Ромео и джульетта на полустанке

Попова Полина

Действующие лица:

Юлия Ивановна, бабушка

Роман Петрович, дедушка

Алина, внучка, 23 года

Действие происходит в маленьком доме на полустанке. Маленькое одноэтажное строение стоит недалеко от железнодорожной станции. Мимо дома периодически проезжают электрички. В нем всего одна маленькая комната, но убрана она аккуратно. Вместо кровати – раскладной диван, на котором спит большой черный кот Граф. В углу письменный стол, на котором навалена куча бумаг. Вдоль стен – стеллажи с книгами. Недалеко от дивана стоит тумбочка, на ней – старенький телевизор, показывающий только 2 канала. На стенах висят ковры. По убранству видно, что живущие здесь – аккуратные, интеллигентные люди.  

Действие первое

Роман Петрович сидит на диване, смотрит телевизор. Иногда цокает, хватается за голову, что-то бурчит себе под нос. Юлия Ивановна хлопочет на кухне.

Роман Петрович: Черт, Юля, ну ты глянь. Глянь, что творится. Совсем не понимаю, что в этой чертовой стране происходит? Новости – одна страшнее другой. Подростки, мать их, беснуются. На работу бы их всех устроить, на ра-бо-ту. Ходят на свои митинги, с полицией дерутся. И правильно, что их в тюрьму садят за это, правильно!

Юлия Ивановна: (входит в комнату, вытирая о фартук испачканные в муке руки) Ну что ты, Ромочка, ругаешься снова? Выключи ты этот телевизор, пойдем чаю попьем. Я там пирожки приготовила…

Роман Петрович: Вечно ты со своим чаем! О чем-то кроме еды с тобой вообще можно поговорить, порассуждать? Совсем уже на своих пирогах помешалась. Вот, Юля, глянь, че делается. Страну хотят развалить! А ведь им лет по 20 где-то. И такое будущее мы заслужили…?

Юлия Ивановна: Ах, поговорить со мной не о чем? У меня, в отличие от некоторых, образование высшее есть, старый ты пень. Я, между прочим, еще и магистратуру закончила.

Роман Петрович: (тихо) А в этой дыре мы все равно вместе торчим.

Юлия Ивановна: И если ты забыл, то напоминаю, что у тебя внучке недавно 23 года исполнилось. Алиночка с минуты на минуту приехать должна. У девочки радость – она вуз закончила, а ты сидишь тут и энергетику портишь своими ворчаниями! Хоть одно плохое слово при ней скажешь – ей богу, убью!

Роман Петрович: Да помню я, помню. Налетела, гарпия, тоже мне, заступница. Да я бы им всем…

У Юлии Ивановны звонит мобильный телефон

Юлия Ивановна: (Роману Петровичу) А ну тихо! (в телефон) Да, Алиночка, здравствуй, моя хорошая! Что? Плохо слышно! (дует в трубку) Ало? Ты уже приехала? Все, бегу-бегу!

Убирает телефон в карман. Грозит мужу кулаком и убегает встречать внучку. Роман Петрович встает, смотрится в зеркало. Одергивает одежду, поправляет прическу. Оглядывает комнатушку. Поправляет скатерть на столе. Начинает нервно ходить из угла в угол. Открывается дверь. В дом входит Юлия Ивановна и Алина. Ее внешний вид резко контрастирует с комнатой – на ней кожаная куртка, широкие штаны, в руках небольшая сумка с вещами.

Юлия Ивановна: (радостно, возбужденно) Ты голодная, наверно? Кушать будешь? Да будешь, конечно. Я тут пирожков тебе напекла. Как доехала? Как мама с папой?

Роман Петрович: Да погоди ты, Юля, со своими расспросами! Алинка!

Алина: (обнамая дедушку) Деду-у-ля!

Юлия Ивановна: Пойду чайник поставлю.

Роман Петрович: (выпуская внучку из объятий) Ну привет, привет, Алиночка! Как ты, солнце?

В комнату возвращается Юлия Ивановна

Алина: Да нормально. Дорога до вас, конечно, - приключение. То в электричке алкаши подерутся, то у женщины кошка сбежит, то безбилетника всем вагоном выгоняют. Ляпота!

Юлия Ивановна: Алин, ты про институт, институт-то расскажи!

Алина: Да что тут особо рассказывать… Ну, закончила. Вот перед вами дипломированный журналист, что бы это ни значило! Говорят, высшее образование, высшее образование… Ну, получила я его, а дальше-то что? На работу по специальности не берут, а на той, куда берут, платят гроши. Могу теперь только на словах дипломом своим козырять: вот, смотрите, он у меня есть.

Юлия Ивановна и Роман Петрович переглядываются.

Юлия Ивановна: Это ты, Алиша, зря. Высшее образование тебе в жизни поможет, и на работу хорошую могут взять, да и вообще… Вот в нашей юности далеко-о не все могли его получить – только самые умные и пробивные. А какие перспективы..!

Роман Петрович: (Алине, тихо) То-то она со мной тут и торчит.

Алина: (смеется)

Юлия Ивановна: Ладно, братцы мои, пойдемте чай пить.

Действие второе

На кухне. Роман Петрович и Алина сидят за столом, в то врем как Юлия Ивановна суетится вокруг них. Раскладывает по тарелкам пирожки, наливает чай, постоянно открывает шкафчики в поисках чего-то. Роман Петрович с Алиной о чем-то тихо переговариваются.

Алина: Бабуль, да присядь ты уже.

Юлия Ивановна: Сейчас, моя хорошая, найду только варенье.

Роман Петрович: Да сядь ты уже, егоза!
Алина: Ба, правда, присядь. Отдохни уже.

Юлия Ивановна садится на качающуюся табуретку.

Алина: Бабуль, дедуль, а я вот у вас не спрашивала никогда – как вы познакомились?

Юлия Ивановна: Ну-у-у ты спроси-ила! Так давно это было, целую жизнь назад!

Роман Петрович: Ну, мать, расскажешь историю любви? (Алине) Я ну оч-чень плохой рассказчик.

Юлия Ивановна: (смеется) А чего бы и не рассказать? Было это лет, кажись, 55 назад. Я была девочка молодая, твоего возраста примерно. Жила тогда еще в городе, с родителями. Училась в институте на филологическом факультете, учительницей хотела стать. Такая девочка – отличница, одна из немногих одноклассниц в вуз-то поступила, во как! Косу до пояса носила, мальчишки штабелями падали!

Роман Петрович: Какие еще мальчишки это?

Юлия Ивановна: Ром, ну ей-Богу, не сбивай меня, а то забуду, и все – баста.

Роман Петрович: Ишь ты, командирша! (Подмигивает Алине) Моя!

Юлия Ивановна: Так вот. Назначили нам, значит, практику на последнем курсе. Учительницей поработать. Литературу или русский малышам преподавать. Девчонки-однокурсницы все кто в свою школу, кто какую подался, а я вот выделиться решила. В деревню поехала глухую. Мне преподавательница сказала, что у нее родители в такой живут деревушке маленькой, и школа там всего одна. Я как этих ребятишек бедных представила! Без образования, без литературы! Ну, собрала, значит, вещи, и поехала. Так я тут и оказалась. Первое время совсем не знала, как этих малышей-то собирать. У них тут расписания стабильного не было, учителей не было, за дисциплиной никто не следил. Пришлось все в свои руки брать. Сначала притирались, подход друг к другу с детками искали. Я им про Пушкина, а они и слушать не хотят, им только дай побегать. И кнутом, и пряником пробовала воспитывать. Ну, сработались в итоге…

Алина: А деда-то когда в твоей истории появится?

Юлия Ивановна: Так вот слушай. Каждую субботу в клубе местном дискотеки устраивали. Девки вырядятся, накрасятся, и идут перед парнями местными красоваться. А я что, дурочка какая? Сидела себе дома, книжки читала. Однажды только так тоскливо стало, грустно… Кроме малышей и книжек два месяца целых не видела ничего. И, знаешь, Алин, прям потянуло куда-то, так потанцевать захотелось!

Роман Петрович: Это ее ко мне тогда тянуло-то!

Юлия Ивановна: (смеется) К тебе, к тебе. Решила сходить, потанцевать. Оделась я, значит, волосы уложила, каблучки надела и пошла. Подхожу к клубу этому местному, вижу – компания из мущщин. И красивый самый, как меня увидел, так глаз больше не сводил. Позвал меня на танец медленный, до дома потом вызвался проводить. Признался, что в окошко подглядывал, как я уроки веду, а подойти все стеснялся.

Алина: Деда, это ты что ли?

Роман Петрович: Я, а кто ж еще. Я как Юлю увидел, так сразу всей шпане местной сказал – моя. Тронете – убью.

Алина: Да ты романтик!

Юлия Ивановна: Да, романтик, романтик. Развлечений в селе нашем особо не было, так что мы с Ромой ходили смотреть, как поезда проезжают, как люди после долгой разлуки встречаются, обнимаются, целуются. Я ему, бывало, голову на плечо положу, и до вечера так просидим. Или книжечку какую с собой захвачу, сижу, читаю ему Пастернака, Мандельштама, Пушкина, в конце концов. Возьмем еще с собой винца, бывало, сырку, и сидим. И целый мир мне тогда был не нужен. Прикипела я в итоге всей душой и к школе своей, ребятишек жалко было оставлять. Да и с дедушкой твоим вроде что-то стало начинаться. Любовь, да…

Алина: А дальше, дальше-то что?

Роман Петрович: А что дальше? Не вернулась твоя бабушка обратно в город. Осталась тут, со мной в болоте. Говорил я ей – уезжай, Юля, ученым станешь, куда тебе тут податься, где развернуться? А она – ни в какую. Останусь – и точка.

Юлия Ивановна: А потом такие страсти закипели – жуть! Мама моя, когда узнала, что я деревенского парнишку полюбила, а не богатого и перспективного… Как это у вас говорится? Плейбоя, да. Дак вот, как узнала, что я в глуши жить останусь, так такой скандал устроила, ух! Руки на себя грозилась наложить. Они сюда с твоим прадедушкой приехали, с родителями Ромы познакомились, так еще больше против нашей любви стали. Тут такие междоусобицы начались, похлеще, чем в «Ромео и Джульетте»!

Алина: И как же все решилось?

Роман Петрович: У-у-у (потирает руки) Мы с твоей бабушкой все очень здорово обставили. Посадили перед собой родителей наших, и говорим: «Будете нам мешать – мы пойдем и утопимся!». Они нам сначала не поверили, конечно. А Юлька возьми, белое платье с фатой и надень. А я костюм свой парадный. Взялись за ручки и пошли медленно-медленно прям в речку, во как.

Алина: Ну дела!

Юлия Ивановна: Да, вот как, Алинка, люди раньше ради любви поступали. Наши родители на нас посмотрели-посмотрели, да и махнули рукой. Женитесь, говорят, коль так приспичило. Ромео с Джульеттой тут и рядом не стояли.

Алина: А что же вы тут остались, не переехали никуда? Тут же глушь, да и ночами страшно, наверное.

Роман Петрович: Да привыкли как-то, оселись. Нам нравилось вечерами сидеть и провожать взглядом уходящие поезда, что людей тут немного нравилось, не мешает никто, не в свои дела нос не сует никто.

Роман Петрович с Юлией Ивановной нежно переглядываются.

Юлия Ивановна: Дед твой на станцию работать устроился, я так в школе и осталась работать, а сейчас глядишь – и уже жизнь прошла…

Алина зевает, прикрывая рот рукой и потягивается.

Юлия Ивановна: Ой, сладкий, заболтались мы тут совсем с тобой, ты же с дороги только, устала поди!

Алина: Да ничего, ничего, бабуль, посидим еще.

Роман Петрович: Нет, Алинка, успеем еще наговориться. Иди умывайся и спать ложись, бабушка тебе постелила там, на диванчике.

Алина: Ну хорошо, хорошо. Уболтали. (еще раз протяжно зевает)

Алина встает, берет свою сумку и уходит с ней в маленькую ванную комнату. Роман Петрович с Юлией Ивановной какое-то время сидят, не двигаясь, и смотрят друг на друга. Вдруг Юлия Ивановна подскакивает, будто очнувшись ото сна, начинает убирать со стола грязную посуду. Относит ее в кухню, возвращается за новой партией. Когда с грязными тарелками покончено, она принимается вытирать со стола, а потом уходит на кухню. Пока она намыливает грязные кружки, к ней сзади подходит Роман Петрович.

Роман Петрович: Юль, ну что ты со своими тарелками. Ну, посмотри на меня, Юль.

Юлия Ивановна выключает воду, поворачивается.

Юлия Ивановна: Ну что такое, Ром?

Роман Петрович: Давно я что-то тебе не говорил, какая ты у меня красивая.

Юлия Ивановна: (смеется) Да, уж лет 20 где-то!

Роман Петрович: Да, красивая, красивая!

Роман Петрович убирает с лица Юлии Ивановны выбившуюся прядь.

Роман Петрович: А хорошую ведь мы с тобой жизнь прожили, Юля. Насыщенную. Все у нас было – и любовь, и ругались по чем свет стоит. И романтика была, все было.

Юлия Ивановна: Да что ж на тебя нашло-то, Ромочка?

Роман Петрович: Да вспомнил, как мы с тобой друг друга встретили. Вспомнил, как я к школе той бегал чтобы тебя увидеть, как поцеловал тебя первый раз. Под гул поездов, помнишь?

Юлия Ивановна: Помню, Рома, помню…

Роман Петрович и Юлия Ивановна минуту молчат и улыбаются, вспоминая прошлое.

Роман Петрович: А пойдем на поезда смотреть, а, Юль? Как в молодости прям. Возьмем винца у Катьки в магазине, сырку какого-нибудь? Пойдем, а, Юль?

Конец

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Организация работы процедурного кабинета

Области применения синхронных машин

Оптимизация по Винеру и Калману