Кому: cal.thompson04@smu.il.edu

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 18 из 27Следующая ⇒

Кому: cal.thompson04@smu.il.edu

От: grevkeller0143@state.edu

Тема: Сестричество и Братромантичность

Кэлвин,

Кому, по-твоему, я могу РАССКАЗАТЬ о твоей любви к Аарону? Своим сестра из женского общества? Твиттер-Вселенной? В любом случае, я не понимаю, почему парни не желают говорить о своих чувствах друг к другу. Это действительно глупо, если хочешь знать мое мнение. Принятый среди вас шлепок по заднице во время спортивных соревнований вряд ли считается. Подожди. Это правда??? Как бы то ни было, я это не удаляю. Ха-ха. Ты, наверное, даже не увидишь это, потому что готовишься к регби.

Грей.

* * *

Кэл: О, я это видел.

Грей: Ты здесь!!!

Кэл: Грей, сейчас только полдень. Лол. Где же мне еще быть?

Кэл: И к твоему сведению, в регби игроки НЕ шлепают друг друга по заднице. Никогда. Я бы получил в морду, если бы когда-нибудь шлепнул другого мужика по заднице.

Грей: Хочешь проверить эту теорию? Шлепни кого-то по заднице и посмотри, что произойдет...

Кэл: Нет.

Грей: Бу, злюка.

Кэл: Итак. Есть чем заняться завтра вечером?

Грей: Может быть. У меня нет послеобеденных занятий по пятницам, так что мы с девочками могли бы прогуляться.

Кэл: Звучит... ужасно.

Грей: Это потому что ты зануда.

Грей: Кстати, если бы у тебя был напиток на выбор после игры, что бы это было?

Кэл: Эм???.. Да все равно.

Грей: Развлеки меня.

Кэл: Наверное, зеленый чай с лимонадом.

Грей: А, человек-старбакс.

Кэл: Пора отчаливать. Встреча команды через двадцать минут.

Грей: :)

∙ Глава 4 ∙

Кэлвин

Я как раз вытаскиваю изо рта мокрую капу, когда замечаю ее.

Я энергично трясу головой из стороны в сторону, капли пота летят с моих влажных волос. Я бросаю косой взгляд на зрительские трибуны, уверенный, что глаза меня обманывают.

В лучах света, в толпе фанатов СМУ и Нотр-Дама, одетых в голубой и золотой школьные цвета, стоит Грей. Ее длинные светлые волосы развевает ветер, пока она преодолевает одну металлическую трибунную ступеньку за другой по пути вниз к полю для регби.

Я снова трясу головой. Черт возьми. Что она здесь делает? У меня перехватывает дыхание, когда я смотрю в ее сторону — не только потому, что я выдохся после жесткой игры, которую мы только что выиграли. Нет. У меня внезапно захватывает дух из-за прилива адреналина другого рода: Желание. Предвкушение. Нерешительность.

Я стою как вкопанный возле скамейки запасных в окружении товарищей по команде, собирающих свои вещи. Еще одна капля пота скатывается по шее и падает на мою уже мокрую игровую футболку.

— Красотка на трех часах, — оповещает спортивный тренер команды, Пол. — Вау. Она... вау.

— Это не обычная красотка, Пол, — заявляет Мейсон, похлопывая меня по плечу. — Это маньячка, которая преследует нашего Пропа. Держись от нее подальше.

Пол пялится, не отрываясь, на аппетитную фигуру Грейсон.

— С чего бы кто-то захотел держаться подальше от такого?

К счастью для Пола, в его голосе звучит очарование, а не какое-нибудь извращение.
Аарон убирает полотенце и майку в свою спортивную сумку, прежде чем насмешливо подключиться к разговору.

— Твою мать, чувак. Судя по всему, твоя маньячка действительно маньячка! Ты бредил, когда говорил, что она тебя не преследует?

— Вы, серьезно, ребята? — Пол, вооруженный новыми сведениями, наклоняет голову и оценивает Грейсон взглядом. — Она тебя преследует? Да не может быть.

— Не будь мудаком, Мейсон. И перестань, бл*дь, пользоваться этим словом, — рычу я, выталкивая его из личного пространства.

Толпа друзей Грейсон следит за ней, приподнявшись на трибунах, пока она приближается ко мне с яркой белоснежной улыбкой на прекрасном лице.

Низкий свист понимания срывается с губ Пола.

— Черт, Проп, такая девушка запала на тебя? Без обид.

Дерьмо. Бл*дь.

— Она не в твоей лиге, бро, — высказывается Мейсон.

Мне ли не знать.

Она великолепна, а я просто остолоп, и напоминание об этом меня бесит.

— Не могли бы вы все свалить отсюда, — требую я, снова отталкивая Мейсона, и он смеется и машет Грей рукой, прежде чем взвалить сумку с инвентарем на плечо и направиться в сторону крытой университетской спортплощадки.

— Живей, ребята. Давайте дадим Пропу и его девушке немного уе-ди-не-ния.

От интонации его голоса все до одного, включая нашего тренера, начинают ржать.

— Отвалите на хер, вы все, — я усмехаюсь, смущенный и раздраженный одновременно.

Некоторые из ребят жадно пялятся на Грейсон, и это меня тоже бесит.

— Ц-ц-ц. Не самый лучший способ общаться с друзьями, — обращается ко мне Грей.

Я слышу, как кто-то из моей команды смеется в стороне, пока Грей идет по игровому полю в тех самых босоножках на танкетке, которые были на ней в день нашей первой встречи. Темные джинсовые капри плотно облегают ее длинные ноги. И мне кажется, или она смотрит на меня с нескрываемым удовлетворением?

— За весь матч ты не хлопнул никого по заднице, — поддразнивает она. — Это немного разочаровывает. Я думала, что ты врал, когда говорил, что никогда этого не делал.

Ее взгляд находит Мейсона, который еле тащится к зданию, постоянно на нас оглядываясь.

Грейсон внимательна.

— Что он сделал, чтобы разозлить тебя?

Она на расстоянии тридцати футов. Я глотаю жесткий ком в горле.

— Он вел себя как козел.

Пятнадцать.

— Что ж, не обращай на него внимания.

Пять футов.

Она вытягивает руку, предъявляя моему взору большой стакан зеленого чая с лимонадом из «Старбакс».

— Лед растаял, потому что я не смогла отдать тебе его раньше. Прости.
Пластиковый стаканчик запотел от жары. — Я забираю стаканчик, все еще пребывая в прострации, а Грей продолжает. — О, мой бог, Кэл, — вздыхает она, остановившись напротив меня.

Ее руки поднимаются и ложатся на мою твердую грудь так, словно она намеревается пробежаться ими вверх и вниз по груди.

Я задерживаю дыхание, но она позволяет рукам упасть. А потом...

— Ты великолепен! Ты выглядел так невероятно там, Кэл. Клянусь, я не могла оторвать от тебя глаз.

Придвинувшись, она поднимается на цыпочки и оставляет поцелуй на моей мокрой от пота щеке. Как будто не контролирует себя. Я зачарованно наблюдаю, как Грей облизывает губы вместо того, чтобы вытереть с них пот рукой.

— Вау, ты хорошо пахнешь. Как мужчина.

Господи ты боже мой.

— Хм, привет? — выдаю я, изо всех сил борясь с желанием спросить: Какого черта ты здесь делаешь?

— Сюрприз! — Грей хихикает, и эта легкая вспышка веселья окрашивает ее щеки в милый розовый цвет. — Я не могла не прийти. Искушение появиться неожиданно было слишком велико, — она подмигивает и легонько толкает меня в плечо, ее пальцы надавливают на кожу и остаются там слишком долго, чтобы это могло показаться случайностью.

Болтовня продолжается.

— Ну, я в том смысле, я могла не придти — но не хотела.

Внизу, в моих спандексовых трусах я ощущаю предательские подергивания надвигающегося стояка.

Проклятье.

— Грей, э-э...

Я кивком указываю на наших зрителей. Мои товарищи по команде, сбившись в кучу на дальней стороне поля, наблюдают за нами с жадным интересом, да и ее «сестры» на трибунах от них в этом не отстают.

Она оглядывается на них и беззаботно пожимает плечами.

— Мои друзья хотели спуститься сюда, но конечно, я им не разрешила. Инквизиция тебе не грозит, если ты из-за этого переживаешь, — Грей пробегает рукой по своим ярко освещенным волнистым волосам и встряхивает их.

Они падают ей на плечо шелковистым облаком, блестя в свете огней, подобно нимбу. Загипнотизированный, я смотрю вниз, в ее большие смеющиеся карие глаза, затемненные черной подводкой для глаз и покрытые толстым слоем туши для ресниц. Грей одета в простую белую футболку, но она облегает тело, и мои глаза буквально приковывает гладкая бронзовая кожа в глубоком вырезе V-образного воротника.

Ее брови приподнимаются в ожидании. Вот дерьмо. Она хочет, чтобы я что-то сказал.

— Хм-м.

Она опускает руки на свои узкие бедра.

— Ты был более разговорчив, когда приходил ко мне домой. Все хорошо?

— Да, я просто… ты хочешь правду?

— Нет, я хочу, чтобы ты лгал, — Грей с улыбкой закатывает свои блестящие глаза. — Да, конечно, я хочу знать правду.

— Ты меня ошарашила. Одно дело, когда я устраиваю тебе засаду, но совсем другое, когда ты устраиваешь ее мне.

— Ну, если это заставит тебя чувствовать себя хорошо, я надолго не задержусь. Мне надо отправить эту шатающуюся за мной по пятам команду придурков обратно в кампус. Некоторые из них побегут завтра пятикилометровку, и этим некоторым хочется набить себя пастой, — она снова закатывает глаза. — Считают себя профи и хотят подзарядиться углеводами. Кстати, это одна из тех пятикилометровок, где ты надеваешь пышную балетную пачку и бросаешься цветными бомбами, так что... — Опять с поднятой бровью.

Я не выдерживаю.

— Знаю, я офигенно трудный, так что просто скажи это, ладно?

— Ты немножко трудный. — Она скрещивает руки и постукивает ногой. — Но я считаю, что ты очень очаровательный.

— Перестань на меня так смотреть, — бормочу я.

— Как я смотрю на тебя? Я ничего не делаю, — смеется Грейсон. — Я просто стою и разговариваю.

И она снова игриво постукивает по моему трицепсу. Это легчайшее прикосновение вызывает у меня мурашки и чертову эрекцию.

Напряжение в шортах заставляет мои челюсти сжаться, а ноздри — расшириться.

— Прекрати заигрывать.

— Почему?

К черту.

— Потому что у меня встает.

Вместо того чтобы обидеться на непристойный комментарий, Грей медленно опускает взгляд вниз, к моим спандексовым трусам, оглядывая их с живым интересом. Воздух между нами потрескивает и шипит.

— Зануда, — шепчет она, разочарование в ее голосе можно потрогать пальцами.

В этот момент я уверен в одном: эта девушка станет моей смертью. Она задумчиво дергает головой, когда я хмурюсь.

— Ладно, ладно. Я уйду. Передай Мейсону и Аарону «привет» от своей маньячки.

— Ты слышала это?

— Хм, да — они практически орали.

— Прости.

— Разве похоже, что мне не все равно? — она встряхивает волосами и посылает кокетливую улыбку в сторону моих товарищей по команде, даже легонько машет им.

Они как в гипнозе таращатся на красивую девушку, несколько мясистых рук с энтузиазмом машут в ответ.

— Куда уж очевиднее? — Смех Грейсон заполняет ночной воздух. — Они шумят сильнее, чем девчонки из сестричества. Посмотри на них, прикидываются, что заняты делом, вместо того, чтобы идти в здание.

— Они пялятся просто потому, что ты, в общем-то, привлекательная. — В моем голосе звучит недовольство.

— Привлекательная? — Грей снова смеется. Привстав на цыпочки, она прикасается к моей челюсти и проводит пальцем по разбитой губе.

— О-о, видишь? Ты можешь быть милым.

— Да, как скажешь. — Улыбка изгибает мои губы.

— Ладно, хорошо. Я собираюсь уходить, — она легко выдыхает и придвигается ближе.

— Ты не мог бы оказать мне маленькую услугу, раз уж мои друзья наблюдают за нами?

— Смотря какую, — я скрещиваю руки. В одной руке стаканчик из «Старбакс», и я с удовольствием отмечаю, как красиво выпирают бицепсы. — Так что это за услуга?

Грей тоже замечает.

— Слушай, помнишь, я говорила тебе, что никто не знает, что я тебя выдумала? Просто, если я уйду прямо сейчас, это не будет выглядеть естественным. Ну, ты знаешь, без... — она замолкает и пристально смотрит на меня снизу вверх.

Я не понимаю.

— Без чего?

— Без прощального поцелуя, идиот.

Я не сразу понимаю, что Грей говорит серьезно. Она на самом деле хочет, чтобы я поцеловал ее. Эта великолепная, умная, забавная девушка хочет, чтобы я поцеловал ее.

— Ты просишь меня поцеловать тебя. — Это утверждение, а не вопрос. — У меня швы на губе.

— Тебя беспокоят швы? Это не обязательно должно быть по-настоящему — только для видимости. Если, конечно, ты можешь прикоснуться губами к моим губам.

Настала моя очередь закатывать глаза.

— Не драматизируй. Думаю, я справлюсь.

Ее глаза сияют.

— Опусти стаканчик.

Воздух потрескивает вокруг нас как наэлектризованный. Медленно наклонившись, делаю то, что меня попросили, опускаю стаканчик с зеленым чаем на игровое поле.

— Ну? Подойди ближе, ты, бесстыжая девчонка. Если не боишься испачкаться.

— Я не боюсь испачкаться, если ты не боишься.

— Тебе обязательно нести подобную чушь? Господи.

Я хватаю Грей за руку, и притягиваю к своей промокшей футболке, провожу мозолистыми руками по гладкой коже ее рук. Грей вздыхает и наклоняется ко мне, возвращая долг. Кончики ее пальцев начинают с моих запястий, проделывая путь вверх по чувствительной коже к предплечьям. Она раскрывает ладони и обхватывает ими жилистые мускулы моих согнутых бицепсов.

Ее грудь прижимается к моей намокшей от пота груди. Мой член становится тверже, и намерения подарить ей целомудренный прощальный поцелуй улетучиваются, когда гормоны внутри меня вспыхивают лесным пожаром.

Я бережно обхватываю ее шею своими большими ладонями, массирую затылок и придерживаю подбородок Грей, когда она со стоном наклоняет голову вбок.

Мои пальцы зарываются в ее густые шелковистые волосы. Тела требовательно прижимаются друг к другу, наши горячие губы соприкасаются, сначала мягко. Нерешительно. Я колеблюсь несколько секунд, вдыхаю, чтобы обуздать бешеный уровень тестостерона в крови, и начинаю отстраняться.

— Подожди.

Нежные руки Грей мягко скользят вверх по моим бицепсам к плечам, ее указательный палец очерчивает квадратную линию подбородка, потом мочку уха.

— Погоди чуть-чуть. Пожалуйста.

Не раздумывая, я хватаю ее запястье. Поворачиваю голову, поднося ее ладонь к своему рту, и оставляю на ней влажный поцелуй. Целую кончики пальцев и ладонь, пробегаю носом по бархатной коже ее запястья, вдыхаю мускусный запах ее духов. Губы Грей приоткрываются, когда она смотрит на меня, зрачки расширяются.

— Боже, Грей.

Наши лбы соприкасаются. Кончики наших носов следом. Еще пара миллиметров, и наши губы соприкоснутся. Рты соединятся. Языки встретятся.

— Поцелуй меня, Кэл, — умоляюще шепчет Грей мне прямо в губы, ее голос теряется в звуке ветра. — Поцелуй меня.

К черту. Я теряю контроль.

Я обвиваю руками талию Грей и притягиваю ее к себе. Чуть приподнимаю, так, чтобы ее ноги оказались по обе стороны от моих. Я издаю стон. Она тоже стонет, ее руки спускаются вниз по моей твердой заднице и сжимают ягодицы через тонкую ткань шорт.

Черт возьми, да.

В этот момент я лишаюсь половины своих извилин — а затем другой — когда она засасывает мой язык глубже в свой рот, как будто она и в самом деле наслаждается. Ее язычок выскакивает наружу, облизывая глубокую рану на моей губе.

Я целую ее еще несколько раз, прежде чем прижать к себе и с сожалением отстраниться.

— Дерьмо, Грей, мы должны прекратить. — Мое дыхание затруднено, но и ее тоже. — Иисус. Это безумие.

— Я не хочу, — она надувает губы, не отстраняясь.

— Я тоже не хочу, но у меня охрененный стояк, и я ношу гребаный спандекс. Люди смотрят.

Как по команде, мои товарищи начинают насвистывать из крытого спортивного манежа. Придурки.

Она фыркает; это мило.

— Ладно, хорошо. Но только потому, что я не хочу заслужить еще одно пошлое прозвище за то, что не могу держать руки при себе.

— Поверь мне, это не трудно, — пытаюсь я пошутить, но голос прерывается, когда Грей скользит ладонями вверх по джерси, проводя пальцами по принту с названием команды. Я просовываю руку между нашими телами, поправляя свои причиндалы, а потом хватаю ее руки, чтобы удержать их на месте.

— Я всю неделю буду ходить скрючившись.

Грей делает шаг назад, позволяя мне оглядеть себя и задерживая взгляд на выпуклости в моих шортах, прежде чем отвести глаза и взглянуть на трибуны. Руки ее падают вдоль тела.

Она сглатывает и прокашливается.

— Ты здорово играл сегодня, Кэл. Я горжусь тобой.

— Грей, почему...

— Да?

— ... ты здесь?

Мы смотрим друг на друга, и я понимаю по выражению ее лица, что она делает то же, что и я: запоминает каждую черту лица, каждый изгиб тела. На всякий случай, если мы... на всякий случай, если это последний раз.

И снова этот треск и шипение.

Грей сокращает разрыв между нами. Медленно, ее мягкие губы прижимаются к моему рту, нежно замирают.

— Ты знаешь, почему я здесь, Кэл Томпсон.

Грей неохотно разворачивается и уходит, оглянувшись, по крайней мере, шесть раз за то время, пока я наблюдаю за ней.

Не знаю, как долго я там стоял.

* * *

Кэл: Мне жаль, что я грубо обращался с тобой сегодня.

Грей: Если не ошибаюсь, это я прямым текстом СКАЗАЛА тебе меня поцеловать, так что это я грубо с тобой обращалась. Ради своих друзей, конечно. И своего фарса.

Кэл: Конечно.

Грей: Ради науки?

Кэл: Это звучит еще менее правдоподобно.

Грей: Хорошо, не верь мне.

Кэл: Хорошо, не буду.

* * *

@Grey_VKeller Tweeted: @tightheadthompson ты сексуальное сексуальное животное.

* * *

Кэл: Я знаю, что это НЕ ты твитнула сейчас эту хрень.

Грей: Снова дразнили твои друзья? Ладно тебе, все не так плохо.

Кэл: Это все просто шутка для тебя? Проделки женского сестричества?

Грей: ЧТО шутка???

Кэл: Сексуальное сексуальное животное? Серьезно, ЧТО ЗА ХРЕНЬ, ГРЕЙСОН?

Грей: ПОЧЕМУ ТЫ ТАК РАЗОЗЛИЛСЯ?! УСПОКОЙСЯ

Кэл: Не смей больше писать такую хрень. Бл*дь, ты как будто…

Грей: Бл*дь, я как будто ЧТО

Кэл: Забудь об этом. Просто больше не говори такой херни.

Грей: Я НЕ забуду. В чем, блин, твоя проблема?

Грей: И кстати, ты вспыльчивый козел, Я ЭТО ИМЕЛА В ВИДУ.

Кэл: О.

Грей: О?

Грей: Ау? Ты тут?

Грей: Кэл?

Грей: Ну, ладно.

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры