В своих интервью вы не однажды упоминали о том, как важно для вас было признание отца.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 3Следующая ⇒

Помню, как в годы Великой Отечественной войны, когда мне было лет шесть, мы плыли пароходом по Волге. Пароход небольшой, но достаточно вместительный: такое двухпалубное речное судно. Вместе со взрослыми плывут дети, человек восемь, может быть, десять. На второе утро так случилось, что почти все дети проснулись очень рано, оделись, выбрались из своих кают от спящих родителей и, словно сговорившись, собрались на верхней палубе. Я был без сестры, Наташа еще спала. Смотрим с палубы: небо ясное, такой простор! Они появились из ниоткуда. Сначала мы их увидели, а потом услышали гул моторов. Солнце стояло еще низко, и мы, задрав головы, смогли разглядеть на крыльях черные кресты. Фашисты! Мы оцепенели: ни движения, ни звука. Только гул моторов в вышине. Один самолет пересек путь парохода по диагонали, стал удаляться, и вдруг на том месте, над которым он только что пролетел, из реки поднялся и осел высокий столб белой воды. А второй самолет, снижаясь, сделал над нами круг, зашел так низко, что я разглядел черный силуэт пилота в кабине, потом резко взмыл вверх, ревя мотором, и один за другим из воды впереди парохода вырвались два водяных столба. «Немец! С палубы! Убьет! Убьет»! - промелькнуло в голове. Молодой пароходный матрос, крепкий парнишка лет пятнадцати, широко расставив руки, гнал нас, как гонят гусей, к палубной лесенке. Его испуг мгновенно передался нам, мы гурьбой бросились к лесенке и скатились по ступенькам. Последнее, что я видел, оказавшись у борта, был тот самый самолет, уже уходивший к горизонту.

Много позже, описывая вид немецкого самолета знающим людям, я понял, что это был "Мессершмидт", что самолеты эти, наверняка, возвращались на свою базу и должны были освободиться от неизрасходованных бомб, потому что с бомбовым запасом садиться смертельно опасно. Но вот что меня мучает до сих пор - это желание понять, что в те минуты определяло поведение этих немецких военных летчиков? Они оба видели перед собой беззащитную цель - речной пароход. Оба, наверняка, видели детей на верхней палубе. Первый, и это точно, не стал бомбить пароход с детьми и сбросил бомбу далеко от возможной цели. А второй? Зачем он снижался над пароходом, зачем бросил бомбы - две! - вблизи парохода по направлению хода судна! Хотел попугать детей? Но это вряд ли... Я думаю, что этот второй просто не рассчитал, промазал. Промазал потому, что в нем боролись два несовместимых желания: все-таки пощадить детей или все-таки отличиться, разбомбив пароход. И он выбрал второе, но мгновенное сомнение сбило прицел и сохранило много жизней. А что с этим летчиком было потом? Может быть, это он, не такой уж старый, с редкими рыжеватыми волосами, приглаженными на лысеющей голове мокрой гребенкой, подает нам с Лешкой Эйбоженко пиво в тяжелых стеклянных кружках в 1967 году в городе Потсдам, где мы, советские актеры, снимаемся в немецком фильме "Мне было девятнадцать" в ролях наших боевых офицеров. И смотрит этот тип на нас недоброжелательно, прищуренными белесыми глазами. Тип этот смотрит на меня, а я вижу Волгу и

---------------------------------------------------- ВАСИЛИЙ ЛИВАНОВ ----------------------------------------------------- 3

 столбы белой воды, встающие впереди парохода. Простил ли я? Может, простил... Но этого я никогда не забуду. Каждый раз, когда я смотрю старые военные хроники, слёзы застилают глаза. Это слёзы ярости, слёзы страдания, слёзы гордости за любимую нашу Родину. Да, это мы, мальчишки той Великой войны, мчимся по заснеженным полям в стреляющих на ходу танках, это мы пикируем на врага вместе с нашими героями-летчиками, это мы, невидимые вам, бежим в яростную атаку вдоль улиц пылающих городов, это мы, такие же бесстрашные морские десантники, прорываемся к родным берегам среди встающих к самому небу водяных столбов вражеских взрывов. Это мы... Это мы... И пусть вы не видите нас, но мы там, где поднимают на куполе берлинского Рейхстага священное знамя Победы! Вы ошибаетесь, если такому не верите. Если бы вы могли заглянуть нам в души, вы бы поняли, что мы чувствуем себя такими же ветеранами Великой Отечественной, как и наши, воевавшие с оружием в руках, старики. Слава им, но и нам - слава! И в этом нет никакого преувеличения. Боже, спаси и сохрани наши детские солдатские души! Многие мальчишки, заметно постарше меня, мечтали сбежать из дома на фронт, воевать с фашистами. И пытались осуществить свою мечту. Их отлавливали по дороге и возвращали домой. Сыновей полка из них не получалось. Но сыновья полков все-таки были. Они, обездоленные, усыновлялись воюющими полками и осуществляли мечты сотен тысяч мальчишек всей нашей страны.

Борис и Василий Ливановы Фото: https://123ru.net/life/19466738/

 ---------------------------------------------------- ВАСИЛИЙ ЛИВАНОВ ----------------------------------------------------- 4

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте