Материал подготовлен по просьбе украинского центра “Кобзарь”.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 13 из 14Следующая ⇒

А. КРИКУН, В. КАРПУШЕНКО.

Огненные версты

Истоки № 46, ноябрь 2008

История войны всегда актуальна, а история 112-й Башкирской кавалерийской дивизии для нас актуальна вдвойне. Во-первых, речь идет о наших земляках, во-вторых, в 2008 году исполнилось 65 лет со дня присвоения 112-й Башкирской кавалерийской дивизии звания гвардейской и наименования ее Черниговской.

Бесценный источник по истории дивизии — это воспоминания ее ветеранов. В школе № 88 несколько лет идет работа по сбору материалов, посвященных истории этого воинского соединения. Как же дивизия получила наименование Черниговской?

ОБРЕТЕНИЕ ИМЕНИ

В осенних наступательных боях за освобождение Левобережной Украины 112-я дивизия — точнее, в тот момент уже 16-я гвардейская — принимала активное участие. Преследуя отступавшего противника, войска Центрального фронта 9 сентября 1943 года освободили крупный железнодорожный узел Бахмач, 15 сентября — Нежин, 21 сентября — Чернигов, через некоторое время вышли к берегам Днепра севернее Киева.

Воины дивизии особенно отличились в боях за освобождение города Чернигова. Вспоминает бывший командир первой противотанковой батареи, участник освобождения Черниговской области и Чернигова Мугин Каримович Нагаев:

«После разгрузки на станции Глухов дивизия выдвинулась в район сосредоточения. 17 сентября 58-й гвардейский кавполк, обогнав стрелковые части, вышел вперед. В непосредственном охранении полка двигался эскадрон гвардии старшего лейтенанта М. Гранитова. Эскадрон подошел к правому притоку Десны — реке Уботь. На западном берегу у разрушенного моста разведчики заметили противника. Обнаружив броды, разведчики переправились на другой берег — гитлеровцы были захвачены врасплох. За несколько минут взвод уничтожил более двадцати солдат противника, трое были взяты в плен.

Освободив большое село Сосница, атаковали село Баба— здесь разгромили штаб немецкого 87-го пехотного полка, были захвачены в плен 15 человек. В бою за село Баба командир эскадрона М. Гранитов погиб. Вскоре полк Кусимова атаковал старинный городок Мена... Наша батарея уничтожила четыре немецких пулеметных гнезда.

На выручку гарнизону Мены поспешил бронепоезд. Навстречу ему Кусимов выслал саперов-подрывников: под огнем противника сержант А. Никифоров и рядовой Т. Петряев пробились к железнодорожному полот-ну, заложили взрывчатку и на глазах атакующих эскадронов взорвали полотно. Гарнизон Мены был разоружен, взято 150 пленных, много фашистов убито. После двухчасового отдыха Кусимов двинулся дальше, вместе с 60-ым кавполком И. Горлатова начав атаку Березны.

Мы, артиллеристы, быстро заняли огневые позиции. Разведчики доложили, что противник выходит на окраину села для занятия обороны. Как только вражеская колонна вышла на прямой выстрел, артиллеристы открыли огонь шрапнелью, пулеметные тачанки охватили колонну с флангов, и пулеметчики открыли огонь. Сотни немцев остались лежать вдоль дороги... В результате короткой, но решительной атаки Березна была очищена от гитлеровцев. В бою было взято до 400 пленных, захвачены склады с боеприпасами, продовольствием...»

Противотанковая батарея гвардии капитана Нагаева уничтожила в бою за Чернигов несколько танков и много живой силы противника. Мугин Каримович Нагаев был награжден орденом Отечественной войны I степени.

Телефонистом в батарее М. Нагаева воевал X. Биглов. Из воспоминаний связиста: «Мне приходилось отвечать за исправное состояние линий, держать связь между артиллерией и кавалерийскими полками. Чаше всего линии связи рвутся при бомбежках и артобстрелах, но связь должна работать бесперебойно... "Кто ползет и в дождь, и в грязь? Наша доблестная связь!" — так в годы войны говорили о связистах. От их ловкости, аккуратности, ответственности нередко зависел исход боевых операций...»

Своими решительными действиями, выходом в тылы немецких частей, оборонявших Чернигов, бойцы 16-й гвардейской Башкирской дивизии создали благоприятные условия для быстрого освобождения города.

21 сентября наши войска штурмом овладели городом, и вскоре 16-й Башкирской гвардейской кавалерийской дивизии гвардии полковника Г. Белова присвоили наименование «Черниговской». Освободителям Чернигова 20-ю залпами из 124 орудий салютовала Москва...

Спустя сорок лет после боев делегация воинов 16-й гвардейской Черниговской четырежды орденоносной кавалерийской дивизии посетила Черниговщину. И везде их встречали хлебом-солью. Когда ветераны совершали марш по улицам Чернигова, люди выходили поприветствовать их...

ДАЛЬШЕ НА ЗАПАД

Башкирская кавдивизия особо отличилась и при форсировании Днепра в сентябре 1943 года. 25 и 26 сентября 16-я гвардейская кавалерийская дивизия подготовила средства для переправы на противоположный берег и ночью при поддержке артиллерии начала переправу.

Первым переправился 4-й эскадрон 58-го кавалерийского полка майора Кусимова под командованием гвардии старшего лейтенанта А. Рудого, а к 7 часам утра 27 сентября полностью переправился весь полк, начав бои за обеспечение форсирования реки всей дивизией. Утром 27 сентября противник усилил огонь артиллерии и минометов, пикировщики наносили огромный ущерб дивизии в районе переправы. Форсирование реки затянулось, переправочные средства были разбиты и потоплены. Тогда в район форсирования прибыли понтонные лодки — стали переправлять артиллерию боеприпасы. В дальнейшем за трое суток боев бойцы дивизии уничтожили свыше 500 солдат противника, подбили 3 танка, уничтожили 5 артиллерийских и минометных батарей, захватили много пулеметов и минометов. Самое главное — дивизия захватила плацдарм на западном берегу Днепра, создав возможность наведения моста для переправы частей и соединений 61-й армии. Более 1400 человек были награждены орденами и медалями.

КРОВАВАЯ ПЕРЕПРАВА

Медалью «За отвагу» был награжден и связист Биглов:

«Меня командир отделения Рашидов посадил на промежуточную точку, приказал вырыть окоп на двоих недалеко от командного пункта полка и сказал, что я буду

линейным осмотрщиком на непредвиденный случай. В сосновом лесу на крутом берегуДнепра от непрерывныхбомбардировок дважды нарушалась связь... Ночью предстояла переправа на другой берег. Когда плот был почти у цели, противник нас заметил и открыл огонь. Быстро сориентировавшись, плот пустили по течению к тому месту, где берег был круче, а заросли лозы гуще и река глубже. Вскоре плот сел на мель. Пушку пришлось спустить на воду, а затем вытаскивать на берег. Перенесли снаряды. По приказу командира взвода я потянул кабель к позициям эскадрона, где меня хотели оставить, но я попросился назад — батарею постоянно атаковали, и каждый боец был на счету...

Спустя некоторое время появились два танка. Расчет хорошо замаскированного орудия подпустил танки на дистанцию нескольких десятков метров и в упор расстрелял первый танк, а второй исчез с поля боя. Вскоре подоспело подкрепление: командир батареи Нагаев подтянул батарею ближе к кавалеристам. К середине ночи завязался новый бой. Прямой наводкой было сожжено несколько машин, а эскадроны пошли в атаку. Каждый метр продвижения давался кровью...»

За эту кровавую переправу Биглов и получил свою первую боевую награду.

* * *

Мужество и героизм наших земляков не раз были отмечены правительственными наградами. Особняком стоит наша 112-я (16-я гвардейская Черниговская) Башкирская кавалерийская дивизия. Немногие, напоившие напоследок своих коней в Деме, смогли встретить победную весну на Одере. Большинство тех, кто ушел на фронт в марте — апреле 1942 года, погибли во время беспрецедентного рейда по тылам противника в Донбассе в феврале 1943 года. Нашим кавалеристам удалось перерезать железнодорожное сообщение Луганск — Дебальцево и тем самым способствовать разгрому противника в Донбассе. При выходе из рейда погиб командир дивизии генерал-майор М. Шаймуратов. Вместо него командование дивизией принял полковник Г. Белов...

Нам нужно беречь тех, кто смог выжить, кто сегодня делится с нами своими воспоминаниями. Нужно помнить...

Вячеслав КАРПУШЕНКО,

Анатолий КРИКУН,

Лидия ЗАЙДУЛЛИНА.

Источник фото: www.1418.ru.

Ветеран в строю

Истоки № 13, июль 1999

Каждый приход мая у большинства россиян не только вызывает радостные ощущения от буйства весенних красок, но уже долгое время являет собой светлый праздник со слезами на глазах в день Великой Победы. Все меньше остается тех, кто своим трудом на поле брани и в тылу долго шел к этому дню. Тем ценнее для нас каждое их слово воспоминаний, богатейший жизненный опыт, неиссякаемый оптимизм и вера в счастливое будущее России.

В этом году исполнилось 75 лет одному из рядовых, незаметных, но истинных героев Великой Отечественной войны Хасанше Гадельшиновичу Биглову — связисту-телефонисту 148-го гвардейского артиллерийско-минометного полка легендарной 16-й гвардейской Черниговской Башкирской кавалерийской дивизии. В жизни деревенского паренька отразились как в капле воды история поколения и история Отечества. Родившийся при советской власти, он помнил рассказы отца о гражданской войне и особенно памятный случай, когда белочешский офицер, зашедший в дом и потребовавший доставить его в штаб белых, изрядно принявший самогона, по ошибке был доставлен в штаб "красных" (линии фронта в той войне не бывало), за что и получил отец бумагу об оказанной услуге. Этот клочок бумаги через много лет спас трудовую крестьянскую семью от раскулачивания, которое казалось неминуемым. Подросток чуть не угодил в конце тридцатых во "враги народа", когда с одногодками — любопытными деревенскими парнями остановил диковинку тех далёких времен для отдаленной деревни — трактор с тем, чтобы его потрогать и рассмотреть. Кто-то увидел в этом диверсию. От греха подальше парень подался в большой город Уфу, где стал осваивать рабочую профессию в своем юном возрасте и стал активным комсомольцем. С началом воины Хасанша работает на эвакуированном в город моторостроительном заводе. Сначала станки стояли под открытым небом среди сугробов снега, но работали круглосуточно. Часто приходилось ночевать на работе, так как сил добраться до дома не оставалось. Руки были изрезаны металлической стружкой и разъедены растворами. Многим рабочим паренькам казалось, что на фронте легче, и Хасанша четырежды обращался в военкомат, но поскольку и годами еще не вышел, и "бронь" на заводе была, его не брали. Попытка бежать на фронт также закончилась неудачно. Уставшего после смены чумазого паренька милиция сняла с поезда и отправила в тот же день на работу: умелые фрезеровщики и револьверщики ценились на заводе.

И только в феврале 1943 года настырному парню удалось добиться своего, и восемнадцатилетний новобранец попал на трехмесячные курсы связистов, которые закончил ускоренно, всего за полтора месяца. Направление последовало в Башкирскую кавалерийскую дивизию, где его родным полком до конца войны стал полк Тагира Кусимова, а батареей — 1-я пушечная под командованием Мугима Нагаева. Поскольку рации на батарее не было, то пришлось служить телефонистом. Хасанша Биглов вспоминает: "Мне, как самому молодому, приходилось отвечать за исправное состояние линий, держать связь между артиллерией и кавалерийскими полками. Чаще всего линии связи рвутся при бомбежках и артобстрелах, но связь должна работать бесперебойно, и часто можно было наблюдать, когда все в окопах и укрытиях, линейный связист, где ползком, где бегом двигается между разрывами бомб и снарядов, ища место повреждения. Особенно памятный случай произошел в боях за украинский город Чернигов. Ночью протянули связь от батареи к 58-му кавалерийскому полку, которым командовал подполковник Т. Кусимов, а утром на позиции налетела авиация противника и началась интенсивная бомбежка. Линия связи проходила за деревней, и на ней произошел обрыв. Я немедленно побежал на восстановление связи. В это время возобновилась бомбежка, и пришлось залечь. Лежу и вижу, как бомба упала в табун скота, который пасся на лугу, и клочья овец и коров полетели в воздух. Когда отбомбили, я побежал, нашел оборванные концы линии связи и соединил. Потом только обратил внимание, что оставшиеся животные смотрят на меня глазами, полными слез, как будто прося помощи. Мне стало так их жалко, что и у меня самого слезы навернулись на глаза. В боях за Чернигов погибли и многие мои товарищи, а дивизия получила почетное название "Черниговская". После освобождения Чернигова мы двинулись к берегам Днепра и в конце сентября подошли к берегу, заняли огневые позиции, подали связь ко всем наблюдательным пунктам полка и на командный пункт дивизии. Меня командир отделения Рашидов посадил на промежуточную точку, приказал вырыть окоп на двоих недалеко от командного пункта полка и сказал, что я буду дежурным линейным осмотрщиком на всякий непредвиденный случай.

Через некоторое время оборвалась связь от командного пункта к минометной батарее. В сосновом лесу на крутом берегу Днепра от бомбардировок, которые велись почти беспрерывно, дважды пришлось восстанавливать связь. А вечером за ужином получил задание склеить из 4-х листов карту участка противоположного берега для командира батареи. Только успел с помощью вареной картошки из котелка склеить листы, как был вызван к комбату с катушкой кабеля, аппаратом и заземлением, автоматом с запасными дисками и двумя гранатами. Выяснилось, что предстоит переправа на противоположный берег. На понтонном плоту находилась пушка с орудийным расчетом, несколько разведчиков, командир взвода и я, связист. Другой берег широкой реки был едва виден, место полуостровка, где предстояло пристать, заросло кустами. Когда стемнело, командир батареи Нагаев проверил нас, проинструктировал, пожелал удачи и сказал, что за нами последуют другие. Ночь была очень темная, и плот, подталкиваемый крепкими руками артиллеристов и разведчиков, видимо, уже опытных пловцов, двинулся к противоположному берегу. Когда понтон был почти у цели, противник нас заметил и открыл ураганный огонь. Быстро сориентировавшись, плот пустили по течению к месту, где берег был круче, а заросли лозы гуще и река глубже. Вскоре плот сел на мель. Пушку пришлось спускать в воду, а затем выкатывать на берег. Перенесли снаряды. Двое разведчиков поднялись наверх, где уже разгорелся бой, и шла плотная стрельба. Это эскадроны кавалеристов, захватившие плацдарм, удерживали позицию от яростных атак противника. Артиллеристы быстро выкатили пушку на край берега и поспешили найти позицию для стрельбы с ходу прямой наводкой. Дело шло к утру. По приказу командира взвода я потянул кабель к позициям эскадрона, где меня хотели оставить, но связавшись с батареей и узнав, что ее атакуют и там на счету каждый боец, я попросился назад. Ползком я добрался обратно, когда уже забрезжил рассвет.

Танков еще не было видно, но слышался их грохот. Командир взвода приказал пушку развернуть для стрельбы вдоль берега, оставить возле нее наводчика и заряжающего, а всем остальным выдвинуться вперед на 20 метров и отбивать атаку, а мне приказал следовать за собой. Противник, не ожидавший на этом участке нашего появления, с рассветом узнал о нас по удару, нанесенному орудиям по его позициям с очень короткой дистанции, и поэтому эффективному.

Спустя некоторое время появились два танка. Хорошо замаскированное орудие, у которого ствол находился почти на уровне земли, подпустило танки на дистанцию нескольких десятков метров и в упор расстреляло первый танк, а второй исчез с поля боя. Воодушевленные удачей, бойцы резким броском вперед заняли край обрыва. Вскоре подоспело подкрепление. Во второй половине дня взвод, продвинувшись еще глубже, занял огневую позицию. Командир батареи Нагаев, переправив все орудия, подтянул батарею ближе к кавалеристам. К ночи противник стал готовить контратаку, чтобы сбросить нас в Днепр. Позиции взвода находились у подножья холма, а немцы сосредотачивались недалеко в лесу. Наблюдательный пункт находился на вершине холма, и было видно, как к противнику подходили подкрепления пехоты и танков. К середине ночи завязался новый бой. Прямой наводкой было сожжено несколько машин, а эскадроны пошли в атаку. Каждый метр продвижения давался кровью. После этих боев мне дали два дня отдыха в тылу, но на другой же день приказали протянуть связь в штабной тыл и отдыхать, дежуря у аппарата. После отдыха перебросили на новый участок, где готовилось наступление.                                                                     

Во время марша мне передали по строю команду: "Биглова в голову колонны", Там были комбат Нагаев и парторг Рашидов с командиром полка Хабировым. Командир полка зачитал указ о награждении меня медалью "За отвагу". Это была первая боевая моя награда".

И сейчас воин-фронтовик, гвардеец, кавалер орденов Отечественной войны и Красной Звезды, награжденный множеством медалей, еще полон сил и энергии, часто встречается с молодежью, делится своими воспоминаниями, поддерживает связь с боевыми товарищами, не расстался со своим давнишним увлечением — шахматной игрой. С шахматами Хасанша Гадельшинович не расставался и в годы войны, и сейчас с азартом играет с ребятами из шахматной секции в школе № 88.

А. КРИКУН, В. КАРПУШЕНКО.

На снимках:X. Г. Биглов; за шахматной доской с Сашей Дорошенко (уфимская средняя школа № 38).

Фото из архива фронтовика

Память

Герои Бреста

Истоки №13, Июль 1997

Бессмертную страницу в летопись Великой Отечественной войны вписал гарнизон пограничного города-крепости Брест, о защитниках которой, сражавшихся в полном окружении, почти без боеприпасов, продовольствия и воды, измученных бесконечными боями с многократно превосходящими силами противника, в начале войны, да и после неё, мало кто знал.

Брестская крепость, построенная в 1833-1838 годах, по пла­нам немецкого командования должна была пасть в первые часы войны, а бои длились здесь почти месяц, и командо­вание немецко-фашистских войск не со­общало об этом «недоразумении» Гитлеру.

Немногочисленные защитники крепости, представляющие отдельные части 42 и 6 мотострелковых дивизий, 17 пограничного отряда и 132 отдельного батальона войск НКВД (всего около 3,5 тысячи человек), до последнего дыхания сражались с одной из лучших полнокровных дивизий вермахта, имевшей на вооружении и танки, плавающие под водой и мощную артиллерию и авиацию. Легендарный подвиг защитников крепости получил достойную оценку благодаря усилиям замечательного писателя-исследователя Сергея Сергеевича Смирнова лишь по прошествии ряда лет после войны, так как большинство защитников пали в боях или были пленены. Среди бойцов бессмертного гарнизона были и эти четверо изображённые на фотографии наших земляков, встретившихся 20 лет назад на священной земле Бреста. На ней стоят возле крепостной стены одного из фортов (слева направо) Галеев Миргазян Афлитович, Андропов Михаил Алексеевич, Исмагилов Ришат Салихович и Хазиев Миннимухамет Хазиевич. По-разному сложилась их военная и послевоенная судьба, но их сроднило фронтовое братство, отвага и преданность Родине.   

Миргазян Афлитович 22 июня 1941 года был дневальным. Служил пулемётчиком в 44 полку 1 батальона 1 роты и 1 взвода. С первого часа боя работал его пулемёт. Рядом упавший снаряд контузил бойца, но не вывел из боя. Прийдя в сознание, Миргазян Афлитович снова «косил» врага. 24 и 29 июня пережил две бомбёжки: фашисты, не сумев сломить сопротивление защитников, решили уничтожить крепость с воздуха. Во время второй бомбёжки от грохота взрывов из носа и ушей пошла кровь. Не было воды, нечем было дышать от страшного огня и едкого дыма. 17 июля в числе последних защитников крепости отважный пулемётчик пытался прорваться из окружения, но в районе Жабинки был пленён. Из концлагеря на территории Польши (в Белостоке) бежал, сражался в знаменитом партизанском крае в Пинских болотах. С приходом Красной Армии снова встал в ряды бойцов регулярной части. После войны проживал в посёлке Нарышево, что под городом Октябрьский.

Андропов Михаил Андреевич был призван в армию в 1940 году, начинал службу под городом Пружаны и через 6 месяцев был переведён в Брест. Когда началась война, находился на первом этаже школы. Командира 44 полка Скурихина убило 24 июня, Михаил Алексеевич получил два ранения, убило второго номера его пулемётного расчёта, кончились патроны, почти не осталось сил. Андропова пленили 28 июня, и его дальнейшая судьба связана с концлагерями: сначала это был 307-й полевой лагерь недалеко от Варшавы, а в 1942 году Михаил Алексеевич был перемещён в печально известный лагерь Бухенвальд на территории Германии, где и дождался освобождения 10 апреля 1945 года, перенёс неимоверные страдания. После освобождения и лечения в лагере опять встал в строй и служил в 186 миномётном полку. После войны жил в Уфимском районе в деревне Кириловка, долго работал в сельском хозяйстве.

Исмагилов Ришат Салихович за годы войны получил несколько ранений, о подвигах своих много не говорил. После войны проживал в Нуримановском районе, преподавал историю, был директором школы, получил звание «Заслуженный учитель РСФСР».

Хазиев Миннимухамет Хазиевич, однополчанин Миргазяна Афлитовича и Михаила Андреевича, 21 июня участвовал в тактических занятиях, как обычно по субботам вечером смотрел вместе с друзьями кино, а рано утром был разбужен страшным грохотом. Несколько раз был ранен, но воинская удача подарила ему жизнь.

Всё меньше и меньше ветеранов Великой войны остаётся среди нас, лишь горсточка защитников легендарной крепости, получившей почётное звание «Крепость-Герой» и ставшей мемориальным комплексом, живут среди нас и не только напоминают нам страницы истории, но и учат мужеству, патриотизму, чести и достоинству. Не забывайте их.

 А. КРИКУН, В. КАРПУШЕНКО

Авторы благодарны учителю истории Уфимской средней школы №88 Шалагиной Галине Галеевне, которая в течение длительного времени занималась поисковой работой, за содействие в подготовке материалов.

Край голубой, край близкий…

Истоки, сентябрь 1998

Именно такой я вспоминаю и представляю Черниговщину. Впервые я побывал там в 1979 году вместе с генералом Куси-мовым, который в звании под­полковника в 1943 году прошел с боями через всю область от Сосницы до Речицы. Под его ко­мандованием 58-й Гвардейский кавалерийский полк 16 Гвардей­ской башкавдивизии первым ос­вободил небольшой город Сосница. К тому времени обстанов­ка хода боев резко изменилась в пользу Советской Армии. После Орловско-Курской битвы враг безостановочно бежал на запад: скорей бы за Днепр, и кавалерия едва настигала его. Получилось так, что за один день полк Кусимова освободил десятки населенных пунктов и город Мену. Население радост­но встречало башкирских конни­ков, но последним медлить бы­ло нельзя. Бои на пути были ко­роткими и победным для кава­леристов. Неприятель, не ока­зывая большого сопротивления, отступал. Таким образом, всего за одну неделю с небольшим вся Черниговщина была освобо­ждена советскими войсками. А сам древний город Чернигов — 21 сентября 1943 года...

Вместе с генералом Кусимовым черниговцы встретили нас хлебом-солью и со всеми поче­стями высокого гостеприимства. Мы встречались с людьми, кото­рые были во время освобожде­ния или вместе сражались с командиром полка. Именно таким был из города Сосница кавалерист Иван Курбацкий. Старые однополчане расцелова­лись при встрече, даже всплак­нули. Иван Тарасович родом из этих краев, он первым переплыл на коне реку Убеть и пришел к своей матери... Разузнав о мес­те нахождения врага, переплыл обратно и через час привел полк.

Таких ярких, запоминающих­ся встреч было много, и до сих пор перед глазами радостные лица людей, которые с благо­дарностью вспоминали бойцов- освободителей. По всей облас­ти высятся памятники в честь освободителей, а на гранитных плитах высечены имена погиб­ших героев, среди которых очень много башкирских фами­лий. Это и понятно: Чернигов­ский край явился яркой вехой в истории башкавдивизии. Имен­но в боях за эту область, за форсирование Днепра 26—27 сентября, за проявленный геро­изм 61 воину Башкавдивизии было присвоено звание Героя Советского Союза. В том числе самому командиру полка Т. Т. Кусимову и командиру дивизии Г. А. Белову. Такого числа геро­ев не имела ни одна воинская часть на Днепре...

Разве можно рассказать в га­зетной заметке обо всех впечат­лениях, пережитых при встрече?

Скажу только, что мною написа­ны три книги о героях-конниках, среди которых поэма в прозе “Аманат", повесть для детей “По следам батыров" и повесть “Ри­на" — о дочери генерала Шаймуратова. 35 лет своей жизни посвятил я изучению истории этой кавалерийской дивизии. Казалось бы, я знаю все, но ни­когда не уверен в этом, мне ка­жется, я знаю очень мало.

Всего на Черниговщине я был пять раз. Каждая встреча воистину была братской, как будто встречались родные пос­ле долгой разлуки. Разве можно забыть черниговского поэта Станислава Репьяха, который, несмотря на свой недуг, делал все, чтобы гости чувствовали себя как дома. Разве можно за­быть встречи в Соснице: музей знаменитого кинорежиссера Александра Довженко, реку Десну и тихие яркие зори...

Я никогда не забываю Черни­говщину, и в эти дни, когда го­род проводит 55-летний юбилей своего освобождения, будто праздную этот юбилей вместе с моими дорогими, близкими сердцу черниговцами...

Тайфур САГИТОВ.

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности