не оставляющий сомнений в личности говорящего.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 46Следующая ⇒

Я хотел жить по-своему!

Я со всей решимостью действовал по совершенно другому плану. Подростком я ушел из дома, чтобы освободиться от постоянных родительских увещеваний позволить Богу управлять мной. Я хотел сам пробить себе дорогу в жизни.

Несмотря на врожденное заикание, я точно знал, кем хотел стать, — юристом, как мой дедушка Эмос Плезант Робертс. Он был судьей в одном из приграничных поселений Оклахомы в те времена, когда она еще была индейской территорией. Как бы глупо это ни звучало, я хотел когда-нибудь стать губернатором Оклахомы, своего родного штата. Я твердо решил, что никто и ничто не остановит меня на пути к этой цели.

Потом я пережил глубочайший шок. Я обнаружил, что в жизни есть вещи, которые сильнее меня. Учась на втором курсе колледжа, я участвовал в областном чемпионате по баскетболу и во время одной игры упал на пол без сознания. Мои легкие были поражены туберкулезом, болезнью, очень распространенной среди индейского племени чероки, из которого происходила моя мать. По результатам обследования врачи сделали заключение, что эта ужасная болезнь прогрессировала в моем теле уже долгое время и сейчас достигла своей последней стадии. Я почувствовал себя почти мертвецом.

Дело было в 1935 году, и тогда врачи еще не умели лечить туберкулез.

От этой болезни умерли мамин отец и две ее старших сестры. И сейчас, как я думал, пришел мой черед.

Желание все делать «по-своему» умерло во мне. Я впервые понял, что есть какая-то злая сила, атакующая мое тело, и эта неизлечимая болезнь — ее выражение. Меня хотели лишить жизни еще до того, как я ее попробовал.

Ужасно мучаясь, страдая от болей, я снова и снова чувствовал присутствие смерти. Опечаленная моим положением мама каждую ночь шептала мне на ухо: «Орал, Бог не даст дьяволу убить тебя. Ты родился, чтобы проповедовать Евангелие, как твой отец, и молиться за больных, как я».

Все это казалось мне далеким и чуждым. Пять месяцев я пролежал, находясь между жизнью и смертью. Я не чувствовал в себе никакого ответа на призыв Бога, пока моя сестра Джюэль не подошла к моей кровати и не сказала четыре слова, навсегда изменивших мою жизнь: «Орал, Бог исцелит тебя».

Любящий Бог услышал молитвы моих родителей и захотел почтить их. Мое обращение состоялось вскоре после этого — сердце было затронуто неизвестной мне силой.

Слова Джюэль были пророческими. Мой брат Элмер, — он был старше меня на 14 лет и к тому времени уже обзавелся семьей, — однажды привез нам новость, от которой у меня захватило дух. Его жена Ора, посвященная христианка, ходила в моем родном городе Ада на собрания пробуждения, и там евангелист Джордж С. Манси каждый вечер молился за исцеление больных.

«Вставай, Орал, — сказал Элмер. — Я приехал за тобой. Я отвезу тебя на эти собрания. Бог исцелит тебя».

Элмер не был христианином, но на него, как и на всех нас, повлияла вера нашей матери Клаудии Присциллы Робертс. Соседи часто просили ее прийти помолиться за кого-то из близких, на ком врачи уже поставили крест.

По дороге на собрание я лежал на заднем сиденьи машины, и тогда я впервые встретился с Богом.

Я слышал голос Бога!

«Сын, Я исцелю тебя, и ты будешь нести Мою исцеляющую силу своему поколению».

Я не могу объяснить это и не пытаюсь, потому что ничего подобного никогда раньше не переживал. Это был Его голос:

ясный,

отчетливый,

Пока я размышлял над услышанным, Он заговорил вновь: «Ты должен построить Мне университет. Утверди его на Моем авторитете и силе Святого Духа». Я знал без тени сомнений, что слышал голос Бога.

Теперь мне казалось, что я живу в двух мирах. С одной стороны, я был смертельно болен. С другой стороны, меня везли на молитву исцеления. От моих 165 фунтов при росте в шесть футов и полтора дюйма осталось 120 фунтов, — кожа да кости.

Когда мы приехали на служение, проповедник помазал меня елеем и помолился молитвой, слова которой как будто проникли в каждую клетку моего тела: «Ты, нечистая, мучающая болезнь, я повелеваю тебе во имя Иисуса Христа из Назарета, выйди из этого молодого человека. Оставь его и отпусти на свободу!»

Я почувствовал исцеление моментально в обоих легких и в речи, но мне потребовалось несколько месяцев, чтобы набраться сил и осознать, что отныне я свободен от заикания и призван проповедовать Евангелие.

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Организация работы процедурного кабинета

Области применения синхронных машин

Оптимизация по Винеру и Калману