Россия и глобальное сверхобщество

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 29 из 33Следующая ⇒

Стремление президента Путина к тому, чтобы Россия стала процветающей суверенной державой, достаточно независимой в своей жизнедеятельности от мирового окружения, и прежде всего от Запада, не вызывает сомнения. Об этом говорит как его внутренняя, так и внешнеполитическая активность. Но, как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. Успех деятельности главы постсоветской России зависит в гораздо большей мере от объективных обстоятельств, чем от личных намерений. Мы видели, что внутри страны уже заданы эволюционные границы, попытки выйти за пределы которых обречены на провал. Имеются ограничения и во внешней активности, предопределяющие направления пути России.

Не следует забывать о том, что Советский Союз капитулировал перед Западом в «холодной войне», что результатом капитуляции явился антикоммунистический переворот и разгром советской социальной организации, что началась «теплая» война и интенсивная западнизация России, что постсоветский строй возник под давлением Запада и поддерживается со стороны Запада, что все те российские граждане, которые сейчас составляют самую социально активную часть населения, стали таковыми благодаря происшедшим в стране переменам и с благословения Запада и т. д. И что бы российские правители ни предпринимали в отношениях с Китаем, Индией и другими незападными странами, Россия просто всем ходом постсоветской истории обречена на западнизацию и на интеграцию в зону доминирования западного глобального сверхобщества. В России уже сложились слои населения, которые достаточно сильны, чтобы поддерживать установку на западнизацию. Расширяются и углубляются как деловые, так и личные связи россиян со странами Запада. Россия фактически интенсивно западнизируется. А Запад достаточно силен, чтобы принуждать ее поступать так, как это нужно в его интересах. Он способен использовать любые средства принуждения, включая военные. Способность же России к отпору сейчас сравнительно невелика и фактически неуклонно сокращается. Одним словом, переориентировать Россию на сближение с незападными странами в ущерб прозападной ориентации практически невозможно уже сейчас. И тем более это невозможно в обозримом будущем, поскольку материя российского человейника вступила в нисходящую эпоху своей эволюции.

Нисходящая ветвь эволюции

Широко распространено мнение, будто в России наступило состояние своего рода подъема. Многие активные и видные представители политических, деловых, культурных и идеологических кругов ведут себя так, будто на самом деле наступает эпоха всестороннего подъема, оживления, оптимизма и надежд, будто эпоха депрессии, уныния, пессимизма и безнадежности отступает в прошлое. Трудно сказать, в каких пропорциях тут перемешаны желаемое и действительное, театральное и реальное, недомыслие и намеренный обман. Но даже на уровне просто здравого смысла должно быть очевидно, что подъем в каком-то одном аспекте многостороннего процесса не означает подъема в процессе в целом. Если принять во внимание все важнейшие аспекты жизни страны и если фиксировать изменения в достаточно большой период времени (за последние пятнадцать лет), а не за последний год-два, то не останется никаких сомнений относительно того, что тенденция к упадку является устойчивой и долговременной. Для такого утверждения имеются достаточно серьезные основания. Назову некоторые из них. Упадок идет по многим линиям. Если каждую линию взять по отдельности, то кажется, что упадок по ней можно остановить и сделать так, чтобы начался подъем. Такое можно сделать по нескольким линиям. Но когда одновременно упадок идет по десяткам и даже по сотням линий, то в стране просто не найдется сил не то чтобы охватить их все, а даже для того, чтобы как-то замедлить и ослабить суммарный упадок. Далее, в современных условиях на планете для эволюционного подъема требуется все больше материальных и интеллектуальных средств и усилий. Но именно в этом отношении в России идет процесс противоположный. Имеющиеся потенции и богатства либо остаются неиспользуемыми, либо используются именно как факторы упадка. Например, Россия является самой богатой обладательницей природных богатств. А как они используются?! Россия все более превращается в сырьевую базу для Запада. А как используются интеллектуальные и творческие ресурсы России?! Я не знаю другого большого народа в мире, который так холуйствовал бы перед всем западным и был бы так враждебен к своим гениям, которые могли бы стать национальной гордостью и точками роста именно социального прогресса. И даже вспышка русского национализма в последнее десятилетие имеет результатом ориентацию России не в будущее, а в прошлое.

Но мало сказать, что в России имеет место упадок. Тут имеет место нечто более серьезное, а именно нисходящая ветвь социальной эволюции. А в этом случае имеет силу социальный закон, который я называю законом зеркальности. Суть его, коротко говоря, состоит в следующем. Когда говорят об отражении явлений реальности в сознании, то обычно прибегают к сравнению с отражением предметов в зеркале. При этом игнорируют то, что отражение предметов в зеркале, будучи похоже на отражаемое, является вместе с тем искаженным, зеркально «перевернутым». На нисходящей ветви эволюции действуют те же общие социальные законы, что и на восходящей ветви, но действуют именно как зеркальное отражение их действия на восходящей ветви, то есть одновременно похоже, но и наоборот. Российские властители и реформаторы стремятся действовать так, как положено действовать для успеха, но их усилия, которые могли бы принести успех в восходящей ветви эволюции, теперь, в ситуации эволюционного упадка, дают результаты противоположные. Получается на деле лишь имитация подъема, успеха. Например, действия, которые по замыслу должны были бы привести к подъему экономики, создают видимость подъема, а по сути ведут к упадку и разрушению страны. Действия по укреплению власти ведут к ее ослаблению в качестве органа целостности и сохранности страны как единого целого. На деле получается, что чем больше успехов на поверхности эволюционного потока, тем дальше страна от реального возрождения и ближе к исторической гибели. Такой эффект неизбежен, поскольку для страны было выбрано губительное направление социальной эволюции, а именно: ее направили по нисходящей ветви эволюционного процесса.

Рассмотренная выше зеркальность имеет объяснение в том, что в процессах социальной эволюции определяющую роль играет сознательно-волевая деятельность людей. Люди осознают (отражают в своем сознании) какие-то явления прошлого и используют прошлый опыт в своей деятельности в настоящем, ориентированном на будущее. Поскольку они осознают прошлую восходящую ветвь эволюции, а действуют в нисходящей ветви, их деятельность помимо их воли оказывается не точной, а перевернутой копией прошлого. Неудивительно, что, делая вроде бы то же самое, что с успехом делали предшественники, копировщики получают противоположные результаты.

Принимая во внимание сказанное выше, можно сделать предположение, что Россия будет эволюционировать ближе к той из рассмотренных крайностей, которую я назвал советизированным западнизмом. На этом пути Россия вряд ли может рассчитывать на роль, сопоставимую с той, какую она играла в мире и в истории человечества в советские годы. И тем более она не может рассчитывать на вклад в социальную эволюцию человечества, сопоставимый по масштабам и по влиянию на социальный прогресс с советским (русским) коммунизмом.

Ноябрь 2000 г.

Крах идеологии

Здесь излагается еще не опубликованная публичная лекция о крахе советской идеологии. Делается это в форме диалога двух персонажей книги.

В поисках великой идеи

– У нас явно пытаются создать систему власти, подобную советской. Как вы думаете, удастся это?

– Без идеологии вряд ли.

– Ее уже ищут. Вся думающая Россия ищет.

– Ищет, но найдет ли? Наши правители представляют себе дело так. Теоретики должны нахмурить лоб и открыть Идею. Сообщить ее высшему руководству. Последнее от своего имени выступит с ней перед всем народом. Услышав Идею, народ единодушно проникнется ею и начнет вести себя так, как призывают правители. Немедленно начнется стремительное возрождение России. Потекут рапорты об успехах. Начальству – слава, почести, награды. Мир потрясен. Россия во главе всей Евразии, а то и всего человечества… Главное – открыть эту проклятую Великую Идею! Чего мыслители мешкают?! Российский интеллектуальный рынок завален предложениями? Это все не то! Нужно что-то такое, чтобы начальство и весь народ сразу затрепетали. При этом никому не приходит в голову мысль, что Великая Идея была давно открыта, больше ста лет владела умами миллионов людей, на семьдесят лет избавила русских от правдоискательства и была единодушно выброшена на свалку истории.

– И теперь мы так же единодушно ищем для нее наш национальный эрзац! Как вы думаете, найдем? Чтобы ответить на этот вопрос, надо сначала выяснить, почему и как мы отреклись от марксизма.

– Это принципиально важно?

– Конечно. Посудите сами! Без марксизма у нас не возник бы коммунистический социальный строй.

– Кое-кто считает, что мог бы.

– Не будем гадать с «бы». Есть социальные законы и объективные условия. Социальный строй по определению понятий вообще создается в результате сознательно-волевой деятельности определенной части человеческого объединения. А люди, взявшие власть в нашей стране после революции 1917 года, были марксистами. Революция проходила под лозунгами марксистов. И строилось новое общество с этими лозунгами. Это исторический факт. Марксизм стал основой советской государственной идеологии. И наконец, засилье марксизма стало одной из причин кризиса и краха советского коммунизма. Так что просто отбросить марксизм, как это делают сейчас, – значит на много лет назад отбросить понимание социальных явлений вообще и современных в особенности.

– Но ведь марксизм, как вы сами утверждали, не наука, а идеология!

– Верно! Но он вырос на основе каких-то научных знаний. И сам имел научные амбиции и вкрапления. К тому же марксизм – не просто идеология, а великая идеология, включавшая в сферу своего внимания все значительные социальные явления ХIХ—ХХ веков.

Два аспекта марксизма

– В марксизме надо различать два аспекта: 1) претензию на науку и попытки научного подхода к социальным явлениям; 2) идеологию, рассчитанную на широкие массы, на влияние на эти массы, на возбуждение их на значительные действия (на преобразование социального строя). Идеологический аспект оказался сильнее, подчинил себе аспект научный, так что в целом получился идеологический феномен.

– В целом. Хотя какие-то фрагменты выходили за рамки идеологии.

– Да. Кроме того, идеология не вздор. И марксизм – идеология особого рода. Идеология эпохальная, владевшая умами миллионов людей больше столетия и до сих пор еще владеет в той или иной форме, в основном – неявно. И по содержанию марксизм сложился так, что на пути к научному пониманию всех фундаментальных проблем бытия, включая социальные, вам придется так или иначе иметь дело с марксистским решением этих проблем. Если хотите выработать научное решение этих проблем, марксизм надо преодолеть путем серьезной критики и предложения лучшего решения, а не путем отбрасывания. Отбрасывание само отбросит вас далеко назад даже по сравнению с марксизмом. И вам придется опять барахтаться в трясине идеологии. Западной идеологии, которая еще более далека от науки, чем марксизм. Так и происходит сейчас с российскими мыслителями. Они воображают, будто свободны в своем словотворчестве. А фактически барахтаются в трясине дилетантизма, невежества, бесконтрольного и ненаказуемого словоблудия, отбросов западной идеологии.

– Но ведь научный и идеологический аспекты марксизма не противоречат друг другу?

– Как раз наоборот. Тут заключено коренное противоречие марксизма. В своем научном устремлении марксизм ориентировался на экономику как на базис общества и на стихийный (естественно-исторический) процесс эволюции, происходящий по объективным законам независимо от воли и сознания людей. В своем же идеологическом устремлении марксизм ориентировался на проектируемый и управляемый аспект эволюции и на активную сознательно-волевую деятельность людей – на захват власти и использование ее для сознательных преобразований общества.

– Но марксисты полагали, что субъективная деятельность тут будет соответствовать объективной закономерности!

– Это они так думали. Но на деле получилось другое. На деле теория, претендующая на научность, была подогнана под потребности субъективных намерений. В результате теория оказалась не научной, а идеологической. Научный аспект оказался по его содержанию (по понятиям и утверждениям) идеологическим. Объективные социальные законы были выдуманы так, чтобы они «подтверждали» субъективные намерения. То, что в них было научного, было отобрано и обработано так, что научность испарилась.

Познавательные статьи:



Психологические особенности спортивного соревнования

Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации

Занятость населения и рынок труда

Социальный статус семьи и её типология