Ученица. Ученик 2.. Ученица.. Ученик 2.. Ученица.. Ученик 2.. Ученица.. Ученик 2.. Ученик 3.. Ученица.. Ученик 3.. Ученица.. Ученик 3.. Ученица.. Ученик 3.. Ученица.. Ученик 1.. Ученик 2.. Ученик 3.. Ученица.. Ученик 3.. Ученица.. Ученик 3.. Ученица.. Уче

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 3Следующая ⇒

Ученица

- Мамочка, - сказала Зоя, - решено, я иду на курсы медсестер.

Ученик 2.

Накануне того дня. Когда Зое надо было идти на курсы, она рано ушла из дому и не возвращалась до позднего вечера. Зоя пришла взволнованная, щеки ее горели, и, глядя в лицо, сказала Любови Тимофеевне, матери:

Ученица.

- Мамочка, это большой секрет: Я ухожу на фронт, В тыл врага. Никому не говори, даже Шуре. Скажешь, что я уехала к дедушке в деревню.

Ученик 2.

Боясь разрыдаться, я молчала. А надо было ответить. Зоя смотрела мне в лицо блестящими, ожидающими глазами.

- А по силам ли тебе это будет? – сказала я наконец, - Ты ведь не мальчик.

Она отошла к этажерке с книгами и оттуда пристально смотрела на меня. Зоя подошла и взяла меня за руки.

Ученица.

- Послушай, мама, я уверена, если бы ты была здорова, ты сделала бы тоже, что и я. Я не могу здесь оставаться. Не могу! Ты сама говорила мне, что в жизни надо быть честной и смелой. Как же мне быть теперь, если враг уже рядом?

Ученик 2.

Я хотела что-то ответить, но она снова заговорила просто и деловито.

Ученица.

- Я еду через два дня. Достань мне, пожалуйста, красноармейскую сумку и мешок, который мы с тобой сшили. Остальное я сама добуду. Да, еже : полотенце, смену белья, мыло, щетку, карандаш и бумагу. Вот и все.

Ученик 2.

Потом она легла. Я осталась у стола, я чувствовала, что все решено. Но как же быть? Ведь она еще девочка. Ах, если бы жив был Анатолий Петрович. И никто – ни я, ни отец, будь он жив, - не удержит Зою.

Ученик 3.

Холодная морозная осень 1941 года. Бои велись уже на подступах к Москве. Смертельная угроза нависла над столицей. Вчерашняя школьница Зоя Космодемьянская вступает в разведывательно- диверсионную группу. Добивается этого настойчиво, ибо с первого захода комиссия ее кандидатуру отклонила – уж больно юна. Командир спрашивает:

- Не боитесь?

Ученица.

-Нет. Не боюсь.

Ученик 3.

- В лесу ночью одной ведь страшно?

Ученица.

- Нет. Ничего.

Ученик 3.

- А если к немцам попадетесь, если пытать будут?

Ученица.

-Выдержу.

Ученик 3.

Ее уверенность подкупила командира, он принял Зою в отряд. Вот они, латы и шлем бойца, которые грезились Зое.

17 ноября она послала матери письмо, в котором писала:

Ученица.

«Дорогая мама! Как ты сейчас живешь, как чувствуешь себя, не больна ли? Мама, если есть возможность, напиши хоть несколько строчек. Вернусь с задания, так приеду погостить домой. Прощай! И помни обо мне. Твоя Зоя.»

Ученик 1.

На другой день с группой комсомольцев-партизан Зоя перешла линию фронта на занятую противником территорию. Две недели они жили в лесах, ночью выполняли свое боевое задание, а днем грелись в лесу у костра, спали, сидя на снегу и прислонившись к стволу сосны. Зоя ни разу не пожаловалась на трудности. Пищи было запасено на 5 дней, ее растянули на 15. Пора было возвращаться, но Зое казалось, что она сделала мало. Она решила остаться и проникнуть в Петрищево. С Зоей пошли еще двое, но так случилось, что вскоре она осталась одна. Это ее не остановило. Одна провела две ночи в лесу, одна пробралась к важному вражескому объекту.

Ученик 2.

Петрищево – подмосковная деревушка, в 1941 году она стала объектом повышенного стратегического внимания. Здесь, в Петрищеве, немцы расположили часть армейской радиоразведки. Эта разведка перехватывала наши переговоры, устраивала эфирные помехи. Вот почему стало необходимо вывести вражескую станцию из строя хотя бы на некоторое время. Для выполнения ответственного задания не одну группу, и все неудачно. Несли потери. И только в одну ночь Зое удалось поджечь три дома и конюшню, а перед этим были перерезаны все провода германского полевого телефона. Ночью партизан был пойман и отведен в избу, где жили офицеры и тут разглядели, что это девушка, юная, высокая, со стриженными волосами. В этот момент часовой подкрался к партизанке, обхватил сзади и поднял тревогу. Вот что вспоминает Прасковья Кулик- хозяйка избы, в которую привели немцы Зою из дома офицеров.

Ученик 3.

Это было 28 ноября 1941 года. Часов в 10 вечера в мою избу привели девушку – босую, без платка, в нижней рубашке. Губы у нее были искусаны в кровь и вздулись, на лбу синяк. Девушку посадили на край скамьи. Фашисты стали пинать ее ногами. Один солдат зажег спичку, чтоб закурить и потушил ее о тело девушки. Это понравилось фашистам и они стали тушить о ее тело папиросы. Она ни стонал, ни крикнула, а попросила пить. Вместо воды один из немцев поднес горящую керосиновую лампу без стекла и обжег ей подбородок. Так продолжалось до тех пор, пока солдатня не улеглась спать. С Зоей остался немец-часовой. На груди у фашиста висел автомат. Он скрутил руки Зои, открыл дверь и показал автоматом на выход. Вывел босую девушку на мороз. Изверг гонял девушку по улицам Петрищева до тех пор, пока сам не замерз. Через 10-15 минут, отогревшись, часовой снова выводил девушку на мороз. Так продолжалось с 10 часов вечера до 3-х часов ночи. Ноги у Зои посинели, распухли. В натопленной избе они отогревались и болели сильнее. Зоя молчала и терла одну ногу о другую. В три часа ночи сменился часовой и разрешил Зое лечь на скамейку. На этой скамье она пролежала до казни. 29 ноября утром я вышла на улицу, немцы сколотили виселицу. Я поняла, что они хотят повесить девушку и решила узнать, где живут ее родители, чтобы после сообщить им о судьбе дочери. Я спросила ее:

- Откуда ты?

- Из Москвы.

- Как тебя зовут?

Она молчала, а потом сказала: «Таня».

В избу вошли офицеры с переводчиком. Мою семью выгнали на улицу.

После допроса мне было разрешено войти в избу. Я увидела, что Зоя сидела на полу, около нее была кровь. Встать она не могла. Фашисты принесли с улицы брюки и куртку, приказали одеваться. Девушка сама не могла одеться, ноги были отморожены. Зою одели и вывели на улицу. Сапог на девушке не было. Ноги ее подкосились и девушка упала. Два солдата подняли ее и вывели на снег, повели к подготовленной заранее виселице. Как только вывели партизанку из избы, ей повесили на шею фанерную табличку «Поджигатель. Партизанка» на русском и немецком языках.

Место казни окружало десять конных с саблями. Местных жителей согнали к месту казни. Под перекладиной с петлей были ящики из-под макарон. Немцы любили фотографировать казни. Комендант сделал знак солдатам, чтобы они подождали фотографа. Татьяна воспользовалась этим и крикнула

Ученица.

- Эй, товарищи! Чего смотрите невесело? Будьте смелее, боритесь, бейте немцев, жгите, травите!

Ученик 3.

Стоявший рядом солдат хотел зажать рот девушке, но она оттолкнула его руку.

Ученица.

-Мне не страшно умирать, товарищи. Это счастье умереть за свой народ.

Ученик 3.

Фотограф не мог навести фотоаппарат и Зоя продолжала.

Ученица.

- Вы меня сейчас повесите, но я не одна, нас двести миллионов, всех не перевешаете. Вам отомстят за меня.

Ученик 3.

Люди плакали, многие отвернулись, чтобы не видеть того, что должно было произойти. Палач потянул веревку, петля стянула горло, Таня руками раздвинула петлю, приподнялась и крикнула:

Ученица.

- Прощайте, товарищи! Боритесь, не бойтесь!

Ученик 3.

Палач выбил сапогом ящик из-под ног Зои. Ящик упал в снег. Толпа отшатнулась.

Ученик 1.

Как морозно! Как светла дорога,

Утренняя, как твоя судьба!

Поскорей бы! Нет, еще немного!

Нет, еще не скоро... От порога…

По тропинке… до того столба…

Надо ведь еще дойти до туда,

Этот длинный путь еще прожить…

Может ведь еще случится чудо.

Где- то я читала… Может быть!

Жить… Потом не жить… Что это значит?

Видеть день… Потом не видеть дня…

Это как? Зачем старуха плачет?

Кто ее обидел? Жаль меня?

Почему ей жаль меня?

Не будет ни земли, ни боли…

Слово «жить» …

Будет свет, и снег, и эти люди

Будет все как есть. Не может быть!

Если мимо виселицы прямо

Все идти к востоку – там Москва.

Если очень громко крикнуть: «Мама!»

Люди смотрят. Есть еще слова…

- Граждане, не стойте, не смотрите!

(Я живая, - голос мой звучит)

Убивайте их, травите, жгите!

Я умру, но правда победит!

Родина! Слова звучат, как будто

Это вовсе не в последний раз.

- Всех не перевешать, много нас!

Миллионы нас… Еще минута-

И удар наотмашь между глаз.

Лучше бы скорей, пускай уж сразу,

Чтобы больше не коснулся враг.

И уже без всякого приказа

Делает она последний шаг.

Смело подымаешься сама ты.

Шаг на ящик, к смерти и вперед.

Вкруг тебя немецкие солдаты,

Русская деревня, твой народ.

Вот оно! Морозно, снежно, мглисто…

Розовые дымы… Блеск дорог…

Родина! Тупой сапог фашиста

Выбивает ящик из-под ног.

Ученик 2.

Она приняла мученическую смерть, ни единым стоном не выдала своих товарищей. Она умерла как героиня, как дочь великого народа.

Таню похоронили без почестей за деревней, под плакучей березой, и вьюга завеяла могильный холмик. Сейчас здесь памятник Зое Космодемьянской.

Ученик 3.

Петрищево

Опять я в Петрищеве.

Снова хожу по развилкам дорог.

Звучало тут Зоино слово,

Остались следы ее ног.

Сквозь окна в тяжелой печали

Ее освещала луна.

И, глядя на снежные дали,

С Отчизной прощалась она.

Поземка мела над полями,

И стужей несло из сеней…

И думала с болью о маме

Она перед казнью своей.

Истерзанной и босою,

Как только рассеялась мгла,

В то утро холодное Зоя

По снегу в бессмертье ушла…

Ведущий.

Указом Президиума Верховного Совета СССР комсомолке-партизанке Зое Космодемьянской посмертно присвоено звание Героя Советского Союза 16 февраля 1942 года.

Ученик 2.

Мы запомним тебя не такой, -

Мы запомним тебя смуглолицей,

Смелой девушкой с сердцем бойца.

Ты недавно была ученицей,

Поджидала подруг у крыльца.

Было лето…

Последний экзамен…

Волновались с подругой вдвоем.

А теперь старики – партизаны

Говорят о геройстве твоем.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?