Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
На следующий день после отправления телеграмм были отравлены не только лидеры оргкомитета, Но и беспощадно обстрелян частный дом, в который раньше газы проникали Слабо.
Содержание книги
- Новые «революционеры» вытеснили всё созидательное Вполне искренне. Это не замысел. Это инстинкт разрушителей.
- Кто их устыдит. На тот они и есть шакалы.
- Только кому Теперь доказывать. Тем, Кто убивает, нести доказательства о них же самих..
- Гибнут парни России. Для чего? Я ещё раз спрошу, для чего эти жертвы?
- Вопрос Куда повернет свой взор Ельцин на поиск себе замены, если идёт убиение своего народа и война в чечне, то есть внутри государства.
- Издеваются они над кормильцами, над матерями и отцами своими.
- Действительно, «ответ» последовал тут же. Письмо было передано в «Приемной президента Путина» в конце октября 2001 г.
- Допустим, что это не обвинение, А жалоба. Допустим, что это сигнал о неблагополучии в государстве. Как бы следовало отреагировать по Конституции.
- Есть ещё кое что, Но пока я ставлю точку.
- Молодость всегда красивая. Её красота не в форме, а в духе.
- Теперь Вам легко понять стиль насилий и назначение методов мутантов. Народ уничтожить они умеют.
- Интеллект подчиняется этой точке отсчёта инстинкта существования и теперь законы трансформируются на служению только этой надстройке.
- Вот за что уважали русского человека даже глубоко обиженные Народы.
- Тот, Кто не чувствителен и к алгоритмам ума. Ставится в жесткие рамки с угрозой сокращения его жизненного пространства. Вот что такое закон в виде юриспруденции.
- Конституция написана в духе единения. Юриспруденция жива только тогда, когда Существует дух отрицания, то есть резко за гранью единения.
- Присутствующие засмеялись. Ясное дело, Где им разбираться в политике.
- Они разрушили мою жизнь, и единственным стимулом у меня осталась месть, сказала бывший специалист-химик в эстонском городе Тарту.
- Кому мстить. – спросил я её, рассматривая обширную и давно заброшенную квартиру, расположенную в центре города. – у Вас отличные условия, – добавил я, как бы мимоходом.
- Думаю, что есть в «органах» и гуманные люди…, - начал я, но Ирина прервала.
- Может быть, такое ожесточение связано с вашим пребыванием и деятельностью в Эстонии? – высказал своё мнение Алекс.
- Возможно, Вас «выбивают» в целом из Прибалтики.
- Талантливо, не правда ли.
- Уместнее и Дальше употреблять Понятие геноцида со стороны паукообразной клики и её ядоносных щупальцев в виде органов СС.
- Нас удивляет, Василий Васильевич, что вы их защищаете, - обратился в беседе Миша Ильин.
- Нужно детально расследовать систему отслеживания, - сказала Татьяна Николаевна.
- На следующий день после отправления телеграмм были отравлены не только лидеры оргкомитета, Но и беспощадно обстрелян частный дом, в который раньше газы проникали Слабо.
- Проверка продолжалась. Факт геноцида, пришедшего на смену сталинским лагерям, расстрелам и брежневским «психушкам», следовало установить безошибочно.
- Да, запах сильный, - сказала она, - Но появиться ему здесь не Откуда.
- Позвали дежурного администратора.
- С корреспондентом мы встретились вечером. Татьяна Александровна петрова не брала интервью у меня как у президента, поскольку ситуацию мы её обрисовали сами.
- Как на ваш взгляд смотрится Калугин. – спросил я её.
- И Вы думаете, что эти полторы сотни представляют государственный вес. Что они могут. И долго ли их угомонить.
- Поздравлять их пока ещё, вроде, рано, - сказала Татьяна Александровна, исходя из многошумья и многоликости жарких страстей одного толка.
- Но с тобою погибла бы многополярность.
- Мы пили хороший индийский Чай с яблоками. Вкус был своеобразный, так как яблоки были спелыми и сладкими.
- Думаю, что Горбачёв растолковал бушу, что для разгрома административно-командного аппарата у него Нет иных средств, как буза возмущённых людей.
- Как откажутся Горбачёв, Ельцин, крючков, если правление Международной Ассоциации, международный форум посылали им телеграммы недвусмысленного содержания.
- Они пекутся о свободах. Что это за свободы.
- Мужчина отличался от парней внешностью. Интересно, что профессия делает отпечаток на поведении человека.
- Трёхкомнатная квартира была в неухоженном состоянии. На кухне сидело несколько человек и что-то горячо обсуждало. Они пили кофе. Было Крепко накурено. Мы познакомились.
- По окончанию моего рассказа Сергей тут же ответил.
- Заметно, что ты не против этого.
- Я говорил о развитии её в будущем и до совершенства. Не исключено, что мы не только приговорённые без суда и следствия, Но и являемся многоплановыми подопытными.
- Ты же сам говоришь, что политика в своей стихии мешает созиданию?
- Нужен он тем, кому такой «дефицит» выгоден.
- Не Понимаю, кому выгоден спид. – не мог согласиться с такой постановкой вопроса Николай Иванович.
- Тебя жутко слушать, Василий! Мы словно заложники и зависим от чей-то прихоти.
- Разве Можно такое оценивать иначе.
- Насколько я понимаю, пространство трёхмерное, - возразил Николай Иванович.
- Хорошо. Завтра письмо будет готово. Хотя это уже не первое ему послание.
На следующий день после отправления телеграмм были отравлены не только лидеры оргкомитета, но и беспощадно обстрелян частный дом, в который раньше газы проникали слабо.
Дозы стали кошмарными. Несмотря на четырёхлетний опыт по защите, организм не успевал восстанавливаться.
Однако, нужно было действовать целенаправленно.
В тактику действия входило создание гарантированного отсутствия сведений у СС. Это было очень важно, так как если отравления следуют только потому, что у жертвы «светятся», то подтверждается система с подключением к ней МВД. Осталось мутантам подключить армию! О том, что МВД использует все эти методы на заключённых я знал давно, но МВД против мирных жителей - это симптом. Дело в том, что меня всё время оповещали из органов рангом «выше». Из МВД люди с совестью не приходили. О том, что подключено МВД к геноциду я знал из секретных предписаний, но нужно меня понять: я не должен «клюнуть» на дезинформацию. Всё нужно проверять собственным здоровьем.
Вторым условием было наше неожиданное появление в городах разных регионов. Время появления выбиралось ночное. Манёвр на место жительства совершался в темноте. Исключались телефонные разговоры, и даже произнесение имён. Писали на бумаге. Гостиницы использовались только в целях проверки, так как там регистрировались паспорта.
Выбран был сначала литовский город Каунас, а затем Симферополь, Судак, Новороссийск, Алушта. Эти города летом наводняются отдыхающими, а сейчас, в октябре, имеют избыток сдаваемых квартир, естественно, хозяйки не знали фамилий, а подчас и имён.
Итак, в город без «хвоста» поздно вечером приезжают неизвестные и идут на случайную улицу, где снимают жильё у привыкших к «дикарям» хозяев.
|
