Московское государство и страны Европы в XVI в.: основные сферы взаимодействия

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 6 из 6

Со второй половины XV в. кончается период изоляции Северо-Восточной Руси от западноевропейских стран. Особый интерес к молодому Московскому государству проявили Папская курия и Священная Римская империя германской нации, что объяснялось не только расчетами на возобновления процесса расширения церковной унии, но, прежде всего, надеждой увидеть в этом новом восточноевропейском государстве союзника по борьбе с турецкой экспансией в Европу. Расширение Османской империи, которое шло с начала XV века с поразительной быстротой, представляло реальную опасность христианской цивилизации.

Наглядным примером этого стала гибель Византийской империи, альтернативного западноевропейскому цивилизационного центра средневековой Европы. Территориальные границы европейской цивилизации сокращались за счет поглощения османами юго-восточного европейского пространства. Греция, Сербия, Болгария и другие южнославянские государства, албанские, волошские, молдавские земли, частично территория Венгрии и южные владения Австрии превратились в турецкие колонии. Угнетение христиан здесь дополнялось угрозой их исламизации (что вскоре и случилось с большей частью албанского населения и частично с сербским населением Боснии). У всех в памяти был пример почти полной турецкой ассимиляция и исламизация малоазийских православных византийцев.

Между тем в XV столетии европейский католический мир, представленный более сотней государственных формирований, составлял аморфное цивилизационное единство, раздираемое внешними и внутриполитическими конфликтами. Причем его духовно-религиозная ось — католическая церковь,— стояла на пороге грандиозного кризиса. Реформа католицизма в Чехии в первой половине XV в., последовавшая за гуситскими войнами 1419-1434 гг., была первой ласточкой надвигающейся Реформации, которая поглотит Европу в XVI столетии.

Священная Римская империя германской нации в этом хаосе старалась претендовать на роль некой консолидирующей христианский мир «вселенской» силы. Одной из главных провозглашенных ею целей являлась задача оградить европейцев-христиан от турецкого нашествия. На фоне объективной турецкой опасности это поддерживало надежду на создание некого «общехристианского» европейского единства для отражения османской экспансии и помогало контактам Москвы с Западом.

В этом контексте важно понять, почему данные надежды папства и Габсбургов оказались только иллюзией. Не менее важен и вопрос о позиции Московской Руси на этот счет. Причем интересно выяснить, насколько дипломатия Москвы совпадала с позициями других европейских стран. Как представляется, в плане борьбы с османами ожидания европейцев на счет Московской Руси оказались преждевременными.

Москва и провал «проекта единства христианской Европы»

Нельзя сказать, что Европа благожелательно восприняла появление на своей восточной окраине нового, территориально огромного Московского государства. Западная Европа была скорее озадачена, а ближайшие соседи России — Польша, Литва, Ливонский Орден и отчасти Швеция — серьезно встревожены. Явление Московии, сразу же приступившей к внешней экспансии и строительству империи, разрушало порядок, построенный в европейском мире за предыдущие три столетия.

Суть прежнего, позднесредневекового «евроустройства» сводилась к тому, что «настоящими» европейскими странами на Западе привыкли считать лишь романо-германские государства, и с определенной натяжкой — западнославянские и иные в этническом плане страны, находившиеся в лоне католицизма. Воспоминание о разнообразии Европы периода раннего Средневековья, когда варвары соседствовали с еще сильной Византийской империей, а феодальная западноевропейская цивилизация делала только первые шаги, уже истерлись. Раскол христианского мира и выработанное в невероятных усилиях культурно-историческое единство средневекового Запада предельно сузили европейский мир в представлении западных европейцев.

При этом социокультурное единство Запада не исключало, а, наоборот, предполагало жесточайшую конкуренцию, борьбу, взаимное недоверие и даже ненависть составляющих западный мир частей. Что же говорить о непохожем на Запад христианском европейском Востоке? Все непохожее, хоть и находящееся в Европе, относилось к категории «чужого», «неправильного» и «опасного». Но с этим «чужим» западноевропейские силы, монархи и сам папа Римский, могли вступать в прагматические связи. В этом не было ничего удивительного. В XV-XVI вв. Западная Европа была вынуждена контактировать и с куда более чуждым ей, нежели Россия, мусульманским миром.

Со своей стороны, воспитанная в православной традиции Московская Русь вовсе не считала «еретический» мир Запада «правильным». Россия XV-XVI вв., не стесняясь, декларировала свое духовно-религиозное превосходство как над католическим Западом, так и мусульманским Востоком, что, впрочем, тоже не препятствовало ей вступать с ними в переговоры, исходя из политической, военной или какой-либо иной выгоды. При этом Россия, как и Запад, со своей стороны преследовала, прежде всего, собственные цели, мало думая о возможных компромиссах. Показателен в этом плане обмен посольствами Ивана III с Ватиканом, в результате которого московский государь вступил в свой второй «политико-сакральный» брак.

Источник: Московское государство в европейском геополитическом пространстве в середине XV - начале XVI вв. Черникова Т. В.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?