Чудесное явление Божией Матери

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 11Следующая ⇒

Однажды, на празднование Смоленской иконы Божией Матери в Петьялы приехала с ночевкой группа паломниц. После вечерней службы они остановились на ночлег в сторожке. В полночь женщины решили идти на источник, читать акафист Божией Матери. Но когда они собрались, одна женщина заупрямилась и, сославшись на то, что она устала, не пошла на источник. Остальные пришли на источник и стали читать акафист, как вдруг разверзлось небо, их осиял свет, и они увидели грядущую по небу Богородицу с Иисусом Христом в образе отрока. Они плыли мимо них по небу и о чем-то между собой тихо и спокойно разговаривали, не замечая пришедших в изумление женщин. Это событие до того врезалось в их память, что они описывали такие детали как то, что от Богородицы и Господа исходил мягкий теплый свет, который распространялся от них на расстояние около 10-15 см и, когда Богородица делала шаг, и облачения Ёе колыхались, свет также мягко изменял свою форму и колыхался в такт облачениям. Богородица и Господь проплыли мимо них по небу и, удалившись в даль, исчезли.

Какое-то время женщины стояли в изумлении, а потом бросились в сторожку рассказывать своей подруге о виденном ими. Когда же они прибежали к ней, то обнаружили, что она не спит и вид у нее совсем не сонный. Они на перебой стали рассказывать ей, что видели, та же спокойно сидела, опустив голову, и, казалось, совершенно не реагировала на их слова. Они были удивлены ее спокойствию. Но тут пришел черед рассказывать ей. Когда они ушли, она через какое-то время собралась идти к ним, но стоило ей раскрыть дверь, как из темноты леса раздался страшный сатанинский хохот. Она в страхе захлопнула дверь и никуда уже не пошла. Теперь замолчали восторженные женщины, ибо они поняли, что пришлось пережить их подруге за время их отсутствия.

Явление Божией Матери и Спасителя

на Смоленском источнике

(рисунок Марины Афанасьевой)

Чудотворный крест

Однажды, в сентябре 2002 года, стоя перед храмом, мне пришлось рассказывать историю этого храма и, когда подошла очередь рассказа о Чудотворном Кресте, я заметил, что одна пожилая женщина кивает головой в такт моему рассказу., Когда же мы поднялись в храм и подошли к Кресту, она заплакала и сказала: «Это он!» «Кто он?» - спросил я и услышал в ответ историю Чудотворного Креста, как говорится, «из первых рук»…

Рассказывает Наталья Георгиевна Ефремова (г.Волжск): «Наше село Исаково, в котором прошло мое детство, стоит на берегу реки Свияги недалеко от Свияжского острова, известного своими монастырями. В нашем селе был большой каменный храм с колокольней. На колокольне было 4 колокола, один из которых был очень большой.

Однажды, в году 25 или 26 году, где-то в апреле, когда сошел лед, и разлилась Свияга, по реке приплыл крест и остановился около самого храма. Вода бывает очень холодная в апреле, и поэтому мужики решили вытащить крест на берег, зацепив его баграми. Но он им не давался. Он, как живой, сам уходил под воду и отплывал на безопасное от багров расстояние (я думаю, что ему было как бы больно от багров.) Тогда мальчишки 6–7 лет сняли обувь, закатали штаны и зашли в воду. Крест сам к ним поплыл навстречу. Они только ухватились за него, и крест на прибрежной волне сам вышел на берег. Восемь мужчин подняли крест на плечи и занесли его в храм. Установили его, как сейчас помню, слева от алтаря, у канунника.

Церковь закрыли в 30-х годах. Священник куда-то уехал вместе с семьей и больше не вернулся. Церковь долго стояла просто закрытой, а когда началась война, то народ, боясь, что все пропадет, стал разбирать иконы по домам. В 46 году, уже после войны, приехали военные, человек двадцать, скинули колокола на землю и куда-то их увезли, наверное, на переплавку. Лет пять, после снятия колоколов, церковь была закрыта. В ней оставался только один крест.

В начале 50-х годов в церкви сделали зернохранилище. Люди, кто видел, говорили, что крест стал плакать, у Христа из глаз текли слезы. А зерно стало гнить. Ранее богатое село стало беднеть. Народ из деревни стал разъезжаться. Чтобы удержать в деревне молодежь, в церкви решили сделать клуб. Там стали делать танцы, показывать кино, проводить колхозные собрания. Крест стал мешать, и его решили спилить. Когда его стали пилить, из надпила брызнула кровь, и все с криком выбежали на улицу.

Потом, чтобы спасти крест, за ним пришли верующие, и он легко им дался в руки. Они вынули его из пола, положили на двое саней, и упряжка из трех лошадей стала их увозить. Это был март-апрель в конце 50-х годов. Все, кто провожал крест, плакали. И крест тоже плакал. Действительно, я тоже видела, как с креста из глаз Спасителя текли слезы».

О дальнейшей судьбе Креста рассказывает прихожанка Петьяльского храма Анна Ивановна:   «В д. Моркиялы священником служил отец Тимофей. Он был очень простой человек, деревенский. Когда он узнал о Кресте, стоящем в закрытой церкви, то стал хлопотать перед властями, чтобы перевезти его в Моркияльскую церковь, и ему разрешили. Перед праздником Крещения Господня он с помощниками поехал на санях за Крестом. По пути о. Тимофей молился. Углубившись в молитву, он не заметил приближающейся навстречу машины. Произошло столкновение. Отец Тимофей вылетел из саней. Ударом ему помяло грудь и сломало одно ребро. Батюшку положили в сани и все же доехали до Креста. Но их нельзя было везти вместе. Помощники отца Тимофея договорились с исаковскими, что заберут Крест позднее и вернулись домой. Батюшка после этого долго и тяжело болел, не служил в церкви. Со временем его здоровье поправилось. А Крест уже без него привезли на лошади и поставили в церкви.

А когда электричество появилось у нас в Моркиялах, батюшка провел электричество в церковь, лампочки повесил прямо над алтарем. И после этого церковь долго не стояла, а быстро сгорела. Пожар начался над алтарем. В то время был сильный ветер. А вокруг церкви очень глубокий снег и подъехать никак было не возможно. Огонь долго путался, а потом уж охватил всю церковь. Но из церкви все успели вынести: и Крест, и все иконы, и престол и даже царские врата. Два часа длился пожар, и церковь сгорела полностью. Это случилось 9 февраля 1964 года.

Всю ночь иконы и Крест на снегу пролежали. Потом все иконы в сторожку стаскали, а Крест к батюшке отвезли служащему, поставили к нему в чулан и прикрыли соломой. Иконы потом отвезли в Звенигово, а Крест остался. Об этой тайне знали только три человека, и никто больше. Он как бы скрылся от всех, чтобы про него никто и не вспомнил, даже председатель сельсовета. Крест-то большой был, носили его два человека. Но он очень тяжелый и никак не могут два человека носить его, то есть Крест как бы сам ходил, прятался.

А потом и я узнала про Крест. Случился пожар у соседки, а бабка-то кричит: «Если у меня дом сгорит, то и Крест может сгореть». Тогда все о Кресте узнали. А матушка батюшки Тимофея была старостой в церкви. И Крест тогда увезли к ней домой, поставили в клеть деревенскую. Потом я пришла к ней и говорю, что теперь к ней народ будет ходить и одолевать ее будет. А ведь так могут власти и Крест увезти, и ее вместе с Крестом, старушку. Надо Крест, говорю, куда-нибудь в церковь отнести. Так же нельзя.

И вот я обратилась к батюшке казанскому Сергию, куда везти Крест. А батюшка казанский сказал, что куда меня поставят служить, туда и увезу Крест на машине. Я же ему сказала, что Крест надо скорее перевезти, потому что его у матушки обнаружили и могут забрать. Он спросил: «Куда?» Матушка сказала: «В Петьялы». «Ну ладно,— говорит,— тогда и я в Петьялы поеду служить. Тихое место там и электричества нет».

Потом я поехала в Петьялы к старосте и говорю ему: «Андрей Михайлович, мы хотим к вам Крест перевезти». Потом я испросила у батюшки, служащего в Петьялах, благословение. Он согласился сразу же и сказал: «Как мы можем такую святыню не взять?» И потом, в Великий пост, Крест перевезли от старой матушки отца Тимофея из Моркиял в Петьялы и поставили возле кануна с левой стороны. Молебен ему отслужили. Все так радовались».

По рассказу матушки Зинаиды Аллиной, Крест в Петьялы привез на своей лошади житель села Помары Александр Федотов в Крестопоклонную неделю Великого поста 1964 года. Крест в Петьялах сделан из кипарисового дерева. От времени он потемнел, но на нем четко прослеживается изображение Спасителя с предстоящими Ему Богородицей и Иоанном Богословом. Если обойти Крест стороной, то на тыльной стороне Креста можно увидеть образ Божией Матери, который также потемнел от времени. От Креста временами исходит благоухание, изображение распятого Спасителя временами просветляется, открываются глаза и текут слезы. Как бы во исполнение пророчества о распятом Христе - «Кость Его да не сокрушится» (Ин.19:36), Крест имеет особую благодать исцеления болезней опорно-двигательного аппарата.

Сторож храма Петр Павлович Павлов рассказывал такой случай: «В храм привезли «порченого» человека. Он не был одержим злыми духами, был в полном сознании, но совершенно не владел ногами. Ноги у него были как плети, сам он ходить не мог, и его приходилось водить как маленького ребенка. Когда его привезли в храм, то он, не дав сопровождающим его людям вести его к Кресту, встал на корточки и со слезами на глазах сам пополз к Кресту. Подползя к Кресту, он обнял его и со слезами на глазах стал молиться. Родственники его не подходили к нему, чтобы он мог спокойно помолиться и в волю выплакаться. Через какое-то он затих и потом неожиданно для всех сам встал на ноги и самостоятельно пошел».

Рассказывает Елизавета Р. (г.Волжск).: «У меня была опухоль в груди, и меня должны были положить на операцию. Наступала Пасха, и я вместе с другими паломниками приехала в Петьялы на праздник. Т.к. не хватало всем места, то многие перед службой спали прямо на полу храма. Я лежала около самого креста и так крепко уснула, что проспала всю пасхальную службу. Меня пытались будить, говорили «Вставай, вставай, батюшка идет с кадилом!», но я спала как убитая. После службы поутру я явилась домой, но муж отказался пускать меня домой, потому что у меня был очень странный внешний вид, после пасхальной службы: все платье от груди до низа у меня было в крови – опухоль лопнула, прорвалась и сама истекла наружу. Так я исцелилась у чудотворного креста Господня».

Рассказывает матушка Анфиса Захарова (г.Козьмодемьянск): «У одной бабушки, которой было 84 года, умерли сын и сноха, которые работали геологами. Она, очень тяжело переживала эту утрату. Её боль усугублялась еще и тем, что она страдала эпилепсией, а таким людям, как она, никак нельзя сильно волноваться, иначе у них сразу наступает приступ эпилепсии. Приехав в Петьялы, она искупалась в источнике Смоленской иконы Божией матери. Затем она зашла в храм и была удивлена тем, что Крест, обычно черный, представился ей как благословляющий. Помолившись и приложившись к Кресту, она пошла на автобус. Времени оставалось мало и она была вынуждена бежать на автобус. Лишь только в автобусе она, вспомнив, что бежала ужаснулась, поняв, что от нагрузки у нее мог прямо в поле случиться приступ эпилепсии. Раздумывая, почему этого не случилось, она пришла к выводу, что это ее благословил Господь с Чудотворного Креста. После этого случая она прожила еще около 10 лет и ни разу у нее не было приступов эпилепсии».

Отец Владимир родился в селе Старое Эштебенькино Челно-Вершинского района Куйбышевской (Самарской) области 21(8) июля 1911 года, в день празднования Казанской иконы Божией Матери, под благодатным покровом Которой прошла вся его жизнь и служение Богу, ведь весь свой священнический путь он проходил в пределах Казанской епархии.

Следуя традиции Ветхозаветной Церкви, в которой младенца обрезали и нарекали имя на восьмой день после рождения, в Православной Церкви принято на 8 день после рождения крестить и нарекать имя младенцу по святцам. Видимо, следуя этому правилу, и отец Владимир был крещен и наречен Владимиром, ибо 8 день от его рождения выпал на 28 (15) июля, когда Русская Православная Церковь чествует память святого благоверного князя Владимира, Крестителя Руси.

И отец Владимир оправдал имя, данное ему в крещении, ибо он владел миром, который дает Христос (Ин. 14:27), и, не боясь гонений, крестил в тяжелое для Церкви время. По воспоминаниям его двоюродной сестры Христины, отец Владимир, приезжая к ним, всегда, шутя, спрашивал: «Нет ли у вас маленьких птенцов (т.е. новорожденных детей)? Их надо сделать русскими (т.е. крестить)».

Отец Владимир имел начальное образование, окончив в 1925 году в родном селе  4 класса школы I ступени. Но, как говорит апостол Павел, «Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное»(1 Кор. 1:27)

Вспоминают двоюродные сестры отца Владимира Христина и Мария: «Протоиерей Владимир - наш двоюродный брат. Мы жили в одной деревне, как одна семья, и дома наши стояли друг против друга. Родители отца Владимира были верующими. Мама его, Евдокия, умерла рано. Михаил, отец, решил больше не жениться и жил у своей дочери Пелагии. После революции семья Аллиных не вступила в колхоз, а стала вести единоличное хозяйство. Помним, как отец Владимир приезжал в деревню помогать отцу и родным сажать картошку. Т.к. не было лошади, то отец Владимир сам тащил соху, а мы шли сзади и бросали картошку в землю. Сажали сначала его отцу, а потом и всем родственникам».

До 1941 года отец Владимир работал на лесоразработках станции Бряндино Ульяновской области. В 1941 с началом Великой Отечественной войны он был мобилизован в ряды Красной Армии и до конца войны работал аппаратчиком на военном заводе в городе Чапаевске Куйбышевской области.

Рассказывает иерей Леонтий Очетов (настоятель храма Богоявления Господня, с. Морки): «Батюшка мне рассказывал, что на заводе многие насмехались над ним, за то, что он был верующим, и, не зная, как излить свою злобу, на него специально опрокинули кислоту. Тут же за его спиной раздался смех: «Все, Аллина больше с нами не будет!» Но отец Владимир сразу умылся и помолился Богу, чтобы Господь простил этих людей. Господь сохранил его невредимым, и после этого чуда он еще больше укрепился в вере».

В 1946 году, после демобилизации, отец Владимир вновь стал работать на лесоразработках станции Салаван (ныне Новочеремшанск) Ульяновской области. А с 1952 года - церковным сторожем в храме Преображения Господня в селе Биляр-Озеро Октябрьского района Татарской АССР.

Рассказывает отец Василий Шуваев: «Однажды ночью в храм, где работал сторожем отец Владимир, пришли грабители. Отец Владимир, не испугавшись, вышел к ним на встречу, и грабители стали угрожать ему, требуя открыть храм. Но отец Владимир твердо и спокойно сказал, что ничего у них не выйдет и, если они не уйдут, то он вызовет милицию. Грабители, пораженные хладнокровием отца Владимира и не ожидавшие увидеть такое спокойствие и твердость духа, поняли, что у них действительно ничего не выйдет и, развернувшись, ушли ни с чем. Слово отца Владимира было с силой. Про него можно сказать, что он говорил не как книжники и фарисеи, но как власть имеющий (Мф.7:29). Говорил он всегда спокойно и твердо, и у говорящего с ним никогда не оставалось сомнений, что будет именно так, как он сказал».

В церкви села Биляр-Озеро отец Владимир познакомился со своей будущей матушкой, Акмурзиной Зинаидой Павловной, уроженкой деревни Якушкино Нурлатского района Татарской АССР, 1926 года рождения. До того, как матушка приехала в Биляр-Озеро, она работала учительницей начальных классов в родной деревне. По воспоминаниям самой матушки, она не любила мирские увеселения. Когда подружки настойчивыми зазываниями уводили ее в клуб смотреть очередной фильм, то она, опустив голову вниз, на протяжении всего фильма молилась и даже не знала, что шло по экрану.

Однажды, это было в 1947 году, кто-то из учителей школы донес на матушку Зинаиду, что она носит нательный крестик. Два дня подряд ее вызывали на педсовет, требуя его снять, и, угрожая, говорили: «Если вы не снимите крестик, то мы вас снимем с работы». Матушка снять крестик отказалась, говоря: «С работой, что хотите, то и делайте, но крест я не сниму». На второй день матушку Зинаиду стали уговаривать: «Ты сними крестик, а потом, когда выйдешь из школы, делай с ним, что хочешь. Можешь снова его одеть». Но матушка Зинаида крест не сняла и была уволена из школы.

Оставшись без работы, матушка Зинаида поехала в Биляр-Озеро и стала жить при храме, выполняя все, что ее благословляли делать. Особенно матушке нравилось петь во время панихид, которые напоминали ей о близкой кончине всякого человека и о суетности мирской жизни. Там, в храме, матушка Зинаида познакомилась со своим будущим мужем отцом Владимиром Аллиным.

В 1956 году отца Владимира благословили в пса
ломщики. Вот рапорт о с просьбой о его назначении:

Отец Владимир был благословлен в псаломщики, но, чтобы его рукоположить в сан диакона, ему необходимо было жениться. Настоятель храма предложил ему матушку Зинаиду, как лучшую кандидатуру в супруги. Но матушка Зинаида долго отказывалась, говоря, что она не хочет выходить замуж вообще. Она говорила, что хочет в своей жизни только ходить в храм и молиться. На что отец Владимир ей ответил: «Ты будешь только ходить в храм и молиться, а все домашние дела за тебя будут делать другие». Так оно собственно и получилось. Пророчество батюшки сбылось. Даже, если бы матушка изменила свое решение, она все равно бы не смогла работать по дому, т.к. у нее однажды заболели пальцы рук, и она физически не в состоянии была делать домашнюю работу.

15(2) февраля 1957 г., в праздник Сретенья Господня, они повенчались. Матушка рассказывала, что венчающихся пар было очень много, и венчали в 2 захода. Когда им предложили венчаться в первый заход, то матушка все время плакала и отказывалась венчаться. Батюшка ее успокаивал и сказал, что они повенчаются во второй заход. Венчали их во второй заход и, по словам матушки, она все венчание проплакала. Матушка хотела всю свою жизнь посвятить служению Богу и мечтала стать монахиней, но в то время, все монастыри были закрыты

Батюшка, видя стремление матушки к монашеской жизни и сам желая того же, предложил матушке жить, как брат с сестрой, посвящая свою жизнь служению Богу и людям. После этого матушка успокоилась и перестала плакать. Прожили они вместе 41 год как брат с сестрой по примеру отца Иоанна Кронштадтского и его матушки Елизаветы. Своих детей у них не было, но Господь дал им во много раз больше других детей – духовных чад. Более 30 лет, до конца своей жизни, они жили и служили в Свято-Гурьевском храме деревни Петьялы, который был построен по благословению святого праведного Иоанна Кронштадтского.

17 февраля 1957 г. архиепископ Казанский и Чистопольский Иов в храме Ярославских святых г.Казани рукоположил отца Владимира во диаконы и определил на служение в Казанско-Богородицкую церковь села Азино Столбищенского района Татарской АССР.

4 августа 1957 г. в Свято-Никольском кафедральном соборе города Казани архиепископ Иов рукоположил его во иереи с назначением ему места служения в Свято-Преображенской церкви села Биляр-Озеро.

Отец Владимир Аллин в день рукоположения

21 августа 1957 г. Указом Архиепископа Казанского и Чистопольского Иова отец Владимир Аллин был переведен на служение  в Свято-Троицкую церковь села Мушерань Моркинского района Марийской АССР.

29 апреля 1962 г. Указом епископа Казанского и Марийского Михаила за ревностное служение Церкви Божией ко дню Святой Пасхи отец Владимир Аллин удостоен награждения КАМИЛАВКОЙ.

19 ноября 1962 г. Указом епископа Казанского и Марийского Михаила отец Владимир Аллин перемещен на должность 3-го штатного священника в Рождества-Богородицкую церковь села Семеновка Марийской АССР. Перемещение отца Владимира на служение в Рождество-Богородицкий храм было связано скорее всего с тем, что в стране шли хрущевские гонения на Церковь и храм в Мушерани была закрыт и уничтожен.

1 июня 1964 г. Указом Архиепископа Казанского и Марийского Михаила отец Владимир Аллин был назначен настоятелем Свято-Гурьевской церкви сел Азъял-Петьял Волжского района Марийской АССР.

По воспоминаниям матушки Зинаиды, Рождества-Богородицкий храм имел статус собора, и для того, чтобы его было легче закрыть, властям надо было низвести его на уровень приходского храма. За отказ подписать бумагу об изменении статуса собора, отец Владимир был переведен в Свято-Гурьевский храм села Петьялы.

Из воспоминаний отца Василия Шуваева: «С отцом Владимиром мы вместе служили в Семеновке. Власти нас заставляли вынести из алтаря напрестольный Крест, Евангелие и антиминс, после чего власти хотели сломать храм. Мы отказались это сделать, и тогда отца Владимира отправили служить в храм Святителя Гурия, а меня в Кучку».

25 апреля 1967 г. Указом Архиепископа Казанского и Марийского Михаила за ревностное служение Церкви Христовой ко дню Святой Пасхи отец Владимир Аллин удостоен награждения НАПЕРСНЫМ КРЕСТОМ.

3 июня 1971 г. Указом Архиепископа Казанского и Марийского Михаила ко дню Интронизации Святейшего Патриарха Пимена за усердное служение Церкви Христовой отец Владимир Аллин удостоен награждения саном ПРОТОИЕРЕЯ.

30 апреля 1976 г. Указом епископа Казанского и Марийского Пантелеимона ко дню Святой Пасхи протоиерей Владимир Аллин был награжден ПАЛИЦЕЙ.

21 апреля 1981 г. Указом епископа Казанского и Марийского Пантелеимона за усердное служение Церкви Христовой ко дню Святой Пасхи отец Владимир Аллин удостоен награждения КРЕСТОМ С УКРАШЕНИЯМИ.

В последние годы своего служения отец Владимир был награжден МИТРОЙ. Анна, женщина, ухаживавшая за батюшкой и матушкой, как-то поздравила отца Владимира с этой высокой наградой. На что отец Владимир ей ответил: «Это Анна не награда, это узы». Этим отец Владимир хотел сказать, что, получив митру в награду, на его плечи легла еще большая ответственность перед Богом за свою паству.

18 июля 1983 г. протоиерей Владимир Аллин вышел по болезни за штат, но продолжал служить в храме.

В Свято-Гурьевский храм отец Владимир с матушкой Зинаидой прибыли 1 июня 1964 года. Тогда на территории пустыньки (так в простонародье называется место, где стоит Петьяльский храм) было всего два или три дома. В одном из этих домов, в передней его части, и поселился батюшка, а в задней части дома была устроена просфорня. Когда они только еще приехали туда, дров не было даже один раз истопить печь. Но, когда они начали служить, прихожане храма сделали им запасы дров на 3-4 года вперед. Из воспоминаний Михаила (с.Морки): «Отец Владимир очень заботился, чтобы в храме всегда было тепло и заставлял топить печь даже тогда, когда в храме не было службы. Он говорил: «Бабушка идет зимой издалека, замерзнет по дороге, зайдет в храм, а там тепло, хорошо - и телу, и душе».

Рассказывает матушка Зинаида: «Умирая, один мужчина, завещал своим сыновьям каждый год привозить в Свято-Гурьевский храм машину дров. Так они и поступали из года в год. Когда батюшка их спрашивал, как их отблагодарить, то они говорили, что им ничего не надо. Тогда батюшка стал их спрашивать, как их зовут, чтобы знать, за кого молиться. Но они не стали называть своих имен. В один год они не приехали. А на следующий год привезли сразу две машины дров. Когда их спросили, почему они так сделали, то они, наконец, открылись и рассказали о завещании отца и о том, что в прошлом году, когда они не смогли привезти дрова, с ними весь год происходили несчастья».

Из воспоминаний рабы Божией Анны (г. Зеленодольск Татарстан): «Однажды, когда эти ребята в очередной раз привезли дров, батюшка вынес им двух жирных кур. Они отказывались брать, тогда батюшка ответил: «Если так, тогда и нам не надо ваших дров». Они испугались и согласились, но спросили батюшку: «Вы еще будете здесь?» Батюшка ответил, что будет, и они через какое-то время привезли еще одну машину. Тогда батюшка вынес им 3-литровую банку меда, они, уже боясь отказываться, сказали: «Батюшка, мы же дрова привозим просто так». А батюшка им ответил: «И я вам даю мед просто так!»

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте