Ализ педагогических идей А. С. Макаренко в контексте педагогической технологии

↑

▷ Содержание

Стр 1 из 4Следующая ⇒

“ Одним из самых важных событий в истории создания этой замечательной книги является посещение A.M. Горьким колонии, которой руководил Макаренко.

“Поэма” рассказывает, как в детской колонии, созданной в первые годы после гражданской войны, шло формирование “настоящего человека” из числа беспризорных, мелких воров, людей, искалеченных трудными и жестокими условиями гражданской войны. Создание великолепного по своим идейно-нравственным качествам коллектива показано в поэме широко и многогшаново.

В работе над книгой были и взлеты и периоды неверия в успех. Бывало так, что законченные главы казались не художественным произведением, а “книгой по педагогике”, написанной в форме воспоминаний. Уверенность в писателя вселил А. М. Горький — первый читатель и редактор “Педагогической поэмы”. Он писал: “На мой взгляд, “Поэма” очень удалась Вам. Не говоря о значении ее сюжета, об интереснейшем материале, Вы сумели весьма удачно разработать этот материал и нашли верный, живой и искренний тон рассказа, в котором юмор Ваш уместен, как нельзя более”.

“Поэма” состоит из трех частей. В ее основе — хронологическое описание становления и развития очень сложного воспитательного учреждения, прошедшего путь от анархизма беспризорщины и мещанского индивидуализма до боевой, кипучей советской действительности, освещенной нормами социалистического общежития.

Отличительной особенностью “Поэмы” является мастерское сочетание художественного повествования, теоретической борьбы в педагогике 20-х годов и публицистики. Тонкий художественный вкус А. С. Макаренко не допустил перегруженности книги деталями быта и подробностями педагогических исканий. Он заостряет внимание читателя на фактах и событиях, которые в конечном результате и определили систему воспитания коллектива колонистов и очень выпукло раскрыли суть гуманистической со кой педагогики, а самого автора выдвинули в число лучших выра-телей ее боевого духа.

 Нравственно-эстетический идеал автора поэмы аходит наиболее полное выражение в уважении к человеку и в высокой требовательности к нему, в поэтизации творческого труда.

А С. Макаренко был очень одаренным человеком. Свою педагогическую деятельность он начинал в то время, когда наряду с талантливостью особое значение имели жизненный пример, гражданский пафос, нравственно-идейная целеустремленность и высочайшее бескорыстие. Эти качества позволили ему добиться блестящих успехов в борьбе за воспитание нового человека. Поэзию педагога Макаренко питало его стремление передать воспитанникам все богатство нового мироощущения, обрадовать их новыми перспективами, мыслями и чувствами, сделать их лучше и окрыленнее. Главное в его труде — не “укрощение” дикой ватаги беспризорников, а становление детского коллектива, формирование личности нового человека. Поэзия его человеческого и учительского подвига, поэзия постижения и преобразования жизни его воспитанников логически вылилась в “Педагогическую поэму” — одну из самых удивительных и читаемых книг мировой литературы.

Секрет вечной молодости “Поэмы” заключается в глубоком проникновенна автора в социальные проблемы своего времени, в деятельной любви к детям, в смелой постановке вопроса о стиле, тоне, организационных формах и средствах советского воспитания, в том, что автору удалось сказать свою пусть не очень большую, но необходимую правду. Как художник слова, он глубоко чувствовал социально-экономические сдвиги в нашем обществе. Как педагог, он перспективно и смело прокладывал пути новой советской системы воспитания. Сейчас хорошо видно все величие подвига педагога-новатора. Такой опыт требовал апробации временем. Время показало, что педагог и художник до сих пор учит нас

масштабно мыслить, ответственно и конкретно подходить к каждому педагогическому явлению.

Само педагогическое мастерство было для Макаренко нравственной необходимостью. Ведь в основе всего, что он совершил, лежала неустанная, бескомпромиссная, ликующая и воинствующая борьба за человека, за его завтрашнюю радость. Непреходящая ценность “Педагогической поэмы” заключается в том, что она озарена романтикой этой борьбы, наполнена светом мудрости и неувядаемой прелестью педагогического труда.

АнВ «Педагогической поэме» рассказывается о попытке создания полной педагогической системы на примере колонии для несовершеннолетних правонарушителей, преобразованной в ходе педагогического опыта в детскую трудовую колонию.

[править]Основная сюжетная линия

Педагог Антон Семёнович Макаренко в сентябре 1920 г. направляется заведующим для создания колонии малолетних преступников на основе заброшенных зданий предыдущей колонии до 1917 г. в 6 км от Полтавы. Вначале насчитывается четверо человек для работы с воспитанниками: двое воспитательниц, Лидочка и Екатерина, завхоз Калина Иванович и сам Макаренко. В стенах кое-как приспособленных для жизни, в особенности зимой, появляется первая шестёрка ребят. Все они совершили преступления — вооружённые квартирные грабежи и кражи — и теперь будут перевоспитываться. Поначалу подростки от работ в колонии отказываются, используют стены колонии только как временное пристанище, а вечером уходят из колонии и возвращаются только утром. Один из подростков через неделю во время отлучек из колонии совершает грабёж и убийство.
Ситуацию переменяет случай. Однажды на просьбу заведующего колонией воспитанник Задоров нагрубил. Антон Семёнович, не выдержав грубого отношения, ударил сильно по щеке колониста, что тот даже не удержался на ногах, и, не помня себя, схватил кочергу, тем самым сильно напугав колонистов. Хотя Задоров был крупнее преподавателя, он и ребята послушно пошли с Макаренко рубить дрова для обогрева помещения. После педагог сильно переживал по поводу случившегося, так как он впервые ударил человека.
Макаренко начинает организовывать трудовую деятельность ребят и через два с половиной года, весной 23-го, создаёт отряды во главе которых стоят командиры. Колония постоянно пополняется новыми людьми и подростками, у которых свои проблемы, и постепенно переходит на самообеспечение. С этим наплывом воспитанников воспитательский состав и помощники-колонисты подчас не справляются: то колонисты за самогонкой в деревню ходят и приходится конфисковать самогонные аппараты заведующему и старшим колонистам, то нежелательная беременность воспитанницы со смертью ребёнка, то сыпной тиф, охвативший колонию, то ребята на деревенские баштаны налетают и собирают чужой урожай…
Двое ребят, Осадчий (в которого полетели счёты со стола заведующего колонии и чуть было за ним не последовал стул) и Карабанов (настоящая фамилия Калабалин), уходили из колонии, но позже понимали, что привыкли к тому образу жизни, который был в ней, к ребятам и к самому Антону Семёновичу. Всё-таки, среди воспитанников колонии имени Горького был колонист Митягин, от воспитания которого пришлось отказаться и изгнать из колонии. Колонист Приходько, с которым пришлось помучиться, чуть не довёл своим разбоем на дороге до самоубийства выдающегося педагога. Как-то раз, после этого случая, ребята из колонии, опасаясь, что прогуливающийся по лесу Макаренко решил покончить с собой, пошли за ничего не подозревающим руководителем колонии.
Одним из главных изобретений А. С. Макаренко считает сводный отряд, укрепляющий коллектив — «очень важное усложнение системы отрядов». Влияние сводных отрядов прослеживается после 25-й главы первой части произведения. И вот, присланные наробразом «педагоги», Дерюченко и Родимчик — паразиты как колонии, так и общества — «спешат помочь» в воспитании. Родимчик почти не занимался воспитанием и пробыл в колонии не долго. Часто он уходил из колонии и что-нибудь приносил с собой для своей семьи. Дерюченко был националистом, который «желал» всё сделать для своей страны, а в действительности, кроме украшения дешёвыми портретами Шевченко и показательного незнания русского языка, мог только распевать украинские песни. Вскоре и его уже не было в колонии. Случилось это после того, как Дерюченко, вспомнив русскую речь, решил сообщить о том, что ему не выдали масла на умершего через 8 дней после рождения сына, а затем доложил завгубнаробразу. Завгубнаробраз вызвал Макаренко и сказал: «Гоните немедленно!»
К 3 октябрю 23-го года колония перебирается в бывшее имение братьев Трепке. Помимо уже существующих полевого во главе с Шере, конного, свиного под командованием своих командиров и прочих хозяйств в колонии появляется театр. Зимними субботними вечерами театр занимает особое место в колонии и постепенно набирает популярность в её окрестностях. Мест на спектакли не хватает, а в представлениях задействованы порой все колонисты и даже сотрудники. Особенно стараются ребята из шестого «Р», отвечающего за реквизит, и шестого «Ш», отвечающего за шум и эффекты, они отличаются своим рвением к натуральности происходящего в пьесах. Хотя переезд во вторую колонию близ реки Коломак являлся радостным событием, однако, пребывание в ней огорчали такие события: поступление в харьковский рабфак первых воспитанников, уход двух колонистов по собственному желанию после решения на собрании совета командиров, повесившийся Чобот возле конюшни от любви к Наташке, которая не согласилась ехать с ним в богодуховскую деревню, и лишение последней мечты о переезде в имение Попова на острове Хортице. Среди этих неприятных воспоминаний были хорошие и весёлые: умная, но вредная Маруся стала перевоспитываться и взрослеть, весёлый девятый отряд с «лекарями» умело распоряжался мельницей, приносившей хороший доход колонии, а десятый славился своей свинарней. Бывшее имение начало преображаться, и во время Олиной свадьбы, средь всей суеты, так долго не дававшей оценить то, что уже сделано, Антон Семёнович замечает ухоженные деревья и цветы, аккуратные дорожки и преобразившуюся территорию — дело рук горьковцев. То, что полито «трудовым потом сводных отрядов, как драгоценными камнями», не может затмить самих ребят в глазах преподавателя. После свадьбы Оли Вороновой уезжает из колонии в рабфак ядро, как сказала воспитательница Екатерина Григорьевна. Становится грустно и скучно, но жизнь входит в своё привычное русло, ставит всё на свои места, и горесть и другие беды отступают.
Во второй колонии начинается переписка с Максимом Горьким. Воспитанники уже знакомы с его творчеством, и теперь писатель, на которого они равняются, помогает добрым словом и с пополнением библиотеки в воспитательном учреждении. Один раз отряд сапожников даже надумали пошить сапоги Пешкову.
Вскоре по договору с 5-го до 15-е мая 1926 года предлагается перевести колонию Горького в бывшую Куряжскую колонию. Так случилось, что во время пребывания в Харькове завколонией Макаренко, инспектор наробраза Юрьев предложил ему взять харьковскую колонию с 280-ю колонистами. Педагог и писатель, зная о ужасной перспективе с новыми колонистами, отказывался от подобного испытания. Только после приезда в Куряж, где, кроме гулявшего ветра, воровства и нагаженных углов и проходов, можно было увидеть безалаберность работников, Макаренко встречает маленького беспризорного, бегущего по проталинам, босоногого мальчишку, которого ему становится жалко. Он решает вынести решение о переезде на обсуждение в колонии. Изначально описания увиденного Антоном Семёновичем встречаются хохотом ребят. Но после речи Калины Ивановича о том, как ему с заведующим вначале было трудно, и о том, что на ребят, если они поедут и помогут в перевоспитании, будет равняться весь харьковский пролетарий, решено было ехать.
Началась подготовка к переезду в Куряжскую колонию. Огорчал заведующего переезд колонии Горького с новоприбывшими ребятами, которые ещё не успели привязаться к устоявшимся традициям, так долго лелеянным Макаренко. В особенности не хотелось брать с собой Аркадия Ужикова, которого привёл его отец, вначале бросивший семью, но после разыскавший своего беспризорного сына. Ужиков доставлял немало неприятностей колонии. Однако, и его удалось перевоспитать новому дружному коллективу после кражи в Куряже портфеля рабфаковцев со стипендией. О том, кто совершил преступление, узнали только на третий день, и на совете командиров решили судьбу Ужикова отдать товарищескому суду. Суд постановил игнорировать обвиняемого целый месяц вопреки мольбам Брегель, начальника Макаренко, не наказывать его. На полпути данного испытания Ужиков был амнистирован за прилежное поведение и хорошую работу.
Зимой, перед переездом, благодаря уговорам Марии Кондратьевны Боковой, колония пополнилась девушкой лёгкого поведения Верой. Она уже была беременна, и Антон Семенович помог ей сделать аборт в больнице так, чтоб никто не узнал о случившемся. Вера много хлопот доставляла её наставнику, в особенности своими свиданиями с мальчиками в новой колонии. Свидания с телеграфистом Сильвестровым привели к следующей беременности, которую Вера просит прервать. Вопреки уговорам девочки, здравомыслящий педагог настаивает на том, чтобы она родила, и постепенно заставляет прислушаться к его словам. Воспитанница становится матерью.
Пока ребята под командованием Коваля готовились к переезду, передовой отряд с командиром Волоховым и руководителем горьковцев отправился в Куряж. Там Макаренко знакомится с колонистами ближе, осматривает территорию колонии, убеждаясь в том, что eё запущенность большая, чем он предполагал вначале. При знакомстве с куряжанами, первых кого выделяет преподаватель — это Ваню Зайченко с его компанией и воспитательницу Гуляеву, единственную из предыдущих воспитателей, которая осталась в колонии после увольнения.
Наконец настал день передачи колонии новому заведующему. Первым делом Шелапутин звонит в расколотый колокол, оставшийся в наследство, для собрания всех колонистов. Но как не старается Ванька, ничего не выходит: колонисты не собираются. Тогда Антон Семёнович решает строить уборные, без которых ни одно цивилизованное общество не может обойтись, и купить тарелки и деревянные ложки.
Обходя колонию, Макаренко увидел избитого Мишкой, колонистом в составе передового, куряжанина Ховрака перед дверью в столовую. Ховрака, пытающегося противостоять новым порядкам, усмиряют, и после раздачи обеда приехавшие с Харькова рабфаковцы, горьковцы и работники Горьковской колонии агитируют прийти куряжских ребят на собрание. На собрании звучит предложение работать по 6 часов в день, на которое неохотно соглашаются куряжские воспитанники. Следующий день был потрачен на собрание новых командиров и перепись воспитанников, в числе которых были агрономы — так звали старших колонистов, за работу которым заплатили и обещали выдать дипломы агрономов. Даже после собрания командиров утром следующего дня работать никто кроме горьковских воспитанников не вышел. Ваня Зайченко, на которого заведующим Макаренко возлагались особые надежды, со своим отрядом не смог прийти, потому что его избили.
Получив телеграмму, заведующий новоиспечённой колонии отправляется к старым воспитанникам. Тут, рядом с горьковцами, Макаренко чувствует себя как дома и, не дождавшись окончания последнего прощального театрального представления, засыпает от усталости. Перед пьесой он замечает, что расставание с соседями для сельских девчат хотя и было печальное, но как отмечает автор повести: «Хорошо, что сердца Марусь устроены по принципу взаимозаменяемости частей».
И снова Антон Семёнович возвращается в неприятную обстановку, где его встречает следственная комиссия. Куряжане избили Дорошко, который по приказу кого-то из них украл несколько пар ботинок. Комиссия уезжает, так как избивали не горьковцы, а установить избивающих не удалось. С этого момента Брегель и товарищ Зоя становятся частыми спутниками, вращающимися в колонии и высказывающие язвительные выражения. Ещё несколько дней работают только ребята и сотрудники, прибывшие из колонии близ Полтавы, вместе с рабфаковцами и нанятыми работниками. Всего за пять дней ими проделывается немалая работа: расчищается территория, копаются ямы для парников и оранжерей, идёт работа в поле и другие виды работ.
Наконец, сорок пять вагонов с горьковцами в Люботине 17 мая встречает заведующий и рабфаковцы. Все вместе они едут до станции Рыжов, где ожидают подачи состава маневровым паровозом на первую платформу. Не дождавшись паровоза, Таранец уговаривает Антона Семёновича силами ребят толкать состав для того, чтобы переместить его к разгрузочной платформе. Кажется, что из данной затеи ничего не выйдет, но вот вагоны тихонько трогаются с места, и колония, разгрузив их, отправляется воссоединяться в Куряж. По прибытии куряжан собирают в одном из бывших монастырских помещений для чтения декларации Жоркой Волковым. Строгость декларации пугает куряжан, и Карабанов решает разрядить обстановку своим гопаком. После собрания вымывают, подстригают и одевают замухрышек и собираются вновь в столовой, где заведующий читает ребятам письмо Горького и говорит последние напутственные слова.
Куряжане работают неохотно, отлынивают с непривычки. Воспитатели их заставляют словом, а находчивые горьковцы, разыгрывая сценки спасения или иронически подшучивая над лодырями. К концу мая уже разрушена монастырская стена, стоят скамейки, полностью облагорожена территория, почти достроился свинарник и расчистился ребятами пруд. Не хватает только одеял, которые вскоре председатель помдета Халабуда обещает подарить горьковцам, поражённый проделанной работой. Обещание он выполняет только после того, как заведующий подаёт жалобу. Когда большая часть из намеченного уже сделана — можно праздновать, и первым в жизни двухсот восьмидесяти бывших куряжан становится праздник первого снопа.
На воспитательный процесс в Куряжской колонии всё чаще и чаще обращает пристальное внимание начальство. Уставший от постоянного нравоучения теоретиков, доказывающих свою правоту в неправильности воспитания новой колонии, Макаренко подаёт заявление об уходе Юрьеву, но всё ещё заведует колонией до отъезда Максима Горького и перед отправлением поезда, набитого отпраздновавшими встречу с писателем воспитанниками, передаёт свои полномочия Журбину.
Заканчивается книга рассказом о том, кем выросли воспитанники: людьми достойными и полезными обществу. Их не купить не за какие материальные богатства, на каждого можно положиться в трудную минуту.
Макаренко относился к колонистам как к обычным людям и, как он пишет,

 забывал их преступное прошлое. Это дало толчок к воспитанию новых личностей, готовых к любому труду на благо общества. В основе воспитания лежали советские идеалы, противопоставлявшиеся кулацкому воспитанию людей живущих для себя или граков.

. Я неопытный и даже заблуждающийся создавал коллектив из людей заблудших и отсталых.
А. Макаренко

Теоретическое наследие А. С. Макаренко, его убеждения и сверкающий талант, получившие полное развитие в 20-е и 30-е годы, до сих пор верно служат школе, обогащают нашу идейную и творческую жизнь. Время не гасит, а открывает все новые и новые грани его подвижнической и разносторонней педагогической работы, пережитых им 200 тысяч часов рабочего напряжения — тех драгоценных часов, в течение которых через его руки прошло более 3000 детей и подростков.
"Педагогической поэме" А. С. Макаренко отдал 10 лет напряженного труда. Одним из самых важных событий в истории создания этой замечательной книги является посещение A.M. Горьким колонии, которой руководил Макаренко. Большой интерес великого писателя к намерению создать книгу о педагогическом эксперименте объяснялся, по словам Макаренко, тем, что Горького живо "интересовали новые позиции человека на земле, новые пути доверия к человеку и новые принципы общественной творческой дисциплины".
"Поэма" рассказывает, как в детской колонии, созданной в первые годы после гражданской войны, шло формирование "настоящего человека" из числа беспризорных, мелких воров, людей, искалеченных трудными и жестокими условиями гражданской войны. Создание великолепного по своим идейно-нравственным качествам коллектива показано в поэме широко и многопланово.
В работе над книгой были и взлеты и периоды неверия в успех. Бывало так, что законченные главы казались не художественным произведением, а "книгой по педагогике", написанной в форме воспоминаний. Уверенность в писателя вселил А. М. Горький — первый читатель и редактор "Педагогической поэмы". Он писал: "На мой взгляд, "Поэма" очень удалась Вам. Не говоря о значении ее сюжета, об интереснейшем материале, Вы сумели весьма удачно разработать этот материал и нашли верный, живой и искренний тон рассказа, в котором юмор Ваш уместен, как нельзя более".
"Поэма" состоит из трех частей. В ее основе — хронологическое описание становления и развития очень сложного воспитательного учреждения, прошедшего путь от анархизма беспризорщины и мещанского индивидуализма до боевой, кипучей советской действительности, освещенной нормами социалистического общежития.
Отличительной особенностью "Поэмы" является мастерское сочетание художественного повествования, теоретической борьбы в педагогике 20-х годов и публицистики. Тонкий художественный вкус А. С. Макаренко не допустил перегруженности книги деталями быта и подробностями педагогических исканий. Он заостряет внимание читателя на фактах и событиях, которые в конечном результате и определили систему воспитания коллектива колонистов и очень выпукло раскрыли суть гуманистической со кой педагогики, а самого автора выдвинули в число лучших выразителей ее боевого духа. Нравственно-эстетический идеал автора поэмы аходит наиболее полное выражение в уважении к человеку и в высокой требовательности к нему, в поэтизации творческого труда.
А С. Макаренко был очень одаренным человеком. Свою педагогическую деятельность он начинал в то время, когда наряду с талантливостью особое значение имели жизненный пример, гражданский пафос, нравственно-идейная целеустремленность и высочайшее бескорыстие. Эти качества позволили ему добиться блестящих успехов в борьбе за воспитание нового человека. Поэзию педагога Макаренко питало его стремление передать воспитанникам все богатство нового мироощущения, обрадовать их новыми перспективами, мыслями и чувствами, сделать их лучше и окрыленнее. Главное в его труде — не "укрощение" дикой ватаги беспризорников, а становление детского коллектива, формирование личности нового человека. Поэзия его человеческого и учительского подвига, поэзия постижения и преобразования жизни его воспитанников логически вылилась в "Педагогическую поэму" — одну из самых удивительных и читаемых книг мировой литературы.
Секрет вечной молодости "Поэмы" заключается в глубоком проникновенна автора в социальные проблемы своего времени, в деятельной любви к детям, в смелой постановке вопроса о стиле, тоне, организационных формах и средствах советского воспитания, в том, что автору удалось сказать свою пусть не очень большую, но необходимую правду. Как художник слова, он глубоко чувствовал социально-экономические сдвиги в нашем обществе. Как педагог, он перспективно и смело прокладывал пути новой советской системы воспитания. Сейчас хорошо видно все величие подвига педагога-новатора. Такой опыт требовал апробации временем. Время показало, что педагог и художник до сих пор учит нас масштабно мыслить, ответственно и конкретно подходить к каждому педагогическому явлению.
Само педагогическое мастерство было для Макаренко нравственной необходимостью. Ведь в основе всего, что он совершил, лежала неустанная, бескомпромиссная, ликующая и воинствующая борьба за человека, за его завтрашнюю радость. Непреходящая ценность "Педагогической поэмы" заключается в том, что она озарена романтикой этой борьбы, наполнена светом мудрости и неувядаемой прелестью педагогического труда.

Проблема технологизации учебно-воспитательного процесса продолжительное время поддавалась критическим суждениям. Она и ныне является противоречивой. Это поясняется тем, что нередко ассоциируются понятия технология и техника. А педагогический процесс, который в значительной мере основывается на педагогическом мастерстве, тяжело воспринимать в ассоциации с техникой.

Кто же все-таки является первым основателем понятия "педагогическая технология"?

Если считать, что первым детищем этого направления и одновременно фундаментом, над которым надстраивались следующие этажи педагогической технологии, стало программированное обучение, то претендентами на основопологание являются американские ученые, которые увенчали свое изобретение в 50-е гг. Но если обратиться к концепции новой школы французского педагога С. Френе и представителей международного педагогического течения, которые пропагандировали идеи нового воспитания (возглавлял плеяду педагогов С.Френе), которая получила наибольшее распространение на Западе именно в 20-е гг., то обнаруживается, что в последние годы своей жизни Френе уделял большое внимание программированному обучению. Он называл себя первооткрывателем в учебном программировании и считал, что его учебные карточки, которые легли в основу, на много лет опередили соответствующие американские эксперименты. "Достаточно было вложить учебные карточки в любую машину, - писал Френе, - чтобы получить программированное обучение задолго до рождения этого срока" [49, 17].

В этом случае понятие "педагогическая технология" основывается на технической основе – программирования с помощью машин – компьютера. Если же обратиться к современным подходам определения педагогической технологии – программирование целей учебно-воспитательного процесса в определенной иерархической последовательности с ориентиром на результативность, то понятие "программирование целей" принадлежит представителю этого же периода, борцу за новую школу (20-30-е гг.), педагогу-классику А.С. Макаренко. Если мы раньше вели речь о том, что Макаренко первым в Украине ввел термин "педагогическая технология", то ныне уместно сказать, что он первым вышел в мировой педагогике на уровень педагогической технологии организации воспитательного процесса. Его система поддается моделированию, конструированию, прогнозированию, организации взаимоотношений, как по горизонтали, так и на разных параллелях воспитания, предусмотрению нестандартных моделей систем и их подструктур с учетом конечного прогнозирующего результата и определенных результативных срезов.

А.С. Макаренко критически относился к традиционной педагогике, в которой всегда на первом плане были вопросы дидактики, а воспитательные проблемы отодвигались на второй план. Педагог считал это принципиальной ошибкой, поскольку воспитание является широким явлением, которое включает в себя и обучение. Наверное, педагог в свое время был проникнут мудрыми педагогическими идеями К.Д.Ушинского.

Под педагогикой Ушинский понимал теорию воспитания, поэтому основной педагогической категорией он считал воспитание. Моделируя курс педагогики, он всегда ставил на первое место теорию воспитания [47, 23-35]. Взгляды А.С. Макаренко полностью перекликаются с взглядами К.Д. Ушинского.

Особый акцент А.С. Макаренко делает на социальный характер воспитания, считая, что " воспитанию подлежит не только ребенок, не только школьник, а каждый гражданин на каждом этапе. Подлежит воспитанию или в специально организованных формах, или в формах широкого общественного влияния. Каждое наше дело, каждая компания, каждый процесс в нашей стране всегда сопровождается не только специальными задачами, а и задачами воспитания" [32, 141-142]. Рассуждения педагога будто продолжают идею К.Д. Ушинского о необходимости создания антропологических (педагогических) факультетов с целью педагогизации всего общества.

Технология воспитания – ведущая проблема педагогического наследия А.С.Макаренко. Обосновывать сущность этого понятия неоднократно приходилось педагогу, так как она была противоречивой и в его время. Об этом свидетельствует одна из записок, на которую довольно часто отвечал Макаренко: "В последней части своей книги вы сравниваете процесс воспитания детей с технологическим процессом. Не перегнули ли вы в своих суждениях? Никак нельзя согласиться с вашим сравнением обработки металла и живого человека. Не механический ли это подход?"

Отвечая, А.С. Макаренко убеждал, что, собственно, принципиальной разницы нет. Если берем, например, штамп металла, мы имеем цель, средства и технологический процесс. Почему невозможен технологический процесс относительно человека? Он считал, что пока мы не придем к необходимому уважению своей технологической науки, мы не сможем хорошо воспитывать детей. "Я в своей книге веду речь о том, что некоторые детали человеческой личности можно штамповать на штампах. На меня педагоги ужасно кричат за это место – как можно человека штамповать? Я же не предлагаю взять живого человека и засунуть его под пресс.

Возьмем, например, привычку к чистоте, к точности. Это буквально штампуется в коллективе. Не нужно никакого индивидуального подхода к этому вопросу. Вы создаете общие условия, создаете ежедневный опыт. Они со дня на день умываются, чистят зубы, моют ноги, и, если они выходят из коммуны, они уже не могут не умываться ежедневно. Какая особая хитрость для этого нужна? Никакой, это легкая задача, и это действительно можно сравнить со штампом. Но, как и в штамповочном деле, требуется тонкая работа и самих штампов, так и здесь..." [33, 32-33]. В этом случае нельзя не согласиться с А.С. Макаренко, так как речь идет об обычных нормах поведения, а привычки – это частичные автоматизированные действия. На основе использования педагогического метода, они не только создают возможность выполнения того или другого действия, а и обеспечивают сам факт ее осуществления. Привычка является важной опорой воспитательного процесса. "Воспитание, которое целиком оценило важность привычек и сооружает на них свое здание, сооружает его крепко. Лишь привычка открывает воспитателю возможность вносить те или иные принципы в сам характер воспитания, в его нервную систему, в его природу", – считал выдающийся педагог К.Д. Ушинский [47, 250-251].

Понятно, что речь идет о педагогической технике как составной технологического процесса, понятия значительно более широкого, которое Макаренко также рассматривал в русле педагогической системы. К раскрытию сущности общей системы воспитания А.С. Макаренко подходил, отталкиваясь от анализа ошибок в педагогическом деле: "Все ошибки, все уклоны в нашей педагогической работе возникали всегда в области логики целесообразности".

Моделируя разные педагогические влияния, Макаренко пользовался и понятийным аппаратом, который ассоциируется с сущностью технологического процесса: техника, программирование, операция, детали, автоматизированные действия, механизмы, цели,перспективы, штамповать, комплекс, синтез и т.п.. Бесспорно, этот процесс реализуется прежде всего в проектировании модели личности. Именно эта идея и принадлежит педагогу А.С. Макаренко. Технологические аспекты он предусматривал и во время организации учебного процесса.

А.С. Макаренко вообще считал, что к педагогическому делу следует подходить как кпроизводству, а воспитателя рассматривать как "рабочего, которому вверяется серьезная деловая функция, точная, пусть и трудная, но все же посильная задача, которая не требует от него гипертрофии сердца или другого какого-нибудь не менее важного органа, не лишает его быть человеком, иметь свою личную жизнь и спокойную старость" [37, 637].

Конечно, фундаментом для системы воспитания А.С. Макаренко была народная основа, род, народность пронизывает все его теоретическое и практическое наследство, а семья, в частности многодетная, постоянной основой технологии организационного строения его коллектива. Технологический подход дал возможность А.С. Макаренко, отталкиваясь от основ народной педагогики, выйти на уровень научный. Педагогическая технология Макаренко – новизна его системы воспитания. Среди основных черт педагогики Макаренко, прежде всего, следует отметить: диалектическое разделение методики обучения и методики воспитания; единство воспитания и обучения детей. В педагогике конец ХІХ – нач. ХХ в.в. часто исходили из того, что сначала ребенка надо выучить, а уже потом его можно воспитывать. А.С. Макаренко выдвигает идею изучения детей в процессе их воспитания, единство воспитания и жизни детей. В педагогике приоритетным был и остается сегодня тезис о подготовке молодежи к жизни. Из него вытекала соответствующая технология воспитания. А.С. Макаренко считал, что воспитать по-настоящему человека можно не готовя его к будущей жизни, а организовывая его, наполняя социально значащими делами.

В учреждениях Макаренко рядом с общеобразовательной школой, техникумом и рабфаком функционировали заводы электрооборудования и фотоаппаратов (ФЕД) – единые заводы такого плана в бывшем Советском Союзе; полнейший отказ от мысли, что для хорошей школы нужны прежде всего хорошие методы в стенах класса. Для красивой школы нужна научно- организованная система всех влияний; полноценный коллектив как необходимое условие наиболее полного развития способностей и свободы личности; продуманная система мероприятий, ориентированных на формирование сознательной дисциплины; появление новых разделов теоретической педагогики, таких как педагогическая техника, педагогическая технология, педагогическая логика, теория перспектив, стиль и тон воспитания; параллельное педагогическое действие; педагогика коллективного воспитания [9, 18-22].

Отталкиваясь от современных толкований технологии как интегрированного механизма, который упорядочивает педагогическую систему, ведущие основы макаренковской системы мы обобщили, согласно классификации С.Г.Карпенчук, таким образом: система целей, методологически-теоретическая – научная подсистема, методически-техническая (педагогическая техника) – система способов и средств, организационно-регулятивная, что корригирует систему условий и реализованных сил, самореализационная – система результативности. Проанализируем эти подсистемы:

Система целей: вся педагогическая система А.С. Макаренко построена на основе программирования целей: цель воспитания – программа человеческой личности (программа стандарт и индивидуальный корректив к ней); цели воспитания отвечают общей структуре личности: общие, частичные, индивидуальные. Генератором идей у Макаренко был педагогический центр, который обеспечивал демократический подход к реализации целей.

Методологически-теоретическая– научная подсистема. "Педагогика – наука диалектическая, которая абсолютно не допускает догм", – считал А.С. Макаренко [30, 118].

Диалектическое методологическое направление преобладает в теоретических положениях А.С. Макаренко. Конечно, ведя речь про "синтетическую педагогику", педагог имел в виду ее связь с другими науками, которые изучают природу человека и процесс его воспитания, то есть он обращался и к антропологическому подходу, опирался на достижения классики, но связь педагогики с другими науками он толкует своеобразно, не аналогично общим взглядам официальной педагогики. Его интерпретация, конечно, вызовет противоречивые суждения и у представителей современной педагогики, над чем следует задуматься: воспринимать это толкование лишь как сугубо индивидуальную мысль педагога, которую не следует распространять на процесс развития педагогической науки, как такую, которую все же таки опередило время.

Методически-техническаяилисистема способов и средств воспитания. Понятие "техническая" в данной подструктурной единице предусматривает понятие "педагогическая техника" как характерное качество сноровки педагога, которое вырабатывается в процессе его практической деятельности и обеспечивается соответствующими методическими способами и средствами, логика соотношения которых с целями воспитания заключается по Макаренко в "принципах и традициях" общества.

Организационно-регулятивная– система условий и реализационных сил. Она объединяет, прежде всего, основные регулятивные силы в педагогической технологии А.С.Макаренко, крепко связывает их самореализацией, организовывает условия, которые обеспечивают систему результативности. Коллектив, педагогический центр, совет коллектива, разновозрастные объединения (отряды), объединения клубного характера, спортивного и т.п., которые одновременно отображают и формы организации деятельности воспитательного учреждения. "Главная беда школы, – считал А.С.Макаренко, – "дисгармония между бушующими, сильными, горячими натурами детей в 12-14 лет и скукою детского коллектива" [40, 281-287].

Ручательством конечного результата воспитанности школьника является, как правило, определенный уровень сформированности у него социального опыта и системы механизмов саморегуляции и самореализации, способности осуществлять самовлияние, самокоррекцию, самоактуализироваться, то есть воспитывать самого себя. И эту способность, как считал А.С. Макаренко, мы призваны воспитывать, воспитывать способность действовать "правильно для себя, для правды, для своей обязанности перед самим собою – и будущего хозяина", способного "с наибольшим эффектом принимать участия в строительстве государства счастливого человека" [40, 343-344], и он старался воспитать такого человека. Весь опыт А.С. Макаренко и главное условие его педагогического успеха – создание школы типа "школы-хозяйства" (в коммуне им. Ф.Э.Дзержинского). Воспитание, считал А.С. Макаренко, может стать не просто трудовым, но и "хозяйственным", "социально-экономическим". "Необходимо воспитать во всех новое генеральное качество личности – хозяйственную позицию по отношению к окружающему миру". "Жизнь педагогического учреждения, его воспитательную организацию нужно направлять по линии экономического прогресса коммуны с учетом центрального воспитательного фактора – экономического прогресса всей страны". Бесспорно, перспектива, направленная на настоящее, перспектива, которая никогда не теряет и не утратит своей актуальности, так как имеет довольно глубокие социальные корни.

А.С. Макаренко положил в основу своей педагогики требования и ожидания, свой идеал воспитанника, но при этом его система не была такой, что надрывает душу и тело тех, кто носил звания колониста или коммунара. Более того, он ставил во главе, как высочайшую меру, не только требование, но и уважение к человеку. А.С. Макаренко возвеличил личность и коллектив.

Практическое программирование целей в современной педагогике, равноценно как и научный уровень изучения проблемы целей воспитания, А.С.Макаренко оценивал низко. В этой критике просматривается конструктивная позиция самого А.С. Макаренко относительно того, что на формирование социального характера может быть направлена школа. Он считал, что "надо иметь перво-наперво мужество, чтобы открыто признать: мы не знаем, кого мы воспитываем".

Формулируя цели воспитания, А.С.Макаренко ориентировался на гуманистический образ человека в мировой культуре. В этом плане на Антона Семеновича оказал большое влияние М.Горький. Сам А.С.Макаренко пишет об этом так: "Я не мог найти никаких "научных выходов". Я вынужден был непосредственно обратиться к своему общему воображению о человеке, а для меня это означало обратиться к Горькому".

Горьковский человек всегда в обществе. Его герои неохотно страдают и для нас, педагогов, это чрезвычайно важно. В этом случае ведущим является горьковский оптимизм. Ведь он оптимист не только в том понимании, который видит впереди счастливое человечество, но еще и потому, что каждый человек у него хороший. Хороший не в моральном и не в социальном понимании, а в понимании красоты и силы.

Видеть хорошее в человеке всегда тяжело. Хорошее видеть почти не возможно, оно слишком прикрыто мелкой повседневной борьбой, оно теряется в текущих конфликтах. Хорошее в человеке приходится всегда проектировать, и педагог это должен делать. Он должен подходить к человеку с оптимистичной гипотезой, пусть даже и с некоторым риском ошибиться. И вот этому умению проектировать в человеке лучшее, более сильное, интересное, и ему надо учиться у Горького... [29, 62-63].

А.С.Макаренко дал образец личностных качеств. С одной стороны несомненный массовый героизм и несомненная жертвенность. С другой – нетерпимость, подозрительность к людям, беспощадность в требованиях.

Теория и практика А.С.Макаренко учат нас конкретно – историческому подходу к постановке целей воспитания. Речь идет не просто, и не вообще о целях воспитаниях, а про цели, которые отображают специфику того или другого этапа развития общества.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров