наш институтский батюшка.

Девочки боготворили его все без исключения. Его уроки готовились дружно

всем классом; если ленивые отставали, - прилежные подгоняли их, помогая

заниматься. И отец Филимон ценил рвение институток. Чисто отеческою лаской

платил он девочкам за их отношение к нему. Вызывал он не иначе как

прибавляя уменьшительное, а часто и ласкательное имя к фамилии институтки:

Дуняша Муравьева, Раечка Зот, Милочка Корбина и т.д. Случалось ли какое

горе в классе, наказывалась ли девочка, - батюшка долго расспрашивал о

"несчастье" и, если наказанная страдала невинно, шел к начальнице и

"выгораживал" пострадавшую. Если же девочка была виновата, отец Филимон

уговаривал ее принести чистосердечно повинную и загладить поступок. Во

время своих уроков батюшка никогда не сидел на кафедре, а ходил в

промежутках между скамейками, поясняя заданное к следующему дню, то и дело

останавливаясь около той или другой девочки и поглаживая ту или другую

склоненную перед ним головку. Добрый священник знал, что в этих холодных

казенных стенах вряд ли найдется хоть одна душа, могущая понять чуткие души

девочек, вырванных судьбою из-под родных кровель с самого раннего

детства... И он старался заменить им лаской хоть отчасти тех, кого они

оставляли дома, поступая в строго дисциплинированное учебное заведение.

- Ну, девоньки, - обратился он к нам после молитвы, которую при начале

его класса всегда прочитывала дежурная воспитанница, - а херувимскую

концертную вы мне выучили к воскресенью?

- Выучили, батюшка, выучили! - радостно ответили несколько молодых,

сочных голосов.

- Ну спасибо вам! - ласково улыбнулся батюшка. - Нелегкая задача -

петь на клиросе... Справитесь ли, Варюша? - обратился он к Чикуниной, на

что та ответила своим сильным, звучным голосом:

- Постараемся, батюшка.

- Бог в помощь, деточки! А вот псаломщика у нас нет!

И батюшка внимательным взором обвел класс, как бы не решаясь, на ком

остановиться.

"Псаломщиком" называлась та воспитанница, которая читала за дьячка всю

церковную службу в институтской церкви. Быть "псаломщиком" было далеко не

легко. От "псаломщика" требовалось знание славянского языка, звучный голос

и крепкое здоровье, чтобы не уставать в продолжение долгих церковных служб.

После шумных рассуждений была выбрана Таня Петровская, отчасти за ее

благочестие, отчасти за ее здоровье и выносливость.

- Батюшка, а у нас в 17-м номере появилась черная женщина! -

неожиданно выпалила сидевшая на последней скамейке Иванова.

- Что вы, Манюша, Бог с вами! - произнес батюшка и, сдвинув на лоб

очки, пристально посмотрел на говорившую.

- Иванова, глупая, молчи! Ведь это "тайна", - дернула ее за рукав

сидевшая поблизости Кира.

Но было уже поздно. Батюшка услышал "тайну".

- Что вы, девочки, - прозвучал его ласковый, голос, - никакой черной

женщины не может быть в музыкальной комнате! Ведь незнакомых не допускают в

институт, а всех ваших дам вы знаете в лицо.

- Да это была не дама, батюшка, это было "оно"... - начала робко

Бельская.

- Что? - не понял батюшка.

- "Оно"... привидение... - подхватила Миля Корбина, и зрачки ее

расширились от страха.

- Галочка, пусти, пусти меня! - послышалось со всех сторон...

- Да Господь же с вами, девоньки, чего только не выдумаете! - ласково

усмехнулся отец Филимон... - Ничего тайного, сверхъестественного не может

быть на земле. Есть таинства, а не тайны: таинства обрядов, таинство смерти

и другие.

- Ах, батюшка, - прошептала Миля, - а как же мертвецы встают из

гробов... и являются к живым людям?

- Все это неправда, девочка... Либо неуместная шутка досужих людей,

либо просто выдумка... Тело подлежит тлению после смерти, как же оно

явится?.. А душа, насколько вы знаете, не может воплощаться, - пояснил

батюшка. - Да и кто видел из вас черную женщину?

Мы невольно оглянулись на Вольскую. Она сидела бледная и спокойная, по

своему обыкновению, и на вопрос священника отвечала твердо:

- Я ее видела, батюшка.

- Вы, Анночка? - удивился тот. - Но, деточка, вы, наверное, ошиблись,

приняв кого-нибудь из музыкальных дам, делавших обход нумеров, за

привидение... Успокойтесь, дети, - обратился он ко всем нам, - знайте, что

все усопшие спокойно спят в своих могилах и что привидений не существует на

земле!.. Анна, грешно и нехорошо верить в них.

Анна молчала, только легкая судорога подергивала ее губы. Вольская

славилась между нами своим авторитетом. Ей верили больше всего класса, ее

уважали и даже чуточку боялись. И в правдоподобии ее рассказа о черной

женщине никто не усомнился ни на минуту.

Объяснение батюшки сорвало покров таинственности  с происшествия

Вольской, и мы сидели теперь разочарованные и огорченные тем, что "оно"

оказывалось только музыкальной дамой. Какое прозаическое и обыкновенное

пояснение! Какая жалость!

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии