Утреннее заседание 29 декабря.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 117 из 144Следующая ⇒

Утреннее заседание Военного Трибунала началось с допроса подсудимого Скотки.

Сын ярого фашиста-эсэсовца, Эрвин Скотки с 1935 года состоял в «Союзе гитлеровской молодежи», где готовился к роли «завоевателя мира», проходил военную подготовку и усваивал бандитскую мораль бесноватого фюрера:

— Мы стреляли там по тарелкам, — невинно заявляет Скотки.

А через минуту фашистский выкормыш под возмущение всего зала говорит:

— Нас учили, что Россия является некультурной страной, поэтому ее надо культивировать...^[246]

Для чего Скотки тренировался в стрельбе и какую «культуру» он нес в нашу страну, наглядно показывают материалы следствия. Скотки принимал активное участие в зверских налетах гитлеровских карателей на мирное советское население. Только в районах Псков—Луга и Остров—Опочка каратели сожгли более 20 деревень. В огне погибли деревни Букино, Подборовье, Милютино, Мараморка, Борки, Новоселье, Трошкино, Ростково, совхоз «Андромер» и другие. И всюду с охапками соломы и факелами усердствовал Скотки. Палачи беспощадно расстреливали женщин, стариков, детей. И каждый раз Скотки выпускал по беззащитным очереди из своего автомата. Только в перечисленных деревнях Скотки лично сжег около 40 домов и расстрелял свыше 30 советских граждан.

А ведь Скотки побывал со своей бандой еще в деревнях Мачково и Сегелицы и во многих других деревнях возле Пскова, возле Луги, возле Плюссы и Порхова. В одном месте он застрелил 15 русских женщин и детей, а в другом — 20, в третьем — еще больше.

Сначала подсудимый пытается утверждать, что он участвовал только в перестрелках с партизанами. Но председательствующий напоминает Скотки его показания на предварительном следствии, когда тот заявил: «Я расстреливал все советское население, которое попадалось мне по пути, причем я стрелял в каждого, независимо от пола и возраста».

Председатель: Вы подтверждаете, свои показания?

Скотки: Да, подтверждаю, людей я расстреливал.

Государственный обвинитель: Вы подтверждаете, что расстреливали мирное советское население?

Скотки: Да.

И вслед за этим Скотки рассказывает, что приказы о расстрелах стариков, женщин и детей приходили в батальон «особого назначения» из Пскова, за подписью подсудимого генерал-майора Ремлингера^[247]. Вспоминает Скотки и конкретные приказы о сожжении деревень и расстрелах мирного населения, отданные подсудимым Штрюфингом и Визе. По этим приказам было сожжено 8 деревень и расстреляно 80 человек. Скотки лично видел, что Штрюфинг расстрелял не то 6, не то 8 человек. Визе потребовал еды в одном доме и, получив отказ, расстрелял всю семью.

Допрос вновь выясняет преступные действия самого Скотки. На поставленные в упор вопросы гитлеровский бандит вынужден признавать свои кровавые злодеяния. Он с тупым напряжением вспоминает даты, названия и цифры. Цифры, от которых стынет кровь и содрогается сердце.

Вот голый перечень фактов из показаний Скотки:

— Вблизи Плюссы была деревня, в которой убито 100 человек и часть сожжена.

— Я принимал участие в уничтожении 120 землянок между Псковом и Лугой в декабре 1943 года. Мы подрывали землянки, в которых находилось гражданское население, подрывали минами или гранатами. Мы находили землянки, выгоняли из них жителей и расстреливали, а тех, которые не выходили из землянок, забрасывали гранатами или взрывали минами.

— В апреле 1944 года мы совершили такую же операцию в районе Плюссы.

— В ноябре 1943 года недалеко от Пскова я участвовал в расстреле 120 мужчин и женщин. Лично я застрелил 5 или 15, не могу точно сказать.

— В январе 1944 года в деревнях между Псковом и Лугой я сжег 15—20 домов и расстрелял 40 или, может быть, 60 человек. Среди них были женщины и дети. Они не хотели покидать свои дома.

— В феврале 1944 года в районе Плюссы я участвовал в расстреле 80 человек.

— В марте 1944 года в совхозе «Андромер» мы сожгли 25 домов и расстреляли 40 мужчин и женщин. Там были также и крестьяне из местных колхозов, которые не хотели покидать свои дома. Я лично убил там только 4 человек, потому что был занят — угонял скот.

Это далеко не все. Но и эти ответы исчерпывающе характеризуют человекоподобного зверя Скотки и воспитавший его по своему образцу гитлеровский режим.

Отвечая на вопросы председателя и государственного обвинителя, подсудимый продолжает:

— В деревне Букино, в январе 1944 года, я участвовал в расстреле 70 человек. На этот раз я убил всего четырех. Опять был занят угоном скота.

— В районе Ляды в самом начале 1944 года мы убили примерно 45 мирных жителей.

— Еще я участвовал в массовых расстрелах населения. Трупы мы сжигали в сараях или кучах соломы ^[248].

Как же оценивает Скотки свои бесчисленные преступления? Фашистский изверг говорит:

— Я признаю, что поступал некрасиво, нехорошо.

И только под напором прямых вопросов государственного обвинителя выдавливает из себя:

— Поступал преступно.

Стремясь оправдаться, он добавляет:

— Меня обязывали убивать мирных советских граждан. В 94-м охранном полку мы проходили специальное обучение, как нужно вести себя на территории противника.

Государственный обвинителя спрашивает:

— Что же, вас обучали уничтожению мирного советского населения?

И Скотки признает:

— Да, это был специальный учебный курс для карателей.

Начинается допрос подсудимого Герера ^[249]. Карательный отряд «Айнграйф», в котором он служил, в начале 1944 года свирепствовал в районе Славковичи. Каратели врываясь в мирные села, насильственно угоняли жителей на немецкую каторгу, расстреливали стариков, женщин, грабили, жгли. После их ухода на месте деревень оставались руины и пепелища. Только в этом районе, как показывает подсудимый, было угнано в Германию до 600 советских граждан.

— Кого отправляли в Германию? — спрашивает государственный обвинитель.

— Угонялись все трудоспособные, — отвечает Герер.

Государственный обвинитель: А как поступали с детьми, стариками?

Подсудимый: Тот, кто не мог передвигаться, расстреливался.

Рота, в которой служил Герер, расстреляла 250 мирных граждан — стариков, женщин, детей.

Среди своих собратьев по злодеяниям Герер был одним из наиболее свирепых. Во время 14 карательных операций, в которых он участвовал в районе Славковичи, Герер лично убил около 100 мирных граждан, вся вина которых была в том, что они не хотели покидать насиженных мест, не хотели отдавать своего имущества.

— Кто были убитые вами люди? — спрашивает государственный обвинитель.

— Это были старики и женщины, — отвечает подсудимый.

С середины 1944 года злодейская «работа» Герера продолжалась во 2-ой роте батальона «особого назначения»^[250]. Этой ротой командовал подсудимый Штрюфинг. Рота систематически поджигала населенные пункты, расстреливала мирных граждан.

Допросом подсудимого Герера утреннее заседание заканчивается.

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии