Развод — это маленькая смерть

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 41Следующая ⇒

Сократ:

— Люди разводятся сразу: решили — и развелись? Или то разойдутся, то сойдутся, то снова разойдутся, то снова сойдутся —-и в конце концов разойдутся и разведутся?

Хор:

— Конечно, второй вариант. Сократ:

— А первый встречается? Хор:

— Крайне редко. Как исключение.

Ну что же, эта маета — разойдутся-сойдутся-разойдутся-сойдутся — часто продолжается довольно долго. Чем она обусловлена? Здесь уже я не решаюсь спрашивать хор народных голосов. Объясню все сам, как понимаю. А читатель пусть соглашается или подправляет мои интерпретации специалиста.

Когда накапливаются отрицательные впечатления и когда к положительному мы уже привыкли (см. иллюзию взаимной оценки) — отрицательное в партнере нас начинает раздражать. От него хочется освободиться. Возникает внутренний конфликт «приближение-избегание» по Курту Левину, тому самому, который уехал от Гитлера в СШАдо большой войны. Поясню. Левин выделил три вида внутриличностных конфликтов. Самый каверзный мы уже назвали: «приближение-избегание». Я хочу любоваться красотой жены, но не хочу терпеть ее капризы. Есть

конфликт «приближение-приближение»: хочу в кино и хочу пообедать. «Избегание-избегание»: хочу избежать упреков в том, что съел пирожное, и хочу избежать голода...

Так вот этот самый каверзный внутренний конфликт «приближение-избегание» имеет к нашей теме самое близкое отношение. И даже пример для пояснения — хочу красоту, но надоели капризы — мы привели прямо по теме. Дальше события тоже известны: к красоте привык, а капризы все время терроризируют, отрицательные впечатления от них накапливаются. Аналогичные переживания у жены: хочу его статус и заработки, но надоели донельзя придирки к тому, что хожу непричесанная. Отрицательные впечатления опять-таки накапливаются и зашкаливают, а к плюсам наступает безразличие. И тогда у обоих созревает решение — разойтись.

Разошлись. Разрыв. По законам вытеснения, открытым Зигмундом Фрейдом, отрицательные впечатления забываются. Вспоминаются и помнятся положительные. Подобные внутри-личностные события называются психической защитой. Психика защищается от неприятных переживаний. А замены супруга на другого, лучшего, нет. И начинается обратный процесс — надо сойтись...

Сошлись! Снова лезут в глаза минусы. Надо разойтись...

Да, действительно похоже на маятник: разошлись — сошлись — разошлись —сошлись — разошлись — сошлись...

Но со словом «маятник» возникает еще одна ассоциация. Близко здесь по смыслу и слово «маяться». Они и маются. Поэтому я и употребил слово «маета». И она, эта маета, продолжается до того момента, пока кто-нибудь все-таки не находит замену.

А другой остается один. А вот когда он действительно остается один... это смерти подобно. Но смерть мгновение — если не считать пресловутого коридора со светом в конце тоннеля. А здесь одиночество, которое, кажется, длится целую вечность. Все же, поскольку не в полное небытие переходим, я и позволил себе метафору «маленькая смерть».

По данным интервьюирования многих покинутых мужей и жен я могу выделить множество тягостных переживаний.

• Жизнь как будто оборвалась, кажется бесперспективной.

Все утратило смысл.

• Ничего не хочется делать, только лежать и спать. • Исчезла вера в людей. Ведь меня оставил тот, кому я отдал

все — свободу, молодость, имущество, о ком заботился, для

которого работал, с кем родил ребенка.

• Ее гложет проблема, как общаться с ушедшим мужем по поводу детей.

• Одолевает жуткое чувство ревности. Перед глазами сцены сексуальной измены.

• Резко отрицательное отношение к бывшему супругу (супруге) и сопернику (сопернице), к которому те ушли.

• Жажда мести. Приходят в голову мысли, как отомстить супругу и как отомстить сопернику.

• Планы, как вернуть ушедшего.

• Как делить имущество, в особенности жилище.

• Проблема поисков замены.

• Переосмысление собственного поведения, самообвинения.

Многое противоречиво в этих переживаниях. Жажда отомстить и жажда вернуть. Обвинения и самообвинения. Но все переживания строятся вокруг этого ключевого события — разрыва. Эта психическая травма сопровождается слезами, унынием, бессонницей. Переживания могут ограничиться рамками психологической реакции, но могут зашкаливать и перерастать в невроз и даже в психоз.

Позже психические раны «рубцуются», человек как-то возвращается к жизни, вступает в новые отношения.

По закону психической защиты ушедший обесценивается. Он ушел — он плохой. Она ушла — она плохая. Это — если не удается вернуть.

Здесь есть некоторая разница между мужской и женской психикой. У женщин психическая защита прямолинейная: он ушел — значит, он плохой! Я ему отдала молодость. Этот упрек чисто манипулятивный. Он ведь тоже отдал ей свою молодость или зрелость.... Она чаще всего рассуждает эмоционально: «Он ушел к ней, пусть, она ему еще покажет, так ему и надо». Мужчина более рассудителен. Он может сказать, например: «Она ушла, недооценила меня, она плохо поступила, но бог ей судья, «дай вам бог любимой быть другим».

Церковный брак нерасторжим. Но разве мало мы знаем о муках друг с другом и при таком нерасторжимом браке. Если он скреплен внешними скрижалями, обручами. «Обрученные» читается как «обреченные». Тоже плохо. Так что люди светские, демократически настроенные — за брак, который расторгается по обстоятельствам.

Но тут свои проблемы — нажили общее имущество. Ну как поделишь дачу? Не вилки же и ложки — предмет дележки. Дача-то одна. Столько в нее вложено! И вот законодатели придумывают такую вещь, как брачный договор, в котором ключевое слово — «развод». «При разводе имущество делится так-то и так-то...» Бррр... заключают брак, вступают в супружество, а говорят не о любви, а о том, как будут делить фамильное серебро в случае развода. Была и остается прописочная проблема. Если супруг прописался, то он через полгода проживания имеет уже право на площадь. И понятно, что всегда найдутся люди, готовые притвориться любящими, прописаться и отсудить себе площадь. Однако самое главное — это ребенок.

Делят ведь и детей... А здесь что: одного ребенка — одному, другого — другому?.. И здесь... большее брррр... А если одного ребенка? То совсем брррррр... Припомним, мы уже «постановили», что стресс разрыва с ребенком, по сравнению с потерей супружества, двойной, поскольку это своя кровь. Так что: «маленькая смерть»...

В Ветхом Завете рассказывается, как царь Соломон провел свой суд мудро и лукаво, — тоже, конечно, брррр!.. Две женщины оспаривали права на ребенка, которого предъявили Соломону. Каждая заявляла, что она мать ребенка. Соломон велел принести топор и разрубить ребенка, пополам, дескать, каждая получит половину. И вот реальная мать отказалась от своего ребенка лишь бы он был жив, и лукаво-мудрый и, будем думать, добрый Соломон отдал его ей. А родители, деля одного ребенка, разрубают его сердце, душу. Не думая, каково ему. Настраивают ребенка против другого, конечно, «нехорошего», родителя.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США