Связь между престолом и Храмом

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 3Следующая ⇒

Содержание

Несмотря на то что книги Паралипоменон охватывают огромный период истории, их основное содержание сосредоточено на периоде монархии, когда в Израиле почти в течение 450 лет правили цари, начиная с Саула (ок. 1050 г. до н. э.) и заканчивая Седекией (ок. 600 г. до н. э.). Совершенно очевидно, что главным источником информации для летописца были книги Царств, а дополнительными — теперь уже утраченные книги. Автор книг Паралипоменон не придумывает, как полагают некоторые, событий, не упоминавшихся в книгах Царств, он просто использует другие достаточно надежные источники. В 1 — 9–й главах 1 Пар. он представляет список имен, большая часть которых, если не все, входят в родословия, обнимающие всю историю Божьего народа с начала библейских времен. 1 Пар. 10 — 29 посвящены царствованию Давида, а 2 Пар. 1 — 10 повествует о правлении Соломона. 2 Пар. 11 — 36 рассказывает о потомках по этой линии, т. е. царях Южного израильского царства, Иудеи, вплоть до его падения, завершившегося вавилонским пленением.

Цель написания

Книги Паралипоменон представляют историю иначе, чем книги Царств. Их отличие обусловлено богословской позицией самого автора Паралипоменон, тем, что предметом его особой заботы является истина о Боге и Божьем народе. Автор уверен, что его читатели уже знают факты, и он лишь старается объяснить их.

В этой связи очень характерен особый акцент на царской династии Давида, а отсюда и на царстве с центром в Иерусалиме. (Цари, правившие в отколовшемся Северном царстве с 931/30 года до н. э. и далее, сами по себе не интересуют его.) Другой вопрос, которому он уделяет большое внимание, это Храм Соломона, храмовое священство и богослужения. Эта тема призвана, как считают некоторые, побудить современников всем сердцем стремиться к участию в жизни «второго Храма», их собственной, намного менее величественной замены Соломонова Храма. Когда мы начинаем понимать, насколько настойчиво он пытается привлечь внимание читателя не только к Храму Соломона (эквивалент которого они могли видеть в те дни), но и к престолу царя Давида (которого, однако, уже не было), мы встаем на путь более глубокого восприятия его послания в целом. Оно не о выполнении религиозных предписаний, тем более не о политических структурах того времени. Две центральные темы обеих книг Паралипоменон — это царский престол и Храм. Цари и священство актуальны для всех времен, потому что первая тема относится к тому, как Бог руководит Своим народом, а вторая — как этот народ относится к Нему. Это, в свою очередь, помогает понять взгляд автора книг на разделенное царство. Северное, отделившееся, стало называться Израилем, а Южное — Иудеей. Но истинный «Израиль» означает всех тех, для кого истинными царями были сыны Давида, а истинным священством — сыновья Аарона. Таковыми считались южане (до тех пор, пока они не восстали), но могли бы быть и северяне (если бы они вернулись). 2 Пар. 13 является ключевой главой в этом отношении (см. особенно: ст. 4–5, 8–12). Летописец часто пользуется выражением «весь Израиль», когда говорит о возможности объединения всей страны и обновления ее, и представляет картину идеального Израиля —- не фотографию народа, каким он предстает в каждый данный момент истории, но калейдоскоп или монтаж из кусочков реальности, взятых в различные периоды и из различных источников.

Таким же образом он рисует царствования Давида и Соломона как идеальных царей в центре идеального царства — Израиля. Как мы уже отмечали, его первые читатели были хорошо знакомы с этими двумя мужами и знали, насколько обыкновенными людьми со всеми их большими пороками и великими добродетелями они были. Мы так же, как и прежние читатели, должны понять, что портреты Давида и Соломона, представленные летописцем, — это «официальные портреты», дополняющие неприкрашенное описание, предложенное в книгах Царств (а не противоречащие ему). Здесь их изображение нельзя назвать неточным — оно просто выборочное. Оно привлекает наше внимание к тем аспектам их царствования, в которых мы можем увидеть обычные для Бога способы управления жизнью Его народа.

Надежды летописца и его послание будущим поколениям включают все эти аспекты, а также еще три момента. Первый — преемственность. Она отражена в списках имен, в которых Божий народ объединяется в единое целое во всех поколениях, а на более высоком уровне обобщения преемственность — это постоянство и верность принципам неизменности. Возможно, летописец хотел сказать нам, что не видит оснований, почему эти же принципы (учитывая изменившиеся обстоятельства) не могут быть применимы к жизни Божьего народа и сейчас.

Другой момент — это то, что некоторые называют «воздаянием», подразумевая под этим причинно–следственную зависимость: «если я согрешу, я буду наказан» (а также «если я послушаюсь, я буду благословлен»). Повсюду в Писании красной нитью проходит мысль, которую поддерживает и автор книг Паралипоменон, что на практике обычно все намного сложнее, хотя в основе своей принцип духовной связи причины и результата остается истинным. На основании этого принципа можно верить, что для каждого нового поколения есть новая надежда; упрощая, можно сказать: «если я покаюсь, я буду прощен». Новый Завет очень доходчиво поясняет этот принцип. Христианин, как и его ветхозаветный брат, знает, что как послушание, так и неповиновение приводят к неизбежным последствиям; а неверующий человек, в свою очередь, будет наказан за свой основной грех — отвержение Христа и благословен, когда повинуется Евангелию.

И наконец, в книгах мы видим удивительную статистику летописца. Количество денег, численность войск и так далее, часто отличающиеся от представленных в книгах Царств, кажутся невероятно завышенными. Однако многие из этих противоречий легко согласовать, а многие преувеличения объясняются либо неправильным толкованием таких слов, как «тысяча» (потому что часто они означают определенный контингент войск намного меньшего размера), либо ошибкой переписчика. Ведь и в наши дни мы легко можем прибавить к цифре лишний ноль или не поставить точку, отделяющую целое от дроби. Но какая–то часть подобных вопросов не находит объяснения. Такие случаи следует оставлять как есть, поскольку мы должны помнить, что летописец во всем остальном является надежным автором, что главная его цель — рассказать нам о тех принципах, посредством которых Бог постоянно действует в мире, а эта его цель успешнее может быть достигнута при помощи фактов, а не вымысла. Кроме того, сам автор и его первые читатели, хорошо знакомые с древней историей (с книгами Царств, в частности), были намного ближе к тому времени, которое описывается в этих исторических книгах, и считали вполне естественным многое из того, что представляет для нас трудность.

Дополнительная литература

Wilcock M. J. The Message of Chronicles,  BST (IVP, 1987).

McConville J. G. Chronicles,  DSB (St Andrew Press/Westminster/John Knox Press, 1984).

Braun R. L. J Chronicles,  WBC (Word, 1986).

Dillard R. B. 2Chronicles,  WBC (Word, 1987).

Содержание

1 Книга Паралипоменон

1:1–9:34 Связи

1:1 — 3:24 Связи вглубь веков

4:1 — 7:40 Связи внутри семьи

8:1 — 9:34 Связь между престолом и Храмом

9:35–29:30 Давид

9:35 — 12:40 Царь и народ

13:1–14:17 Давид в Иерусалиме

15:1 — 17:27 Ковчег завета

18:1 — 20:8 Израиль среди других народов

21:1–22:19 Дом Божий

23:1 — 27:34 Устройство Храма и царства

28:1 — 29:30 Порядок престолонаследия

2 Книга Паралипоменон

1:1–9:31 Соломон

1:1–2:18 Царствование Соломона

3:1–5:14 Строительство Храма

6:1 — 7:22 Церемония освящения Храма

8:1 — 9:31 Величие Соломона

10:1–36:23 Цари

10:1 — 12:16 Ровоам

13:1–14:1 Авия

14:2–16:14 Аса

17:1–21:1 Иосафат

21:2–20 Иорам

22:1–9 Охозия

22:10–23:21 Гофолия

24:1–27 Иоас

25:1–28 Амасия

26:1–23 Озия

27:1–9 Иофам

28:1–27 Ахаз

29:1–32:33 Езекия

33:1–20 Манассия

33:21–25 Аммон (Амон)

34:1–35:27 Иосия

36:1—23 Последние цари

Комментарии

1:1–9:34 Связи

Первые главы книг Паралипоменон настолько непривычны для современного читателя, что могут вызвать недоумение и даже сомнение в действительной ценности их сведений для нас. Поэтому нам следует помнить, что содержание этих книг, если не стиль и манера изложения, знакомы всем, кто знает Ветхий Завет, и уж тем более тем, кому были адресованы эти книги.

Главы 1:1 — 9:34 являются фактически введением к обеим книгам. Летописец использует факты из истории Божьего народа, уже хорошо известные его читателям, и представляет их в новом свете. Широта охвата (вся история своего народа, практически с самого начала и до времени написания), естественно, заставляет его отказаться от включения в свои книги большого количества информации, в то же время он вводит в них множество реальных персонажей и событий. Таким образом, его восприятие истории одновременно объективное и субъективное, личностное.

Первые девять глав часто называются «генеалогиями». В них действительно множество родословий, и читателю будет легче понять их, соотнося с подобными генеалогиями в других, более знакомых частях Библии. В главе 5, например, рассказывается, как Бог позаботился о распространении человеческого рода по всей земле, что и было Им задумано, и как Он сохранил человечество, несмотря на его греховность. В Мф. 1 показано, как Бог позаботился о том, чтобы в среде того же человечества со временем появился Человек, Которому предназначено спасти мир от грехов. Точно так же одной из важнейших задач автора книг Паралипоменон была задача убедительно показать читателю, что цель Божья — благо человечества — никогда не изменится.

Однако термин «генеалогия» слишком узок, чтобы определить содержание этих глав, ибо в них имеются списки и другого рода. У всех этих списков есть нечто общее, они не просто собраны,  но связаны  между собой. Такие связи, будь то связи типа отец/сын или другие, рассказывают о том, что Бог постоянно действует в истории Своего народа.

1:1 — 3:24 Связи в глубине веков

Родословное древо в 1:1 — 3:24 знакомит нас с началом всей человеческой истории, вероятно, вплоть до 400 г. до н. э., когда были написаны книги Паралипоменон. На одном конце этого генеалогического древа возвышается Адам, праотец всего человечества, на другом — еврейская семья, которая после пленения опять поселилась поблизости от Иерусалима. Для общины, которую образовали возвратившиеся евреи, и были написаны эти книги. Таким образом, связь — это линия преемственности (некоторые из ее ответвлений представлены здесь, а другие нет), идущая через Ноя, Авраама и Давида.

1:1–3 Линия от Адама. Этот список перешел сюда из Книги Бытие (5:3–32) и представляет собой перечисление имен родоначальников десяти поколений от Адама до Ноя.

1:4–27 Линии от Ноя. В первых же ответвлениях генеалогического древа семьи младших сыновей Ноя перечислены раньше семей Сима, чье родословие должно стать главным стволом, как и в Книге Бытие 10. Эта глава Бытия в несколько сокращенном виде представлена здесь в стихах 4–23, а Бытие 11:10–26 — в еще более сокращенном — в стихах 4–23 и 24–27. Летописец переносит из Книги Бытие миниатюрные портреты Нимрода (10:10) и Фалека (11:19), первые из многих неожиданных комментариев, придающих живость повествованию, которое иначе показалось бы скучным перечнем разных имен.

1:28–33 Линии от Авраама. И здесь главная линия появляется позже, и перед семьей Исаака нам представлено родословие Измаила (Быт. 25:12–16, сокращенный вариант), а также его единокровных братьев, сыновей Авраама не от Сарры или Агари, а от Хеттуры (Быт. 25:1–4).

1:34—54 Линии от Исаака. И опять автор приводит второстепенные генеалогические линии сыновей Исава  (35) прежде более важной линии младшего брата Иакова. И здесь источник упрощен (Быт. 36:10—14,20—43) в надежде, что читатели уже знают из Бытия 36:9, почему Исав (34), Сеир (38) и Едом (43) сгруппированы вместе. Цари Едома представлены не в родословном древе, но просто по порядку наследования престола, а старейшины перечислены даже не ло признаку преемственности, ибо это совсем неважно, поскольку между ними какая–то иная связь.

2:1–2 Линии от Израиля. Центральная линия, которую летописец провел от Адама через Ноя и Авраама, теперь привела нас к брату Исава Иакову. Только в одной главе этой книги летописец цитирует другого автора — Давида (1 Пар. 16:13,17; Пс. 104:6,10) — и только в этом случае появляется имя «Иаков», поскольку сам летописец всегда использует второе имя Иакова — «Израиль». Непрерывность Израиля как нации, чудесным образом уцелевшей и выжившей, и Божья благодать, сохранившая этот народ на протяжении всей его истории, — это главная для автора книги тема, поэтому с самого начала он выбирает именно это имя.

2:3—9 Линии от Иуды. Многие из этих связей упомянуты в Бытие 46:12 (ср.: Быт. 38) и Книге Иисуса Навина 7. Имена Емана и Ефана появляются также в заголовках к псалмам 87 и 88 (см. также: 3 Цар.4:31), поэтому их можно рассматривать как первый намек на интерес летописца не только к храмовому богослужению в Израиле, но к престолу и царской линии. Отсюда и далее он прежде всего повествует о царской линии.

Кроме того, летописец рассматривает Израиль как целое и размышляет над тем, что значит принадлежать Божьему народу. Он раскрывает свою точку зрения при помощи четырех имен в этом отрывке. Иуда женится на дочери Шуевой,  язычнице, его связь с Фамарью кровосмесительная и все же, по милости Божьей, обе женщины включены в родословное древо, а Фамарь даже особо выделена (см.: Мф. 1:3). Этот акцент отличает нашего автора от Ездры и Неемии с их отношением к «чужеземцам» (см.: Введение. Раздел об авторстве). С другой стороны, Ир и Ахан родились в «благочестивом семействе», но этот факт автоматически не обеспечил им благосклонности Божьей.

2:10—17 Линия Иуды через Арама. Эта линия приводит нас к Иессею, а через него к Давиду, который будет находиться в центре внимания летописца практически на протяжении всего повествования. Идея «родословного древа» особенно уместна в данной ситуации, а древо Иессея (см.: Ис. 11:1,10) было популярным образом в религиозном искусстве средних веков. И снова автор проявляет равный интерес и к главному стволу генеалогического древа (10—12), и к его ответвлениям (13–17). Нет ни одного источника, откуда он мог бы извлечь этот отрывок в целом, хотя отдельные фрагменты его можно найти в разных местах (Чис. 2:3; Руф. 4:19–22; 1 Цар. 16:6—13, где Давид представлен восьмым сыном Иессея; 2 Цар. 2:18). Похоже, летописец объединил все эти фрагменты сам, но поскольку перечисленных здесь поколений недостаточно, чтобы закрыть промежуток в девять столетий между переселением Иуды в Египет и строительством Храма Соломона (Исх. 12:40; 3 Цар. 6:1), то можно сделать вывод, что полнота представленных поколений интересовала его много меньше, чем преемственность их. (Обратите внимание на обшую «гибкость» библейских генеалогий, поскольку на библейском языке слово «отец» может означать любого предка мужчину, а «сын» — любого потомка мужского рода.)

2:18–24 Линия Иуды через Халева. Существует определенная неувязка между первым и последним стихами этого отрывка. Эти стихи могут означать, что от Азувы, жены своей,  Халев стал отцом Иериофы (дочери?) (18) и что «по смерти Есрома Халев вошел к Ефрафе, жене Есрома, своего отца, и она родила ему…» (24, RSV). В любом случае, этого Халева не следует путать с Халевом из Чисел 13 и 14, который был современником одного из потомков Веселиила. Появление здесь Веселиила (20) связывает две главные идеи летописца — престол и Храм, — ибо этот человек руководил созданием первого святилища (Исх. 31:2—5) и принадлежал той же царской линии, ведущей к Давиду.

2:25—41 Линия от Иуды через Иерахмеила . После нескольких ветвей (25–33) мы подходим к Елишаму (34—41). Если эта линия полна, то он может быть современником Давида; если же она «усеченная» и в ней упущены некоторые поколения, а «отец» означает просто предка, то он может принадлежать к поколению летописца. Более важным кажется появление еще одного «чужака», Иарха (34—35), который вошел в изральскую семью, как и дочь Шуева (3), без каких бы то ни было знаков неодобрения, хотя дочь Шуева — представительница Ханаана, а он — Египта, двух величайших врагов Израиля до и после исхода. (В свете ст. 34, возможно, Ахлай из ст. 31 либо дочь, либо внук Шешана.)

2:42—55 Линия от Халева (повторение). Перечисление здесь большего количества представителей этого рода совсем не означает, что летописец не ведает что творит. Напротив, такое «повторение предыдущей темы» указывает на особую, хорошо продуманную организацию, и это становится очевидным, когда мы видим, что в 2:10 — 3:9 рассматриваются семьи Арама, Халева, Иерахмеила, Халева и опять Арама. Такую перекрестную схему можно найти во многих частях Библии. Хур связывает два списка с Халевом (19,50), но этот второй список обычно соотносится с чем–то новым. Зиф, Хеврон, Кириаф–Иарим и Вифлеем (42, 50, 51) — это не имена людей, а названия поселений — слова qiryat  и bet  означают «город» и «дом» соответственно, а «отец» может здесь означать «основателя». Точно так же в стихах 52—55 речь идет не об отдельных лицах, а о кланах (как о целых народах в 1:11–16).

3:1–9 Линия от Арама (повторение). Здесь представлена семья, ведущая свое происхождение от Давида, в противовес той (в предыдущем отрывке с Арамом), из которой произошел сам Давид. Источником этой информации могла стать 2 Книга Царств 3:2–5; 5:5,14–16, хотя на этот раз автор знакомит нас с более полным списком, включая в него девятнадцать сыновей Давида.

3:10–16 Линия от Соломона. Этот отрезок охватывает большую часть периода существования царства, хотя летописец практически не упоминает этого факта (лишь в ст. 4 он использует слово царствовал).  Его внимание сосредоточено на людях и их связях. Обширный материал, который он использовал, сокращен до единственной линии, линии царей, причем не все израильские монархи включены. Здесь нет Саула, нет Гофолии и нет ни одного царя, который правил в Северном царстве после разделения монархии. Для автора главной является линия, идущая от Давида. У летописца были, конечно же, все книги Царств в качестве источника информации, но как решительно он сократил список царей!

3:17–24 Линия от Иехонии. Практически игнорируются два очень важных момента в израильской истории: вавилонское пленение и возвращение народа на родину. Если единственным намеком на монархию была фраза «царствовал… он [Давид]» (4), то здесь единственным намеком на эти события является фраза Иехония плененный  (17). (Слово «плененный» в ст. 17 в русском переводе Библии отсутствует. — Прим. пер.)  Для летописца намного более важным представляется то, что народ Израиля вообще и линия Давида в частности сумели выжить и что последние представители этой линии, сыновья Елиоеная (24), могут рассказать своим потомкам историю, которая началась с Адама. Примечание. Здесь возникают две головоломки. Повсюду в Библии Зоровавель назван сыном Салафиила, а не Федаии (19). Одним из возможных объяснений является предположение, что Федаия женился на вдове своего брата и их сын считался сыном Салафиила (см.: Втор. 25:5—6). Неожиданная цифра шестеро  (22) имеет смысл в том случае, если слово сыновья  было включено в этот стих по ошибке.

4:1 — 7:40 Связи внутри семьи

В главах 1 — 9 автор не единожды повторяет генеалогии Иуды и Вениамина. С какой целью? Иуда появляется в главах 1 — 3 как часть царственной линии Давида, которая является главной темой этих глав, а Вениамин в главах 8–9 явится частью царственной линии Саула как темы последующих глав. И Иуда, и Вениамин фигурируют в главах 4–7 как два колена, на которые разветвляется древо Израиля.

4:1—23 Колено Иуды. Несколько пунктов этого списка связаны со списком главы 2, и в общем не совсем ясно, каким образом они соотносятся между собой. Но, как и прежде (1:10,19 и т. д.), летописец включает в свой перечень то, что не только интересно, но и важно. Во–первых, это реальные люди. Упоминание, наряду с именами людей, различных поселений, таких, как Вифлеем и Фекоя (4, 5) («отец» означает здесь основателя или старейшину этого поселения, см. комментарии к 2:42–55), указывает читателям книги на то, что все повествование основано на реальных фактах, а не выдумано. Еще большую достоверность придают тексту «говорящие» названия городов и род занятий людей в них: Вифлеем означает «дом хлеба», Наас (12) — «медный город», а в других городах поселились плотники, ткачи и гончары (14,21–23).

Во–вторых, эти люди становятся иллюстрацией духовных принципов. Мы слышим хвалу в адрес Иависа (9–10), потому что его имя, созвучное еврейскому слову «боль», могло бы восприниматься как несчастливое, но молитва веры в Бога уничтожает подобные суеверия. Сказано, что Меред (17—18) женился на египтянке; эти стихи вызвали множество споров, но ясно одно — это еще один случай (ср.: 2:3,34— 35), когда автор включает чужеземцев в семью Божьего народа, а следовательно, и еще одно свидетельство широких взглядов летописца. Халев Кенезеянин (ст. 15), ставший впоследствии выдающейся личностью ( Нав. 14:6—15), возможно, сам был чужаком, то есть принятым, а не рожденным от колена Иудина.

4:24—43 Колено Симеона. Следующим идет Симеон, всегда тесно связанный с Иудой, на обширных территориях которого он проживал. Книга Иисуса Навина 19:1–9 упоминает об этом факте в перечне мест, представленных здесь в стихах 28–33. Эти географические заметки (с гораздо меньшей информацией по генеалогии, чем в 4:1—23) указывают на сокращение территорий этого колена, о чем читатели–современники летописца были вполне осведомлены (Шимей из ст. 27 скорее исключение, лишь подтверждающее это правило). С другой стороны, ни одно колено в Израиле не могло исчезнуть просто так, и стихи 38—43 приводят пример жизнестойкости даже колена Симеона.

5:1–26 Колена в Трансиордании. Географические заметки сопровождают и повествование о следующих коленах. Рувим, Гад и половина колена Манассии поселились на восточном берегу реки Иордан, в регионах, упомянутых в стихах 86—11 и 23, известных под названием Галаад. Летописец называет Рувима первенцем Израилевым  (1), хотя права первородства были переданы Иосифу (с Ефремом и Манассией), а наибольшим влиянием пользовался Иуда (Быт. 35:22,48; 49:4,8–12,22–26). Что касается Симеона, то нам рассказывают, как он вел войны. Все племена галаадитян приняли участие в кампании, представленной в стихах 19–22, и пострадали от ассирийского нашествия, о котором рассказано в стихе 26. Если война с агарянами — то же, что война, упомянутая в стихе 10, то оба события согласуются между собой в факте трехсотлетней оккупации Трансиордании (10, 26; совершенно очевидно, что в линии Рувима в стихах 3—6 пропущено очень много поколений). Эти колена — яркий пример основного духовного закона: в одном случае победа была одержана благодаря молитве веры (20), а в другом — они потерпели поражение из–за своего неверия и непослушания (25—26).

6:1—81 Колено Левия. Это колено явно имеет очень большое значение в глазах автора, поскольку ему посвящен 81 стих и оно занимает центральное положение в этом разделе. Его история (ст. 1—30) открывает причину такого выдающегося положения. От второго сына Левия, Каафы, пошла ветвь первосвященников Израиля. Священство и цари образуют главную тему книг Паралипоменон. Эта линия прослеживается вплоть до периода вавилонского пленения (15). И опять преемственность для автора намного важнее событий, поэтому в главе ни о каких событиях вообще не говорится (даже нет упоминания об исходе, практически ничего не сказано о самом Моисее, ст. 3). Однако, и это очень примечательно, упоминается о строительстве Храма (10). Если это упоминание на самом деле относится, как думают некоторые, к стиху 9, то оно приходится как раз на середину списка, поэтому и здесь можно говорить об определенной структуре, которая подчеркивает центральное положение Храма и священства. Затем следуют другие ветви, в одной из которых мы находим великого Самуила (27—28), о котором говорится так же мало, как и о Моисее.

Род занятий представителей этого племени (31–53) явно связан с главной темой повествования — царствованием Давида и Соломона, когда были назначены три главных руководящих музыканта — Еман, Асаф и Ефан, по одному от каждой семьи Левия (33, 39, 44). То же самое относится и к двенадцати поколениям от Аарона, первосвященникам, которые приносили жертвы и совершали священнодействия при богослужениях (49—53).

Это племя распространилось по всей территории страны (54—81). У Левия своего удела не было, но каждое колено выделяло ему города и наделы земли. Очень показательно для летописца, что он пишет о таких вещах именно теперь, когда условия в стране изменились совершенно, будто желает сказать, что принцип  представительного священства сохранится, что бы ни случилось.

7:1–12 Воинские племена. В этом отрывке появляется нечто новое: замечания о военной мощи племени. Если судить по столь небольшому списку имен в сравнении с предыдущими (маленькая горстка за 900 лет, отделяющих Иссахара от Давида, ст. 1–2), можно предположить, что у летописца были скудные источники информации по генеалогии, а потому он решил использовать воинские списки. Воинский контингент времен Давида, однако, помогает подчеркнуть, что Израиль в прошлом значительно отличался от современного летописцу Израиля с его значительно сократившимся населением, и потому следует заглянуть в глубь времен, чтобы увидеть, что такое реальная сила.

Примечание. Объяснение больших цифр см. во Введении.

Колено Даново здесь не упоминается, если только стих 126 не следует читать: «Сын Дана: Хушим…» (ср.: Быт. 46:23).

Некоторые полагают, что весь отрывок о Вениамине (6—12) на самом деле относится к Завулону, который (как и Дан) в списках не фигурирует, в то время как настоящая генеалогия Вениамина находится в главе 8. С другой стороны, следующие друг за другом Вениамин, Дан и Неффалим в Бытие 46:21–24 могут означать то же, что мы имеем здесь в 7:6—13.

7:13–40 Остальные колена. Отрывки о Манассии и Ефреме представляют собой определенную сложность. Во–первых, упоминание о Галааде (это место или личность? Ср.: Чис. 32:39–40) делает неясным, имеется ли в виду в стихах 14–19 все колено Манассии или одна из его половин (см.: 5:23), а упоминание о Маахе звучит странно, если не пропустить некоторые слова из стиха 15 и не прочитать этот стих так: Махир взял в жену сестру Хупима… имя сестры…  Так же не ясно в следующем отрывке, является ли Ефрем из стихов 22—23 основателем колена, сыном Иосифа (рожденным в Египте, Быт. 41:50—52), или же потомком с таким же именем. Остальные два отрывка вполне ясны.

Нам не следует небрежно относиться к этим племенам на том основании, что им предстояло стать частью отделившегося Северного царства. Летописец указывает в этих списках, как и в предыдущих, что в семью израильтян входили и представители других народов (14), в таких браках рождались прославленные люди (27), а женщины занимают в них почетное положение (156, [см.: Чис. 36] и 24).

Видимо, Вениамин в главе 8 завершает ряд, начавшийся Иудой в главе 4. На обоих концах этой цепи царские ветви, а в середине — священническое колено Левия (гл. 6; см. примечание к 7:6–11). В главе 9 еще раз представлены достаточно обширные сведения о колене Левия (2–34) и о колене Вениамина (35—44) — священническом и царственном родах, которые приведут нас к следующему разделу книги. Мы можем рассматривать главы 4–7 как обзор, а 8:1 — 9:34 как обрамление для последующих глав. 9:35–44 — это повторение части списка колена Вениаминова, которое служит введением в повествование о Сауле.

8:1–40 От Вениамина: подготовка к установлению царства. Список, представленный в стихах 1–28, сравним по своим масштабам со списком колен Иуды и Левия. Он отличается от списков колена Вениамина (напр.: 7:6—11; Чис. 26:38—41) и кажется бессвязным. Как и в других местах, причина некоторой неясности может заключаться в том, что «сыновьями» названы потомки, жившие совсем в иное время или в ином месте. Но мы должны рассматривать их как связанных между собой внутриплеменными узами.

Одна линия этого рода, занимающая стихи 29–40, находится здесь потому, что это линия Саула. Она повторится в 9:35—44 как непосредственное введение в повествование о царстве. Но здесь, как и в случае с Ноем, Авраамом, Моисеем, Исусом Навином и Самуилом, Саулу не уделяется никакого особого внимания, еще меньше его уделяется решающим событиям того времени.

Летописец, как всегда, больше интересуется преемственностью поколений, чем переменами в жизни.

Гаваон (29) — это город, как и Иерусалим (см. ком. к 4:1—23). Взаимоотношения семей, проживавших в Гаваоне, согласуются с тем, что мы читаем о них в I Книге Царств 9:1, если включить (как это делает NIV) в стих 30 имя Нера (см.: 9:36). Возможно, что у Нера был и брат, и сын по имени Кис (33), однако ни одна из представленных генеалогий не полна. Если все же линия, берущая начало от Саула, представлена полностью, она заканчивается приблизительно во времена пленения, а если она неполная, она продолжается и далее, но после событий, описанных в 10:6, уже не как линия царственного дома.

9:1—34 От Левия: служения при Храме. Если главы 4 — 8 действительно образуют единство, то 9:1а заканчивает эту тему, а 9:16—2 начинает новый раздел поразительно кратким сообщением — летописец говорит о периоде пленения всего одним стихом, а затем переходит к спискам возвратившихся после плена. Эти списки сходны с теми, что представлены в Книге Неемии11 и в основном состоят из членов колена Левия, хотя первые из четырех перечисленных категорий (израильтяне, священники, левиты и нефинеи,  ст. 2) включают в себя Ефрема и Манассию, как и Иуду и Вениамина (3–9). Летописец никогда не изменяет своей идее «всего Израиля», в котором Северное царство выживает и объединяется с Южным. Священники (10—13) из семейства Аарона приносят жертвы в ритуалах израильской религии, левиты (14—16) выполняют другие богослужебные обязанности, а храмовые служители, или привратники (17–34), имеют свои задачи.

Если 8:1 — 9:34 образуют единство, это значит, что они обрамляют сердцевину книги, ее главный интерес — то, что Вениамин приводит к монархии, а Левий выводит из плена. Таким образом снова подчеркивается преемственность поколений.

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры