Триумф мимикрии или имитации

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 19 из 37Следующая ⇒

В Версале стены имеют глаза, а галереи, сплошь увешанные и заставленные зеркалами, навязывают весьма опасную сквозную видимость, т. е. возможность вести наблюдение за всем и вся.

Сен-Симон говорит о дворе как о скопище соглядатаев, жадно следивших друг за другом и выведывавших тайны друг друга, соглядатаев, которые сами постоянно пребывали под наблюдением других таких же соглядатаев, и он описывает один случай, как сыграл со своим спутником весьма забавную шутку, когда заметил во время прогулки по малой галерее, что его спутник отражается в одном из зеркал и что как раз по отражению и можно судить, что тот, опустив глаза, подсмеивается над собеседником¹. Разумеется, подобное поведение просто так ему не сошло с рук… Зеркало ничто не оставляет в тени, и его нескромная ясность и прозрачность в каком-то смысле служат заменой любопытному взгляду: тот, кто желает кого-то застигнуть врасплох, сам оказывается в таком положении, подобно «политому поливальщику», как называем мы того, кто становится жертвой собственных махинаций; в присутствии зеркала никто не может чувствовать себя в безопасности, ибо все как бы выставлены на всеобщее обозрение со всех точек и под всеми углами зрения.

Расточая похвалы в адрес зеркала и без счета множа количество «зеркальных кабинетов», эпоха классицизма словно хотела воспеть эру царствования ясности и света, приветствовать пришествие нового мира, сияющего и отшлифованного до гладкости во всех смыслах, мира, из которого будут удалены тени и различия. Зеркало подменяет реальность ее точной (симметричной) копией, ведь зеркало — это целое театральное действо, в котором свои роли исполняют отражения и всяческие хитрые уловки и ухищрения, это театр иллюзии и искусственности, и именно этому двойственному предмету, приобщенному к современной цивилизации. Старый режим доверил быть выразителем и распространителем созидавшего себя «Я», совершавшего сей процесс как под присмотром ока Господа, так и под взорами других членов общества.

Прежде чем вдохновить мыслителей на ход рассуждений, использующих метод интроспекции, т. е. метод самонаблюдения и самоанализа, зеркало служило для ухода за внешностью, для наведения пусть иллюзорной, т. е. видимой и ложной, красоты, было инструментом адаптации к обществу и орудием установления в этом обществе определенной гармонии. В зеркало не смотрятся, нет, это зеркало всматривается в вас, это зеркало диктует свои законы и служит нормативным орудием, в котором, так сказать, «измеряются» соответствия приличиям и светскому своду правил поведения. Сознание самого себя совпадает прежде всего с осознанием своего отражения, т. е. с осознанием своего изображения и своей видимости, т. е. своей способности быть видимым. «Меня видят, значит, я существую». Осознание собственной личности проходит через стадию осознания собственной «кажимости», собственной видимости, через стадию осознания своей роли, через согласие с ней и ее одобрение, и является условием подступа к осознанию статуса субъекта.

В то же время наблюдаемая симметрия служит основанием для того, чтобы питать надежду на инверсную, т. е. обратную, взаимную прозрачность и ясность. Многократно умноженное, увеличенное в размерах, изливающее во все стороны свет, зеркало превращает жизнь в театральный спектакль, в зрелище, общество же превращается в некое подобие витрины из хрустального стекла, в которой каждый может увидеть других и себя, а также может быть увиден, а потому пытается стать точной копией идеального образца, образца придворного. «Надо быть действительно честным и порядочным человеком, чтобы постоянно желать рисковать и выставлять себя под взорами людей честных и порядочных»² (Ларошфуко, максима № 206).

Подобное хвастовство, которого требует Ларошфуко, настоятельно требует транспарентности, т. е. прозрачности и ясности, и идет рука об руку с интегрированием человека в социальную жизнь.

Идеал честности и порядочности базируется на имитации и сходстве; именно на этой основе мыслитель надеется установить полнейшее согласие между людьми, подменив себялюбие и личный интерес безличным изображением благопристойности и приличий. Зеркальная галерея, где из-за льющихся из люстр потоков света и из-за обилия отражавших друг друга зеркал «тени едва находили себе место, где можно было бы спрятаться»³, символизирует этот парадокс общества, где каждый все видит и выставлен на всеобщее обозрение, общества, которое ловит любой взгляд и оборачивает его на себя, во имя идеала ясности и способности жить в обществе и обществом.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США