Re: над океаном гроза, j2, ау, nc-17, романс, космоопера

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 8 из 9Следующая ⇒

· Жалоба

· Цитата

Сообщение Тэнки» 11 авг 2011, 03:21

Дел было по горло, но он не мог дождаться следующего сеанса связи. То ли чтобы скорее убедиться, что он был прав, то ли надеясь, что ошибался. На Океане настала осень – солнце не показывалось, дождь не утихал, за окнами громыхало всю ночь, и Дженсен снова стал закрывать жалюзи. Волны под платформами как и раньше напоминали десятиметровые стены воды, но когда он думал о планете, то почему-то представлял не их, а кофейные лилии и бескрайнюю водную гладь. Хотя и знал, что штиль бывает здесь только в экваториальной зоне затишья и только на протяжении двух месяцев, что скоро погода здесь станет настолько невыносимой, что платформам придется опуститься под воду и пережидать зиму там. Если, конечно, они справятся с роем.
Когда Дженсен приехал в центр связи для следующего сеанса, он успел передумать все, что только можно, почти перестал беспокоиться и готов был выслушать любой ответ от Джоша.
- У нас нет никакой дополнительной информации об аномалиях, Дженсен, - сразу сказал тот. Выглядел он нервным и взъерошенным, и все время оглядывался на дверь у себя за спиной. – Когда в прошлый раз Океан запрашивал ее, мы передали все, что было.
- Понятно. Ладно, спасибо, что попытался.
- Да, конечно. Там мама и Кензи тебе шлют видео, отправляю файлы.
«Дженсен, - внезапно позвал Крис. – По этому каналу идет большой массив данных, защищенных твоим ДНК-ключом».
«Ты сможешь их расшифровать?»
«Да».
«Я понял, принимайся за дело».
И сказал вслух:
- Да, Джош, вижу файлы. Спасибо.
Джош кивнул.
- Ты… - начал Дженсен.
- Все нормально, не волнуйся, - Джош нервно поправил галстук. – Все нормально.
Они еще поговорили, пока оставалось время, и пока не прошли все данные. Когда экран погас, Дженсен так и остался сидеть за столом. Джаред зашел в комнату и сел рядом.
- Джош переслал все нужные материалы под видом частного видео, - сказал Дженсен. – Надеюсь только, что ему ничего за это не будет. Сейчас расшифрую и отправлю тебе.
- Ну я же тебе говорил, - улыбнулся Джаред.
- Это Джош, а не отец.
Джаред только пожал плечами, всем своим видом показывая, что не особо в это верит, а потом сжал Дженсену ладонь.
- Первая хорошая новость за последние недели!

Цитадель действительно знала об аномалиях намного больше, и в частности - о фотонных мухах. В материалах под номером один числился отчет двадцатилетней давности грузового корабля «Улитка» с независимой планеты Новая Ибица, который сбился с курса из-за неисправности в приборах. Корабль вышел из гиперпространства не рядом со своим пунктом назначения, а далеко за пределами сферы колонизации. Они несколько раз чинили систему навигации и пытались вернуться, но в итоге оказались как раз в той части космоса, которую на Океане сейчас называли областью аномалий. Корабль снова остановился для ремонта приборов - команда отчаялась когда-нибудь вернуться домой, но они не прекращали попыток. На этот раз в иллюминаторах они наблюдали «нетипичную туманность» - космический объект со странными свойствами, не числящийся ни в одном астрономическом справочнике и невидимый для сенсоров корабля. Они отправили в сторону образования зонд. При его приближении «туманность» оживилась и выбросила навстречу протуберанец, после чего связь с зондом прервалась. Но он успел передать изображение – вблизи туманность выглядела как густой рой светлячков. Они назвали их «саранча».
До этого рой пребывал в покое, но после появления зонда пришел в движение. Внутри него началось бурление, словно в закипающей воде, и он двинулся в сторону корабля. Несмотря на всё еще неисправную систему навигации, «Улитка» в спешке ушла в гиперпространство, и, по словам команды, рой за ними погнался.
В течение следующих нескольких лет корабль совершил еще десяток длительных прыжков, пока не оказался недалеко от туманности Коха, откуда смог выйти на связь с Цитаделью.
Фото-видео-материалы прилагались, но Джаред только мельком взглянул на астрометрию и откинулся в кресле.
- Они привели сюда рой, - сказал Дженсен.
- Они всего лишь пытались вернуться домой, - ответил Джаред. - Это же обычный грузовой корабль. Да и кто мог знать, к чему это приведет. «Кислород» вышел из гиперпространства намного ближе от Океана, чем тогда была «Улитка», и попал в самую гущу. Рой давно шел в нашу сторону, а мы не знали. Если бы Цитадель передала мне эту информацию тогда, когда я ее запрашивал, мы бы узнали о приближении аномалии несколько месяцев назад.
До того, как мы сделали это, подумал Дженсен. И тогда не было бы у них с Джаредом никакой сделки, ничего бы не было. Даже здесь отец умудрился вмешаться в его жизнь, хоть и не планировал специально.
- Так какой-то толк от этих данных будет?
- Здесь приведена точная астрометрия – как раз то, чего не хватало. Рой в несколько раз больше, чем мы предполагали. Если действовать по уже разработанному плану, то новая искусственная туманность не накроет его полностью.
- А что же делать?
- Придется использовать по два камня.
- Два камня по сорок девять карат? После этого можно остаться в живых?
- Никто не пробовал раньше. Но думаю, что есть хорошие шансы.
Дженсен отвернулся, пытаясь вдохнуть поглубже.
- Почему это должен быть ты?!
- Если фироль используют кровные родственники, его действие значительно усиливается. Тем более, обычную систему со связкой из двух человек все равно обойти нельзя. Будь времени побольше, можно было бы попытаться найти и разместить в нужных местах подходящих кандидатов, но сейчас я не вижу в этом смысла. У нас уже выстроена готовая схема для подобной операции, и все участники дали согласие.
- С кем ты будешь в связке?
- Джефф предложил свою помощь. Не поверишь, но он извинился, что подозревал у меня посттравматический синдром, когда я впервые заговорил на заседании Совета об аномалиях. Но в любом случае есть вероятность, что рой выстоит. Некоторые считают, что он как вирус – останется одна муха, и через какое-то время их снова станет легион, - Джаред потер лоб. – В общем, Дженсен, если у нас все получится – хорошо. Но если нет – ты помнишь, что мне обещал?
- Помню.
- План эвакуации готов, он есть также у Майка и у Джима. Я сейчас перешлю тебе, до вечера посмотри его, пожалуйста. Если завтра после операции я снова свалюсь в какую-нибудь фиролевую кому, а надо будет действовать, ты сможешь?
- Да, - машинально ответил Дженсен.
Джаред увидел это – что он не совсем задумывается над словами, но все равно кивнул:
- Спасибо. Если корабли будут идти достаточно долго и далеко, они оторвутся от роя. А там, глядишь, Цитадель его и грохнет, когда он к Луне подберется. Что они здесь предлагают? – Джаред пролистал документы на экране. – Гравитонный заряд? А что, тоже хорошая идея. У нас их давно запретили, а то можно было бы попробовать.
Дженсен забрал план эвакуации и поехал на Атлас.
Он думал, что Джаред придет поздно, но к шести он уже примчался домой. Они и не вспомнили о мухах, эвакуации и фироле - притворились, что все это осталось за дверью и не имеет к ним никакого отношения. Этот вечер напоминал те дни, когда Джаред воевал с Советом из-за какого-то запрета на экспорт вяленых бурундиков, а Дженсен почитывал в сети форумы любителей галстуков и в перерывах переставлял пробирки в лаборатории Стива. Потом они обычно ужинали, смотрели гонки или фильмы, но особо не задерживались, потому что им обоим хотелось поскорее оказаться в постели.
Сейчас гонки на Океане отменили, но Джаред включил запись прошлогоднего полуфинала. Дженсен устроился на диване, закутавшись в плед и положив ноги на подушку – так они меньше болели. Джаред сидел рядом и жевал тянучки, а подушка эта лежала у него на коленях. Ребенок без конца толкался, словно ему что-то не нравилось, но Дженсен делал вид, что не замечает, как и всегда.
Они обсудили слишком глубокое декольте ведущей, голографические эффекты на стадионе, рекламу новой гоночной модели «Марспорта», которая случайно записалась, и всех котиков, которые вышли на трассу, - Дженсен болел за пятнистого, самого веселого, и ужасно обрадовался, когда тот вышел в финал. Выпили мятный чай, который Джаред принес с кухни. Дженсен подумал, что под такое дело нужно пить пиво с чипсами, и на минуту представил, как здорово это могло бы быть, даже несмотря на качество местного пива. Но уже не будет, конечно.
Никому из них не хотелось, чтобы этот вечер когда-нибудь заканчивался, так что они собрались посмотреть еще и финал. Но толком поболеть за пятнистого котика Дженсену не удалось – сначала Джаред решил, что если ему хорошенько размять ступни, то ноги болеть перестанут. Они и перестали, только желание следить за гонками пропало – хотелось смотреть только на Джареда, на его обтянутые старой футболкой плечи, растрепанные волосы и прищуренные в улыбке глаза. Дженсен давно считал, что его несчастная фигура выглядит слишком противоестественно и отобьет желание даже у озабоченного маньяка, каким часто бывал Джаред. Поэтому когда тот добрался до пледа и попытался его стащить, Дженсен придержал его руку, и они отправились наверх, где можно было наглухо закрыть жалюзи. Он так и не вспомнил потом, в чью именно спальню.

Утром Крис сообщил, что вся сеть гудит – на Караникуме обрушился один из крупнейших мостов, и это, наконец, связали с многочисленными упоминаниями фотонных мух.
Когда их катер сел на правительственную посадочную площадку на Амальтее, Дженсен обратил внимание, что других катеров на ней нет, зато полно военных. Видимо, оцепили весь уровень.
Они направлялись в центр связи – там было все необходимое оборудование для гиперсвязи, и туда вывели изображение с передающей станции Караникума. В темное время суток приближающийся к их системе рой можно было заметить невооруженным взглядом, и по этому изображению планировалось определить эффективность операции.
Джаред надел свою красную форму, и выглядел абсолютно спокойным всю дорогу, даже улыбался какому-то пожилому генералу, который встречал их на площадке, но когда они сели вдвоем в лифт, Дженсен заметил, как он дышит – слишком часто и поверхностно, а потом поймал его взгляд и понял, что Джаред в абсолютной панике.
- Перестать думать, просто сделай то, что должен, - сказал Дженсен, и сжал ему локоть побольнее.
Джаред нервно кивнул и хотел что-то сказать, в отчаянии глядя в глаза, но двери лифта уже открывались.
В главном зале центра связи было множество специальных столов, за каждым из которых сидел оператор, а на стене располагался главный голографический экран. Зал гудел от переговоров и шума оборудования, но когда они вошли, стало тихо.
Экран выглядел как гигантская сюрреалистическая картина – на фоне редких звезд, характерных для окраин галактики, растянулось что-то похожее на морскую волну, которая собирается накрыть прибрежные камни, только белое с изумрудным отливом. Под изображением выводились какие-то графики и цифры, среди которых был и таймер, отсчитывающий минуты и секунды до операции.
Все уже собрались – и Джим, и Майк с Чадом, здесь же был и Джефф. Он расхаживал между столами, нервно теребя галстук, и сразу бросился к Джареду.
Дженсен не стал подходить, а устроился в кресле за колонной, где обосновалась и команда медиков. Коробку с фиролем Джаред принес с собой, и когда открыл ее, это почувствовали все. Обычное освещение поблекло, весь огромный зал залило тусклым красным светом, но главное было не это, конечно, а вернувшееся чувство сладостного предвкушения. Оно охватило совершенно всех в зале, поднялся радостный гомон, среди которого Дженсен различил возглас Джеффа:
- Так это оно и есть?! Невероятно!
Кто-то словно нашептывал тихо на ушко: всё выйдет, что ни пожелаешь – всё сбудется, я обещаю. И Дженсен сам не заметил, как счастливо заулыбался. Все обязательно получится, фироль ведь исполняет желания.
Все с новым воодушевлением взялись за работу, но у Дженсена работы не было, поэтому он только смотрел на Джареда, до боли сжимая кулаки.
Джаред тем временем достал из коробки свой камень и изумленно выдохнул. Его лицо словно засветилось изнутри. Джефф сделал то же самое, и они взялись за руки, образуя необходимую фиролю связку – как в напоминание о том, что ему всегда нужны двое, какую бы хитрую комбинацию ни придумал человек, не больше и не меньше.
Их обоих укутало алыми сияющими нитями, будто заключило в кокон, за чем последовала вспышка – бесшумная и сокрушительно яркая, несколько секунд Дженсен думал, что ослеп. Но среди сплошного белого света стали проступать контуры предметов и огоньки на приборах, и он вскочил, пытаясь разглядеть Джареда.
- Приборы сообщают о формировании новой туманности, - объявил кто-то.
- Что с роем? – спросили сразу несколько голосов, среди которых Дженсен расслышал Джима.
Дженсен посмотрел на экран, но перед глазами все расплывалось. Он наощупь двинулся в ту сторону, где, как он помнил, был Джаред. В зале поднялся гомон, но паники не было. Сидевшие рядом медики громко объясняли, что потеря зрения временная и пройдет через несколько минут.
Он заметил Джеффа – тот стоял, пошатываясь, и с отрешенным видом смотрел на экран, но Джареда рядом с ним не было.
- Джефф! - позвал Дженсен.
Тот обернулся, явно ничего не видя перед собой, на его губах застыла счастливая улыбка.
- Я все видел, - сообщил Джефф и повернулся к экрану.
Дженсен хотел спросить, что он мог видеть, но тут нашел Джареда – он лежал здесь же, но еще никто не заметил. Он потер глаза, сел рядом и потормошил его, проверил ладони, но красных прожилок - признаков фиролевой комы, на них не было. Кто-то попытался поднять его на ноги, рядом замелькали светло-зеленые пятна – бригада врачей все-таки не осталась без работы.
- Что с ним? – спросил Дженсен. – Я могу помочь.
- Погоди. - Это Майк держал его под руку.
- Что с ним? – повторил Дженсен, чувствуя, как пульс в висках становится оглушительным.
- Не знаю, - ответил Майк.
Он будто во сне наблюдал, как медики погрузили Джареда на антигравитационную кушетку и подключают свои приборы, и хотел подойти ближе, но Майк снова придержал его:
- Они сами всё сделают. Не переживай, раз капитан жив, значит, очухается. У него всегда была повышенная реакция на фироль.
Дженсен никак не мог разглядеть толком, что они делают, и прикусил себе костяшки пальцев, пытаясь успокоиться.
- Девяносто процентов видимой части роя поглощено туманностью! – объявил все тот же голос, и в зале захлопали, но как-то слишком быстро затихли.
Дженсен повернулся к экрану. Туманность Коха, как известно, визуально не определяется, а только по приборам, но сейчас она светилась изумрудно-зеленым, словно где-то внутри у нее полыхало пламя. Она появилась точно на месте гигантской волны, но самые крайние части роя остались на месте, словно по нему прошелся такой же большой ластик, но захватил не полностью. Те самые оставшиеся десять процентов. На глазах у всех присутствующих эти два мини-роя устремились навстречу друг другу в обход невидимой преграды - туманности, разрастаясь с каждой секундой.
- О боже, - пробормотал рядом Джим.
- Мы получили передачи с Караникума и Лотоса, - доложил кто-то. Дженсен не мог оторваться от экрана, а по голосу не узнал. – У императора инсульт, он в реанимации. Королева Лотоса умерла.
В этот момент один из врачей провел мимо него Джеффа. Тот снова улыбнулся и многозначительно повторил:
- Я видел.
К Дженсену подошел врач, поправляя очки, и тихо сказал:
- Вы принимаете решения?
- Я.
- У капитана внутреннее кровотечение, показана срочная операция. Нужно ваше разрешение.
- А нельзя использовать фироль?
- Фиролевые повреждения не устраняются фиролем, к сожалению. И он все равно без сознания.
- Делайте, что нужно. Насколько все серьезно?
- Сложно сказать, причину мы пока не установили. Похоже на последствия сильной перегрузки. Может, селезенку разорвало.
- Это ерунда… - с облегчением пробормотал Дженсен, а потом встрепенулся: - Я врач, у меня были и более сложные операции, я мог бы…
- Нет, Дженсен, - снова остановил его Майк. В его обычно легкомысленном тоне звучало напряжение. – Спасибо, доктор. Занимайтесь своим пациентом.
Тот кивнул и сделал знак остальным. Кушетка двинулась в сторону выхода из зала, и Дженсен отправился за ней, но Майк заступил ему дорогу.
- Приди в себя! – проговорил он. – У нас сейчас нет капитана, а у Джеффа поехала крыша, ты должен…
- Я ничего не должен! – заорал на него Дженсен. – Дай пройти!
- Океану нужен капитан, и если понадобится, я привяжу тебя к креслу, - заявил Майк. – Джаред дал мне указания на такой случай, и я их выполню, не сомневайся.
- Плевать мне, понял?
Он попытался обойти Майка, но рядом возник Джим.
- Дженсен, успокойся, - мягко сказал он. – Джаред в надежных руках. Ты ничем ему не поможешь, разве что подежуришь в больничном коридоре под операционной. Присядь.
Джим подкатил кресло, и Дженсен сел, переводя дыхание.
Он лихорадочно перебирал в уме все, что знает о таких травмах, но мысли постоянно перескакивали на то, достаточно ли квалифицированные на Океане хирурги, ведь все серьезные травмы и болезни здесь лечили мановением волшебной палочки. Лучше было бы ему если и не заниматься этим самому – он слишком долго не практиковал, да и опыт у него скопился не такой уж большой, - то хотя бы присутствовать, чтобы убедиться, что они знают свое дело, может, помочь чем-то.
- …катастрофическое положение, - донеслись до него слова Джима. Тот и раньше что-то говорил, но Дженсен прослушал.
- Что? – переспросил он.
- Я говорю, что операция провалилась. Рой разрастается страшными темпами, мы просто выиграли немного времени. Караникум начал эвакуацию. А у нас сложилось катастрофическое положение.
- У вас должен быть план на случай, если капитан выбывает из строя, - рассеянно сказал Дженсен. Ему хотелось позвать Криса и спросить, нельзя ли подключиться к камерам в операционной.
- Он есть, - терпеливо продолжил Джим. – Но лучше, если ты снова побудешь вместо него.
- Разве Совет не говорил, что больше не допустит меня до власти?
- Тогда было мирное время. Мне неловко просить, тебе сейчас не до этого, - он перевел взгляд пониже, но Дженсен и так понял, о чем речь. – Будь Джефф в норме, я бы обратился к нему, хотя и считаю, что ему не место в капитанском кресле, но выбора у меня нет. Пожалуйста, Дженсен.
- Вы могли бы взять руководство на себя, или Майк.
- Ты лучше справишься. К тому же, тебя на Океане все знают и любят. А кто я такой, не знает и десять процентов населения, если верить соцопросам.
- Я понял, - дошло, наконец, до Дженсена. – Кому-то надо официально объявить людям, что они все скоро умрут, а их дом сожрет рой мух.
- Ты имеешь право злиться, - сказал Джим, но Дженсен не мог успокоиться.
- Если бы вы послушали Джареда и установили антигравы на все платформы, то сейчас могли бы поднять их и увести на безопасное расстояние.
- Совет ошибался, я признаю.
- Тогда пусть Совет и разгребает это дерьмо!
Именно в этот момент в общем гаме настала случайная пауза, и его слова прозвенели на весь зал. Он почувствовал, как на него все смотрят.
- Можешь думать, что угодно, - тон Джима изменился и уже не звучал так, будто он уговаривает капризного ребенка. – Но сейчас не время выяснять, кто виноват.
Краска бросилась Дженсену в лицо, и он отвернулся – смотреть в осунувшееся и постаревшее словно в один миг лицо Джима было невыносимо.
- Я все сделаю, - прошептал он.
- Спасибо, сынок. - Джим благодарно сжал ему руку. – Пойдем.
Джим отвел его в кабинет Джареда, усадил в кресло и сунул в руки чашку с чаем из репликатора. Пока они шли по коридорам, многие оглядывались на них – здесь все уже знали, - но у Дженсена не осталось сил, чтобы переживать по этому поводу.
- Тебе что-нибудь нужно? – заботливо спросил Джим.
- Нет.
- Текст сообщения готов, сейчас его только немного подкорректируют. Подождешь здесь?
- Да.
Джим кивнул, пообещал вернуться через десять минут и убежал куда-то.
Дженсен остался сидеть там, наблюдая за грозой, которая разбушевалась над океаном. Звук раскатов грома и шума дождя внезапно стал громче, как если бы кто-то приоткрыл окно, откуда-то повеяло холодом. На его глазах в комнату влетела фотонная муха – она действительно походила на светлячка, крошечный сгусток света. Она неспешно пролетела от проделанной в стекле дырки до подставки для цветов, на которой росло что-то хвойное, с колючками и маленькими шишками, прошила ее насквозь, но, видимо, подставка на вкус вышла похуже корпуса платформы, потому что муха развернулась и исчезла, оставив за собой вторую дырку – на этот раз в полу.
Только тогда Дженсен смог вдохнуть и пошевелиться. Поставил чашку, но попал на край подстаканника, чашка перевернулась и покатилась по столу, чай разлился на пол. Он кое-как дошел до ванной и умылся. Перед глазами все плыло.
«Дженсен, тебе нужен врач», - где-то далеко прозвучал голос Криса.
«Нет, не нужен», - ответил он.
Вода текла ледяная, и он попытался открыть кран с горячей, но кран не поворачивался. Дженсен принялся остервенело дергать его, но без толку.
«Не в ту сторону», - подсказал Крис, но Дженсен не слышал, продолжая колотить по крану, а потом сел на пол и зажмурился.
«Здесь пол не подогревается, - не замолкал Крис. – Дженсен, пожалуйста!»
Джим, оказывается, ходил за епископом Доммом, и Дженсен смутно помнил, как они вдвоем подняли его с пола и усадили обратно в кресло, а он только бормотал, что ему лучше, и звать врача не нужно. Потом в голове прояснилось.
- Уверен, что тебе лучше? – как раз спрашивал Джим.
- Да, уверен. Спасибо. Добрый день, епископ.
Тот уважительно кивнул, с таким видом, будто происходящее не беспокоит его, будто он давным-давно всего этого ждал и сейчас испытывает душевный подъем от оправдавшихся ожиданий. Майк суетился у стекла – заделывал скотчем дырки.
- Хорошо, - с сомнением сказал Джим. - Ты видел план эвакуации?
- Видел.
- Значит, он не будет для тебя неожиданностью. Прочитай обращение несколько раз про себя, и пойдем в пресс-центр.
Дженсен машинально взял лист бумаги – той самой, из водорослей. На точно такой же выходило «Время Океана». Погладив шершавую поверхность, Дженсен впервые подумал не только о себе, он осознал, что этого мира больше не будет – не будет смешного в эру голографических экранов «Времени Океана», не будет галстучных форумов, гонок на подводных скатах, бродяг, бомжующих на днищах антигравитационных установок, не будет даже кофейных лилий и мелихты.
Он сглотнул и стал читать, выхватывая из текста только отдельные слова – «дорогие сограждане», «лотерея», «импульсные двигатели», «остался всего один камень».
Они собирались провести лотерею – с учетом возраста, состояния здоровья, социальной полезности профессии и сотни других факторов, и отправить эту группу на кораблях с гиперприводами вместе с точно такой же группой с Караникума, которая прибывала на Океан через двое суток. Одновременно должны были стартовать в космос платформы, чтобы попытаться долететь на импульсных двигателях до туманности Коха и укрыться в ней. Единственный оставшийся камень предполагалось использовать для создания защитной сферы вокруг платформ.
- Какой защитной сферы? – спросил Дженсен. – И как она будет двигаться вместе с кораблями на импульсной скорости?
В плане, который давал ему Джаред, об этом ничего не было, а шансы добраться до туманности хотя бы одной платформе оценивались как стремящиеся к нулю.
- Какой-то, - мрачно пробормотал Джим. – Что-то же нужно будет делать.
- Собираетесь остаться?
Джим не ответил.
Пресс-центр был забит журналистами, которые ждали несколько часов, но когда Дженсен вышел к трибуне с микрофонами, то не увидел ни одного лица – только однородную волнующуюся массу и море глаз. Напечатанный на бумаге текст въелся в память кислотой, и он повторил его наизусть, запинаясь, но не потому, что забыл слова, а потому что произносить их было сложно. Листок он держал в руках, вцепившись до боли и не замечая, как он дрожит.
- …капитан останется с вами на Амальтее, - закончил Дженсен.
Там оставалась пара фраз про «дорогих сограждан», но смысла в них не было, и продолжать он не собирался. Просто смотрел в зал, а зал смотрел на него, в полной тишине, словно немое многоглазое существо. Прямой эфир транслировался по телевидению и в сети по всем каналам и всем адресам, а, значит, существо было намного больше, чем он мог охватить взглядом, чем он вообще мог представить, и ему стало страшно, по настоящему, впервые за все это время.
- Пойдем, - прошептал стоящий за спиной Джим, и он послушно двинулся за ним, прижимая к себе листок с речью.

Дальше Дженсену не нужно было ничего делать – план привели в действие, и механизм заработал сам. Все детали улаживал Майк, серьезных накладок не возникало, его побеспокоили только один раз – когда позвонил Рене.
Рене пьяно улыбался, рубашка на нем была полностью расстегнута, демонстрируя гладкую мускулистую грудь, волосы разбросаны по плечам. У него за спиной шла то ли пьянка, то ли драка, но он не обращал внимания.
- Дже-е-е-е-енсен, - протянул он. – Ты такой кла-а-ассный! Жалко, что нам так и не удалось…
- Рене, - отдернул его Дженсен.
- Да, ты прав, - улыбка его превратилась в напряженную гримасу, словно он очень хотел и дальше улыбаться, но не мог заставить себя. – Звоню попрощаться. Я, знаешь, остаюсь на Лотосе. Будем бухать и трахаться, с утра и до вечера, прикинь! Больше нет смысла притворяться цивилизованным обществом, - он рассмеялся.
Дженсен молчал. Рене успокоился, глотнул из бутылки и вытер рот рукавом. Будто стер улыбку с лица.
- Как Джаред?
- В операционной. Он поправится.
- Это хорошо, никогда в нем не сомневался. Я буду скучать по нему. И по тебе тоже. Удачи вам обоим.
- Тебе тоже, Рене.
Рене отсалютовал бутылкой, и связь прервалась.

Он больше не мог сидеть там в одиночестве. Когда позвонили из госпиталя и сообщили, что Джареда перевезли в палату, и сейчас он спит, Дженсен решил отправиться туда. Заведение было закрытым, только для членов Совета и их семей, и располагалось на том же уровне.
Посреди пустой приемной в одном из кресел для посетителей сидел епископ. Он вскочил, увидев Дженсена.
- Вы собираетесь к капитану?
- Да.
- Разрешите вас проводить.
- Да пожалуйста.

Крис сделал голографический указатель до госпиталя в виде обычной стрелки, хотя раньше выдумывал разных забавных зверушек – кроликов, пингвинов и каких-то мифических трибблов, но сейчас Дженсен не только не мог радоваться – не хотел, и Крис это знал, конечно. Епископ молча шел рядом, а когда они добрались до госпиталя, то кивнул ему и остался в холле.
Джаред и правда спал, но выглядел он неплохо, щеки порозовели. Судя по приборам состояние у пациента было вполне удовлетворительным. Дженсен не знал, сколько просидел там, и, кажется, задремал в кресле. А когда проснулся, Джаред смотрел на него.
- Привет, - прошептал он.
- Ты уже знаешь?
Джаред кивнул.
- Как ты?
- Я? – удивился Дженсен. – Я – нормально. Как ты?
- Хорошо, - улыбнулся Джаред. – Наркотики еще действуют, весь потолок в радужных разводах. И ты тоже. Очень красивый. Дженсен, послушай, я сделал все, как мы договаривались, и когда опасность пройдет, ты сможешь уехать, куда захочешь. Я попрошу Рене взять ребенка – он выглядит придурком, но ты на это не смотри, он нормальный. У него своих спиногрызов с десяток, он знает, что с ними делать, и не откажется, только рад будет. Все равно более близких родственников у меня нет.
- Рене сказал, что собирается остаться на Лотосе.
- Фигово, - пробормотал Джаред и отвернулся. Помолчал немного, а потом снова глянул на Дженсена: – Может, передумает?
- Не знаю, - Дженсен отвел взгляд и спросил, чтобы переменить тему: - И какой план Б?
- Нет плана Б.
- Как это нет? Стив же работал над чем-то?
- То, над чем он работал – теоретически возможно, но технически невыполнимо. Что-то вроде сферического коня в вакууме, - последние слова Джаред прошептал, запинаясь. - Кстати, о конях. Проследи, пожалуйста, чтобы Сэди и Херли выпустили обратно в океан, даже если они будут упираться. Взять с собой вы их всё равно не сможете, да и на месте бассейна тучу народа поселить можно.
- Прослежу, не волнуйся.
- Спасибо, - у Джареда закрывались глаза. – А я еще посплю.
Дженсен хотел сказать, что придет вечером, но Джаред вырубился и засопел.
Когда Дженсен вышел в холл госпиталя, епископ Домм неуклюже подхватился и последовал за ним.
- Епископ, почему вы ходите за мной? – спросил Дженсен, хотя ему и было все равно.
- Хочу увидеть своими глазами, как свершится воля Океана, - ответил тот, остановившись на миг. – Ведь Он указал на вас.
Дженсен посмотрел на него, хмурясь. Во что только люди ни верят!
- Но я сейчас собираюсь на Атлас. Тоже хотите со мной?
- Если позволите, - смиренно сказал епископ.
И в помещениях Совета было слишком спокойно, они выглядели покинутыми - работа здесь уже закончилась. Даже посадочная площадка пустовала. Дженсен не знал, как именно организована посадка на гиперкорабли, но проводить ее точно будут завтра. Сегодняшний день оставили для того, чтобы собрать вещи и попрощаться с теми, кто остается. Но на Атласе был настоящий дурдом - по коридорам сновали толпы людей и погрузочные автоматы – завозили припасы для долгого перелета.
Фонтанов на площади больше не было – на их месте ставили перегородки для временного жилья, хотя могут пройти долгие годы, прежде чем удастся оторваться от роя. Дженсен подумал, что, может, котиков и так уже выпустили, воду из бассейна вылили, и теперь там тоже вырос палаточный городок, и ускорил шаг. Успеть бы попрощаться с ними.
Словно сто лет минуло с того момента, как они вместе с Джаредом шли сегодня утром этой же дорогой. Тогда все выглядело как обычно – безмятежный и сонный город был самым чудесным и безопасным местом в мире. Тогда Дженсен и мысли не допускал, что план может провалиться, ни разу не задумался даже – этого не могло произойти, не с ним, только не сейчас. И теперь, когда он один проходил коридорами Атласа, во все глаза глядя по сторонам, то, наконец, понял, что завтра вечером сядет на «Звездочет», и больше никогда не увидит ни эту планету, ни Джареда – завтра произойдет как раз то, к чему он стремился и ради чего готов был сделать что угодно, но свобода все равно останется всего лишь призрачной и далекой мечтой, как всегда. Мираж, который вечно маячит где-то на горизонте.
Дженсен слишком устал гнаться за ним. Остаться бы здесь, вместе с Джаредом, обнять его и молча ждать, пока от фотонных мух не станет светло, как в самый солнечный день. Угроза снова провести годы в металлической коробке три на два метра, под постоянным давлением ответственности, под грудой обязательств, нагоняла на него ужас. Без шансов на спасение, без надежды вернуться, в бесконечном одиночестве.
Наверное, он слишком громко думал, потому что Крис ответил:
«Ты будешь не один».
Отвечать не пришлось, лифт очень вовремя остановился на верхнем этаже, и они вышли в холл. Дженсен с облегчением выдохнул – до комнат капитана строительные бригады пока не добрались. Епископ устроился в кресле, а Дженсен пошел на кухню. Там над столом виднелись две вечно голодающие морды – они услышали, как открывается дверь и сразу примчались.
Он достал из автомата белковые пирожки для них, нашел несколько завалявшихся в холодильнике бурундиков. Хотелось бы угостить их чем-то повкуснее, но кухня не работала.
Котики мгновенно перемололи все, что попало им на зуб, и жалобно уставились на него. Дженсен подвинул стул поближе к ним и погладил по мокрой голове сначала Сэди, потом Херли, и они словно что-то почувствовали. Херли грустно чирикнул и ткнулся мокрым носом Дженсену в щеку.
- Хороший, хороший, - похвалил его Дженсен, жмурясь от щекочущихся усов.
«Крис, а скажи мне, фармацевтическая промышленность Океана выпускает гидрат протория?»
«Да, он входит в состав нескольких препаратов для…»
«Он есть в госпитале Атласа?»
«Должен быть. Что ты задумал?»
«Ничего».
Дженсен встал, думая о том, как избавиться от епископа, но снова сел, когда Крис сказал:
«Если ты собираешься навредить ребенку, я буду вынужден вызвать скорую без твоего ведома».
«Я не собираюсь никому вредить, Крис. Просто хочу остаться здесь, но из-за ребенка не могу».
«Слышал о трех законах робототехники? Миф, конечно, но выполнение твоих указаний и правда второстепенная задача, а превыше всего для меня твоя безопасность. Если ты сделаешь попытку достать проторий или снимешь сейчас браслет, я сразу свяжусь с доктором Харрис».
«На таком сроке никакой опасности нет, Крис. Ребенка увезут на корабле, а я останусь».
«Ты знаешь, какие у этого препарата побочные действия. Не пытайся меня переубедить, приятель, это бесполезно».
Дженсен сжал виски ладонями. Становилось все сложнее игнорировать подкативший к горлу ком.
«Что мне делать, Крис? Что делать?!»
«Не сдаваться. Сейчас тяжело, но рано или поздно ты поймешь…»
Дженсен врезал по столу, и тот с грохотом перевернулся. Вазочка разбилась, конфеты разлетелись по всей кухне, котики нырнули в воду, прижав уши. Крис сразу замолчал. Из открывшегося в стене отверстия бесшумно выполз робот-уборщик и принялся собирать осколки. И чем не время для уборки? Картина так насмешила Дженсена, что он рассмеялся, потом встал, тяжело опираясь на стул, и наподдал роботу с ноги. Того отшвырнуло к двери, и он жалобно зажужжал, пытаясь перевернуться обратно на колеса. Дженсен собрался вмазать еще по чему-нибудь, например, по полке с непрочитанными номерами «Времени Океана», но успел заметить испуганный глаз котика, на мгновение показавшийся над бортиком, и остановился, тяжело дыша.
- Сэди! Херли! – в отчаянии позвал он, но котики уже скрылись за стеной, только чей-то хвост мелькнул.
Хорошо, стул оказался рядом, и Дженсен рухнул на него. Прошло минут десять - он успел досчитать до пятисот, - пока удалось успокоить головокружение.
«Крис», - виновато позвал он.
«Да», - тут же отозвался тот, и Дженсен понял, что он очень обеспокоен, но совсем не сердится.
«Найди Стива, пожалуйста».
«Стив в своей лаборатории».
«Отлично. Пошли, проведаем его».
«Надо обработать руку».
На правой руке оказались разбиты костяшки пальцев, но боли он не чувствовал. Только сейчас заметил, когда Крис сказал. Он сунул руку под кран, смыл кровь, наскоро залепил ссадину найденным в ящике пластырем и вышел из кухни.
Епископ явно слышал шум и заметил пластырь, но не сказал ни слова, и они молча пошли к лифту.
В лаборатории Стива было тихо, темно, и витали клубы сладковатого дыма. Сам Стив развалился в кресле, закинув ноги на стол, и курил криво свернутый косячок.
- А, Дженсен! – обрадовался он. – Ты не один, или у меня в глазах двоится?
- Это епископ Домм.
- Заходите, у меня на всех хватит, - Стив махнул рукой в сторону диванчика, вытащил из кармана носовой платок и принялся разматывать его. – У нас два часа до того, как сюда придут строители. Вот, угощайтесь. Нет, подожди, Дженс, тебе нельзя. Епископ?
Тот вежливо отказался и сел подальше от Стива.
- Ладно, мне больше достанется. Я могу чем-то помочь?
- Расскажи про вашего с Джаредом сферического коня в вакууме.
- А! Такая же сказка, как и теория нелинейности времени, хотя ту даже в школе учат. Только это типа государственная тайна, ребята, если Джаред узнает, что я разболтал, он меня… ха! мухам скормит! – Стив так расхохотался, что уронил косяк, а потом закашлялся, вытирая слезы.
- Стив, - поторопил Дженсен.
- Все, все, я уже успокоился, - он поднял с пола косяк и снова затянулся. – Значит так, если группа людей достаточно большая, то она представляет собой как бы отдельную единицу. Как газ, каждая молекула которого движется хаотично. Или как живое существо, которое состоит из молекул. Как… Ну, вы поняли. И если две такие единицы одновременно применят все свои однокаратные камни и загадают одинаковое желание, то фироль должен принять такую связку и исполнить его. Только однокаратному камню нужен прямой контакт, а как создать две отдельных единицы из одной группы - неизвестно. Я пытался создавать группы по национальному и расовому признаку, по возрасту, полу, группе крови, совместимости ДНК, предпочтениям в музыке, и черт знает чему еще, и спросите меня, чем всё закончилось? А все котику под хвост! То есть все океанцы – это единица, конечно, но кто будет вторым в связке? Фироль, понимаешь, не действует, если ты один. И я подозреваю, что даже если все океанцы возьмутся за ру

⇐ Предыдущая123456789Следующая ⇒

Поделиться:

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Организация работы процедурного кабинета

Области применения синхронных машин

Оптимизация по Винеру и Калману