Ночь на 5 сентября 2005 года

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 25 из 34Следующая ⇒

Темень хоть глаз выколи. Запах гари, разложения, дерьма – обычный запах беды. Скачущий свет фонарей, красные и зеленые точки лазерных прицелов на двери. Привычная тяжесть автомата в руке…

– Вспышка, и заходим. Все вооруженные люди являются противниками. Огонь без команды.

– Так точно!

Где это? Тегеран? Бейрут? Варшава? Белфаст?

Короткая перегруппировка – кто-то толкает меня в плечо, и я занимаю место сразу за группой вскрытия двери. Они сами внутрь не пойдут – внутрь пойдем мы.

Оглушительный грохот «Сайгака» – на том месте, где только что был замок, в двери появляется рваная, ломаная дыра.

– Бойся!

Ослепительный, проникающий даже сквозь веки свет, громовой удар «Зари».

– Пошел!

Кто это кричит? Я?

Господи – это же Бейрут! Аль-Рашидин, 19! Квартира, которую я знаю, как свои пять пальцев!

Дым, пыль, отброшенный в сторону журнальный столик. Господи, да какого хрена мы сюда вломились!

– Ни с места! Вакиф ална батуха! [214]

Лучи фонаря высвечивают Люнетту, она в одной ночнушке, с бессильно опущенных рук на пол капает тяжелая, черная кровь. Какой-то уродливый, непонятный пояс на ее талии – пояс шахида!

– Не двигайтесь! Все будет нормально!

Я знаю, что это значит. Улучить момент и выстрелить в голову, чтобы не дать нажать на кнопку. Что это все означает?! Как она тут оказалась, ее не должно здесь быть!!!

– Не двигайтесь!

– Не стрелять! – каркаю я пересохшим горлом. – Не стрелять!

Люнетта смотрит на нас как зомби, совершенно без выражения.

– Люнетта! Это я! Дай мне свои руки! Дай их мне! Зачем ты это сделала?!

Она протягивает свои руки, в безжалостном свете фонарей я вижу глубокие, черные раны на запястьях. Просто невероятно, как она еще стоит на ногах.

– Люнетта! Это я, Александр! Все будет хорошо, слышишь! Дай мне свои руки!

Губы едва шевелятся – но я складываю слова, угадываемые по движению губ. Не будет…

Бросок вперед – и я прижимаю Люнетту к стене, не давая ей ничего сделать. Краем глаза вижу тень в самом конце длинного коридора – и я кажется, знаю, кто это. Разум отказывается поверить в увиденное.

– Стреляйте!

Вспышка!  

В следующий момент я понял, что сижу на кровати и что-то кричу, кричу что-то страшное на арабском. Сердце, наверное, под двести ударов в минуту, адреналин бьет просто фонтаном…

А это еще что…

В палатке – какой-то туман, белесый, мутный, хорошо видимый даже в темноте. От этого тумана хочется спать…

Туман??!

Поднялся – с трудом, ноги как деревянные, кружится голова. Пошел к выходу, на выходе наткнулся на кого-то – запнулся и упал. Поднялся с трудом – я уже понимал, что происходит что-то неладное и туман этот убивает нас.

Нет часовых. Не сработает система оповещения. Мы беззащитны – перед ползущим из джунглей туманом.

С трудом сохраняя равновесие, наклонился, поднял пулемет, которым был вооружен часовой у нашей палатки – «М60Е4». Перекинул ремень через плечо – и открыл огонь по деревьям, по джунглям, обступавшим нас.

– Подъем! Подъем, мать вашу! Тревога!

Пулемет выхаркнул последнюю пулю и замолк, я бросил его, пошел обратно в палатку. Там у нас лежали индивидуальные дыхательные комплекты – на случай чрезвычайной ситуации – если не поможет кислород, то я знаю, что поможет…

Адреналин! У нас есть и адреналин, он есть в любой аптечке! Адреналин может заставить биться сердце, даже если оно пробито пулей!

Господи, адреналин, где он…

Когда реанимировал уже третьего – в палатку кто-то сунулся. Я повернулся, хватанул висящий на боку пистолет, включил подствольный фонарь – Ругид. Лицо какое-то красное, нездоровое.

– Свои, свои!

Я опустил пистолет.

– Не спится?

– Точно. Что в вашей палатке?

– Плохо… А вы?

– Сердечное принимаю…

Понятно…

Откачать не удалось семерых. Пятерых наших и двоих североамериканцев. Вот так вот, не в бою потерять семь человек – от этого хотелось выть.

Схема реанимации простая – кислородная маска и укол адреналина. Если успеешь. Действие почти мгновенное… к концу спасательной операции первые спасенные уже помогали реанимировать остальных. Работали в кислородном оборудовании, чтобы снова не надышаться…

Подали сигнал срочной эвакуации. Здесь больше нельзя было находиться…

Уже под утро, когда над Амазонией вставало солнце и все вокруг как бы посерело перед рассветом, я решил сделать обход периметра. Перезарядил тот самый пулемет, пошел к деревьям. Было такое ощущение, что за нами постоянно кто-то смотрит, хотелось как тогда – дать длинную, злую очередь по деревьям. Деревьям, у которых есть глаза…

Вот тогда-то я его и нашел. Сначала показалось – обезьяна, убитая обезьяна. Потом дошло – как убитая обезьяна может быть одетой?

Это был индеец, но индеец племени, которое не было описано в справочнике, я это знаю, потому что читал справочник по дельте Амазонки. Поражал его рост… сантиметров семьдесят, не более. И тем не менее – это был человек, с двумя руками, с двумя ногами, с головой, такой же человек, как и мы. Пуля ударила его в грудь и пробила насквозь – поэтому-то он не смог убежать и остался здесь. Но самое главное – на нем была одежда. Причем одежда, какой не было ни у одного индейского племени Амазонии – куртка с короткими рукавами и штаны. И материал, из которого все это было сшито, очень сильно походил на материал, из которого шьют армейскую форму.

Безумие какое-то…

Подцепив убитого мною индейца за куртку, я потащил его ближе к палаткам. Не оборачиваясь и держа джунгли под прицелом пулемета. Чувствовал – нельзя оборачиваться…

Примерно через полчаса прибыл эвакуационный вертолет…

Пытаться вытащить обломки мы не стали. Слишком велик риск.

7

Картинки из прошлого

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров