Заглавная страница Избранные статьи Случайная статья Познавательные статьи Новые добавления Обратная связь FAQ Написать работу КАТЕГОРИИ:  Археология Биология Генетика География Информатика История Логика Маркетинг Математика Менеджмент Механика Педагогика Религия Социология Технологии Физика Философия Финансы Химия ЭкологияТОП 10 на сайте Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрацииТехника нижней прямой подачи мяча. Франко-прусская война (причины и последствия) Организация работы процедурного кабинета Смысловое и механическое запоминание, их место и роль в усвоении знаний Коммуникативные барьеры и пути их преодоления Обработка изделий медицинского назначения многократного применения Образцы текста публицистического стиля Четыре типа изменения баланса Задачи с ответами для Всероссийской олимпиады по праву 
Мы поможем в написании ваших работ! ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
Влияние общества на человека
Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации Практические работы по географии для 6 класса Организация работы процедурного кабинета Изменения в неживой природе осенью Уборка процедурного кабинета Сольфеджио. Все правила по сольфеджио Балочные системы. Определение реакций опор и моментов защемления |
Юристы и лингвисты о языке права и речи юристаПоиск на нашем сайте § 2. Культура речи юриста Правоохранительные и судебные органы, требующие от граждан соблюдения законности, должны «бороться за законность культурно», т. е. все следственные действия и общение в судопроизводстве должны соответствовать требованиям правовой культуры, одной из составных частей которой Е. Е. Подголин назвал культуру речи4. От степени культуры речи во многом зависит эффективность предварительного расследования, престиж органов правосудия, выполнение юристом его высокой общественной функции. А что такое культура речи?* Культура речи в лингвистике понимается как мотивированное Культура речи включает в себя: 1) нормативность, или правильность, речи, т. е. умение точно, в соответствии с нормами литературного языка передавать мысли, без употребления жаргонных, диалектных и просторечных слов (а в письменной речи — еще и без орфографических и пунктуационных ошибок); 2) речевое мастерство, заключающееся в доходчивости, логичности и * См. также: Ивакина И. Н. Культура судебной речи. М, 1995. С. 1—19. 4 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста уместности речи, богатстве словаря, разнообразии грамматических конструкций, выразительности, индивидуальности речи. Важно выразить мысль не только грамотно, но и экспрессивно, не штампованными словами, а по-своему, индивидуализирование. Речевое мастерство предполагает умение найти наиболее точное, значит, наиболее подходящее для определенного случая и стилистически оправданное средство языка. Например, разговорное слово брякнула в речи С. А. Андреевского (...развязно посмеиваясь, она вдруг брякнула мужу: «А знаешь? Я выхожу замуж за Пистолъкорса») более точно, чем любое другое, характеризует легкомысленное поведение потерпевшей. А мысль о том, почему подсудимый Егор Емельянов решил «отделаться» от своей жены, А. Ф. Кони выразил посредством метафоры: Итак, вот это какая личность: тихая, покорная, вялая и скучная, главное — скучная. Вся деятельность юриста по производству следственных и Важнейшим качеством культуры речи юриста является т о ч-н о с т ь. В уголовном судопроизводстве применительно к языку ей соответствует принцип законности, который заключается в том, чтобы письменная речь следователя и судьи отвечала требованиям процессуальных норм. Соответствие текста документа процессуальному закону проявляется в правильном наименовании документа, употреблении 'формулировок и юридических терминов в том значении, которое предписано законом. Нельзя, например, вместо термина обыск употреблять осмотр, нельзя выемку заменять изъятием, термин подозреваемый — термином обвиняемый и т. д. Кстати, термин обвиняемый в описательной части обвинительного заключения вводится только после формулировки предъявленного обвинения: ...было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. ... УК РСФСР5. В стандартном тексте документа при назывании правоприменительных действий или правовых отношений точности способствуют устойчивые выражения — клише юридического характера*. «Необходимо точно переносить соответствующие формулировки уголовно-процессуального закона в протокол, постановление, дру- *Об этом см. с. 23, 27—28, а также с. 172—180. Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста гие документы», — пишут А. И. Михайлов, Е. Е. Подголин6. Точ- Точность в использовании языковых средств означает выбор таких слов, словосочетаний, которые соответствуют содержанию полученной следователем и судьей информации. Инспектор уголовного розыска, сообщая по телевидению о разыскиваемых преступниках, сказала: «Кто знает что-либо об этих товарищах, просим сообщить в милицию». И, поняв, что неточно выбрала слово, исправила ошибку: «Не о товарищах, а о гражданах». Если в устной речи, неточно выразив мысль, можно тут же устранить погрешность, то в письменной речи этого сделать нельзя. Вот почему искажения в процессуальных актах опасны. Требованием точности определяется по возможности дословная запись показаний допрашиваемых (ст. 151,160 УПК РСФСР), гарантирующая достоверность получаемых данных. С целью фиксации наиболее важных из них допустимо использование жаргонных и диалектных слов, которые имеются в речи допрашиваемого. Например, подозреваемый не сознается в убийстве невесты, а свидетель на допросе говорит, что слышал, как подозреваемый сказал: «Убил за то, что фестивалила». Эту фразу необходимо внести в протокол. Здесь следует сказать об уместности речи. Уместность — такой подбор языковых средств, который делает речь отвечающей целям и условиям общения. При изложении показаний допрашиваемых неуместны официально-деловая лексика и юридические клише, если они отсутствуют в речи допрашиваемого. Неуместны, так как они «серьезно подрывают доверие к протоколу допроса»7. Употребление в официальной речи средств, стоящих за пределами литературного языка (это жаргонизмы, диалектизмы, просторечия), является отступлением от норм литературной речи. Однако в протоколе допроса жаргонное слово фестивалила 6 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста употреблено обоснованно, в соответствии с коммуникативным заданием (является доказательственным материалом) — в этом главный критерий его уместности. Ни в каких других процессуальных актах, кроме протокола допроса и очной ставки, диалектная, просторечная и жаргонная лексика недопустима; ее отсутствие диктуется требованием чистоты речи. Чистой считается та речь, в которой нет элементов, чуждых литературному языку, а также неуместно употребляемых иноязычных слов. Устную речь засоряют нередко и «любимые» слова типа в общем-то, значит, так сказать, как говорится, будем говорить и др., которые, по выражению Е. А. Матвиенко, являются «костылями хромого оратора»8. Но костыли оказывают помощь, а слова-сорняки больше вредят, чем помогают: употребляемые неуместно, они мешают точному выражению мысли. Послушайте хотя бы полчаса любую общественно-политическую передачу по телевидению, радио — и Вы услышите подобные примеры: Существуют, в общем-то, будем говорить, расплывчатые инструкции, которые, в общем-то, мешают проведению работы. Или: Мы понимаем, в общем-то, что теряем, будем говорить, огромные суммы. Или: Наши законы, в общем-то, нормальные законы. Нельзя, в общем-то, жить по принципу «хватай все, что плохо лежит». Или: От словесной заинтересованности (!?), будем так говорить, они не переходят, в общем-то, к деловой заинтересованности. Или: В общем-то, это большой вопрос, и он, в общем-то, требует обсуждения. Одним из основных требований культуры речи является ясность. Известный русский юрист П. С. Пороховщиков* писал о необыкновенной, исключительной ясности на суде9. В значительной степени этому способствует доступность (или простота) языка оглашаемых в суде документов. Ясность достигается четкой композицией документа,- логичностью изложения, убедительностью аргументов. Четкости композиции способствуют юридические клише, употребляемые в определенных композиционных частях**. Ясность предполагает использование сложных синтаксических конструкций для выражения сложных мыслей, особенно в мотивировочной и резолютивной части документов***. Но предложения должны быть построены в соответствии о нормами литературного языка. *П. С. Пороховщиков — автор книги «Искусство речи на суде», выпущенной под псевдонимом П. Сергеич. **Об этом см.: «Композиция процессуальных актов». С. 26—36. ***Об этом см. тему «Употребление сложных предложений». С. 281—287. Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста 7 Речь становится неясной вследствие низкой культуры мышления. Попробуйте разобраться в родственных отношениях людей, которые не смог ясно выразить адвокат: «В мае в гости приезжала мужевой сестры мужа сестра»10. Язык документов может быть неясным из-за использования без надобности иноязычных слов. Вносят в текст неясность и местоимения. Чаще всего это наблюдается в мотивировочной части обвинительного заключения и приговора, где записываются показания допрашиваемых: «Через неко-торое время они с Гусаковым ушли, но он дошел до ворот и вернулся. Примерно через час пришел Гусаков, и он начал приставать к нему. Вы поняли, кто вернулся? Кто к кому начал приставать? Трудно понять. Подобные ошибки появляются в речи из-за небрежного отношения следователей и судей к выбору языковых средств: переписывая показания допрашиваемых из протокола допроса в обвинительное заключение, следователи, к сожалению, обычно не редактируют текст, а заменяют все личные местоимения 1-го лица я местоимениями 3-го лица он. А судьи переписывают в приговор текст обвинительного заключения, не задумываясь над стилем*. Между тем Е. Е. Подталин неоднократно указывал, что «использование языковых средств в тексте документа — это не столько техническая, сколько творческая работа»11. Неясным предложение становится и в результате неправильного порядка слов, и в результате нарушения согласования: Он не отрицает факта кражи вещей, личного имущества Скворцовой, которая принадлежала Петрову. Деятельность следователя и судьи требует четкости мышления и обоснованности логических выводов. Определяя культуру речи юриста, Е. Е. Подпиши писал: «Культура речи при производстве следственных действий состоит в использовании точных, ясных, понятных, соответствующих литературной норме и речевой ситуации языковых средств» — и еще: «...культура судебной речи состоит не в том, чтобы отказываться от использования определенных языковых средств, а в том, чтобы употреблять их там, где нужно»12. С учетом задач уголовного судопроизводства культуру письменной речи юриста можно определить как мотивированное использование языковых средств, которые соответствуют требованиям официально-делового стиля, уголовно-процессуального закона и адекватно отражают устанавливаемые по делу фактические данные. Работа над формой речи должна приводить к тому, чтобы мысли
*Подробно об этом см.: Ивакина Я. Н. Культура судебной речи…С. 7.
8 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста Одним из важнейших актов предварительного расследования является обвинительное заключение. В нем излагаются преступные действия обвиняемого и дается им юридическая оценка, делается вывод о виновности обвиняемого. В соответствии со ст. 278 УПК РСФСР каждое судебное заседание начинается оглашением обвинительного заключения. Поэтому следователь, составляя этот процессуальный акт, должен думать о том, какое психологическое воздействие окажет он на граждан, присутствующих в зале суда, как поможет суду выполнить его воспитательную функцию. Важным процессуальным актом является приговор. Значение его в системе актов уголовного судопроизводства определяет особую ответственность судей за его качество. Недопустимо, чтобы приговор по делу, связанному с убийством, вызывал ироническую улыбку из-за неточного выбора слов: Вещественное доказательство—кухонный нож — конфисковать (уничтожить). Запомните:без высокой культуры оформления процессуальных актов невозможна подлинная культура уголовного судопроизводства. Культура уголовного судопроизводства зависит и от того, в какой степени прокурор и адвокат владеют нормами устных публичных выступлений. Культура публичной речи, как и письменной, включает в себя ясность, точность, чистоту, логичность, уместность, но, кроме того, она предполагает речевое мастерство, умение убедить аудиторию и воздействовать на нее. Оратору следует помнить, что воздействие осуществляется по двум каналам: рациональному и эмоциональному. Речь воздействует прежде всего фактическим содержанием, убедительностью аргументов, логичностью, обоснованностью логических выводов. Но богатство слов, разнообразие синтаксических конструкций, выразительность поддерживают у слушателей интерес, обеспечивают их эмоционально-психологическую убежденность. Прения сторон в судебных процессах, лекции на правовые темы обязывают к тому, чтобы и прокурор, и адвокат, и лектор не просто выступали, а выступали логично, убедительно, экспрессивно. Созданию экспрессивности, а также эмоциональности служат языковые средства, с помощью которых оратор выражает эмоционально-волевое отношение к предмету речи и тем самым воздействует на слушателей*. Однако каждое выразительное средство уместно в публичной речи в том случае, когда помогает привлечь внимание к предмету речи, усилить значение аргумен- * Об этом подробно си. тему «Публичная лекция». С. 63. Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста 9 та, выразить важную, с точки зрения оратора, мысль. Значит, культура публичной речи — это такое использование языкового материала, которое обеспечивает наилучшее воздействие на данную аудиторию в соответствии с поставленной задачей13. Основоположник судебного красноречия в России, большой мастер судебной речи А. Ф. Кони настойчиво призывал юристов любить и постоянно изучать «святыню своего народа» — его язык. «Пусть не мысль ваша ищет слова... пусть, напротив, слова покорно и услужливо предстоят перед вашей мыслью в полном ее распоряжении», — писал он. Судебный деятель обязан уметь говорить грамотно, доходчиво, убедительно. Воспитательное значение нашего суда намного возрастет, если юристы будут говорить не только по-деловому, но и образно, экспрессивно.
Изучение языка законов, процессуальных актов, судебных речей осуществляется двумя науками: юриспруденцией и лингвистикой. Юристами написан ряд работ о языке закона (см., напр.: Т. А. Бушуева, И. Ильинский, Н. Ф. Кузнецова, А. С. Пиголкин, Н. Н. Полянский, Е. А. Прянишников, В. М. Савицкий, А. А. Ушаков, Г. И. Шатков), журнальные статьи о языке процессуальных актов (см.: А. Горбачев, П. Лупинская, М. Максимов, С. Г. Мирец-кий, Б. Подголин, В. Румянцев, А. Томилин) и судебной речи (см.: В. Басков, Я. С. Киселев, А. Ликас, Н. Неумолотов, Е. Подголин, И. Садовский, О. Темушкин, В. Царев), монографии по вопросам судебной речи (напр.: Н. С. Алексеев, 3. В. Макарова; В. Д. Гольди-нер; Е. А. Матвиенко; М. Л. Шифман), учебные пособия (см.: Ю. В. Манаев, Л. М. Репкин; Л. А. Мариупольский, В. Ф. Статкус, В. С. Тульчина; С. К. Питерцев; Е. Е. Подголин; А. Р. Ратинов; И. М. Резниченко; Н. Н. Тарнаев), пособия для служебного пользования (см.: А. И. Михайлов, Е. Е. Подголин). Однако, говоря о языке нормативного или процессуального акта, судебной речи, авторы выступают прежде всего как юристы, так как их интересует выраженное в документе правовое содержание, анализ же языка дается, как правило, без соответствующей лингвистической основы и сводится, по существу, к общим рассуждениям о точности, доходчивости, выразительности. Некоторые авторы отмечают отдельные ошибки в языке закона, процессуальных актов, судебной речи (см.: Т. А. Бушуева, 3. В. Макарова, Е. А. Прянишников, В. М. Савицкий, А. Томилин). Следует выделить работы Е. Е. Подголина, А. А. Ушакова, В. И. Царева, в которых делается попытка лингвистического анализа языка закона, судебной речи. 10 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста Мало внимания вопросам языка уделяется в сборниках процессуальных актов. Так, во вступительной статье к сборнику «Процессуальные акты предварительного расследования. Примерные образцы» (М., 1972; М., 1978; М., 1983; М., 1991) сказано, что одним из требований, предъявляемых к процессуальным документам, является грамотность и культура. Однако в сборнике, изданном в 1983 году, помещены почти без исключения те же самые тексты документов, что и в предыдущем сборнике, с теми же речевыми ошибками, с той лишь разницей, что даты составления документов исправлены на более поздние. Подобные случаи наблюдаются и в сборнике 1991 года издания (см., напр. с. 163,165,173). В текстах, предлагаемых как образцы, использованы разговорные формы слов (пальцевые отпечатки — с. 98, 1991), эмоционально окрашенное слово столик вместо термина журнальный столик, большое количество ошибок в выборе паронимов (завышенные — повышенные, предоставить — представить: 1991 — с. 109, 112, 113, 165), синонимов (разг. нажива вместо термина обогащение — с. 165), параллельных синтаксических конструкций, форм управления, много избыточных словосочетаний, напр., не оглянувшись назад (с. 150), а также ничем не оправданное многословие в начале описательной части постановлений, напр.: установил: как видно из заявления (с.15), установил: Серегин и Шашкин обвиняются в том... (с. 118)*. Довольно часто нарушен объективный порядок слов (см. 49, 102, 143, 145, 148, 149 и др.)". А между тем этот сборник является руководящим пособием при обучении студентов составлению процессуальных актов... Грешит большим количеством речевых и стилистических ошибок и Сборник образцов уголовно-процессуальных документов (изд-во Казанского университета, 1980). В 1995 году издательство БЕК (Москва) выпустило Практикум по уголовному процессу: Учеб. пособие для студентов юри- дических вузов и факультетов / Отв. ред. Ковалев М. А., Ку-цова Э. Ф., 273 с. Цель пособия — научить студентов грамотно оформлять все процессуальные документы. Но грамотно — с правовой и процессуальной точек зрения. Языковым же вопросам не уделяется внимания. Поэтому так же, как и в сборниках «Процессуальные акты предварительного расследования. Примерные образцы», здесь отмечено довольно много речевых ошибок. Приведем некоторые из них: 1) тавтология: * См. также с. 24, 31, 34 и др. * * Многие из перечисленных примеров использованы автором данного пособия в соответствующих темах. Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста 11 следователь следственного отдела (с. 25, 26, 27, 63), 2) многословие в постановлении, составленном следователем: Произведенным предварительны* следствием... (с. 97), 3) уродливые юридические штампы: по уголовному делу по обвинению по ч. 1 ст. 145... (с. 153), уголовное дело... производством прекратить (с. 167), 4) неправильное оформление анкетных данных обвиняемого (с. 117, 155), 5) нарушение прямого порядка слов в резолютивной части постановлений (с. 42, 83, 98, 117, 161, 164, 165, 166). В качестве положительного момента можно отметить то, что правильно с точки зрения языка оформлен типовой бланк приговора (стандартный текст). Вероятно, названные сборники следует пересмотреть, доработать, а старые изъять из употребления. Только так можно будет повысить речевую культуру юристов. Недостаточное внимание к языку проявляется и в системе юридического образования. Большую помощь юристам могут и должны оказать лингвисты. В последние 15 лет появилось некоторое количество работ о языке права и речи юриста. Это научные статьи (см.: Н. В. Соловьев, Н. В. Шевченко, В. В. Девяткина, Н. Н. Иваки-на)14, диссертационные исследования (см.: Т. В. Губаева, Н. В. Соловьев, Н. В. Шевченко), публикации в журналах «Советская юстиция», «Правоведение» (см.: Т. В. Губаева, Н. Н. Ива-кина, Е. Сидоров, А. Пчелинцев), монографии (см.: Н. Г. Михайловская, В. В. Одинцов), а также учебные пособия (см.: Т. В. Губаева; X. Ю. Виссак и В. А. Тарве; Г. С. Бояринцева; Н. Н. Ивакина). Кроме того, лингвистами написано несколько работ совместно с юристами. В 1976 году в издательстве «Юридическая литература» вышла работа: В. С. Зубарев, Л. П. Крысин, В. Ф. Статкус. «Язык и стиль обвинительного заключения», 88 с., представляющая собой пособие для следователей. В ней содержатся сведения по стилистике русского языка: дана характеристика официально-делового стиля, проанализированы ошибки, наиболее часто встречающиеся в обвинительном заключении, указаны варианты правки. Однако пособие имеет некоторые недочеты. И именно потому, что работа является пособием, следует отметить эти недочеты, чтобы предостеречь следователей от подобных ошибок. Вот основные из них: 1. Спорным представляется предложенный авторами вариант для названия документа (см. с. 21): «Мы предлагаем разделить «шапку» — заголовок обвинительного заключения на два предложения: Обвинительное заключение по уголовному делу № 3/10. 12 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста Обвиняются: Петров И. С., Максимов Ю. В., Сидоров К. Д. ...в преступлениях, предусмотренных ст. 87, 19& ...УК РСФСР»*. 2. На с. 56 предлагается неправильный вариант правки слож- 3. Производя правку предложения Стремясь выгородить со- 4. В качестве «специальных оборотов» (с. 63) рекомендуется 5. Прямой порядок слов виновным себя признал назван инвер- В монографическом исследовании: А. А. Леонтьев, А. М. Шах-нарович, В. И. Батов. «Речь в криминалистике и судебной психологии». М.: Наука, 1977, 62 с. — отражены основные проблемы исследования речи в судебно-экспертной и судебно-следственной практике. В разделе «Социально-психологические проблемы преступности и исследование речи» приведен интересный материал об а р г о — тайном языке преступного мира. Работа: Н. Г. Михайловская, В. В. Одинцов. «Искусство судебного оратора». М.: Юридическая литература, 1981,175 с. — посвящена русскому судебному красноречию второй половины XIX века, индивидуальным особенностям ораторского мастерства Ф. Н. Плевако, П. А. Александрова, Н. П. Карабчевского, В. И. Жуковского, С. А. Андреевского. В 1986 году вышло два учебных пособия: Т. В. Губаева. «Практический курс русского языка для юристов» (изд-во Казанского университета, 230 с.) и X. Виссак, В. Тарве. «Пособие по профессиональному общению для юристов» (Таллин: «Валгус», 178 с.).
*Об этом см. тему «Юридические клише и штампы*. С. 172—177. **Текст предложения и вариант правки дан в теме «Употребление сложных предложений». С. 284—285. *** См. с. 231. Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста 13 В пособии Т. В. Губаевой дана краткая характеристика некоторых орфографических, пунктуационных, стилистических норм русского языка. В качестве иллюстративного материала приведены тексты юридического характера. Большое внимание уделя-ется стилевым и языковым особенностям процессуальных документов. Ценным представляется и то, что приведено большое количество упражнений для отработки орфографических, пунктуационных, стилистических норм. Однако не обращается внимание на исправление речевых недочетов в юридических текстах (см., напр., с. 103, 111, 114). Пособие X. Ю. Виссак и В. А. Тарве предназначено для студентов юридического факультета, окончивших среднюю школу с эстонским языком обучения; его цель — совершенствование речевых навыков в пределах профессионально-трудовой и социально-бытовой сферы общения. Пособие представляет собой сборник задач и упражнений по уголовному, гражданскому, трудовому, семейному праву, уголовному и гражданскому процессам, характеризуется стройной композицией, логичностью в расположении заданий. Четко определяется цель изучения каждой темы. Для осуществления поставленных задач предлагаются многообразные виды работ, развивающие речевые навыки, умение логично мыслить. Тексты упражнений взяты из учебных пособий для юристов. В 1987 году в издательстве Мордовского госуниверситета (г. Саранск) вышла работа: Г. С. Бояринцева. «Культура речи юриста», 80 с. Работа состоит из введения, двух глав и заключения. Первая глава содержит сведения по истории формирования норм литературного языка, раскрывает нормы ударения, произношения, лексические, отдельные орфографические и пунктуационные, стилистические нормы. Во второй главе излагаются некоторые вопросы мастерства публичного говорения: история публичных выступлений, их звуковая организация, некоторые лексические и синтаксические средства воздействия, говорится о публичных выступлениях на правовые темы. Однако практической помощи юристам в составлении процессуальных актов, в подготовке судебного и публичного выступлений пособие оказать не может, так как не отражает специфики языка права, не учит основному требованию, предъявляемому к речи юриста, — точности. Неточность допущена в изложении фактического материала. На с. 4, а также 77 читаем: «Основными нормами являются акцентологические, лексические, грамматические и др. Их соблюдение сообщает речи важные для общения качества, в част- 14 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста ности, такие, как чистота, логичность (разрядка наша. — Н. И.), уместность и точность», хотя логичность речи зависит от других факторов*. На с. 44 написано: «В эмоционально-фонической речи обычно нет описаний и отвлеченных рассуждений, здесь отсутствует внешнее словесное разнообразие... Таковы были речи Ф. Н. Плевако, краткие и острые», — что не соответствует истине. Сравните характеристику Ф. Н. Плевако, . данную ему А. Ф. Кони (там же, с. 45): в речах Плевако «всегда над житейской обстановкой дела, с его уликами и доказательствами, возвышались, как маяк, общие начала» (разрядка наша. — Я. И.). Неточно использован термин логика изложения (с. 55) вместо логика рассуждения; понятие контекст (с. 59, 67). Неточность, даже двусмысленность возникла в предложении Судебная речь должна быть правильной (с. 65). Правильной в смысле содержания или использования языковых средств? Допущена неточность в анализе юридических терминов. Так, на с. 15 читаем, что юристы нередко в составе словосочетаний ошибочно объединяют... вместо принять меры и применить закон — применить меры"; в словосочетании показания о фактах хищения (с. 21) автором усматривается ошибка в выборе форм управления, хотя словосочетание соответствует норме. В тексте: «Общественная опасность хищений состоит не только в том, что государству причиняется материальный ущерб. Они растлевают психологию людей, разжигают низменные страсти к личной наживе за счет государства, за счет достояния народа. Именно поэтому одной из самых главных, самых важных задач советского правосудия является охрана социалистической собственности от любых преступных посягательств» — прямой порядок слов определен как обратный (с. 36). Логические вопросы, взятые из работы В. И. Ленина: «Но существует ли коммунистическая мораль? Существует ли коммунистическая нравственность?» (с. 62), «Есть ли у нас основание рассматривать Закон о трудовых коллективах как убедительное свидетельство социалистической демократии? Да, такое основание у нас есть!» (с. 74), — названы риторическими. На с. 66 необоснованно нарушен прямой порядок слов: «Так, А. Ф. Кони описал эпизод, который произошел во время выступления в роли обвинителя юриста А. И. Урусова», что создает двусмысленность: Урусов был обвинителем или Кони обвинял Урусова? * Об этом см. с. 27, 43. ** Об этом см. тему «Сочетаемость многозначных слов». С. 103. Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста 15 Не всегда правильно анализируются примеры. Предложение Мы доказали вашу невиновность (с. 52) комментируется следующим образом: «Дополнение перетягивает на себя логическое ударение», — с чем нельзя безоговорочно согласиться. Неудачно подобран иллюстративный материал. Как пример членения речевого потока приведено предложение с неправильной формой управления: Они привели доказательства / свиде-тельствующие в их защиту (с. 51). Ошибка, состоящая в соединении родовых и видовых понятий в качестве однородных членов предложения, проиллюстрирована примером В этом призвана участвовать вся советская общественность, но в первую очередь — сотрудники милиции, народных дружин, прокуратуры, судов и других органов правосудия (с. 23), хотя названной ошибки здесь нет. В примерах работники прокуратуры и следователи; студенты и молодежь (с. 23) эта же ошибка не замечена. В примерах В результате следствия не только были выяснены все детали преступления, но и действия каждого из обвиняемых; На месте преступления были изъяты не только приспособления для подделки документов, а также вещественные доказательства (с. 24) допущено многословие, так как «действия обвиняемых» являются эпизодами («деталями»), а «приспособления для подделки документов» — это вещественные доказательства; кроме того, в первом примере нарушен объективный порядок слов. Именной характер юридических текстов показан на примере, не имеющем смысла: В отношении установления мотивов преступления ни в чем предосудительном замечен не был (с. 35). Для упражнения в выборе паронима приведен пример с неправильным порядком слов: Вещественные доказательства были (представлены, предоставлены) для выводов эксперту (с. 37). Сомнительным представляется и пример Обвинение предъявляется вам, так как в нем нарушен объективный порядок слов (с. 51). К тому же все примеры, отмеченные в этом разделе, не характерны для профессиональной речи юриста. Примеры для стилистической правки на с. 25, 26 и варианты правки взяты из названной работы В. С. Зубарева, Л. П. Крыси-на, В. Ф. Статкуса без указания источника и повторяют уже отмеченные в ней ошибки. А ведь юристы могут прочитать работу и во всем поверить автору... Работа не носит обучающего характера. Во-первых, лингвистический термин эмфатическое ударение на с. 51 остался необъясненным, хотя до этого автор справедливо писал о необходимости объяснять незнакомые аудитории слова. Во-вторых, о названии 16 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста лекции сказано: «...оно не должно быть ни шаблонным, ни громоздким, хотя нередко еще встречаются такие названия, как «Свидетель рассказывает», «Путь к преступлению» (с. 72), без указания ошибок и без вариантов правки. В-третьих, характеристика судебной речи дана односторонне, поверхностно, только с точки зрения «средств усиления», речевые средства оторваны от содержания. На с. 65, например, написано, что судебный оратор «не должен навязывать свое мнение, так как это может вызвать отрицательную реакцию». Здесь дело не в реакции суда или аудитории, а в соблюдении процессуальных норм. Работа, предлагаемая в качестве учебного пособия для юристов, не соответствует требованиям, предъявляемым к пособию, и нуждается в серьезной доработке. В 1989году в издательстве «Наука» вышла монография: Л. К. Граудина, Г. И. Миськевич. «Теория и практика русского красноречия»,— в которой приводятся сведения по истории изучения русской речевой культуры. Седьмая глава посвящена русскому судебному красноречию второй половины XIX века. В ней сформулированы основные требования судебного красноречия: ясность, логичность, языковая правильность, чистота и точность, богатство слов, «категория пристойности», выразительность. Правильно подмечено, что «очень важно соблюдение судебными ораторами чувства меры, поскольку окончательное решение дела должно опираться на подлинные факты (разрядка наша. — Н. И.), а не быть результатом эмоционального влияния ораторского таланта на судей или присяжных» (с. 175). Именно точность в изложении материалов дела, чувство меры и пристойность лежат в основе судебной речи. Справедливо подчеркнуто, что «общим принципом употребления риторических фигур судебной речи является их функциональная мотивированность: только те риторические фигуры могут быть использованы оратором, которые несут эмоциональную или смысловую нагрузку, а не используются ради пустого украшательства речи» (с. 173). Однако, давая практические рекомендации, авторы допускают противоречия правильно высказанным тезисам. Так, «прием включения в речь «картин» — небольших, художественно выразительных зарисовок, отдельных эпизодов дела» определяется как цель создания необходимой эмоциональной атмосферы. Поэтому предлагается: «Если объективные факты процесса выразительны сами по себе, то их следует донести до слушателя с предельной непосредственностью, как можно проще. Если же в событии недостает эмоциональной выразительности, оратор создает ее вымышленными, п р е д по л а га е м ыми (разрядка наша. — Н. И.) зарисовками обстоятельств». Однако при исследовании судебного красноречия следует исходить прежде
Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста 17 |всего из содержания права и процессуальных требований и руководствоваться тем, что судебная трибуна — это место не для соревнования в красноречии, а для объективного исследованияобстоятельств дела и установления истины по делу. Поэтому в судебной речи недопустимо «преувеличение», как советуют авторы (см. с. 174), вымышленные зарисовки. На суде не должно быть ни одного вымышленного эпизода. Здесь нужна предельная точность в описании действий подсудимого: ведь из-за вымышленных эпизодов может пострадать невиновный. В 1990 году в издательстве «Юридическая литература» под ред. А. С. Пиголкинавышла коллективная монография «Язык зако-на» (один из соавторов — кандидат филологических наук Е. М. Сморгунова). Цель работы — на основе теоретического исследования проблем языка законодательства способствовать повыше-яию качества подготавливаемых решений, улучшать их языковое воплощение. Однако в вопросах анализа языка законов допущены некоторые неточности. На с. 24 выражено мнение, что в словосочетаниях типа непри- Неточно раскрыты явления многозначности слов и омонимии. Эти явления не разграничены (с. 120). На с. 81 к омонимам отнесено слово имущество, хотя скорее надо было говорить о различных оттенках его значения, которые создаются разными определениями. Слова же брак, прокат (с. 118) имеют омонимы. У слова наём (с. 118) всего одно значение, поэтому оно не является многозначным. Неоправданными являются рассуждения о недостаточно определенных, многозначных терминах, об использовании их в переносном значении (см. с. 71, 72, 107, 127), так как термин в определенной области знаний всегда однозначен. В подтверждение своей мысли авторы приводят пример исключительный цинизм, не сказав, однако, что это оценочное понятие, требующее уточнения. В примере Неявка в судебное заседание по неуважительным причинам... не служит препятствием... авторы усматривают «тройное отрицание» (с. 23), хотя в лингвистике нет такого термина (пример двойного отрицания дан на с. 81: не может не заслуживать поддержки), и советуют «устранить неясность» следующим образом: неявка по уважительным причинам служит препятствием к рассмотрению жалоб, что, по мнению авторов, 18 Введение. Язык в профессиональной деятельности юриста «звучит проще и яснее». Однако мысль, выраженная в исправленной варианте, не соответствует первой — с отрицательным сказуемым и определением. Рекомендуется употреблять простые термины, по возможнос- Необходимо, чтобы лингвисты больше внимания уделяли изучению специфики языка права, составлению полезных для юристов учебников и способствовали бы введению на юридических факультетах университетов и в юридических институтах курса «Культура речи юриста», так как высшая школа должна воспитывать сознательное отношение юриста к языку.
|
||
|
|
Последнее изменение этой страницы: 2024-07-06; просмотров: 31; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы! infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 216.73.216.196 (0.015 с.) |
