Вадим Муратов, Липецкая обл. , г. Грязи

Вадим Муратов, Липецкая обл., г.Грязи

Гербарий

Гербарий

Гости пили, пели песни,

во дворе огромный клён

листья сбрасывал окрестно

под воздействием времён.

Папа с мамой не в разводе,

папа пьяный, мне пять лет,

я в хозяйском огороде

нагербаривал букет.

Нас автобус вёз набитый,

жёлтый, как мультяшный слон,

папа с кем-то делал квиты,

красным пачкая салон.

И полёт свой продолжая,

листья падали, кружа,

и текла по ним чужая

человеческая ржа.

Паз/л исчезнет в лабиринте,

спите крепко, малыши.

Красно-жёлтые репринты

увядающей души.

Поколение Х

Раз, - и слетели цветные очки.

Мальчик смеётся, сиреневый мячик

по репродукции весело скачет,

мел потолка выжигает зрачки.

Два, - поменяются лица и действа,

левобережен убогий приют,

вороны ворона не заклюют -

главный закон уходящего детства.

Три и четыре, - а память жива,

вновь оловянно упрямы славяне,

плавятся в очередном "недостане",

плещет, плывёт над страной синева.

Вечером, утром угрюмый народ

[капреализм, эм-би-о, ки-пи-ай,

пять алкорамок, охранников хай]

примет и выплюнет мегазавод.

Шесть, - заржавела стальная звезда.

Семь, - никого. Ничего. Никогда.

Отерхан

Матыра с Байгорой - две речки

меня с рождения вели,

мальчишки - афрочеловечки

там ловят раков на мели,

там длинноногие девчонки

играют солнцем в волейбол,

и мама голосом трезвонким

зовёт меня за скромный стол.

Я вечером неслышно юркну

домой, - неоднократно зван,

и бабка ласково мне буркнет:

- Ну, настоящий отерхан.

Астероид 4556

Ну вот и лето на исходе,

сырой роман, избит сюжет,

и никого на свете нет,

и ничего не происходит,

так падает на лист слеза,

непоправимо, безвозвратно,

и не вернуть её обратно,

и не вернуть того, кто за.

За озером кровавый чад,

жираф изысканный, и Чад,

там август лечит, август плачет,

и птицы жалобно кричат.

Про

Я про/молчу, и ты молчишь,

разлука никого не лечит,

нырнёшь в обманчивую тишь,

захлёбываясь от наречий.

Про/явишься в конце строки,

переступив черту косую,

и время вновь не с той руки

колоду карм перетасует.

Тебе - бубновый интерес,

про/странный дом, густая скука.

Мне - про/движение без звука.

Мне скучно без.

Мне скучно, бес.

Алмаз

Один раз в год, обычно летом,

нам привозили антрацит.

Зилок, подмаргивая светом,

ссыпал блестящий дефицит.

Его до кровяных мозолей

таскала бедная семья,

а мы с отцом рвались на волю,

в пивнушку - он, на речку - я.

Но бабке с мамой не дремалось,

я - насыпал, батёк - носил,

руками, пляшущими малость,

он папиросы потрошил.

И в перекурах, всё же вмазав,

рассказывал, задрав трико,

что угли плавятся в алмазы,

но только очень глубоко.

Тахикардит кардиограмма,

покоя нет у пацана,

кусок, не меньше килограмма,

я закопал полметра на.

И чётко помня про давленье,

и чтоб уже наверняка,

я сверху положил на землю

пять килограмм известняка.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?