Разнообразие заглавий рассказов в прозе А.П. Чехова

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 7Следующая ⇒

В настоящем параграфе заглавия анализируются со структурно-семантических позиций, а также рассматриваются по сопряженности текста с внеположенной ему реальностью (классификация Веселовой Н.А.). Всего было проанализировано 577 заголовков. Из них 48% составляют однословные названия; 46% - словосочетания и всего 6% - предложения.

Довольно часто в заглавиях произведений Чехова встречаются однословные назывные заголовки, семантическая емкость которых позволяет сразу ввести читателя в курс дела. Следуя правилу изображать действительность во всем ее многообразии. Писатель выносит в заголовок «всякий предмет»: «Бумажник», «Сапоги», «Налим», «Шампанское». В ряде случаев это подчеркивает атмосферу обыденности, повседневности описываемого или бездуховность, ничтожность изображаемых персонажей.

В качестве однословных заголовков могут выступать имена героев («Агафья», «Анюта», «Трифон», «Гриша», «Ванька», «Зиночка», «Верочка», «Володя», «Ниночка», «Поленька»), в которых суффикс играет немалую роль. Иногда это фамилии («Гусев», «Иванов»), подчеркивающие обыденность, типичность персонажей, иногда, - указание на профессию или социальное положение героя («Драматург», «Корреспондент», «Следователь», «Воры», «Нищий», «Мужики»). Порой профессия персонажа выносится в заглавие с целью подчеркнуть драматизм положения героя в обществе, в котором чин, а не личные достоинства, служит критерием оценки человека («Хористка», «Тапер»). «Учитель», «Следователь», «Доктор», «Княгиня», «Муж», «Жена» - сущность человека как бы совпадает с его функцией в семейной жизни, на службе. Персонаж может быть обезличен до такой степени, что абсолютно исчерпан своим семейным положением, профессией.

Среди словосочетаний преобладают назывные конструкции, в которых имя существительное употреблено в сочетании с прилагательным или местоимением. Назовем некоторые из подобных заглавий: «Беззащитное существо», «Лошадиная фамилия», «Мои жены», «Цветы запоздалые», «Кулачье гнездо», «Скучная история» и др.

Нередки назывные словосочетания с союзом и, выступающим в разных значениях. Иногда он объединяет слова, логически соотносимые друг другом («Жених и папенька», «Контрабас и флейта», «Он и она», Кролик и удав»), иногда - понятия, имеющие на первый взгляд мало общего, чем достигается определенная экспрессия («Баран и барышня», «Лев и солнце», «Речь и ремешок»).

В словосочетаниях с союзом или последний выполняет пояснительную функцию: «Дура, или капитан в отставке», «Депутат, или Повесть о том, как у Дездемонова 25 рублей пропали», «Исповедь, или Оля, Женя, Зоя», «Тысяча одна страсть, или Страшная ночь».

Довольно часты словосочетания, выраженные существительным с определением в форме предложно-именного сочетания: «Человек в футляре», «Дама с собачкой», «Дом с мезонином».

Среди других синтаксических конструкций, используемых Чеховым в качестве заглавий, преобладают предложно-именные сочетания, указывающие на место или время действия: «В овраге», «В родном углу», «На святках», «На страстной неделе» и т.д. Место действия: «В вагоне», «На магнетическом сеансе», «В цирульне», В аптеке», «В номерах», «В ландо», «В Москве на Трубной площади», «На охоте».

Заглавия в виде простых нераспространенных или распространенных повествовательных предложений, как личных, так и безличных, встречаются реже, чем однословные заголовки и заголовки-словосочетания: «Кухарка женится», «Спать хочется», «Свидание хотя и состоялось, но...», «И прекрасное должно иметь пределы», «Что чаще всего встречается в романах, повестях и т.п.?». Еще реже встречаются сложные предложения типа «О том, как я в законный брак вступил».

Н.А. Веселова в работе «Заглавие литературно-художественного текста. Антология и поэтика» предложила классифицировать заглавия по принципу соотношения их с внеположенной тексту реальностью [Веселова, 2005: с. 113]. На основании этой классификации можно выделить типы заглавий, апеллирующие к:

- географическим реалиям («В Москве на Трубной площади», «В Париж!», «На гулянье в Сокольниках»);

- культурным символам («Моя беседа с Эдисоном. От нашего собственного корреспондента», «Мой Домострой», «Кавардак в Риме». Комическая странность в 3-х действиях, 5-ти картинах с прологом и двумя провалами»);

- произведениям мировой литературы («Конь и трепетная лань», «Рыцари без страха и упрека», «Последняя могиканша», «Невидимые миру слезы»);

- чужому творчеству («Тысяча одна страсть, или Страшная ночь. Роман в одной части с эпилогом. Посвящаю Виктору Гюго», «О драме» - два приятеля ведут разговор о драме, о Шекспире, о гуманном назначении искусства);

- жанрово-родовой памяти (в подзаголовках рассказов нередки указания на жанр: «Сценка», «Сказка», «Рассказ», «Роман», «Драма», «Водевиль», «Пьеса», «Очерк», «Письмо», «Психологический этюд», «Наброски», «Плач»);

- авторскому жанру («Мошенники поневоле. Новогодняя побрехушка»)

- формам других искусств («Безнадежный. Эскиз», «На реке. Весенние картинки»;

- языческим легендам («Наивный леший»);

- античной культуре («Сирена», «Ариадна», «Калхас»);

- культуре, оппозиционной той, к которой принадлежит автор («Жены артистов. Перевод... с португальского», «Грешник из Толедо... Перевод с Испанского»).

Проанализировав названия чеховских рассказов, можно сделать вывод о том, что писатель отдает предпочтение коротким заголовкам. Краткость чеховских заглавий говорит о стремлении автора к максимальной точности, ясности формы, к сжатому, плотному повествованию. Чехов обладал умением немногими словами сказать о многом, насытить скупую речь богатым внутренним содержанием. Потому его малая проза и встала в один ряд с большими романами, ознаменовала собой этап в истории повествовательного искусства.

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры