Цель героя, его роль в развитии действия

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 6Следующая ⇒

10. Что с самого начала было целью путешествия
персонажей Д. Дефо и Жюля Верна?

11. Когда и при каких обстоятельствах герои "Робинзона
Крузо" и "Таинственного острова" перестают считать
остров временным прибежищем (пока не пре­
доставляется возможность вернуться в цивили­зованный мир)? Обратите внимание на эпизоды, в которых герои ожидают появления какого-нибудь корабля, готовят сигналы, строят корабль (или лодку) и готовятся к морскому путешествию.

12. Как получается, что герои обоих романов начинают
заниматься ремеслами, сельским хозяйством, строительством жилья и т.д.? Сравните описание труда
Робинзона Крузо и героев Жюля Верна: укажите
сходства и различия.

13. Какие главные цели ставят себе герои этих двух
романов во время жизни на острове?

14. Как меняется отношение к острову у героев романов
"Робинзон Крузо" и "Таинственный остров"?

15. Что и как изменяется в результате деятельности героев в них самих и в окружающем их мире? Почему в
обоих романах придается большое значение отсчету
времени? (Вспомните, как ведут отсчет времени Робинзон Крузо, инженер Сайрес Смит, капитан Немо.)

16. Почему герои Д. Дефо и Жюля Верна навсегда утрачивают освоенные ими острова? Сравните, как
происходят и чем заканчиваются вымышленные
приключения на необитаемом острове и реальные
"робинзонады".

НЕОБИТАЕМЫЙ ОСТРОВ В РАЗНЫХ ВАРИАНТАХ "ГЕОГРАФИЧЕСКОГО" РОМАНА ПРИКЛЮЧЕНИЙ

17. Сравните значение острова как места действия в
романах "Робинзон Крузо" и "Таинственный остров",
с одной стороны, и в произведениях о "затерянном" мире ("Земля Санникова" и т.п.) — с другой.

18. Сравните место действия в романах Д. Дефо и Жюля
Верна с местом действия романов о поисках клада
или пропавшего человека.

19. Сравните начальный этап развития сюжета в трех
разновидностях "географического" романа приклю-чений. В чем сходство и различие?

20. Сравните эпизоды преодоления барьера, отделяю­щего "затерянный" мир от остального мира, и аналогичные эпизоды романов Д. Дефо и Жюля Верна
(прибытие на остров, уход с острова). Постарайтесь
выявить сходства и различия.

21. Сравните, какие силы создают препятствия или, напротив, благоприятствуют освоению "чужой" страны
в романах Д. Дефо и Жюля Верна, с одной стороны,
и в произведениях о "затерянном" мире — с другой.

22. Сравните, какое значение имеет война с врагами
(эпизоды сражений) в романах о строительстве дома
в "чужой" стране и в романах о "затерянном" мире
или о поисках клада.

23. Сравните итоги путешествия в трех разновидностях
"географического" романа приключений.

ЕВРОПЕЙЦЫ И ТУЗЕМЦЫ

В ЭКЗОТИЧЕСКОЙ СТРАНЕ

("КОЛОНИАЛЬНЫЙ" РОМАН)

Вопросы и задания, которые вы найдете здесь, ориен­тированы на романы Ф.Купера "Последний из моги­кан", Т. Майн Рида "Оцеола" и Г. Эмара "Твердая рука". Но для сравнения могут быть привлечены и другие произведения этих авторов, а также некоторых неназ­ванных, например романы К.Мая "Виннету — вождь апачей" или "Черный мустанг".

Согласитесь, что сходство всех этих произведений сразу бросается в глаза. Оно гораздо очевиднее, чем принадлежность их к "географическому" роману приключений. В чем же особенности, которые одинаково свойственны всем упомянутым выше произведениям?

Прежде всего отметим, что во всех этих произведениях есть общие черты художественного пространства. Действие происходит в экзотической стране, природа и население которой еще сохраняются в том виде, в каком они существовали многие века до прихода европейцев. Как правило, это различные области или страны Нового Света. В то же время приход европейцев означает неизбежный в будущем конец прежней сво­бодной жизни туземных племен. Эти племена все еще сохраняют почти первобытный общественный уклад и глубоко сроднились с окружающей их природой — девственными лесами, горами, озерами и прериями.

Ни в одном из упомянутых романов не показана первая встреча европейцев с туземцами. Изображаемые взаимоотношения этих двух сторон всегда имеют длительную предысторию. Их характер вполне определился. Для одних персонажей идет колонизация огромных пространств, населенных небольшим количеством "дикарей", приобщение новых земель к европейской цивилизации. Другие защищают свои права на земли предков, собственные обычаи и традиции от чужеземцев, готовых согнать их с земли и уничтожить ради наживы их культуру.

Отсюда ясно, почему мы называем этот тип романа
"колониальным" и почему во всех произведениях,
которые к нему относятся, изображается состояние вой­ны. В разных случаях в центре внимания оказываются
либо перемирие и эпизоды его нарушения, либо такие
конфликты (набеги), которые слишком случайны и
незначительны, чтобы считать их войной в буквальном
смысле, либо, наконец, действия регулярной армии
против больших племен или племенных союзов. Но все
это — разнообразные проявления и формы состояния
войны.

Ясно и то, почему в этих же произведениях постоян­но присутствует история семьи (как европейской, так и туземной). Эта история, как: правило, включает в себя события, связанные с необходимостью сохранения семейных традиций или с неизбежностью их нарушения.

Итак, ход главных сюжетных событий направлен на сравнение разных культур: нравов и привычек, бытовых укладов, нравственных убеждений, понятий о долге, чести, доблести и т. п. Различные для двух сторон сис­темы ценностей проявляются и сравниваются друг с другом либо по отношению к природе, либо через поведение человека в условиях войны и мира.

Отсюда важнейшие мотивы "колониального" романа:

·  состояние войны и ее перипетии связаны с мо­тивами осады (форта, города), поединка (дуэли), договора
и его нарушения, разведки, выслеживания, плена и побега;

·  столкновение разных норм и ценностей выража­ется в мотивах верности и предательства, обмана и
разоблачения, суда и казни;

·  поскольку у каждой из сторон свое прошлое, во
всех рассматриваемых произведениях есть мотивы
"тайны семьи": происхождение отдельных персонажей,
родственные отношения между ними, тайна семейного
богатства (наследства).

Все перечисленные мотивы в каждом из произ­ведений связаны друг с другом и с главными мотивами войны, истории семьи, испытания человека в аван­тюрных событиях. Они и составляют своеобразие "колониального" романа.

Но наряду с этим в нем есть и такие черты, которые сближают этот тип романа с уже известными вам образцами "географического" романа приключений. Большое место занимают в нем разнообразные описа­ния: местности или страны в целом, поселков, жилищ, их внутреннего устройства и убранства, костюмов. Все это создает перед читателем картину "экзотического", т. е. географически чуждого и странного, причудливого мира.

Что касается "своего" (с точки зрения европейца) Лира, то, конечно, фоном для изображения Нового Света всегда служили представления героев и читателя о жизни в Европе. Некоторые островки "европейского" уклада жизни есть, как вы, наверное, заметили, и внутри "колониального" романа.

Подводя итоги, можно сказать, что в художественном пространстве "колониального" романа переплетаются признаки и географических, и исторических различий между двумя мирами: европейской цивилизацией и экзотическим миром Нового Света. С этой точки зрения "колониальный" роман оказывается жанром пере­ходным между "географическим" романом приклю­чений и романом авантюрно-историческим.

При работе над вопросами и заданиями ваша задача будет состоять в сопоставлении сюжета, художест­венного пространства, мотивов, функций персонажей в разных образцах "колониального" романа.

ПРОСТРАНСТВО (СТРАНА), БЫТ И НРАВЫ

1. Найдите в прочитанном романе историю одного или
нескольких путешествий разных персонажей. Сравните эти истории друг с другом.

Обратите внимание на начальные и конечные пункты путешествия. Попробуйте объяснить, почему эти пункты — обычно форт или город (варианты — родовой замок, имение), а путь персонажей пролегает через неосвоенные местности (прерии, леса, пустыни, горы).

2. Найдите в романе такие места, где противопо-ставляются освоенные и неосвоенные части страны. С какой целью автор сопровождает эти описания
историческими справками?

3. Найдите в романе описания поселка, деревни или
лагеря туземцев (аборигенов), ранчо, города или
форта европейцев. Сравните такие описания в разных
произведениях.

4. Сравните описания внешности, одежды и вооружения европейца и туземца.

Сравните описания внешности, одежды и поведения женщин — европеянок и аборигенок. Нарисуйте портреты европейцев и туземцев.

5. Сравните описания образа жизни и важнейших правил поведения европейцев и туземцев.

ПРОТИВОСТОЯНИЕ СТОРОН

И ФУНКЦИИ ПЕРСОНАЖЕЙ

6. Найдите в прочитанном вами романе эпизоды, которые связаны с войной (осада крепости, взятие в
плен, похищение, разведка и т. д.).

7. Попробуйте определить, какие события, поступки
персонажей, государственные законы или прави­тельственные указы становятся причинами или
поводами для начала военных действий.
Сопоставляя указанные в романе причины и поводы
начала военных действий, попытайтесь ответить на
вопрос, считает ли автор войну европейцев и ту­
земцев необходимостью или он полагает, что кровопролития можно было бы избежать.

8. Действия каких персонажей в ситуации войны
обусловлены чувством долга по отношению к своему
государству, своему народу, своей семье?

9. Выделите из всех событий такие, которые имеют характер поединка, и определите, какие герои принимают в них участие. По каким правилам происходит поединок в каждом конкретном случае? Почему поединок часто сочетается с судом, ему пред­шествует или им заканчивается?

10. Какие из персонажей в условиях войны действуют из эгоистических побуждений: корысти, ненависти, мести, зависти? Какие поступки рассмотренных вами действующих лиц автор считает преступлением, злодейством, для совершения которых война создает подходящие условия?

11. Найдите в романе указания на кодексы, правила по­
ведения, своды законов, которыми руководствуется
каждая из противостоящих групп персонажей. Какие
персонажи, участвуя в военных действиях, совершают
поступки, исходя из личных благородных чувств, и в
связи с этим иногда нарушают свои формальные
обязанности?

12. Связано ли изображение войны в прочитанном вами
романе с делением художественного пространства
на "свой" и "чужой" миры?

В cлучае положительного ответа объясните, для каких персонажей и какая часть изображенного мира яв­ляется "своей", а какая "чужой".

13. Что, по вашему мнению, образует границу между "своим" и "чужим" мирами? В каких эпизодах и как эта граница преодолевается, в каком направлении (из "своего" мира в "чужой" или наоборот)?

14. Как состояние войны меняет отношение персонажей к границе двух миров? Для кого из них переход границы в условиях военных действий становится более сложной задачей, а для кого — наоборот?

15. Найдите в романе эпизоды, в которых изображены
дом, семья, семейные отношения.

Сравните, как изображаются семейный уклад и семейные отношения европейцев и туземцев. В каких случаях автор больше подчеркивает сходство между сторонами, а в каких — различие: в изображении войны или в изображении мирной домашней жизни? Имеются в виду человеческие отношения и чувства, связывающие детей и родителей, супругов, братьев и сестер и т. д., а не изображение домашней утвари и семейных обычаев.

16. Есть ли в прочитанном вами романе упоминание или
изображение любви и брака между европейцами и
туземцами (учтите не только состоявшиеся браки, но
и возможные)? Как относятся к подобным бракам или
к намерению их заключить различные персонажи
романа (с обеих сторон) и автор? Сравните с этой
точки зрения разные произведения (Т. Майн Рида,
Ф. Купера, Г. Эмара). Как вы думаете, почему смешанный брак — характерный мотив для всех произведений об аборигенах и европейцах?

17. Найдите в прочитанных вами произведениях персонажей, у которых нет постоянного дома, семьи и
которые не связаны обязательствами участия в войне
на той или другой стороне.

Приглядевшись к этой группе персонажей вни­мательно, вы увидите, что она неоднородна. Сюда относятся как те люди, про которых говорят, что они не от мира сего, так и те, которые прекрасно ориентируются в жизни и помогают другим, зачастую выступая в роли проводников и спасателей, но при этом всегда оставаясь самостоятельными и сво­бодными.

18. Назовите, какие из персонажей прочитанного вами романа относятся к первому типу, а какие — ко ''второму. Какую роль каждый из этих персонажей выполняет в
сюжете романа? Сравните эти роли друг с другом.
Как относятся к "человеку не от мира сего" или к
"опытному проводнику" туземцы и европейцы?

19. Сравните с этой точки зрения результаты наблюдений
над текстами "колониальных" романов разных
авторов. Чем объяснить тот факт, что фигуры и того
и другого типа появляются везде?

ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ СОБЫТИЙ

И СМЫСЛ ИСТОРИИ

20. Выделите ряд событий (поступков), благодаря кото­рым становится возможным все дальнейшее, т. е.
определите, что дает толчок действию, или (как еще
выражаются) представляет собой "завязку".

Какой поступок персонажа в начале истории приводит к опасным для него и его близких последствиям? Благодаря чему или кому удается избежать опас­ности?

Попытайтесь объяснить, почему автор прочитанного вами романа воспользовался именно тем вариантом начала, который мы находим в тексте.

21. Назовите события, в которых главный герой (герои)
наиболее близок (близки) к смерти.

В каких условиях (в какой обстановке) происходят события, от какого персонажа исходит главная опасность?

22. Какое место в прочитанном вами "колониальном"
романе занимают описания природы?

Какие из описаний природы, на ваш взгляд, служат для ознакомления читателя с флорой и фауной изображенной страны?

Какие из описаний природы непосредственно свя­заны с действием, поясняют ход и характер событий (события не могли бы произойти в другом месте, при других условиях)?

23. В какой момент рассказанной истории раскрывается
тайна рода, семьи? К чему это приводит?

24. "Колониальный" роман изображает столкновение
между людьми, которые принадлежат к нациям и
странам, находящимся на различном уровне исторического развития.

Определите и объясните отношение автора к каждой из враждующих сторон. Какую из следующих версий вы считаете более правильной и почему: а) автор полностью сочувствует одной из них, оправ­дывая все ее действия; б) автор видит за каждой стороной не только из­вестную правоту, но и определенные, исторически обусловленные недостатки?

Какие пути и способы разрешения главных конфлик­тов показаны в романе?

"КОЛОНИАЛЬНЫЙ" РОМАН И ДРУГИЕ РАЗНОВИДНОСТИ "ГЕОГРАФИЧЕСКОГО" РОМАНА ПРИКЛЮЧЕНИЙ

25. Придумайте (сочините) начало романа о приклю­чениях пришельцев-европейцев в чужой стране,
используя один из следующих мотивов: похищение
(взятие в плен) одного из членов семьи, непра­вильный выбор дороги, покушение на жизнь человека,
принадлежащего к одной из противостоящих сторон.

26. Придумайте решающий (центральный или близкий к финалу, "развязке") эпизод "колониального" романа, используя некоторые из следующих мотивов: герои находятся в пещере (гроте), когда враги их ищут;
гибель грозит героям у озера или болота, их зарывают
в землю или привязывают к дереву, истязают или
собираются подвергнуть пыткам; главный враг (злодей) при этом выступает в чужом обличье (носит
маску) или, наоборот, герой, которому мы сочувствуем, использует маску для спасения себя и других.

27. Вспомните похожие эпизоды (с такими же мотивами)
из прочитанных вами романов путешествий и
приключений. Почему истории героя во всех случаях
не обходятся без подобных эпизодов?

28. Придумайте эпизод или несколько эпизодов, связанных с разрешением конфликта сочиняемого вами
"колониального" романа. Без каких событий невозможен переход от сочиненной вами "завязки" к глав­ному (центральному) событию, а от него — к финалу? Придумайте и опишите их.

29. Теперь у вас получился цельный сюжет "колониаль­ного" романа. Сопоставьте три его основных звена с
соответствующими элементами сюжетов трех других
разновидностей "географического" романа приклю­чений:

а) Что служит поводом (стимулом) для развития
событий? Персонажи какого типа необходимы для
"завязки"?

б) Как изображена граница между "своим" и "чужим"
мирами, как она преодолевается? С персонажами
какого типа связан переход через такую границу?

в) Какие общие черты (признаки) имеют места, где
совершаются главные события?

г) Попытайтесь выявить общие черты финалов. Дейст­вия каких персонажей обычно необходимы для развязки?

30.Найдите в периодических изданиях тексты повестей, романов или комиксов с приключенческими сюжетами "географического" типа.

Попробуйте определить, к каким разновидностями
"географических" приключенческих произведений они
относятся.

ГЛАВА 2

“Географические” сюжеты

как литературная игра

Вы убедились в том, что в каждой из четырех разно­видностей "географического" романа из одного произ­ведения в другое переходят образы пространства, сюжет­ные ситуации, типы персонажей. Например, для рома­нов о "затерянном" мире характерен мотив встречи с архаическим животным или с дикарем (человеком, незнакомым с цивилизованным миром), для второй раз­новидности — мотив тайны места, где находится клад или пропавший человек. Своеобразие третьего типа тесно связано с мотивом необитаемого острова — места, где происходят все важнейшие события. Наконец, в четвертом типе характерный мотив — суд над героем, попавшим в плен или оказавшимся в тюрьме. Есть и такие повторяющиеся (стереотипные) образы и мотивы, которые присутствуют одновременно в не­скольких или даже во всех разновидностях этого жанры.

Общим для первого и второго типа романов оказался образ "затерянного" мира. Соседство клада (сокровищ) с могилой или кладбищем вы встречали в романах и второго, и четвертого типов.

Всем разновидностям этого жанра присущи под­робные описания экзотических растений и животных, а также обобщенные описания-характеристики экзо­тических местностей или даже стран в целом. Кроме того, вы, наверное, обратили внимание на присутствие — в тех или иных видах и формах — во всех типах "географического" романа мотива войны. Герои участ­вуют в битвах архаических племен (первый и второй типы), отражают нашествия дикарей или сражаются с пиратами (второй и третий типы) и, наконец, оказы­ваются вовлеченными в столкновения между евро­пейцами и туземцами (четвертый тип).

Вы, вероятно, уже догадались, что в этой главе речь пойдет о стереотипах и шаблонах, которые присущи "авантюрно-географическому" роману любого типа. Это и подразумевает первая часть названия главы: "геогра­фические" сюжеты. А что же будут означать слова "литературная игра"?

С игровыми литературными произведениями вы, разумеется, сталкивались, а с некоторыми из них знако­мы хорошо. Это, например, сказка о путешествии — "Алиса в Стране чудес" Л. Кэрролла. Если говорить о путешествии не сказочном, то вы наверняка прекрасно знаете "Приключения капитана Врунгеля". И в том и в другом случае нельзя принимать всерьез изображаемые события, и во многом это предопределено самим тоном повествования — шутливым или ироническим. К этому игровому варианту детской литературы путешествий принадлежат также менее популярные, но очень талант­ливые книги В. Аксенова "Мой дедушка — памятник" и "Сундучок, в котором что-то стучит".

Теперь можно сказать, что под "литературной игрой" мы имеем в виду игровое отношение автора не только к своим героям и к читателю, но и к чужому литера­турному материалу. В некоторых произведениях обыгры­ваются в юмористических или сатирических целях всем известные, расхожие и приевшиеся литературные штам­пы того или иного жанра. Такого рода игру принято называть пародией (это слово имеет и другие значения, которые в данном случае оставляем в сто­роне).

Признаки пародии на различные литературные жан­ры есть и в "Алисе", и в "Капитане Врунгеле". В этой главе нас будут интересовать произведения, в которых пародируются наиболее популярные образы и мотивы "географического" романа приключений.

Знакомство с ними позволит вам взглянуть на уже хорошо изученный жанр с новой точки зрения, увидеть не только его достоинства, но и недостатки.

В первом параграфе вам предстоит работа с текстом рассказа Г. Уэллса. Задача лишь отчасти состоит в том, чтобы выявить в этом произведении отклики на стерео­типы "географического" жанра. Другая сторона — объяснить такую полемическую, пародийную реакцию: в том ли дело, что писатель хотел оттенить ориги­нальность своего подхода к популярной теме, хотел ли он просто быть веселым и занимательным или у него были плюс ко всему этому еще и какие-нибудь серьез­ные цели?

Конечно, для ответа на подобные вопросы нужно внимательное и вдумчивое изучение текста. И поскольку текст рассказа "Остров Эпиорнис" обладает высокими художественными достоинствами, мы помещаем его в учебнике целиком, сопроводив системой вопросов и заданий.

Что касается второго параграфа этой главы, который мы назвали "Охотники за развлечениями", то он содержит лишь вопросы и задания к главам романа Л. Буссенара "Приключения в стране львов". Этот роман к художественной классике не принадлежит, и найти в нем решение каких-либо серьезных авторских задач вряд ли возможно. Зато с точки зрения литера­турной игры с шаблонами авантюрно-географического романа он, как мы думаем, представляет большой интерес. В этом случае ваша задача сводится к уста­новлению "объектов" пародии.

В итоге, полностью овладев "конструкцией" изучае­мого вами жанра, вы сможете поставить перед собой творческие задачи. Вашей самостоятельной, авторской сочинительской работе посвящены задания третьего параграфа главы, который называется "Экскурсия в мир приключений".

ОБЫКНОВЕННЫЙ ОСТРОВ

Герберт Уэллс

ОСТРОВ ЭПИОРНИС

Человек со шрамом на лице перегнулся через стол и посмотрел на мой сверток.

— Орхидеи? — спросил он.

— Да, пустяки, несколько штук, — ответил я.

— Киприпедии?

— Главным образом.

— Что-нибудь новое? Нет? Я так и думал. Я бывал
на этих островах лет двадцать пять — двадцать семь
тому назад. Если вы ухитрились отыскать там что-нибудь
новое, — значит, уж совсем новинка. Я ведь оставил
после себя немного.

— Я не коллекционер.

— Я был молод тогда, — продолжал он. — Боже, как я носился по свету! — Он испытующе посмотрел на меня. — Два года я прожил в Восточной Индии и семь лет в Бразилии. А затем отправился на Мадагаскар.

— Мне известны имена некоторых исследователей,
— заметил я, предвкушая "охотничий рассказ". — Для
кого вы собирали?

— Для Даусона. Интересно знать, вам не приходилось
слышать фамилию Бутчер?

— Бутчер... Бутчер? – Фамилия смутно маячила у
меня в памяти. И вдруг я вспомнил: "Дело Бутчера
против Даусона". — Ну как же! — воскликнул я. — Так
вы тот самый человек, который старался отсудить у них
жалованье за четыре года и был выброшен на необитаемый остров?..

— Ваш покорный слуга, — промолвил, кланяясь,
человек со шрамом. — Забавный был случай, не правда
ли? Это именно я копил маленький капиталец там, на
острове, — это получалось как-то само собой, — а они
даже не могли уволить меня. Мысль об этом очень
забавляла меня, когда я там жил. Я высчитывал свое
состояние — огромное состояние, — расписывая кра­сивые узоры по этому чертову острову.

—  Постойте, как это произошло? — спросил я. — Я
что-то не очень помню...

—  Ну!.. Вы слышали об эпиорнисе?

—  Конечно... Эндрюс с месяц тому назад, как раз
перед моим отъездом, рассказывал мне о новой породе.
Они раскопали берцовую кость длиной около ярда. Ну и чудовище!

—  Еще бы! — воскликнул человек со шрамом. —
Она и была чудовищем. Синдбадова птица Рох — пустяк
перед ней. Но когда же они нашли эти кости?

—  Года три-четыре тому назад, как будто в девяносто первом. А что?

— Как что? Да ведь это я нашел их лет двадцать
назад. И если бы Даусон не валял дурака с этим жалованьем, мы бы уж наделали шуму! Я-то не виноват, что эту проклятую посудину унесло течением. — Он помолчал. — Думаю, это то самое место. Вроде болота, миль девяносто к северу от Антананариво. Вы, может, слышали о нем? Туда надо плыть на лодках вдоль побережья. Вспоминаете?

— Нет, не помню. Впрочем, Эндрюс, кажется, что-то говорил насчет болота.

— Должно быть, оно и есть. На восточном побережье. Там вода такая, что в ней ничего не портится. Она пахнет креозотом. Мне так и вспомнился Тринидад. А им удалось раздобыть еще яиц? Те, что я нашел, достигали полутора футов. Там кругом сплошное болото, понимаете, и к тому месту не проберешься. А вода почти всюду соленая. Дда... И досталось же мне там! Я нашел эти штуки случайно. Мы отправились за яйцами, я и
два туземца, на одном из их допотопных челнов, и тогда же нашли кости. У нас была палатка и провизия — дня на четыре, вот мы и расположились на твердом местечке. Как сейчас слышу этот странный смолистый запах. Чуд­ная работа! Идешь шаг за шагом, прощупывая болотную слякоть железным прутом. Обычно яйцо разбивается
вдребезги.

Интересно знать, сколько времени прошло с тех пор, как жили эти эпиорнисы. Миссионеры говорят, что туземцы рассказывают легенды о тех временах, но я сам ничего такого не слышал. Одно несомненно, яйца, которые мы нашли, были такие свежие, как будто их только что снесли. Свеженькие! Перенося их в лодку, один из моих негров уронил яйцо на камень, и оно разбилось. И задал же я трепку этому негодяю! Но яйцо было свежее, как будто и в самом деле только что снесенное, а ведь мамаша сдохла этак лет четыреста назад. Этого парня, видите ли, укусила сколопендра! Однако я не о том... Нам пришлось копаться в грязи целый день, но мы вытащили яйца в целости, вымазались в премерзкой черной пакости, и, конечно, я злился. Насколько мне известно, это были единст­венные яйца, которые удалось извлечь без единой тре­щинки. Впоследствии я отправился посмотреть на такие же в Лондонском зоологическом музее. Там они все потрескались, слиплись, как мозаика, и кусочков не хватало. Мои были великолепны, и я собрался раз­звонить о них по всему свету, когда вернусь. Конечно, я рассердился на этого идиота, — ведь три часа работы пропало из-за какой-то сколопендры! Ему здорово влетело от меня.

Человек со шрамом вытащил глиняную трубку. Я протянул ему мой кисет. Он машинально набил трубку.

— А как с остальными? Вы доставили их домой? Я не помню...

— Вот тут-то и начинается самое интересное. У меня оставалось еще три. Три вполне свежих яйца. Ну-с, мы положили их в лодку, и я отправился в палатку сварить кофе, а моих язычников оставил на берегу; один из них возился со своей раной, а другой помогал ему. Я никак не думал, что эти пройдохи воспользуются положением, в какое я попал, и затеют со мной ссору. Но, вероятно, яд сколопендры и пинок, которым я наградил его, обозлили одного из них, он вообще был презлющий, — а другого он уговорил.

Помню, я сидел, курил и кипятил воду на спиртовке, которую я всегда беру в такие экспедиции. А заодно любовался закатом на болоте. Оно было все полосатое, какое-то черное и красное, как кровь, просто картина! А вдали этакие горы — туманные, серые, и над ними небо, как огненная печь. А в пятидесяти ярдах за моей спиной эти проклятые язычники, несмотря на окружаю­щую тишину и покой, готовились удрать и бросить меня одного, с трехдневным запасом провизии, палаткой и одним-единственным маленьким бочонком воды. Я услышал какой-то вопль позади себя, смотрю — а они уже плывут в челноке (это была не настоящая лодка) в ярдах двадцати от берега. В одну секунду я понял, что случилось. Мое ружье осталось в палатке, и вдобавок не было пуль, а только дробь. Они знали это. Но в кармане у меня был маленький револьвер, я выхватил его и побежал к берегу.

— Назад! — заорал я, размахивая револьвером.

Они что-то залопотали, и тот негодяй, что разбил яйцо, стал издеваться надо мной. Я прицелился в другого — того, что не был укушен и греб, но промахнулся. Они захохотали. Однако я еще не сдавался. Понимая, что нельзя терять голову, я снова прицелился. И тут негр подскочил. Теперь он уже не смеялся. В третий раз я угодил ему в голову, и он полетел через борт вместе с веслом. Удачный выстрел для такого револьвера. Прицел — этак ярдов на пятьдесят. Негр тотчас пошел ко дну. Не знаю, застрелил ли я его или только оглушил, и он захлебнулся. Я принялся кричать другому, чтобы он вернулся, но он скорчился на дне лодки и не отвечал. Тогда я выпустил в него все пули, но ни одна его даже не задела...

Признаюсь, я чувствовал себя круглым идиотом. Я остался один на этом гнусном черном берегу, позади тянулось плоское болото, впереди плоское море, похолодевшее после заката, а дьявольский челнок уходил все дальше в море. Сказать правду, в ту минуту я проклинал на чем свет стоит и Даусона, и Джемраха, и музеи, и все прочее. Я орал негру, чтобы он вернулся, и наконец стал неистово вопить.

Оставалось одно — поплыть за ним, рискуя встре­титься с акулами. Я открыл нож, взял его в зубы, сбросил одежду и вошел в воду. Но едва я очутился на воде, как тотчас потерял челнок из виду, хотя, как мне казалось, я плыл ему наперерез. Я надеялся, что человек в лодке слишком ослабел и ему не до руля, а лодка сама по себе не изменит направления. И вдруг она снова показалась на горизонте, где-то на юго-западе. Последние отблески заката погасли, и подкрадывался ночной мрак... В синеве проступили звезды. Я плыл, как чемпион на состязании, хотя руки и ноги у меня ныли от усталости.

И все-таки, когда уже померкли звезды, я подплыл к нему. В темноте вода стала светиться — вы знаете, фосфоресценция. Минутами у меня кружилась голова. Мне уже трудно было отличать звезды от этих искр, и я не соображал, плыву ли я вниз ногами или головой. Челнок был черен, как смертный грех, а рябь под его носом сверкала, как жидкое пламя. Конечно, я боялся лезть в лодку и хотел выяснить, что предпримет негр. Но он лежал, свернувшись в клубок, на носу, а вся корма была над водой.

Течение медленно кружило челнок, ну совсем как в вальсе. Я схватился за корму и дернул ее, полагая, что человек очнется. Затем перелез через борт, держа нож в руке, готовый к нападению. Но негр не шевелился. Тогда я уселся на корме и поплыл по спокойному, сияющему морю под небом, усыпанным звездами, ожи­дая, что будет дальше.

Спустя некоторое время я окликнул его по имени, но он не отозвался. Я слишком ослабел и не рисковал подползти к нему. Так мы и сидели. Кажется, я раза два-три задремал. Только на рассвете я увидел, что он мертв, как бревно, весь изогнулся и посинел. Три яйца и драгоценные кости лежали в середине челнока, а бочка с водой, кофе и сухари, завернутые в капштатскую газету "Аргус", — у его ног, жестянка с метиловым спиртом стояла перед ним. Весла не было, и, кроме спиртовки, нечем было его заменить, поэтому я и решил плыть по воле волн до тех пор, пока меня не подберут. Я произвел следствие, вынес приговор неведомой змее, скорпиону или сколопендре и выбросил труп за борт.

Затем я выпил воды, поел сухарей и стал смотреть, что делается вокруг. Вероятно, когда человек лежит на дне лодки, ему видно не особенно много. Во всяком случае, Мадагаскар совсем исчез из глаз, и вообще не было ни намека на землю! Я видел какой-то парус, наверное, это была шхуна, проплывшая на юго-запад, но ее корпус так и не показался над горизонтом. Вскоре солнце поднялось высоко и начало меня палить. Господи боже! У меня мозг чуть не расплавился от жары. Я попытался окунуть голову в море, затем взгляд мой упал на "Аргус", я улегся на дно челнока и закрылся газетным листком. Замечательная вещь эти газеты! Правду сказать, я ни одной из них не дочитал до конца, но какие возможности таятся в них, когда человек остается один вот так, как я тогда! Кажется, я перечел этот пожелтевший номер "Аргуса" раз двадцать. Смола на стенках челнока воняла и вздувалась крупными пузырями.

— Меня носило по морю десять дней, — продолжал человек со шрамом. — Шутка сказать, а? Дни тянулись однообразно. Я приподнимался только утром и вечером, чтобы посмотреть кругом, — ведь жара была дьяволь­ская!..

Первые три дня я еще видел парусники, но ни один из них не обратил на меня внимания. На шестую ночь одно судно прошло не более чем в полумиле от меня, — при полном освещении и с открытыми иллю­минаторами оно казалось большим светляком. На па­дубе играла музыка. Я вскочил на ноги, я звал, я кричал. На второй день я наколол яйцо эпиорниса, отковырял по кусочкам скорлупу с одного конца и по­пробовал. И представьте себе мою радость, — оно оказалось вполне съедобным. Небольшой привкус, пожалуй неплохой, вроде как у утиного яйца. С одной стороны желтка виднелось пятно — около шести дюймов в диаметре, с кровяными прожилками и белой меточкой в виде завитка, которая мне показалась подозрительной, но в то время я не понял, что это значит, и не склонен был размышлять об этом. Вместе с сухарями и порцией воды этого яйца мне хватило на три дня. Кроме того, я жевал еще кофейные зерна, это здорово подбадривает. Второе яйцо я разбил на восьмой день и испугался.

Человек со шрамом помолчал.

— Да, — продолжал он, — оно было с зародышем. Вы не верите, конечно. Я и сам не поверил, хоть и видел своими глазами. Яйцо пролежало в холодном черном болоте лет триста. Но ни малейшего сомнения: там был этот самый — как его — эмбрион с большой головой и изогнутой спинкой, и сердце билось у него под шейкой, а желток сморщился, и пленки обвола­кивали изнутри все скорлупу. Оказывается, я высиживал в маленькой лодке посреди Индийского океана яйца самой крупной из ископаемых птиц. Эх, если б только знал об этом старик Даусон! Это стоило четырехлетнего жалованья! Как вы думаете?

И все-таки мне пришлось есть эту чертовщину, кусок за куском, пока не показался остров, некоторые куски были просто отвратительны. Третье яйцо я не трогал. Я посмотрел его на свет, но скорлупа была слишком толстая, и трудно было разобрать, что в нем творится. Мне казалось, что я слышу, как там бьется пульс, но может быть, это шумело у меня в ушах, как бывает, когда приложишь к уху морскую раковину.

Наконец показался коралловый остров. Показался внезапно, как будто вырос из моря на фоне восходящего солнца, совсем близко. Меня несло прямо к нему, но когда до берега оставалось не более полумили, течение круто повернуло, и, чтобы достичь цели, мне пришлось изо всех сил грести руками и осколками от скорлупы эпиорниса. И все-таки я добрался. Это был самый обыкновенный атолл, около четырех миль в окружности, с кучкой деревьев, родником и лагуной, где водилась пропасть летучих рыб. Я вынес яйцо на берег и положил его в безопасное место, за линией прилива, на с<

⇐ Предыдущая123456Следующая ⇒

Поделиться:

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности