Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Дали мне десять лет, по пятьдесят восьмой , часть десять, с потерей в гражданских правах.
Содержание книги
- Белый дождь летел в низ , осыпая сидящих в его тени мальчишек.
- Конечно вид альбома в руках помоишника не остался не замеченным.
- Пару минут и с футболки были смыты все загрязнения полученные на крыше и чердаке дома.
- Ну дело ваше, я предложил, хотел вам услугу оказать, вы отказались.
- Передние верхние зубы ему выбили прошлым летом в драке , кастетом, и когда он открывал рот , то выражение его лица становилось страшным.
- Обобранные и униженные пацаны, взяли в руки по связке оставшейся бумаги и весьма раздосадованные потерей девяти бутылок, молча побрели дальше.
- Ребята тащили тяжеленные пачки бумаги , обливаясь потом.
- Чего это он так быстро отступился от своего желания. – мелькнула мысль в голове Саньки.
- Было слышно, что кто то не торопясь двигался по помещению приемки , всё время на что то натыкаясь.
- Уже из далека , они оглянулись в сторону приемного пункта , пачки только дымились, но уже не горели.
- Как только путешественник так подумал, до его слуха данесся автомобильный сигнал и мерное гудение мотора машины.
- Тут же на поддоне белел брусок сливочного масла, по три тридцать, за кило.
- Зинка замешкавшись , недовольно взглянула на покупателя, - я вам , колбасорезка что ли.
- Леха услыхав знакомый жаргон, сразу осекся.
- Эта пыль садилась на разгоряченные лица двух страждущих пацанов, остужая и освежая их.
- Рядом с третьим остановился мелкий , подручный – провокатор, что то говоря ему и указывая пальцем в сторону бегущих.
- Отдышавшись и утерев струящийся пот, друзья стали вспоминать произошедшее.
- Ни на одной из последующих остановок, ни кто в автобус больше не зашёл.
- Александр поднялся на бугорок с которого можно было обозревать все четыре зеркала блистающей глади прудов.
- А сколько билетов отрывать. - спросил он глядя в лицо мужчины, глаза у него загорелись.
- Около метро Измайловский парк, всегда вкусно пахло жаренными шашлыками , пирожками , пончиками и всякой другой съедобной снедью.
- В руке его, которой он только, что пытался поймать руку милой его сердцу супруги, лежала травинка.
- Витька шел не оборачиваясь на призыв.
- Волк стоял с застывшим вопросом на прыщявом лике.
- Вот и я не выдержал издевательств, подписал все, что подсунули.
- Дали мне десять лет, по пятьдесят восьмой , часть десять, с потерей в гражданских правах.
- Место лиц, свиные окорока нам мерещатся.
- А Никанкин , если все получится, что я задумал, будет мной поминаться во все двунадесятые праздники , в заупокойных записках , с зажжением толстой свечи за упокой раба Божьего, федора.
- Александр посмотрел в сторону сундучка.
- Строительство началось новых микрорайонов, на месте деревни ивановское, -мелькнула догадка в голове у Александра.
- Что за ташниловка? – переспросил Александр.
- Между Санькой и Славкой , примостилась полная, здоровенная тётка, она грудью навалилась на защитное оргстекло металлического ящика, тяжело дыша.
- Заговорщицкое перешёптывание ребят не осталось не замеченным.
- Скажи за это спасибо, сам то вообще ничего не прикарманил, - парировал Санька.
- Все виденное веселило взор путешественника, улыбка не сходила с его лица.
- Водила притормаживая возле указанного места, увидев на сидении нежданную купюру состроил на лице довольную мину и начал шарить по своим карманам.
- Донеслось до еще очень не дурного слуха Александра.
- Квартира была обсолютно пуста, ни родителей , ни соседей в ней не было.
- Здорово пузан , Феда не видал . – спросил он подойдя к пацанам, и усаживаясь рядом с нами на заборе.
- Он подскочил к какому то хорошо одетому мужчине , огромного роста на вид лет тридцати.
- Десяток различных шоколадок стояло за спиной продавщиц на стеллажах и столько же видов шоколадных конфет красовалось в разноцветных фантиках , насыпанными в стеклянные вазы.
- За захлопнувшееся дверью зазвенел тройной звонок .
- Но когда он снова взглянул на зылю , тот с невозмутимым видом, что то прежевывая , держал пустую емкость в своей руке.
- Смерть укутанная в черный плащ, хватала их, солдатушек спасших мир от фашизма, за их износившиеся , исстрадавшиеся сердца.
- Дед уже подходил ко второй арке, когда в голове Александра мелькнула гениальная мысль.
- Был ранен, - он слегка хлопнул рукой, по правой ноге.
- А я как, начал ее проклятую под брестом, в июне сорок первого, пройдя все круги тамошнего ада, так и закончил под прагой, в сорок пятом.
- У меня к тебе Иван Александрович, одна просьба есть, ты мне, если конечно это возможно, рубашку принеси из дома, а то в футболке меня могут и не пропустить в ресторан, - попросил фальшивый Леха.
- Рубашка вынесенная дедом, оказалась внуку в самый раз, она была совершенно новой.
- Дед слегка стушевался, увидев надменный взгляд, человека в форме.
А в лагерях за отличное поведение на вторую смену оставили, десятерик за красивые глаза еще накинули, под конец войны это случилось.
Вот так я почти двадцатку и оттарабанил на лесоповале.
Как не подох там, до сих пор не пойму!
Молодость помогла выжить.
В пятьдесят четвертом амнистия мне вышла, выпустили на волю.
А в шестьдесят третьем признали не заслуженно репрессированным и осужденным, извинились и не более того, у меня где то и бумага есть официальная.
Сам Никитка подписал ее.
У Солженицына, в Одном дне, еще не слишком страшно все описано, на самом деле все там было хуже чем в аду!
Страшный холод, голод, зависть, предательство, воровство, убийства, это каждодневная тамошняя жизнь.
Воры, блатные, паханы, ссученные, собаки гавкают, вертухаи глумятся!
Нормальных людей днем с огнем не сыскать.
Попав в тюрьму, человек в раз преображается.
Плохой человек, там, законченным подонком становится, хороший, просто в плохого превращается.
Только истинно верующие люди держались, но таких днем с огнем не сыскать было, быстро вымирали они.
Вот казалось нашел человека, другом хочется назвать, выговориться, а он тебя завтра с потрохами продает за твою минутную слабость или банально обворовывает.
Человек, человеку волк, и в лагерях эту истину познаешь быстро.
Александр слушал исповедь помоишника сидящего на против него и ему становилось до боли жалко этого несчастного старика, с его неудавшееся, искалеченной жизнью.
Он понимал, что сейчас в эту минуту, является тем самым, единственным соседом по купе, которому он хочет излить из отравленной души все что наболело, нагноилось в ней, за долгие годы одиночества.
Четвертая рюмка влилась в его испещренный морщинами рот, но казалось старик не пьянел от выпитого, а только разум его все больше и больше прояснялся и крепчал.
А слово извергаемое его устами становилось, все тверже и грамотнее.
Пред гостем сейчас сидел не помоишник Никанкин, всю жизнь таскающий вторсырье и прикидывающийся на людях полудурком, а человек грамотный, знающий, умудренный жизненным опытом.
Холод! – повторил Никанкин и тут же передернул плечами.
Где моя душегрейка? – он обернулся на зад и схватив телогрейку накинул ее себе на плечи.
Уж двадцать лет минуло как я не в зоне, а отогреться ни как не могу!
Никанкин задумался на минуту, заскрипев зубами.
Снег, снег, снег, снег с дождем, дождь, дождь и опять снег!
Мороз двадцать, это тепло, тридцать- подморозило, сорок- норма.
Одежда дрянь, напяливаешь на себя все что можешь достать.
Каждая тряпочка там в дело шла, ни чего не пропадало, сено, мох сушеный, в штаны, под телогрейку, в шапку, только чтоб потеплее стало.
А сейчас в помойку что только не бросают, за такое бы там убили!
Отсюда у меня видимо и любовь к вторсырью проявилась.
Понимаю, что не нормально, то чем я занимаюсь, а сделать ничего не могу с собой.
Не могу пройти мимо тряпья, все мне кажется, что завтра опять в зону попаду, а у меня теперь всегда есть чем утеплиться!
Так вот и жили там, еда скудная, каждая корка на вес золота.
Зато у начальства морды сытые. Холеные.
У помойки столовки промышляешь, хоть какую снедь найти.
Тарелки после еды мыть не надо, облизывали до блеска.
Как в лесу потеплеет, ищем жучков, лягушек, червей, мышей, все что движется ели.
Только не очень много чего, в мерзлой земле можно найти.
Доходило до страшного.
Бывало, что и человеченкой питались, - после сказанного, старик запнулся на мгновение, взглянув в сторону открытой балконной двери.
А после, притушив громкость своего голоса, как то по заговорщицки продолжил.
Как то на лесозаготовке, возле реки работали вчетвером.
Глядим к бережку, возле нас, тело человеческое в прибило.
Беглец из соседней зоны утоп, его к нам и принесло.
А мы четверо до такой степени изголодались в лагере, что работаем, а сами друг на друга волками поглядываем.
|
