Я - ваш царь, я - Хам великий,

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 10Следующая ⇒

Вам ниспосланный судьбой.

В красной пляске круговой

Храмы я, смеясь, разрушу;

Вырву сердце, вырву душу

У живущих головой.

Я заставлю пред собой

Колебаться в страхе троны;

Я к ногам своим короны

Брошу с дьявольской хулой.

Позабудьте навсегда

Знанья, роскошь и искусства:

Я вам дам иные чувства,

Чувства, чуждые стыда.

Одно из самых страшных, самых трагических произведений другого поэта Серебряного века – С.С.Бехтеева «Великий Хам». Они - ему поклонившиеся на людей «кидаются», чтобы всё чистое, светлое, всё человеческое разрушить. Чтобы «загрызть» каждого, человеком оставшегося. Чтобы погибли те, которые в рабов «Великого Хама»                            превратиться не захотели.

  Можно сказать, наверное, что у С.С.Бехтеева показана первопричина О.Э.Мандельштамом изображённого - сам зверь, сам антихрист, по России идущий.

Это из-за него всюду «кровавые кости в колесе» - ведь он пришёл осквернять, разрушать, убивать… 

   Глава четвёртая «Век распятый»

Век мой, зверь мой, кто сумеет
Заглянуть в твои зрачки
И своею кровью склеит
Двух столетий позвонки?

Риторический вопрос – вернее, - крик души! С него начинается одно из самых скорбных, самых символических произведений поэта с неисчерпаемой глубины названием «Век».

Век, зверем ставший – потому что… 

Кровь-строительница хлещет
Горлом из земных вещей,
Захребетник лишь трепещет
На пороге новых дней.

Образ льющейся повсюду крови, на которой строят «новый мир» «творцы новые».                   На крови тех, кто в «бытие»  «новое» не «вписался», кто этот «новый мир» строить «мешает». На крови «старого мира», который возжелали «разрушить до основанья».                (О том, что в «Интернационале» звучит призыв к бесам мир Божий разрушить, говорилось уже не раз - и отнюдь не только в авторских исследованиях).

И вот появляется ещё один главный образ всего произведения – вернее, ещё одна аллегория.   

Тварь, покуда жизнь хватает,
Донести хребет должна,
И невидимым играет
Позвоночником волна.

Хребет, позвоночник как некая основа...

Если все приводимые ранее произведения написаны усиливающим скорбь трёхсложным размером, то здесь скорбь вселенская отражена бодрым, часто «радостным» хореем.

Но, как уже говорилось, ритм – лишь «эстетическая материя». А может быть, становится бодрый «ритм» антитезой отражённой в произведении трагедии.

Словно нежный хрящ ребёнка
Век младенческой земли –
Снова в жертву, как ягнёнка,
Темя жизни принесли.

Символ слишком очевидный. Снова вспоминается «Распятие» в знаменитом «Реквиеме» А.А. Ахматовой. И Само Распятие, и реки крови Мучеников Христианских во все времена…

 А после что-то вроде совсем маленького, крошечного «проблеска» в чёрной мгле, Россию окутавшей…

Чтобы вырвать век из плена,
Чтобы новый мир начать,

Узловатых дней колена
Нужно флейтою связать.

Музыка - Высокое Искусство как спасение!

А потому прежде, чем продолжить, обратимся к мыслям великих русских людей.

Великие произведения искусства, по словам И.А.Ильина, создаются в тех «сферах», где «проносятся веяния Духа Божьего».

 А П.А.Флоренский говорил, что для творчества душа должна «напитаться впечатлениями духовного мира».

Наконец, как изрёк кто-то из преисполненных Мудрости Духовной Оптинских Старцев, «музыкальное воспитание очищает душу и подготавливает её к восприятию впечатлений Духовного Мира». А Отцы Церкви говорили о «Музыке Небесных Сфер», «музыке вращения земли».

Невольно вспоминается, как в первые века Христианства, для изображения Христа использовали образы античного искусства, наполняя их, конечно, содержанием Священного Писания. Одним из образов был прекрасный Орфей. Потому, может быть, что в царство умерших спустился –                   и вернулся живым. Но речь сейчас о другой, может быть, менее известной, но истинно прекрасной легенде. Орфей играет                                                 на музыкальном инструменте, на флейту похожем, – услышав музыку, выходят на поляну звери. Они не нападают на музыканта, не грызутся между собою – а, как заворожённые, стоят и слушают. О «Музыке Небесных Сфер», «музыке вращения земли» говорили ещё мудрые античные философы…

Но ведь именно эта связь с Миром Духовным, самим Творцом неба и земли установленная, в те годы насильственно разрушается. Теперь «играют…ноктюрн…                    на флейте водосточных труб» (Все помнят, наверное). Теперь «звучит всечеловеческая песнь ненависти», как назвал русский, православный писатель И.С.Шмелёв не раз упоминаемый «Интернационал». Звучит он теперь вместо хвалебных гимнов Создателю.

А потому распадается «симфония религии и культуры», о которой говорил великий Н.С.Гумилёв, и «культура», по словам убиенного большевиками П.А.Флоренского «становится не только антибожественной, но и античеловеческой».

А потому «вырвать век из плена» и «новый мир начать» не получится, к великой скорби.

Это век волну колышет
Человеческой тоской,

И в траве гадюка дышит
Мерой века золотой.

Оттого и тоска, безнадёжность, отчаяние кругом! 

В древних духовных кантах есть образ «житейского моря», которое «играет волнами» -

возможно, потому и у О.Э.Мандельштама образ волны не единожды встречается.               По «морю жизни» идут зловещие волны и всех поглощают…

Поглощают – потому что «в траве гадюка дышит мерой века золотой». Образ гадюки отталкивает, конечно, сам по себе. Но ещё нельзя не вспомнить, что образ змея – это образ дьявола, явившегося людям в Райском Саду, чтобы от Любящего Бога отвратить, чтобы заставить возгордиться и «поклониться» греху. Чтобы быть из рая изгнанными…

Мы уже не раз говорили, что образ зверя в русской поэзии чаще всего – образ антихриста, который, говоря вслед за И.С.Шмелёвым, «гонит… к иным мощам». Вот и стал он,           по духовной слепоте людей, «мерой века золотой». Сами виноваты, возжелав, как со скорбью великой «констатировал» Патриарх-Исповедник Тихон, «построить… рай на земле без Бога и Святых Его».

И ещё набухнут почки,
Брызнет зелени побег,
Но разбит твой позвоночник,
Мой прекрасный жалкий век!

Весна - время обновления, возрождения, радости! В одну из весенних ночей поём мы всем миром: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим                       во гробех живот даровав».

 А без этой песни – без искренней веры в Воскресение Христово – веры в Жизнь Вечную и «набухшие почки» на деревьях, и «зелени побег» смысл, значение теряют. Без веры               в Победу над смертью «разбит…позвоночник» - уничтожена Сама Основа Жизни…

И с бессмысленной улыбкой
Вспять глядишь, жесток и слаб,
Словно зверь, когда-то гибкий,
На следы своих же лап.

Пожалуй, в этих строках слово «зверь», в отличии от «века-зверя» употребляется                            в самом обычном смысле. Обычном, но трагическом – раненого зверя в предсмертной агонии. Зверя, некогда большого и сильного, а ныне кровью истекающего. Скорбное зрелище – и скорбный символ…

И кто же виноват, что «глядеть» вперёд не на что и незачем?! Сами, от Истины отрекшиеся, не внявшие «предупреждениям» великих русских писателей в антинигилистических романах прозвучавших. (Прежде всего, имеются в виду Ф.М.Достоевский и Н.С.Лесков).

 И вот повсюду  

Кровь-строительница хлещет
Горлом из земных вещей,

И горячей рыбой мещет
В берег тёплый хрящ морей.

Неслучайно первые две строки звучат дважды – почти в самом начале и перед финалом.

Кровь «хлещет горлом» - перед смертью - как у того зверя раненого. Потому что всё                             на крови, на костях «строится», а не любовью созидается. Вспомнить хотя бы уничтожение Храма, память о героях Войны со слугой антихриста - Наполеоном хранившего и попытку возведения на месте убийства безобразного неоязыческого «капища». (Не получилось, к счастью). Да сколько примеров таких - трагических...

 И вот преисполненный скорби и столь «логический» финал:

И с высокой сетки птичьей,
От лазурных влажных глыб
Льётся, льётся безразличье
На смертельный твой ушиб.

Безразличие… значит, Небо от людей отвернулось?! Нет – люди отвернулись, посчитав, как сказано в 13 псалме, в безумии своём, что небеса «пустые».

Так ка же можно ждать «участия» от Того, в чьё бытие не веришь?!

Финал скорбный, но Небеса от мира падшего всё же не отвернулись. Ведь есть, те, что, несмотря ни на какие угрозы и внушения, верили и не отрекались «до смерти». Для кого Воскресение Христово не «сказка», а Духовная Реальность и основа всего на земле происходящего…

 А потому… В следующей – завершающей главе.

                      Глава пятая вместо заключения «Из бездны к Небесам»!

Заблудился я в небе - что делать?

Тот, кому оно близко,- ответь!

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США