Верность дружбе, принципам, Идее

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 47 из 499Следующая ⇒

Ценится всегда, во всех народах,

Как и в помощи не краснобай, а дельный,

Кем ты никогда не будешь продан.

Счастлив муж такой святой жены,

Он из ряда всех мужей выходит,

Бури и невзгоды не страшны,

Потому что тыл к сраженью годен.

Столько же о счастье говорят,

Голос тратят даже не на сцене;

Расспроси счастливцев всех подряд,

Что они в других, как дар оценят.

И услышишь гимны красоте,

Дружбе закадычной на природе.

Но больного кто и где воспел,

Тех, кто все страданья принял кротко.

Верность там, где рушатся устои,

Когда ближние клянут такую дружбу.

Ценим завоёванное с боем –

Стаи хищников напрасно рядом кружат.

Смею похвалиться натощак,

И при изобилье самом полном.

Нет добра, как плоти на мощах,

Где душа без дел, позорно гола.

Мой Господь учил меня и мял,

Неуча с таким дырявым слухом.

Вытащил из проруби и бросил в полымя,

Сбросил с высоты, но… на перину с пухом.

То-то удивятся молодые,

Что и в старости мы сочны, плодовиты.

И не по зубам бациллам, так продымлен,

Перетёрт на мелком решете и сите.

Верность Бог Свою мне подтвердил,

Продубил, прожёг и переплавил.

Позвонки, как скрепы у стропил,

В них мой дух – и в дружбе он есть главный. 21.12.06. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

Вернувшись.doc

Вернувшись, Валаам ослицу расседлал,

Задал ей корм под самую завязку,

Бока ощупал ласково и стало очень жаль,

Что ни продать, и не пусть на мясо.

С музейной редкостью не жить же под стеклом,

Из мемуаров не выстроишь достаток.

Со дня тогдашнего и царство утекло.

Как до деньжищ Валака был он падок.

С благословением ворвутся иудеи,

Их меч сверкнёт и оборвёт цепочку.

Из прежней дали дней ещё виднее –

Мы судим Валаама не заочно.

Всё так же скалы млеют от жары,

В долине светят мириады звёзд.

Благословением кого Господь накрыл,

Епитрахиль над кем, чтоб не замёрз?

Бог покоряет и сметает прочь

Изжившие себя мирские поколенья.

Чью Валаам благословляет дочь,

Чьим юношам Бог перебил голени?

Нам не хватает – просто нет нигде

Ослиц послушных, говорящих ясно,

Звезду Давида можно проглядеть,

Окажутся пустыми в сердце ясли.

Конечно чудо Ангела увидеть,

Зажать пророка к твёрдости скалы.

Ослы-монахи, не сидите сиднем,

Давно пора из ружей всех палить.

И не осёл – ослица взбеленилась,

И обличила жадного пророка.

Узреть опасность – это Божья милость,

Иначе меч пронзит и рухнешь в пропасть.

О Валааме знаем мы не мало, –

Такой крутой, закрученный сюжет.

Что далее с ослицей бедной стало?

На Вербное Христос грядёт к душе. 03.05.08. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

Веротерпимостью бахвалится безбожник.doc

Веротерпимостью бахвалится безбожник:

«Широкий профиль – всех обнять готов!»

Но поживи с ним вместе хоть немножко,

И ты поймёшь значенье страшных слов.

Какой же врач позволит шарлатану

Водить за нос и пакостить клиентам;

Он лжеврачу тотчас противостанет,

Разоблачит врага одним моментом.

Бог Иегова истину открыл

В Священной Библии, как в откровенье Божьем.

В ней два Завета, ровно пара крыл,

Чтоб истине возабладать над ложью.

Перед слепым разложат тайно сети,

И ров прикроют – жертвам западню.

Ты ж со светильником, ужели не осветишь,

И уподобишься изъеденному пню?

Веротерпимость – признак омертвенья,

Где теплохладность душу умертвила;

Там безразличие бесовское к спасенью,

Там с демонами высветит картину.

Так стоит же за истину сражаться,

За Церковь Божию достойно постоять;

Конечно за столом, не за углом с ножами,
С достоинством, не как сектант-босяк.

Христос есть Бог, всё остальное – ересь;

Кто Троицу не чтит – тот еретик.

С канонами церковными и с толкованьем сверься,

Не по традициям, что с детства так привык.

Чего нет в Библии, о том не рассуждаем,

Нам главное – Писание, в нём суть и соль;

Второстепенное… для вкуса, как поджарки,

Но чтоб во всем явили мы любовь.

Веротерпимости объявлена война

До полного её изничтоженья.

Крещение одно и вера лишь одна…

Дурман терпимости отправим на сожженье. 03.02.07. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

Верстались первые Библейские стихи.doc

Верстались первые Библейские стихи,

Пыль оседала с каменных скрижалей;

Внизу отступники гудели, но ропот тотчас стих,

А дальше что случилось – просто жалко.

Голодный Моисей тельца тогда узрел,

И в гневе ахнул Библию о камни;

И Бог не осудил, пророк остался цел,

И та история в небытие не канет.

Года летели и ползли века,

Наматывая срок избранному народу.

Испытывал и драл, во гневе мял бока –

Не раз Израиль даже в рабство продан.

Но Слово Божие не всё уничтожалось,

Не всё терялось на крутых ухабах;

Библию хранили, те списки со скрижалей,

Ревнитель за закон и жизнь свою отдал бы.

Пять книг впоследствии напишет Моисей,

И передаст наследнику – вождю Навину.

В конце окажется книг семьдесят плюс семь.

Из них одиннадцать еретики откинут.

Восславим Ездру и иных пророков,

Писавших, сохранивших Слово Иеговы;

Для их Писаний нет ни давности, ни срока,

В их перевод мы вчитываемся снова.

Когда впервые Библию мне дали,

Читал Евангелие от руки Матфея;

И даже переплёт в каком материале,

Запомнилось, из памяти до смерти не развеет.

И что бы делал я сегодня и вчера,

Давно за перевалом половины жизни?

Из Библии мне пища для ума, пера,

Со мной сокровища – не старости пожитки.

Во всех углах, на полках и в карманах

Красуется мой друг «Новый Завет»;

Он обещал спасти и не обманет,

Поверь, услышав повесть, и для себя заметь. 19.12.06. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

Вёрсты строк приходится верстать.doc

Вёрсты строк приходится верстать,

Размашисто отщёлкивать страницы.

А было время – только береста

Свивалась в туесок – в духовную криницу.

И жизнь в годах, уже в десятилетьях,

Незримо пишется и не для обозренья.

Проявится не только в нас, но в детях

На много дольше нашего истленья.

Верстаем в памяти ушедшие услады,

Молитвы, встречи праздничных собраний.

Не те вегетарианцы, кто жуют салаты,

Но не сожравший ни одного из братьев.

История действительно одна,

Её перетолковывать не нужно;

Как под копирку в нас она видна,

Когда со зрением и с памятью мы дружим.

Переосмыслить многое придётся.

Переоценку дать тому, что было.

О многом-многом пожалеем слёзно,

И оживёт всё то, что стало пылью.

Когда и как подвигнулись к Христу,

Чем отплатили за Его услуги?

Особо ярко высветит версту,

Где благовестием распахано, как плугом.

Верстается страница и во сне,

С трудом прочитывается даже и при солнце.

Заливка тёмная, но может покраснеть,

А разберёшься – никакой в том пользы.

Так на какой версте пока что дышим,

В известиях последних захлебнувшись.

План протоколов возвещают с крыши,

Апокалипсис вторгся в наши души.

Навёрстывать упущенное очень трудно,

Без покаяния и вовсе невозможно;

От вёрст – напёрсток… Ангельские трубы

Уже звучат и наполняют дрожью. 05.02.06 ИгЛа (Игнатий Лапкин)

Верховный Пётр.doc

Верховный Пётр… воистину он – камень,

Когда послушен Господу Христу.

Но чуть по своему и твёрдость сразу канет,

И тернии на поле ночью прорастут.

Мистически мы входим в Гефсиманский сад,

И наше будущее видим панорамно.

Столетий двадцать мысленно назад

Перевернём и там в слезах застрянем.

Над пятницей густеет ночи мрак,

И он темнее страшной эпопеи.

Бежит раздетый любопытством Марк, –

Не все глумиться над Христом успеют.

Судилище... Вопит синедрион жидов,

Кагал масонский пишет отреченье.

Распять Мессию весь народ готов,

Пытались обвинить Творца хоть в чем-то.

Несносно слышать им о воскресении,

Всё так же деньги подкупают жадных.

Надежды талмудистов сошлись на Моисее,
Клевещут на Распятого три духа жабьих.

Не отошло... не в прошлом… кадр оживший

На видео и аудио по нервам бьёт.

Бомбят жиды, не просто сыплют шишки,

Не видит этого лишь полный идиот.

А мы, Христовым именем прикрывшись,

Слепая секта злых храмовников.

Невозрождённый в калашный ряд да с рылом,

На всё живое поп творит наскок.

Из пятницы не выдраться без раскаянья в прошлом,

И не переждать субботнего безделья.

Непринятых свидетелей путь пылью припорошен.

Рассыпалось монашество, попряталось по кельям.

Похоже, день воскресный в России не настанет,

Лишь по местам, по малому и то едва, чуть-чуть.

Нет дня Христова, дни Валентинок-Танек.

Но всё ещё открыт нам к Иисусу путь. 21.01.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

Вершина бытия.doc

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров