Ломоносов: миф о призвании культуры

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 3

«Ломоносов как ученый и культурный деятель был такой

разнодисциплинарной фигурой, что с точки зрения ни одной отдельно

взятой науки размах его просто не виден. Мы думаем, в какой сфере

деятельности он сделал самое значительное, – но думать так

неправильно. Значение Ломоносова не в том, чтó он сделал в той или

иной сфере знания и культуры, а в том, что он пробудил и

сформировал эти сферы знания для России. Хотя уже в XIX в. ученые

следовали в оценке Ломоносова за А.С. Пушкиным, который назвал

Ломоносова «первым нашим университетом» [Пушкин, 1937, с. 249]

(см. особенно: [Пыпин, 1895а]; [Пыпин, 1895б]), мысль эта еще не

стала фактом общественного сознания. И поэтому сейчас самое время

напомнить о том, что именно в лице Ломоносова русская культура

была призвана на европейскую арену.

Однако меня в данном случае интересует не научно-категориальное

оформление этого представления, а формирование его

в виде мифа как формы общественно-бытовой

практики.

Сам Ломоносов постоянно и настойчиво мифологизировал

многие эпизоды своей жизни. Это мера была во многом вынужденной,

поскольку его низкое социальное происхождение в условиях

сословной России XVIII в. создавало препятствия, для преодоления

которых требовалось подключение выдумки1. Я имею в виду

недоговорки и обобщения, в которых так или иначе отражались

некоторые реалии его жизни.

Например, в письме к И.И. Шувалову от 10 мая 1753 г.

Ломоносов писал: «…отец, никогда детей кроме меня не имея,

говорил, что я, будучи один, его оставил, оставил всё довольство (по

тамошнему состоянию), которое он для меня кровавым потом нажил и

которое после его смерти чужие расхитят» [Ломоносов, 1959, с. 478].

Эти слова «не совсем точны»: Ломоносов был единственным ребенком

от первого брака его отца. Но от второго и третьего браков у его отца

были и другие дети, причем в момент ухода Ломоносова из

родительского дома у его отца был уже второй сын [Модзалевский,

1911, с. 335]. Кроме того, Василий Ломоносов никогда не имел

возможности попрекнуть своего первенца уходом из семьи, поскольку

тот никогда после своего бегства не возвращался на родину, и не

переписывался с родными до своего возвращения в Россию в 1741 г.,

когда отец его уже умер. В другом письме к тому же И.И. Шувалову от 31 мая 1753 г. Ломоносов писал: «Я, напротив того (позвольте, милостивый государь, не ради тщеславия, но ради моего оправдания объявить истину), имеючи отца хотя по натуре доброго человека, однако в крайнем невежестве воспитанного, и злую и завистливую мачеху, которая всячески старалась произвести гнев в отце моем, представляя, что я всегда сижу попустому за книгами. Для того многократно я

принужден был читать и учиться, чему возможно было, в уединенных

и пустых местах и терпеть стужу и голод, пока я ушел в Спасские

школы» [Ломоносов, 1959, с. 481482]. Ломоносов называет здесь

мачехой третью жену своего отца, вдову Ирину Семеновну

[Ломоносов, 1959, с. 334]. Была ли она на самом деле «зла и

завистлива», мы не знаем, но гнев ее на пасынка нам вполне понятен.

Бедная женщина никак могла взять в толк, зачем парню в возрасте от

13 лет (она вышла замуж за отца Ломоносова в 1724 г.) до 19 лет

(Ломоносов ушел в Москву) нужны какие-то книжки, когда он должен

заниматься крестьянской работой и бегать за девками. Эти биографические признания Ломоносова не имели той

практической цели, какую он имел, когда выдавал себя за дворянского

сына, поскольку к 1753 г. его сословное происхождение было уже всем

хорошо известно, а сложности, связанные с ним, были успешно

преодолены, социальный статус стал достаточно устойчивым. Однако

подобного рода построения должны были сформировать в

общественном сознании миф о человеке, оставившем во имя науки и

знания все материальные блага и отказавшегося от простых

человеческих радостей.» (ЛОМОНОСОВ: МИФ О ПРИЗВАНИИ КУЛЬТУРЫ Строганов М.В.
Культура и текст. 2019. № 1 (36). С. 85-114. https://www.elibrary.ru/item.asp?id=37014059)

Краткая характеристика:   характерными особенностями данного текста являются образность, острота и яркость изложения. Они обусловлены социальным назначением публицистики – сообщая факты, формировать общественное мнение, активно воздействовать на разум и чувства человека. Цель автора – привлечь внимание читателей к исторической личности. Ведущей стилевой чертой является обращение ко всем. Используются языковые средства: совмещение книжной и разговорной лексики

Художественный стиль.

«И опять наступила весна, своя в своем нескончаемом ряду, но последняя

для Матеры, для острова и деревни, носящих одно название. Опять с грохотом и

страстью пронесло лед, нагромоздив на берега торосы, и Ангара освобожденнo

открылась, вытянувшись в могучую сверкающую течь. Опять на верхнем мысу

бойко зашумела вода, скатываясь по реке на две стороны; опять запылала по

земле и деревьям зелень, пролились первые дожди, прилетели стрижи и ласточки и любовно к жизни заквакали по вечерам в болотце проснувшиеся лягушки. Все это бывало много раз, и много раз Матера была внутри происходящих в природе перемен, не отставая и не забегая вперед каждого дня. Вот и теперь посадили огороды - да не все: три семьи снялись еще с осени, разъехались по разным городам, а еще три семьи вышли из деревни и того раньше, в первые же годы, когда стало ясно, что слухи верные. Как всегда, посеяли хлеба - да не на всех полях: за рекой пашню не трогали, а только здесь, на острову, где поближе. И картошку, моркошку в огородах тыкали нынче не в одни сроки, а как пришлось, кто когда смог: многие жили теперь на два дома, между которыми добрых пятнадцать километров водой и горой, и разрывались пополам. Та Матера и не та: постройки стоят на месте, только одну избенку да баню разобрали на дрова, все пока в жизни, в действии, по-прежнему голосят петухи, ревут коровы, трезвонят собаки, а уж повяла деревня, видно, что повяла, как подрубленное дерево, откоренилась, сошла с привычного хода. Все на месте, да не все так: гуще и нахальней полезла крапива, мертво застыли окна в опустевших избах и растворились ворота во дворы - их для порядка закрывали, но какая-то нечистая сила снова и снова открывала, чтоб сильнее сквозило, скрипело да хлопало; покосились заборы и прясла, почернели и похилились стайки, амбары, навесы, без пользы валялись жерди и доски - поправляющая, подлаживающая для долгой службы хозяйская рука больше не прикасалась к ним.

Во многих избах было не белено, не прибрано и ополовинено, что-то уже

увезено в новое жилье, обнажив угрюмые пошарпанные углы, и что-то оставлено

для нужды, потому что и сюда еще наезжать, и здесь колупаться. А постоянно

оставались теперь в Матере только старики и старухи, они смотрели за

огородом и домом, ходили за скотиной, возились с ребятишками, сохраняя во

всем жилой дух и оберегая деревню от излишнего запустения. По вечерам они

сходились вместе, негромко разговаривали - и все об одном, о том, что будет,

часто и тяжело вздыхали, опасливо поглядывая в сторону правого берега за

Ангару, где строился большой новый поселок. Слухи оттуда доходили разные.»

(В. Распутин «Прощание с Матерой»)

Краткая характеристика: данный текст относится к художественному стилю, так как целью автора является воздействие на чувства, эмоции, воображение и мысли читателя. Ведущая стилевая черта - образность. Используются языковые средства: эпитеты, метафоры, олицетворения, лексический повтор, синтаксический параллелизм, однородные члены. Употребляется конкретная лексика.

Разговорный стиль.

«Бубнов (хохочет). Ах… чертова кукла! а?

Барон (тоже смеется). Дедка! Ты думаешь – это правда? Это все из книжки «Роковая любовь»… Все это – ерунда! Брось ее!..

Наташа. А тебе что? Ты! Молчи уж… коли бог убил…

Настя (яростно). Пропащая душа! Пустой человек! Где у тебя – душа?

Лука (берет Настю за руку). Уйдем, милая! ничего… не сердись! Я – знаю… Я – верю! Твоя правда, а не ихняя… Коли ты веришь, была у тебя настоящая любовь… значит – была она! Была! А на него – не сердись, на сожителя-то… Он… может, и впрямь из зависти смеется… у него, может, вовсе не было настоящего-то… ничего не было! Пойдем-ка!..

Настя (крепко прижимая руки ко груди). Дедушка! Ей-богу… было это! Все было!.. Студент он… француз был… Гастошей звали… с черной бородкой… в лаковых сапогах ходил… разрази меня гром на этом месте! И так он меня любил… так любил!

Лука. Я – знаю! Ничего! Я верю! В лаковых сапогах, говоришь? А-яй-ай! Ну – и ты его тоже – любила?» (М.Горький На дне)

Краткая характеристика: Предложения по конструкции незаконченные, порядок слов свободный, присутствует много междометий. Используется разговорная и просторечная лексика. Разговорная лексика выразительная и эмоциональная. Сферой применения разговорной речи является неофициальная обстановка. Ведущая стилевая черта – непринужденность и простота.

Научный стиль

«Педагогика — совокупность теоретических и прикладных наук, изучающих воспитание, образование и обучение. Педагогикой называется также учебный курс, который преподается в педагогических институтах и других учебных заведениях по профилированным программам.

Педагогика включает проблемы учебно-воспитательной, культурно-просветительной, агитационно-пропагандистской работы со взрослыми...
Воспитание изучают и другие науки: социология рассматривает воспитание как функцию общества и государства; психология — как условие духовного развития личности. Педагогика исследует закономерности процесса воспитания, его структуру и механизмы, разрабатывает теорию и методику организации учебно-воспитательного процесса, его содержание, принципы, организационные формы, методы в приемы.» (Педагогическая энциклопедия: В 4 т. Г. 3. М., 1966. С. 282),

Краткая характеристика:
Для данного текста характерна научная терминология: педагогика, воспитание, образование, обучение, учебно-воспитательная работа, общество, государство, социология, психология и др. Преобладает абстрактная лексика: теория, проблемы, функция, развитие, процесс, структура, механизмы, методика, содержание, принципы, формы, методы, приемы. Слова употребляются в прямом, номинативном значении, образные средства языка, эмоциональность отсутствуют. Предложения носят повествовательный характер, преимущественно имеют прямой порядок слов. Из этого можно сделать вывод, что данный текст относится к научному стилю.

Официально-деловой стиль.

Начальнику отдела кадров

Т. М. Николаевой

от Костяевой Татьяны Владимировны

Заявление

Прошу принять меня на должность начальника бюро корреспонденции. В 1979 году я окончила Московский государственный историко-архивный институт. До октября 1991 г. работала в Научно-исследовательском институте документоведения и архивного дела (НИИДАД) инспектором по учету и регистрации корреспонденции.

Приложение: 1) личный листок по учету кадров; 2) трудовая книжка; 3) копия диплома; 4) две фотографии.

27.09.2014                                                                                           (Подпись)

 Краткая характеристика: данный текст относится к официально-деловому, так как текст содержит четкую структуру, точность, стандартный вид. Мы видим регламентированный стиль в данном тексте. Отсутствует эмоциональность. Используются языковые средства: клише, особая терминология.

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте