Глава 2 — счастье и беды непредсказуемы

↑

▷ Содержание

Стр 1 из 10Следующая ⇒

АРКА 1 — РАСЦВЕТ ТАЛАНТА

ГЛАВА 1 — КЛАН ЯО

Центральные Равнины. Горный хребет Шэньнун[1].

Высоко в горах, посреди обширного горного хребта, греясь в лучах заходящего солнца, стоял шумный городок, вблизи которого по контуру горы виднелись разнообразные постройки. На горном пике, выровненным самими жителями, располагалось небольшое поселение с явными признаками жизни.

Это исконные земли клана Лекарств с многочисленным населением, где каждый соклановец имеет одну и ту же фамилию — Яо. Однако в клане присутствуют люди и с другими фамилиями: например, наёмные, ученики и различные служащие.

Тем не менее, каждый проживающий на этой земле считался кровником, неся в себе одну и ту же кровь, многие из которых были обозначены как дочерние семьи.

Клан Яо — один из восьми древнейших кланов — каждый член которого несёт символ «药» как свою фамилию, подтверждая это тем, что здесь продолжают рождаться лучшие алхимики мира. И даже те, кто впоследствии ими не становятся, знают, как переплавлять пилюли и превосходно владеют мастерством, когда дело доходит до оценки их деятельности.

На вершине горы стояла каменная стела, от неё издавна исходила и продолжает действовать внушительная аура. Эта стела, именуемая как «Стела Предков», считалась символом клана.

Она имела глубокий смысл для жителей, ведь только самым выдающимся людям можно было вписывать там свои имена и имена родителей. Эта была самая великая честь, метко описываемая поговоркой: «Если твое имя высечено на стеле, значит жизнь прожил не зря».

Вокруг стелы располагались разного рода административные здания и постройки клана: храм предков, зал старейшин, школа и сокровищница.

Чуть ниже горной вершины находилась внутренняя область, где жили старейшие жители клана. Ниже этой области проживали мощные и влиятельные семьи, из домов которых валили целые колонны дыма с богатым запахом когда-либо существовавших пилюль.

У самого подножья горы стояли хижины простых жителей клана, которые можно было встретить на улицах городка.

В одном из таких мест группка детей играла в игру по переплавке пилюль. Можно было представить, что это была выдуманная игра. Но дети повторяли мнемотехнику для переплавки пилюль, и это не было ложью.

И пока дети резвились, распространяя повсюду звучный смех, к ним подходили несколько фигур взрослых, тени которых далеко растягивались от солнечного света.

— Эй, вы все еще играете? Время обедать!

Дети запрыгали от радости, бросаясь к этим приближающимся фигурам.

— Папочка вернулся!

— Папа, вчера в школе я научился очищать пилюли…

Видя возвращение своих отцов, дети подняли шум.

Взрослые лишь смеялись, поднимая их к себе на плечи.

И среди всей этой детворы выделялся пятилетний мальчик: он вёл себя очень тихо, крепко ухватившись за большую отцовскую руку. Для ребёнка, держаться за неё, ощущая тепло от прикосновения, было просто удовольствием. Однако заподозрив неладное, отец спросил:

— Чэнь-ер, что случилось? Ты опять напроказничал и мама на тебя разозлилась?

Мальчишка понуро опустил голову.

— Мама опять злая, она сказала, что будет игнорировать меня… Папа, ты же успокоишь маму? Верно?

— Ха-ха-ха, конечно. Пойдем, если мы объединимся, и будем объясняться слаженно, мама обязательно приготовит нам что-нибудь вкусненькое.

Яо Хо рассмеялся и поднял сына, усадив его на свое плечо.

— Эй, Хо, неужели твой сын опять что-то учудил?

К Яо Хо подошел хорошо слаженный мужчина с нахмуренными бровями, также несущий пятилетнего толстячка на плече.

— Папа, Яо Чэнь[2] опять использовал любимую вазу тети Цин как алхимический котел, — громко донёс маленький толстячок.

— Чэнь-ер, эта ж ведь не та аквамариновая ваза?.. — вздохнув, спросил Яо Хо.

Яо Чэнь опустил голову, в то время как его руки ерзали на голове отца.

— Мама действительно забудет обо мне? Она опять не приготовит мне куриную голень?

— Действительно… ты влип. Хо, не говори, что это твой первый подарок жене? Яо Чэнь, готовься к порке, — насмехаясь вступил в разговор хорошо сложенный мужчина с толстяком на плечах.

— Эй, Ло Бин, ты не смей насмехаться над моим сыном. Не бойся Чэнь-ер с папой поблизости, мама обязательно приготовит для нас вкусный рис с куриной ножкой, — не выдержал Яо Хо.

— Папа, а что такое рис с куриной ножкой? — спросил маленький толстяк.

— Что-то невкусное. Идем домой, Там нас ждёт маньтоу.

— М-м, маньтоу лучше! — неуверенно кивнул толстячок.

Яо Хо с недоумением посмотрел на Ло Бина:

— Ло, ты это серьезно? Ведь твой ребенок еще настолько юн…

Ло Бин оглянулся и ответил:

— Ты ничего не понимаешь. Пойдем домой.

— Расходимся! — воскликнул Яо Хо.

Яо Хо и Ло Бин, очевидно, были лидерами этой группы взрослых. По команде Яо Хо все направились домой, неся своих сыновей на плечах.

Яо Хо и Ло Бин были соседями, поэтому возвращались вместе.

Маленького толстячка звали Ло Шу, по пути домой он беспрерывно болтал, то об Яо Чэне, то оскорблял своего старшего брата Ло Шаня. Пока он говорил об Яо Чэне, то украдкой бросал на него взгляд, очевидно пытаясь привлечь внимание к своей пустой болтовне.

Как бы то ни было, Яо Чэнь не воспринимал слова толстячка близко к сердцу. Плечи отца были очень широкими и удобными, и все было бы прекрасно, если бы мама не сердилась на него.

И вот, отец и сын уже дома.

— Мама, папа вернулся! — крикнул Яо Чэнь, когда слез с папиного плеча.

Из кухни вышла красивая женщина с удивленным выражением лица и слегка приоткрытым ртом. Однако, увидев Яо Чэня, смотрящего с полным беспокойством на обеденный стол, её взгляд слегка изменился, а уголки рта поползли вверх раскрываясь в улыбке. Но она быстро приняла сердитый вид:

— Хм, вернулись, наконец?

Яо Хо посмотрел на Яо Чэня, прищуривая глаза.

— Ах, я так голоден, готова ли куриная ножка с рисом? Ведь она, приготовленная моей женой, лучшая в мире, верно, Чэнь-ер?

— М-м-м-м-м-м-м-м-м, куриная ножка с рисом от мамы самая лучшая, — согласился с отцом Яо Чэнь.

— Коварный старикашка и хитрый мальчуган, кто же хочет быть твоей женой?

— Ты, конечно, — подмигнул Яо Хо, нежно подхватив «злую» Яо Цин.

— Папа, я голоден, — Яо Чэнь не мог дольше терпеть, пока его живот урчал.

— Всё, хватит об этом, время обедать, — Яо Цин фыркнула, и, улыбаясь, повела отца с сыном на кухню.

На столе стояло несколько блюд. Когда крышки были сняты, их вкусный запах атаковал ноздри присутствующих.

— Вау, мамочка, ты лучшая! — радостно воскликнул Яо Чэнь.

— Ещё ты должен сказать, что мама самая красивая, женщины любят, когда им говорят это, — бодро сказал Яо Хо.

— Мама самая-самая-самая-самая красивая, — Яо Чэнь был хорошим учеником и быстро все запоминал.

— Ты не боишься учить своего сына неправильным вещам?

— Если я не научу его, то как он обманет женщину, которая в будущем станет его женой?

— Думаешь, моему сыну нужно обманывать женщину? Думаешь, он похож на тебя?

— Хе-хе, это верно… стоп, тебе не кажется что здесь что-то не так?

— Возвращаясь к тому дню, когда я встретила тебя, а ведь я тогда была обманута.

— Мама, а как папа обманул тебя? — Яо Чэнь, наконец, ухватился за возможность вмешаться, чтобы мама обратила на него внимание, поскольку он по-детски продолжал переживать о том, что она игнорирует его.

— Ты действительно хочешь узнать?

— М-м.

— Я расскажу тебе, когда вырастешь.

— Я уже вырос! Я уже постиг основы манипуляции пламенем, — недовольно воскликнул Яо Чэнь, прыгая со стула и эмулируя базовый набор навыков перед родителями.

От его скрученного и кривого вида родители прыснули со смеху.

После ужина Яо Цин простила Яо Чэня за тот инцидент с вазой, и семья отправилась прогуляться на вершину горы. Они наслаждались вечерним бризом и безудержным весельем. Вид этих человеческих фигур: двух взрослых и детской, на горной тропе, представлял собой живописный портрет дружной семьи.

Когда они пришли на площадь с каменной стелой, там уже было довольно таки много прогуливающихся жителей.

— Идём, папа приведет тебя к месту, где я ухаживал за твоей мамой много лет… — сказал сыну Яо Хо с улыбкой.

— Яо Хо! — Яо Цин топнула ногой, краснея.

— Хе-хе. Идём. Закат там особенно красив, и если мы опоздаем, то другие займут наше местечко.

Они минули Стелу Предков и направились к высокой колокольной башне. Поднявшись на крышу по винтовой лестнице, их встретил обдувающий ветерок. Пламенные лучи заходящего солнца плавно заходили за отдаленные горные пики.

***

Дуновение ветра, ослепляющие лучи заката и радостный смех родителей...

Яо Чэнь резко махнул своей короткой ручонкой в сторону отдаленной площади.

— Папа! Стела Предков такая крошечная отсюда!

— Ха-ха, Яо Чэнь, а ты знаешь какую роль играет Стела Предков? Ты знаешь, почему она так важна для клана?

— Нет, — закачал головой Яо Чэнь. Он был еще слишком юн и ничего не ведал о клане Яо.

Яо Хо добродушно расхохотался. Его огромная и волосатая рука взлохматила волосы на голове сына.

— На Стеле Предков записаны самые выдающиеся члены клана. Герои своего поколения — гордость всего клана! Многие предки на протяжении всей жизни трудились не покладая рук, и всё ради того, чтобы их имя высекли на стеле, — неспешно рассказывал Яо Хо. — Яо Чэнь, твой прадедушка смог добиться славы и почета и теперь его имя красуется на Стеле Предков! Это был самый знаменательный и счастливый момент за всю историю нашей семьи.

По ходу повествования на лице Яо Хо проступали почтение, надежда и... бессилие.

Яо Чэнь еще был слишком неопытен, чтобы распознать эмоции отца. Он моргнул и заворожённо пробормотал:

— Прадедушка крутой...

— Да, он был крутым, но потомки оказались недостойны носить его славное имя, — Яо Хо вымучил улыбку. — После прадедушки наша семья не смогла вырастить кого-то столь известного. С каждым годом она утопает всё глубже, а вся былая слава развеялась словно бы ее никогда и не было...

В зрачках Яо Цин промелькнул огонек. Она давно осознала цель прихода в это место. В этом году Яо Чэню исполнилось пять лет, а в клане Яо это значило начало заложения основ. Яо Хо переживал, что Яо Чэнь был слишком юн и морально не смог бы выдержать тяжелые нагрузки тренировок. Яо Цин почувствовала нотки сожаления в его голосе и вздохнула.

— Ты сделал всё возможное, — успокоила его Яо Цин, прижавшись к мясистой руке Яо Хо. Никто не знал какие мысли посещали Яо Чэня, однако тот явственно ощущал печаль и бессилие родителей. Его маленькая рука ухватилась за свободную руку Яо Хо, а его глаза загорелись в сторону огромной каменной скрижали.

— Папа, мама, ваши имена точно попадут туда!

Писклявый голос пятилетнего Яо Чэня отдавал серьёзностью. Если это сделает его родителей счастливыми, то он, несомненно, приложит все силы.

Яо Хо лишь покачал головой. Высечь имена на Стеле Предков далеко не просто. Здесь провалилось множество одаренных гениев.

— Тогда папа будет ждать этого дня. Мой сын обязательно покажет всем, какой он потрясающий.

Яо Чэнь кивнул, и его сердце заполонила решимость.

***

В мгновение ока минули восемь лет. Яо Чэнь всё еще помнил о своем твердом обещании в тот день.

В свои шесть он поступил в школу клана. Он изнурял себя на тренировках ради гордого взгляда папы и радостной улыбки мамы. И сейчас, в тренировочном зале, юноша в зеленых одеждах закалял тело. Его движения подобали запущенной стреле: прямые и без единого промедления. Внезапно его тело замерло, а Доу Ци чуть было не полилась наружу.

Парень вдохнул полную грудь воздуха.

— Братец Чэнь, я проголодался, идем домой, — в зал заплыла толстая фигура.

Юношей в зеленых одеждах оказался тринадцатилетний Яо Чэнь, а толстячком — Ло Шу. За восемь лет Яо Чэнь подтянулся, вырос и посветлел, в то время как Ло Шу просто вырос, но его пропорции и поведение остались неизменными.

— Хорошо, пойдем, — с улыбкой согласился Яо Чэнь.

— Хе-хе, с утра, когда мы уходили, тётя Цин намекнула на вечерний пир! — облизнулся Ло Шу. Стоило ему представить кушанье, как в нем пробуждался дикий аппетит.

Но в отличие от него, Яо Чэнь чувствовал себя скверно. Его семья решила закатить пир в связи со скорым уходом отца. В детстве он не ведал, куда пропадает его папа, но теперь, в свои тринадцать, оказалось, что тот выполняет задания от клана. Ведь его папа, вместе с дядей Ло Бином служат в Железной Гвардии. Эта группа воинов редко покидает пределы клана и существует только для выполнения особо опасных заданий. Простые же задания выпадают на долю ближайших школ и сект, признавших клан Яо своим правителем. Когда внешние силы оказываются беспомощны, тогда клан Яо высылает Железную Гвардию. Уровень опасности можно только представить!

Ло Шу привычной походкой направился к дому Яо Чэня. С тех самых пор, как он попробовал куриную ножку, приготовленную Яо Цин, он перестал питаться в своей семье. Его мама умерла рано, а отец напрочь отказывался жениться повторно. Поскольку в семье не оставалось женщин, его рацион состоял из одних вечно пересоленных и переваренных маньтоу. Если бы в его жизни существовали лишь эти пышные булочки с мясом, то его бы это вполне устраивало, но после куриной ножки Ло Шу полностью расхотелось возвращаться к прежней безвкусной еде.

Семья Яо Чэня была не против и радушно приветствовала толстячка. В клана Яо еда не особо ценилась, к тому же с появлением Ло Шу порция Яо Чэня заметно увеличивалась

После ужина Яо Хо подошел к Ло Шу и хлопнул того по плечу.

— Ло Шу, сегодня давай домой пораньше.

Толстячок помнил о заданиях клана, его отец тоже участвовал. Смахнув крошки еды с губ, он поблагодарил семью за ужин и спешно ушел. Яо Чэнь и Яо Хо прыснули со смеху.

— Чэнь-эр, пошли поговорим на улице.

Яо Чэнь кивнул и они вышли из дома. Яо Хо со смехом запрыгнул на крышу, после чего на нее с воскликом вскарабкался Яо Чэнь.

— Папа?

За всю жизнь, отец ни разу не звал его на разговор перед отправлением на задание.

— Ха-ха, это странно? Сейчас папа уходит на очень долгий срок, но, надеюсь, я успею к девятому числу десятого месяца.

В этот день... родилась мама Яо Чэня. Мальчишка кивнул и улыбнулся. Каждый год его папа придумывает нечто новое для этого праздника, ведь он был одним из великих в его семье, наравне с днем рождения Яо Чэня и Новым годом.

— Но если я не успею к тому времени, то будь добр, помоги папе подарить это маме, — с этими словами Яо Хо вынул из полы робы нефритовую шпильку. — Но не слишком рано: только в случае, если меня точно не будет. Женщины повернуты на всех этих любовных штучках.

Яо Чэнь закатил глаза... Его родители перебарщивают с романтикой. В любом случае, ему не понять.

После этого Яо Хо обучил его нескольким способам познакомиться с девушкой. В конце он пристально вгляделся в глаза Яо Чэня и его голос посерьезнел:

— Какого уровня мастерства ты достиг в Основах Пламени? Покажи мне.

— Сейчас, — глаза Яо Чэня вспыхнули, и он вытянул руку.

Яо Хо хлопнул в ладони. В этот же миг его тело взорвалось мощной аурой, обратившейся в свирепого тигра. Когти зверя направились в лицо Яо Чэня.

— Основы Пламени!

Доу Ци в теле Яо Чэня забурлила, вырываясь наружу и формируя крепкую защиту. Клубы света сосредоточились на ладонях, и юноша атаковал.

— Ученик Шести Звёзд, недурно, — Яо Хо мгновенно развеял взрывную ауру и отступил. Однако Яо Чэнь не был таким искусным в контроле. От напряжения повторить действие отца он не удержался и свалился с крыши. Он быстро поднялся и с досадой крикнул:

— Папа, прекрати прикалываться! Ты обещал тренировочный бой!

— Нам обязательно махаться кулаками? Правильные манеры тоже подвид боя. Своим поведением ты способен запугать противника, понять его намерения — этим ты не овладеешь через простые тренировочные бои.

Яо Чэнь сглотнул. С одной стороны он понимал, с другой — ему казалось обратное.

— Ты слишком юн для этого. После задания я отправлюсь в клан и подам в отставку, — Яо Хо похлопал Яо Чэня по плечу и рассмеялся.

На Яо Чэня нахлынула волна радости. Со слов папы, тот хотел указать путь в его сердце.

В клане Яо проповедовались три способа обучения. Первый: вступить в школу. Школа принимала любого человека старше шести лет и не достигшего совершеннолетия. Каждый удостаивался равного отношения, независимо от того, был ли ученик талантливым гением или никчемной бездарностью. Второй: домашнее обучение. Старейшины семьи по очереди приходили к ученикам домой и проводили индивидуальные занятия. Подобный способ был гораздо эффективнее, чем групповые уроки. К тому же многие семьи владели уникальными техниками, в то время как в школе наставляли самые распространенные. Третий: стать личным учеником старейшины. Старейшины всегда выбирали себе наследника, однако подобной чести удостаивались лишь самые одаренные.

В данный момент Яо Чэнь усиленно следовал первому способу. Он удостоился немалых достижений, обретя силу Ученика Шести Звёзд к тринадцати годам. К тому же он никогда не принимал пилюли, которые стимулируют Доу Ци. Только одну пилюлю Укрепления Основания с Эссенцией Мускуса в месяц. С его врожденным потенциалом следовать первому способу — неплохая перспектива, но в таком случае он несомненно проиграет остальным талантливым ученикам клана.

— Папа...

— Не переживай, я наконец-то накопил достаточно денег. Теперь ты практик уровня Ученика Шести Звёзд — настало время обучать тебя истинным техникам. Несколько великих техник школы вполне достойны. Выбери подходящую. На раздумья у тебя есть два года.

Переплавка пилюль — важнейшее ремесло клана Яо, вызывающее глубокое уважение. Каждый потомок начинает свой путь алхимика через технику Основ Пламени. Когда огненный атрибут достигает определенного уровня, ученик волен выбрать технику культивации заложения основ. Шаг перехода с Основ Пламени на истинное заложение основ считался невероятно важным в клане.

— Но папа... лучшие техники стоят слишком много, — Яо Чэнь уже присмотрел себе недорогую технику.

— Ха-ха, об этом не думай. Папа проложит тебе лучший путь. Чэнь-эр, покуда ты устремлен и трудолюбив, я ни скажу и слова протеста... Хорошо, иди поболтай с мамой и, главное, не забывай о нефритовой шпильке! Спрячь ее так, чтобы она ничего не нашла.

— Будет сделано! — с энтузиазмом отозвался Яо Чэнь. Он смотрел на высокую фигуру отца, и его сердце переполнялось теплотой.

***

Луна зашла за горизонт, начало светлеть.

До Яо Чэня донесся голос родителей. Он вскочил с кровати и поспешил к окну. Там он заметил дядю Шу, нетерпеливо ожидающего около дверей.

— Старина Хо, вставай! Старик с женщинами всегда вызывают проблемы.

— А ну цыц! Все спят, и эй, кто здесь старик?

— Ох, хорошо-хорошо, пошли!

Две фигуры медленно растворились под покровом ночи. Яо Чэнь почувствовал, как его душу заполонила невосполнимая потеря. Вдруг в его комнату зашла, улыбаясь, мама.

— Чэнь-эр, иди завтракай.

— Сейчас пойду, мам. Кстати, ты знала, что папа собирается покончить с карьерой стража Железной Гвардии?

— Ха-ха, мама уже в курсе. Не беспокойся, он пойдет служить солдатом в армию клана.

Яо Чэнь моргнул. Он прекрасно осознавал разницу в отношениях и наградах между обычным солдатом и стражем Железной Гвардии. Он также осознавал финансовое положение семьи. Лучшие техники требовали уйму ресурсов и, пускай Яо Чэнь жаждал стать сильнее, он не хотел становиться обузой для родителей.

— М-м? Чэнь-эр задумался о семье? — заботливая улыбка озарила губы Яо Цин, она ласково обхватила ладони Яо Чэня своими. — Не переживай, лучше кушай.

— Да, мам.

 Примечание переводчика: перевод названий других семи древних кланов:

1) Гу «古» — древний;

2) Хунь «魂» — душа;

3) Ши «石» — камень;

4) Лин «灵» — дух;

5) Лэй «雷» — гром;

6) Янь «炎» — пламя;

7) Сяо «萧» — пустеть, приходить в упадок.

В Школу клана можно было попасть только одной дорогой, остальные были закрыты и даровали смерть всем нарушителям.

Яо Чэнь шёл быстрым шагом, а его Доу Ци циркулировала по телу. Без каких-либо особых методов, он распространял эту энергию по всему телу в соответствии с базовой техникой Основ Пламени. В этот момент он чувствовал, что достигает уровня Ученика Семи Звёзд.

Это чувство было довольно интересным, но, что ни делай чувство остается чувством, а прорыв никогда не был лёгок. Техника Основ Пламени была очень загадочна, она передавалась только потомкам клана и позволяла им превосходить практиков остального внешнего мира. Этот метод позволял людям обладать лучшей чувствительностью в определённой степени переплавке пилюль, а также добавлял благоприятные эффекты для тренировки духовного сознания. Тем не менее, помимо преимуществ были и недостатки: каждый практикующий технику Основ Пламени должен был тратить гораздо больше ресурсов на прорыв.

Разумеется, потребление данных ресурсов стоило того. С каждым последующим их использованием, духовное сознание и близость к элементам огня и дерева, становятся более чёткими, а контроль над Доу Ци улучшается.

В клане Яо, семьдесят процентов практиков имели предрасположенность к осознанию процесса переплавке пилюль, причем, если взять любого человека из этого клана, то он окажется алхимиком второго или третьего ранга. Помимо того, что большинство жителей имели сродство с огнем и деревом, ещё одной важной причиной было то, что они практиковали технику Основ Пламени с самого раннего детства.

Среди всех младших членов клана, Яо Чэня нельзя было назвать самым выдающимся, он едва дотягивал до лучших десяти, он мог сползти еще ниже в рейтинге, совершив хоть одну ошибку.

В каждой из пяти групп, поступающих в школу, было около сотни человек, что в общей сложности составляло пятьсот учеников. Хоть ранг Яо Чэня и не был сильно выделяющимся, но не был и настолько плох, чтобы старейшины могли исключить из школы.

Несмотря на то, что некоторые семьи имели финансовые трудности или недостаток таланта, старейшины школы, ответственные за воспитание, не расслаблялись и учили их в соответствии с правилами клана.

Сегодня в школе объясняли основы переплавки пилюль, и инструктор следил за всеми с пристальным вниманием. Отец Яо Чэня переплавлял пилюли, так что его сын был знаком с этой областью. В доме Яо Чэня имелся алхимический котёл, который бережно хранился всей семьёй. Всякий раз, когда Яо Чэнь видел его, то у него появлялось сильное желание что-нибудь переплавить. Отец говорил, что это врожденная особенность членов их клана, и природный талант. Он даже похвалил Яо Чэня, сказав, что у него была генетическая склонность стать алхимиком. Тем не менее, сын был ещё слишком юн, и должен был сосредоточиться на познании основ переплавки пилюль.

Переплавка пилюль в школе преподавалась целый день, и перед глазами Яо Чэня открывался новый мир: после переработки пламенем, различные ингредиенты и материалы запускали необычные реакции. При разнообразных смешиваниях они преподносили миру бесчисленное количество пилюль, каждая из которых обладала своим неповторимым эффектом.

Процесс создания пилюль был чрезвычайно важен для клана. Инструктором, ответственным за основы, был главный старейшина Яо Лань, за плечами которого оставались десятилетия опыта. Что касается преподавания нескольким ученикам одновременно, Яо Лань, бесспорно, был лучшим в клане, и то, когда дело доходило до личного обучения основ, алхимики шестых и седьмых рангов были значительно хуже.

Если кто-то из учеников был сильным, то его можно было отнести к одаренным или имеющим врожденный талант, а вот выдающийся ученик был совершенно иным. Именно поэтому Яо Хо не обучал сына лично, а предпочёл отдать на попечение к учителям.

Результат был отличным и Яо Чэнь, под опекой Яо Ланя, проявил недюжий интерес к переплавке пилюль. Мысли о бесчисленных пилюлях, наподобие пилюль Свёртывания Крови или пилюль Восполнения Крови, постоянно находились у него в голове…

— Хорошо, давайте не будем откусывать больше, чем сможем прожевать, и закончим на сегодня. Каждый сейчас пойдёт домой и попробует свои силы на создании пилюли Свёртывающей Кровь, а завтра принесет её. Я оценю их и дам вам некоторые указания, — приветливо улыбнулся старейшина Яо Лань.

В этой группе учеников было несколько хороших «саженцев», хотя сейчас они и не могут сравниться с теми гениями из главной линии клана, которые получают обильные ресурсы для развития Доу Ци. Но при сравнении результатов переплавки пилюль, тут они были примерно на одном уровне с лучшими талантами клана, и имели шансы превзойти их. Яо Лань был крайним среди великих старейшин, когда смотрел на эти «саженцы», он чувствовал, что потраченное время на обучении не было напрасным. Даже, в конце концов, если эти ученики вырастут до каких-нибудь знаменитых личностей в клане и назовут его учителем (он всегда был старейшиной в школе), то это придаст иной смысл его жизни.

— Старейшина, почему мы можем смешать траву Варварского Мороза и траву Семи Огней вместе? Разве их лекарственные свойства не перечат друг другу? — подняв руку, спросил Яо Чэнь.

— О, ты сын Яо Хо, верно? Неплохо, то, что вы задали этот вопрос, доказывает, что вы слушали меня. Хорошая память — самое основное требование, чтобы стать алхимиком. Хоть свойства травы Варварского Холода и противодействуют траве Семи Огней, но у нашего клана имеется особый способ для такого случая. Но что касается ответа на данный вопрос, его я расскажу вам завтра. Идите домой и поразмышляйте сами, а завтра я обязательно спрошу вас об этом.

Яо Лань удовлетворенно кивнул головой, если бы не Яо Чэнь, то он все равно бы поднял этот вопрос. Как и ожидалось, он увидел горящие глаза некоторых учеников, которые стремились превзойти своих сверстников. Ведь только в конкуренции и соперничестве можно было быстро увеличить скорость совершенствования. Яо Чэнь не был заинтересован в первом, перед его глазами был лишь мир переплавки пилюль и запутанный путь Доу Ци. И так как школьный день закончился, он помчался домой.

— Брат Чэнь, куда ты собрался? Мы же хотели пойти узнать, как выглядит принцесса расы демонов… — маленький толстячок Ло Шу попытался ухватиться за Яо Чэня, но не успел, тот уже убежал.

Дети слышали, что Святой Демон взял с собой принцессу в клан, вероятно, чтобы попросить пилюли. Демон не интересовал маленького толстячка ни в малейшей степени, а вот маленькая демоническая принцесса оказалось заманчивой для него: «Как она выглядит? На кого она похожа? Её демонические черты уже исчезли или она до сих пор была похожа на свирепого зверя?»

Яо Чэнь сосредоточил свои мысли на переплавке пилюль, и, признаться, давно уже забыл об этом обещании.

Возвратившись домой, он поздоровался с матерью и отправился в отцовскую комнату по переплавке пилюль. Яо Хо был алхимиком четвертого ранга, не достаточно сильным в клане, но и определенно не слабым. В комнате находилось достаточно много ингредиентов, их с легкостью хватало, чтобы переплавить пилюли третьего или более низшего ранга.

В прошлом, когда он совсем ничего не знал о переплавке, то постоянно приставал к отцу с просьбой рассказать ему о различных целебных травах. Но теперь, когда его наставлял Яо Лань, Яо Чэнь никак не мог дождаться, чтобы опробовать свои силы в переплавке пилюль.

Тем не менее, Яо Чэнь не игнорировал свою ежедневную тренировку, и после циркуляции Доу Ци, открыл котёл и закинул в него несколько целебных трав. С целью получения пилюли Свёртывания Крови, которая также была заданием Яо Ланя. За исключением разрыва крупных артерий, данная пилюля первого ранга была способна быстро остановить кровоток, являясь одной из самых распространённых пилюль во внешнем мире.

Пилюля Свёртывания Крови была базовой пилюлей, которую нетрудно было переплавить, при этом единственная потребность включала в себя пламя из Доу Ци. Но Ученику Шести Звёзд такое действие, выполняемое впервые, оказалось довольно трудным, и Яо Чэнь израсходовал всю энергию, что имел. При этом та пилюля, которую он сделал в котле полном ингредиентов, получилась тусклой, что указывало на высокую степень загрязнённости. Это был провал, понятный даже без подсказки Яо Ланя.

Яо Чэнь тщательно подумал об ошибках, которые он совершил при переплавке, затем сел, чтобы восстановить Доу Ци.

Примерно через час его энергия восстановилась, он, хватая ингредиенты и бросая их в котёл, попробовал провести опыт во второй раз. Переплавка пилюли первого ранга не считается слишком дорогой в клане Яо, и поэтому Яо Чэнь, не особо переживая, использовал различные материалы. Повторно всё прошло более гладко, хотя и были моменты, которые ещё требовали доработки.

Но вот с гулким стуком котёл открылся, из него вылетело три пилюли. Они были красного цвета с небольшими черными пятнами, указывающие на степень загрязнения. Очевидно, качество их было куда более лучшим. Яо Чэнь открыл глаза, циркулируя Доу Ци по телу, и аккуратно собрал таблетки, положив их в бутыль.

Яо Чэнь не был удовлетворён, поэтому продолжил медитировать, восстанавливая Доу Ци. Весь процесс переплавки, когда он чувствовал, как пилюля медленно принимала свой вид под воздействием его Доу Ци, был очень интересен. Тем не менее, он не смог начать третью попытку, из-за того, что его позвала мама.

— Яо Чэнь, время ужинать.

— Хорошо, мам.

— Где Ло Шу?

— Он пошел на встречу с маленькой демонической принцессой.

Яо Чэнь вспомнил свое обещание сходить посмотреть на принцессу вместе с Ло Шу.

Яо Цинь была довольна. Дети выросли, они сбегали, чтобы встретиться с красивыми девушками.

— А ты почему не пошел?

— Я забыл, — почесав затылок, честно ответил Яо Чэнь.

Яо Цинь не знала плакать ей или радоваться. Её сыну исполнилось тринадцать лет, и он уже должен интересоваться противоположным полом, как он мог забыть об обещании? С другой стороны, он мог не отвлекаться на девочек и сосредоточиться на своем совершенствовании.

— Мам, я уже поел, я пойду… тренироваться дальше.

Наверное, это было впервые, когда Яо Чэнь так быстро ел. Это заняло всего лишь полминуты, он быстро помыл свою тарелку и вернулся в комнату переплавки.

Почему Яо Чэнь так слабо интересуется девочками? Яо Цинь начала беспокоиться. Видимо, ей придётся посоветоваться с Яо Хо, и попросить его переговорить с Яо Чэнем на тему «мужских» вещей, а не о вопросах, связанных с практикой. В конце концов, она вышла замуж за Яо Хо в большей части за его болтливость. И сейчас она чувствует, что отец, по крайней мере, должен передать эту черту своему сыну. Пора уже подумать о будущем, ведь в клане Яо хорошие девушки выходят замуж рано, и если кто-то не успеет сделать свой выбор, то оставшиеся девушки могут и не понравиться.

В это время Яо Чэнь не имел опыта общения с девушками, с его точки зрения, они просто любят делать из мухи слона и ссориться, поэтому они и не привлекают его внимания. Разумеется, его мама была другой.

Переплавка пилюль — процесс куда более интересный! После того как Доу Ци Яо Чэня восстановилась, он сразу же схватил пучок растений и приступил к переплавке пилюли Свёртывания Крови. Каждая попытка получалась все лучше и лучше.

После седьмой попытки пилюли Свёртывания Крови потеряли интерес у Яо Чэня, ибо последние две попытки были идеальными и уже перестали быть чем-то трудным для него.

Внезапно, в уме Яо Чэня появилась новая лекарственная формула. Её он видел в записях отца. Это было та, которая быстро восстанавливала Доу Ци!

В настоящее время, единственное, что сдерживало его от переплавки, была его Доу Ци Ученика Шести Звёзд. Если бы он мог восстанавливаться, то он мог бы посвящать больше времени на практику.

Итак, его новой целью стала пилюля Восполнения Доу Ци!

Как только он подумал об этом, то сразу же вскочил и начал готовить ингредиенты, а после ещё раз пробежался по формуле, подтверждая её.

Яо Чэнь обладал фотографической памятью, которой владели все алхимики. Единственное различие было в том, что кто-то получал её с рождения, а кто-то после совершенствования своего духовного сознания.

Как и ожидалось, первая попытка полностью провалилась: пилюля даже не смогла принять форму, а все ингредиенты превратились в пепел.

Яо Чэнь ошеломленно смотрел на пепел, он был не уверен в том, что произошло; ему показалось, что он совершал ошибки на каждом шагу. Если обычный человек столкнулся бы с такой неудачей, он бы сделал перерыв, но Яо Чэнь был другим. Стиснув зубы и восстановив Доу Ци, он схватил еще один набор ингредиентов, и приступил к переплавке.

*Неудача*…

Это была попытка с еще большим провалом, когда даже пепла не было, лишь из котла повалил черный дым, и по всей комнате разнесся зловонный запах.

— Кх, кх…

Тяжело кашлянув, Яо Чэнь включил механизмы для проветривания, установленные по всей комнате, тем самым быстро убрал черный дым. Он был немного разочарован, но его желание переплавить пилюлю не только не уменьшилось, а наоборот увеличилось.

Что я сделал не так? Вернее, что я делал правильно, но не совсем?

Яо Чэнь не знал, что хоть пилюля Восполнения Доу Ци и была пилюлей первого ранга, но то, что он видел в записях отца, была модифицированной пилюлей второго ранга! Изменённая формула была тем, чего обычный новичок, только изучивший основы, не смог бы создать. Поскольку некоторые шаги были уникальными методами Яо Хо, и без точной инструкции, переплавить ингредиенты, необходимые для пилюли, было невозможно.

Яо Чэнь закончил поздней ночью, когда его Доу Ци была полностью исчерпана, причем до такой степени, когда духовное сознание притупилось. Если бы он продолжил переплавлять, то всего, чего бы он добился — это бессмысленная потеря ингредиентов.

Он принял душ, проглотил пилюлю Подпитки Тела, а затем лёг спать. Как только голова коснулась подушки, он сразу же провалился в сон. Хотя он крепко спал, его палец продолжал двигаться, словно переплавляя пилюли во сне.

На следующее утро, Яо Чэнь не взял с собой пилюлю Свёртывания Крови. С его точки зрения, хоть он и переплавил её, пусть даже и идеально, но он не смог справиться с другой пилюлей первого ранга, причём даже не смог её сформировать, не говоря уже о вредных примесях.

Яо Лань много внимания уделял Яо Чэню, потому что задать вопрос, касающийся комбинации травы Варварского Мороза и травы Семи Огней, было признаком таланта. Поэтому был весьма огорчён, узнав, что тот не принёс пилюлю.

Отец Яо Чэня, Яо Хо, также был учеником школы, и Яо Лань немного помнил о нём. Яо Хо, который имел значительный талант в области переплавки, но обладавший посредственным талантом в совершенствовании, и не смог добиться поддержки в виде ресурсов от клана. Это было неудачей для него, но клан Яо не был обделён талантами. На каждого ординарного человека, был человек с талантом.

Тем не менее, хоть талант Яо Хо и не расцвёл, в его доме была комната для переплавки, и Яо Чэнь имел возможность переплавить пилюлю Свёртывания Крови.

— Идеальная пилюля. Сколько попыток тебе потребовалось? — Яо Лань начал оценивать пилюли.

Первым кого он оценил, был Яо Тун — лучший практик Доу Ци среди всех учеников группы, Ученик Семи Звёзд, который уже выбрал навык для последней части практики основ.

— Мне понадобилось три попытки, старейшина, — вежливо ответил Яо Тун

— Неплохо, — слегка кивнув головой, ответил старейшина, затем перевёл взгляд на другого ученика: — Тридцать процентов примесей, удовлетворительно. Тебе необходимо усилить контроль и обратить внимание на температуру при фильтрации.

В основном, все ученики принесли пилюли, причём и самые плохие, среди них даже был тёмный, совсем не похожий на пилюлю, кусочек грязи.

— Яо Чэнь, а что у тебя? — наконец подошёл к нему Яо Лань.

Хоть Яо Чэнь и не сделал пилюлю, обеспокоенный Яо Лань не мог не спросить.

— Меня постигла неудача…

Пилюля Свёртывания Крови и пилюля Восполнения Доу Ци были первого ранга, и Яо Чэнь мог бы рассказать и о провале и о дальнейшем успехе, чтобы старейшина подсказал ему, в чем была его первоначальная ошибка.

— Не преуспел? Где пилюля? Я мог бы подсказать тебе причину неудачи, — ободряюще улыбнувшись, сказал Яо Лань: — Неудач не нужно бояться. Страшнее всего потерять уверенность в успехе.

Голова Яо Чэня поникла:

— Старейшина, я не смог даже сформировать её.

— …

Яо Лань не знал что сказать. Как так получилось? Его чувство подсказывало: талант Яо Чэня не был посредственен, в крайнем случае был сравним с талантом Яо Хо.

— Ох… Все нормально, главное не сдавайся, и у тебя всё получится.

Слегка кашлянув, Яо Лань сказал еще несколько ободряющих слов и приступил к уроку по переплавке простых пилюль. Тема занятия включала классификацию лекарственных растений, запоминание свойств различных их комбинаций и реакции с ними, контроль температуры в котле, использование Доу Ци для контроля ингредиентов, чтобы правильно сформировать пилюлю…

Хотя старейшина школы был всего лишь алхимиком пятого ранга, в клане Яо было очень мало людей, которые могли сравниться с ним в базовом обучении детей. Ведь он мог объяснить сложные понятия, сделав их доступными для понимания.

Поначалу Яо Чэнь был немного смущен из-за неудачи накануне, но урок продолжался, и, в конце концов, эта мысль вылетела у него из головы.

Оказывается, это можно было сделать по-другому?.. Ведь в действительности существовали методы, позволяющие уменьшить потерю Доу Ци, техники, а также навыки контроля, которые могли существенно помочь при переплавке и увеличить шансы сформировать пилюлю.

Во второй половине дня, как только закончились уроки, Яо Чэнь с волнением побежал домой. Ему очень хотелось поскорее приступить к работе.

Маленький толстячок Ло Шу не успел вымолвить слово, как его друг умчался словно ветер.

Что происходит? Как Яо Чэнь мог так легко забыть обещание, сходить и посмотреть на маленькую демоническую принцессу?

К тому же принцесса была очень красива, и ему даже удалось поговорить с ней, пообещав, что он приведёт с собой друга. Если он придёт один, разве это не нарушит его собственное обещание?.. Хотя, смотреть на принцессу в одиночестве неплохой расклад событий… Лицо Ло Шу залилось красной краской.

Добравшись до дома, Яо Чэнь обнаружил записку, оставленную его матерью, где она сообщила ему, что ушла забирать лекарства, ужин уже готов, и все что осталось — это разогреть его.

Яо Чэнь не стал хлопотать, и просто покусал еду несколько раз, прежде чем убежать в комнату для переплавки. Новые методы, которые он запомнил на уроке, были очень полезны. И температура в котле повышалась очень быстро, что значительно уменьшило потерю Доу Ци, а соединение ингредиентов проходило гладко.

И это было настолько гладко, что Яо Чэнь почувствовал: пилюля должна получиться идеальной! Чувство было необычным, даже своим духовным сознанием он ощущал, что переплавка идёт как нельзя лучше.

Но как только процесс вошёл в финальную стадию, на верхушке котла образовался кровавый свет, который опускаясь уничтожал ингредиенты сформировавшейся пилюли из яростного огня и Доу Ци.

*ВЗРЫВ!!!*

С громким звуком котёл взорвался! Лицо Яо Чэня побледнело, а волной от взрыва его откинуло к стене.

— Кх-кх-кх.

Яростно кашляя, и, почувствовав, что его внутренние органы были повреждены, Яо Чэнь проглотил пилюлю Свёртывания Крови. Состояние улучшилось, когда пилюля покрыла органы прохладной сущностью, и он бросился к котлу. Этот котёл был сокровищем отца, и он очень надеялся, что взрывом ничего не сломалось.

Но с первого взгляда мертвенно-бледное лицо Яо Чэня стало еще бледнее: на котле было несколько трещин, видимых невооруженным глазом.

Доигрался…

На этот раз меня точно накажут…

Чему завидовал Ло Шу, так это тому, что Яо Чэня ни разу не пороли, а он без порки не мог прожить и трёх дней.

Посмотрев на глубокие трещины, сердце Яо Чэня замерло. Однако помимо чувства страха быть наказанным, у него появилось тревожное предчувствие.

В этот момент на улице раздался громкий звук. Звук был настолько громким, что даже звукоизоляция не смогла остановить его, и тот плавно влетел в уши Яо Чэня.

Сердце его подпрыгнуло, а тревожное чувство усилилось. Успокоив себя, он бросился во двор.

Как только он вышел из комнаты, то услышал громкие и хриплые крики, а когда он выбежал во внутренний двор, то увидел группу людей.

— Яо Чэнь выходи...

— Яо Чэнь…

Когда они увидели Яо Чэня, то сразу затихли и неосознанно расступились.

Сердце Яо Чэня замерло. Он бессознательно двигался вперёд, тревожное чувство, которое он никоим образом не хотел видеть в реальности, проявилось.

Отец, добрый и весёлый, всегда смешивший всех, отец, который носил его на плечах… теперь лежал на земле, с закрытыми глазами и мертвенно-бледным лицом. Дядя Ло Бин, вместе с друзьями отца, сидели на коленях, хватаясь за волосы, а их лица были искажены от боли.

— Яо Чэнь… мы… мы встретили…

Ло Бин, закусив губы, был не в силах произнести слова. Как стражники клана, они были готовы к жертвам, которые были само-собой разумеющимися. Но когда жестокая реальность стучала в двери, они становились бессильными, не зная, что делать... Особенно, когда увидели лицо Яо Чэня.

— Судя по ранам, это должно быть работа Зала Душ.

— Тише, такие слова нельзя произносить столь беспечно.

— Ах, как жаль. Талант Яо Хо проявлялся в переплавке пилюль. Но он стал обычным стражником. Теперь смотрите что получилось…

— С его ранами, даже если он и выживет, то навсегда останется калекой.

— УБЛ**КИ!!! О ЧЁМ ВЫ ГОВОРИТЕ!!!

С криком вскочили братья Яо Хо и стали обвинять группу зевак.

— Не будьте безрассудными! Мы не говорили о вреде или дурных намерениях! Верно, Яо Чэнь, где твоя мать?

— Да верно, где Яо Цин? — эта группа зевак, из числа соседей, поняв, что они говорили всякую несуразицу, поспешно изменили тему.

Когда Яо Чэнь посмотрел на тело отца, то задрожал, увидев цвет крови… это было ужасно!

*Кашель*

Яо Хо неожиданно открыл глаза.

— Старина Ло.

— Старина Хо, я здесь.

— Этот запах мне знаком… мы дома?

— Да, да мы уже пришли.

— Ах, Чэнь-ер?

— ОТЕЦ!!! — из глаз Яо Чэня вырвались слёзы.

Услышав голос отца, он тут же бросился к нему.

— Ты испугался?.. Мужчины не плачут.

— Но… кровь… тут столько крови.

— Мужчины не бояться крови. Подойди, дай мне дотронуться до тебя.

Яо Чэнь сразу же придвинулся, и его крошечные руки крепко обхватили отца. И в этот же момент понял, что глаза того ни на что не реагировали.

— Папа, твои глаза…

— Я просто временно ослеп, ничего страшного.

Ло Бин не мог вынести страдания своего сердца, по его щекам стекало два ручейка слёз. Он знал, что раны Яо Хо были очень тяжёлыми, можно считать чудом, что тот вернулся живым. Каждое произнесенное слово отдавалось сильнейшей болью. Он едва мог говорить, но каждое его слово Яо Чэню было понятным.

— Старина Хо, ты должен отдыхать.

— Я в порядке.

Яо Хо улыбнулся, поглаживая рукой лицо сына. Яо Чэнь, чувствуя это, всё-таки не мог сдерживать наворачивающиеся слёзы.

— Отец… с тобой же всё будет в порядке?

— Ах, Яо Цин вернулась! — крикнул кто-то рядом, и все поспешно разошлись, пропуская её.

Яо Чэнь поднял голову и увидел по-простому одетую мать, бросившую аптекарскую корзинку и побежавшую к ним.

— Муж!

— Ах… я смущён что ты застала меня в столь жалком виде…

— Ни слова больше. Кто это сделал?! — Яо Цин посмотрела на Ло Бина.

— Мы не совсем уверены. Это была ловушка. Противник использовал три различных типа атак, принадлежащих клану Хунь, клану Гу и расе демонов.

Ло Бин прокусил губы. Самым ужасным было то, что они не знали, кому мстить. К счастью никто не погиб… только видя страдания своего лучшего друга, лучше бы те, кто получил столь тяжелые раны, были бы они сами.

— Хорошо, теперь вы все можете разойтись, я не хочу больше лежать на земле. Кх…

Яо Хо улыбался, держась за Яо Цин, и тихо покачал головой. Беспокойство друзей не разрешит проблемы.

Яо Цин глубоко вздохнула и согласилась с этим. Ло Бин, принимая во внимание ситуацию, бережно подхватил Яо Хо и отнёс его в комнату.

Яо Хо тихо улыбнулся.

— Я не хрупкая кукла… расслабься, уже через несколько дней я буду в хорошей форме. Можешь успокоиться и вернуться домой.

Видя улыбающегося Яо Хо, Ло Бин выдавил кривую улыбку, и, чуть не плача, простился с ним.

Как только все ушли, на лице Яо Цин появились слёзы.

— Я попрошу старейшин помочь тебе.

— Я… уже видел их… иначе…

Яо Хо слегка покачал головой.

— Иначе… я не смог бы сейчас с тобой разговаривать.

Яо Цин положила руку на запястье, и, измерив пульс, вздохнула.

— Тяжёлые внутренние повреждения? Я переплавлю несколько пилюль для тебя. Яо Чэнь, помоги мне.

— Мама…

Яо Чэнь уныло стоял у двери. Он был в недоумении, когда услышал, что его мать собралась переплавлять пилюли. Ведь у них был всего один котёл, который он повредил во время практики.

— Идём.

— Мама, я не хотел этого… я нечаянно сломал папин котёл… я не хотел этого, — вымученно прошептал Яо Чэнь.

Яо Цин застыла. Котёл поврежден? Когда она об этом услышала, то почувствовала, будто в её горле что-то застряло, а на щеках вспыхнул гнев.

— Ты… ты… Что ты сказал?..

Яо Чэнь опустил свою голову. Ещё никогда он не сожалел о своих действиях так сильно, как сейчас.

— Совсем недавно я практиковался в переплавке, а затем в котле что-то взорвалось и… он сломался.

— ТЫ-Ы!!!!

«Шлёп!»

Ладонь Яо Цинь приземлилась на лицо Яо Чэня, однако она почувствовала, как кольнуло сердце. Затем посмотрела на свою руку, ни в силах понять, что на неё нашло, и зачем она это сделала…

Смотря на Яо Хо — того, кто всегда защищал её, и кто теперь лежал на кровати обессиленный, её сердце задрожало. Она была в растерянности и не знала, что ей сейчас делать. Спокойная манера была лишь притворством, чтобы другие не видели, какая она хрупкая и боязливая.

Лёжа на кровати, Яо Хо кашлянул.

— Жена, это всего лишь котел, со мной всё будет в порядке. Ребёнок невиновен.

— Но… это же твой любимый…

Яо Цин пыталась найти оправдание своим действиям, но глубоко в душе понимала, что не должна была поднимать руку на сына. Хоть она и не знала, как Яо Чэнь умудрился сломать котёл третьего ранга, но была уверена, что он сделал это не со зла. В конце концов, раньше она переживала, что тот слишком много времени уделял практике переплавке пилюль, и пренебрегал романтическими делами. Если котёл взрывается, это значит, что он достигает своего предела.

— Цин-ер, я … ох-х-х-х, — Яо Хо улыбнулся. Почувствовав волнение своей жены, захотел её успокоить. Внезапно вдруг странная сила вырвалась из его груди и вошла в тело, ухудшая уже заживляющиеся раны, и изо рта полилась кровь.

— Муж, что случилось?!

— На мне… печать-длань Двойной Инь-Жизни… — с трудом сказав последние слова, Яо Хо упал в обморок.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов