Риски инвестиций. Иллюзии риска. Не все познается в сравнении

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 4

Риски инвестиций

Порой человек, сделавший безнадежное вложение денежных средств, не принесшее ему никакой прибыли, рассуждает так: „Я не могу бросить это дело, иначе я потеряю все то, что я уже вложил“. Разумеется, он прав, но из его рассуждений никак не следует, что необходимо продолжать вкладывать деньги в это проект. Все вложенные средства уже потеряны. И если нет никакой надежды на будущий успех последующих вложений, тот факт, что уже потрачена значительная сумма, должен привести человека к выводу о том, что благоразумнее будет ретироваться и оставить этот проект в прошлом. Продолжать вкладывать деньги в безнадежный проект – значит, действовать нерационально. Такое поведение служит трогательной попыткой оттянуть момент столкновения человека с годами собственных ошибочных расчетов. Нелогичность позволяет сохранить «имидж» и выглядеть умным в глазах других людей в ситуации, когда на самом деле человек ведет себя как идиот.

Иллюзии риска

Первостепенное влияние на восприятие и дальнейшее поведение может иметь определенный формат представления риска. Например, деятельность, увеличивающая годовой шанс смерти от 1 на 10000 до 1,3 на 10000, вероятно, казалась бы намного более рискованной, если бы была описана как дающая 30%-ное увеличение риска смертности.

Согласно современно научной „теории перспективы“ (prospect theory), исходы (результаты событий), которые лишь просто возможны, недооцениваются в сравнении с исходами, которые имеют место наверняка (с вероятностью в 100%). Как результат, любые защитные действия, которые уменьшают вероятность вреда, скажем с 0,01 до нуля, будут оценены значительно выше, чем действия, уменьшающие вероятность с 0,02 до 0,01. Ученые отмечают, что умственной репрезентацией защитных действий (или мысленным представлением о риске) можно легко манипулировать с целью изменения кажущейся уверенности. Например, страховой полис, который охватывает пожары, но не наводнения, можно было бы представить либо как полную защиту от специфического риска пожаров, либо как сокращение в переделах общей вероятности потери собственности. Теория перспективы предсказывает, что полис будет казаться более привлекательным с точки зрения первой перспективы (названной „псевдоуверенностью“), по которой он предлагает безусловную защиту от пожара.

Американские психологи провели эксперимент в контексте одного конкретного вида защиты – вакцинации. Респондентам предлагалось две формы, в которых описывались необходимость вакцинации и ее результаты. Форма № 1 (вероятностная защита) описывала болезнь, которая, как ожидалось, охватит 20% населения, и в ней спрашивалось, желают ли люди добровольно привиться вакциной, которая защищает половину из привившихся. Согласно Форме № 2 (псевдоуверенность), существовало две взаимоисключающих и равновероятных разновидности болезни, каждая из которых, вероятно, охватит 10% населения, а вакцинация даст полную защиту от одной разновидности болезни и никакой защиты от другой. Участники исследования были набраны по объявлению в студенческой газете Университета штата Орегон. Половина из них получила Форму № 1, другая – Форму № 2. После прочтения описания они оценивали вероятность того, что они пройдут вакцинацию в такой ситуации, используя шкалу, ранжированную от 1 («почти наверняка не буду прививаться») до 7 («почти наверняка буду прививаться»). Хотя обе формы показывали, что вакцинация уменьшала общий риск человека с 20% до 10%, психологи ожидали, что она покажется более привлекательной тем, кто получит Форму № 2, чем тем, кто получит Форму № 1. И результаты подтвердили это предсказание: 57% тех, кто получил Форму № 2, показали, что они пройдут вакцинации, в сравнении с 40% тех, кто получил Форму № 1.

Эффект псевдоуверенности придает первостепенное значение контрасту между сокращением и ликвидацией риска. Более того, манипуляции уверенностью, по-видимому, используются страховыми компаниями и различными специалистами по оценке рисков при разработке и описании разнообразных форм защиты (например, медицинское лечение, страхование, деятельность по защите от наводнений и землетрясений).

Один из наиболее распространенных эффектов предвзятой оценки фактов является тенденции привязки суждений к изначально представленным фактам (цифрам, оценкам). Так, в одном эксперименте первой группе испытуемых сообщили, что 50 тысяч людей ежегодно погибают в автомобильных авариях, а второй группе – что одна тысяча ежегодных смертей происходит от удара током. Хотя оба сообщения были точны, разница в оценках риска смерти по разным причинам в двух группах отличались в некоторых случаях в 5 раз. В другом эксперименте испытуемые оценивали риск смерти от гриппа. Одна группа дала среднюю оценку 393 смерти на 100 тысяч случаев заболеваний гриппом. А второй группе сообщили, что 80 миллионов людей в год подхватывают грипп. В этой группе смертность от гриппа оценили в среднем равной 6 на 100 тысяч случаев заболеваний, что приблизительно в 65 раз меньше результата в первой группе.

Кроме того, были выявлено еще очень много особенностей восприятия и оценки людьми рисков. Люди оценивают опасность совершенно иначе, когда они рассматривают ее в парах (например, муж и жена), чем когда судят о ней по отдельности. Решение о покупке страхового полиса часто отменяется, когда проблема выглядит как выбор между участием в рискованном предприятии, сулящем в будущем большую сумму денег, или потерей меньшей суммы денег, но уже сегодня. Подобные опции риска, описанные в терминах спасенных жизней, могут быть оценены совершенно иначе, будучи структурированными в терминах потерянных жизней. То есть очень важны и значимы эффекты формата подачи данных и контекста, в котором эти данные преподносятся. Такие незначительные различия в представлении риска имеют сильно психологическое влияние на то, как возможный риск воспринимается, и это наводит на мысль, что люди, ответственные за информационные программы и данные, имеют вполне реальные возможности манипулирования восприятием. Более того, поскольку эти эффекты не являются широко известными, люди неумышленно могут манипулировать своим собственным восприятием посредством спонтанных необдуманных решений о том, как организовать свою жизнь.

Один из наиболее распространенных подходов к углублению понимания людьми степени рисков состоит в представлении количественных оценок для различных видов риска. Этот подход предполагает, что информация, полученная при рассмотрении подобных данных, будет весьма полезна для процесса принятия верного решения, как в масштабе личности, так и общества. Так, бытует мнение, что нам следует постараться измерить все наши виды риска количественно, и тогда мы сможем сравнить эти виды риска и решить, какие из них принять, а какие отвергнуть. Лорд Ротшильд утверждал, что нет смысла впадать в панику относительно рисков жизни до тех пор, пока вы не сравните те риски, которые вас беспокоят, с теми, которые не беспокоят, но возможно должны беспокоить. Умно, но что мы на деле будем иметь, изучая подобного рода информацию.

Обычно, подобные рассуждения сопровождаются детально разработанными таблицами и даже «каталогами рисков», в которых представлены различные индексы смерти или нетрудоспособности, для широкого спектра жизненных рисков. Например, были подобраны сравнительные данные по риску, которому человек подвергается в течение 1 часа, показывающие, что 1 час езды на мотоцикле так же рискован, как и 1 час пребывания в 75-летнем возрасте. Или, например, была разработана таблица деятельностей (например, полет на одну тысячу миль на реактивном самолете, 3 часа в угольной шахте), каждая из которых рассматривалась как увеличивающая годовой шанс смерти человека на 1 из миллиона. Составитель этой таблицы заявил, что «эти сравнения помогают мне оценить риски, и мне представляется, что они также могут помочь в этом и другим. Но важнейшее использование этих сравнений должно помогать нам принимать решения, как нации, чтоб улучшить наше здоровье и уменьшить норму несчастным случаев». Подобным образом другие исследователи проранжировали многие виды рисков в терминах того, как они сокращают продолжительность жизни, на основании предположения, что «при некотором приближении, порядок рисков (в этой таблице) должен быть порядком социальных приоритетов».

Все эти составители сравнительных данных по степеням риска не учитывали того факта, что сравнение рисков не есть процедура принятия решений. Оно не требует выведения особых заключений, скажем, по контрасту между риском езды на мотоцикле и риском престарелого возраста. Более того, даже в качестве помощи интуиции, сравнение рисков имеет ряд присущих ограничений. Например, хотя некоторые люди чувствуют себя информированными, зная, что один взлет и приземление самолета сокращает продолжительность жизни в среднем на 15 минут, другие оказываются совершенно озадачены такой информацией. Ведь при приземлении самолет ты либо преждевременно умрешь (почти наверняка, больше чем на 15 минут), либо не умрешь. Для многих людей средние значения не охватывают адекватно сущность подобных рисков. В самом деле, было обнаружено, что пациенты, сталкивающиеся с перспективой операции рака легких, так же интересовались возможной угрозой смерти во время операции, как и ее положительным результатом, способствующим увеличению продолжительности жизни. И это было вполне разумно, что возможно бывает вызвано способностью человека в стрессовых ситуациях оценивать риски более адекватно, чем рассуждая о них абстрактно.

Следующий недостаток сравнительного анализа статистических данных о степенях рисков состоит в том, что краткие суммарные статистические данные могут маскировать важные и определяющие характеристики риска. Там, где есть неуверенность или несогласие с фактами, представление точечных (единичных) оценок может внушать чрезмерную уверенность. Поскольку люди особенно интересуются потенциалом катастрофических несчастных случаев, необходимо учитывать при этом также вероятности и величины других возможных потерь. Например, на отношение людей к риску оказывает влияние пренебрежение в статистических изложениях информацией о непосредственных последствиях возможных негативных событий, об угрозе будущим поколениям, о легкости сокращения риска и многое другое.

РИСК- это опасность возникновения непредвиденных потерь ожидаемой прибыли, дохода или имущества, денежных средств, других ресурсов в связи со случайным изменением условий экономической деятельности, неблагоприятными обстоятельствами. Риск измеряется вероятностью возникновения того или иного уровня потерь. Наиболее опасны риски с осязаемой вероятностью уровня потерь, превосходящих величину ожидаемой прибыли. Принято выделять следующие виды риска: банковский — риск, которому подвергаются коммерческие банки; валютный — риск, связанный с непредвиденным изменением курса иностранных валют; кредитный — риск, связанный с опасностью невозврата, неполного возврата или несвоевременного возврата кредитов; политический — риск, обусловленный влиянием политических перемен и военных конфликтов на экономические процессы; процентный — риск, связанный с непредвиденным изменением процентных ставок.

Журнал „Наука и техника“, №12, 2008

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте