День четвёртый. Внезапно прозревшие

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 14Следующая ⇒

Наутро отец Лука проснулся с больной головой и пожаловался матушке, что всю ночь его мучил сатана.

- Может, съели чего на ночь тяжёлого? – сочувственно предположила матушка.

«Тьфу, глупая баба! – с огорчением подумал Михаил Фёдорович. – По мою душу сам диавол приходил, а она – съели… Рассказать бы тебе, чем меня эти учёные накормили вчера на ночь – вот бы сидела и дрожала от страха. Крест бы у тебя расплавился в руках от страха… Съели чего… Э-эх!»

Он недовольно вжал подбородок в шею и исподлобья кинул суровый взгляд в её сторону. Матушка засуетилась и быстро-быстро стала накрывать на стол. Отцу Луке всё-таки было приятно, что к нему – измученному сатаною – проявляют такое сочувствие, поэтому он не стал перечить матушке и продолжал делать страдальческое лицо.

- А ещё к понедельнику человек ко мне приедет. Из столицы, - важно сообщил отец Лука, прихлёбывая чай и поглаживая ладонью реденькую светлую бороду.

- Вот и хорошо. Вот и хорошо, - приговаривала жена.

Позавтракав, Михаил Фёдорович отправился на работу. Утро он начал с просмотра электронной почты. Продвинутые интернет-пользователи предпочитали общаться с церковнослужителями он-лайн, чтобы не мучить себя посещениями тесного и душного помещения храма. Специально для них введена была даже новая услуга: трансляция утренней и вечерней службы по веб-камере, а также исповедание и подача поминальных записок по e-mail.

Пожилые люди старались соблюдать обычаи и очищали свои души по старинке, отстояв службу в храме. По электронной же почте каялось в своих грехах преимущественно молодое население города. Обычно они присылали отцу Луке какую-нибудь чепуху, вроде того, что в гостях у подруги, мол, в душе у них возгорелась похоть к чужому мужу. Таким раскаявшимся Михаил Фёдорович отвечал в письменном виде стандартным письмом, которое гласило, что нужно всею душой осознать этот грех и больше его не повторять. А если похоть будет мучить девушку и в следующий раз, мысленно прочесть «Отче наш», перекреститься и пригрозить себе вырвать тот глаз, который больше всего соблазнился, дабы бросить его в геенну огненную.

Ещё девицы ежедневно в массовом порядке сетовали на то, что парни понуждают их совершить прелюбодеяние или возлечь на брачное ложе до венчания. Ежели кто каялся в уже совершённом грехе, отец Лука очень сокрушался и лично сам отвечал каждой блуднице. Содержание такого письма зависело от обстоятельств и писалось индивидуально. С особым духовным трепетом читал он также письма тех, кто раскаивался в совершённых абортах.

В общем, работы отцу Луке хватало. Уставал он за день с этой почтой до смерти. Но дело своё не бросал, потому что чувствовал себя живым посредником между Всеблагим Отцом и заблудшим стадом. Как строгий пастырь пас он свою паству. И радовался каждому новому электронному адресу. То было для него великое действо – ловить человеческие души в православные интернет-сети.

И вот наутро он как обычно читал свою почту, раскладывая девичьи грехи по папкам, как вдруг натолкнулся на очень необычное и подробное покаяние. Послание было подписано мужским именем, составлено грамотно и излагалось стройно.

Отец Лука дважды перечитал текст.

«Во имя Отца, и Сына, и Святага Духа. Аминь.

Батюшка Лука!

То, о чём я уже рассказывал вам в прошлом своём письме, случилось несколько лет назад.

И чем дальше от этого события меня уносило время, тем меньше я переживал.

Потом забыл совсем.

У меня появился новый бизнес - я держал хлебные тонары...

Только иногда ночью я встречал его во сне.

Это были ночные кошмары, когда я просыпался и был уверен, что он ещё жив. У меня появлялся страх, что тогда мы не убили его. А вдруг он выжил, и теперь отомстит мне?

Но через несколько часов, посидев под холодным душем, я возвращался в норму.

Я отличал сон от реальности.

Успокаивался. И жил, как живётся.

Не сказать, чтобы новая жизнь радовала меня.

Я не находил в ней удовольствия. Хотелось чего-то ещё… Какого-то большего счастья…

Вместе с тем я шёл на всякие авантюры, чтобы денег было побольше.

Доверился одному бывшему партнёру по бизнесу.

А тот, вспоминая наши прошлые дела, когда я всегда был на день хитрее его, решил на этот раз всё-таки кинуть меня.

И я своё получил.

Вернее, потерял…

Я потерял вложенные в бизнес деньги.

Я много думал над тем, как же так случилось, что меня нагрели. Значит, думал я, теряю свою квалификацию... не могу просчитывать на шаг вперед...

пил и думал…

курил и думал…

Ладно…

Этот сукин сын!

Я найду способ наказать его...

И нашёл!

Позвонил одному товарищу своему по прошлым моим делам. Договорился.

Тот всё проверил, отвечает:

- Разговаривать бесполезно, нужно силой действовать.

Я даю добро.

И вдруг тот, кто меня обманул, просто скрывается... уезжает в неизвестном направлении.

Я думаю – ни фига, я тебя из-под земли достану.... не может такого быть, чтобы я остался лохом...

Тут ещё один товарищ мой посоветовал. Давай, говорит, к колдунье сходим. Говорят, она даже в бизнесе помогает своим колдовством.

Я позвонил.

Она спрашивает:

- Какие проблемы?

Я сказал, что спина болит. Соврал. Не мог же я с бухты-барахты про свой бизнес...

Назначает встречу.

Прихожу. На приём.

Как дурак захожу, не зная, что мне говорить.

Целительница спрашивает меня:

- Какие проблемы у тебя?

И смотрит такими огромными глазами.

Хлоп-хлоп.

И я - хлоп-хлоп.

Говорю:

- Нет у меня проблем.

Она:

- А если подумать?

Я выкладываю ей проблемы про партнёра бывшего.

Она говорит:

- Не вернёт он денег - забудь...

Я:

- Как это «забудь»? Он сделал меня - такого ещё не было... чтобы меня кто-то сделал.

Она:

- Ты не умеешь прощать.

Я:

- А зачем прощать?

Она:

- Ещё какие проблемы?

И смотрит так, будто она знает все проблемы и просто проверяет меня.

Я говорю, мол, спина болит.

Она:

- Пойдём я тебя посмотрю.

Она водит руками около меня – типа, что-то невидимое чувствует...

- Ложись, буду делать массаж.

После массажа я встаю. Нагибаюсь, чтобы завязать шнурки. Она спрашивает:

- Теперь болит?

И тут я понимаю - не болит. Мало того, я впервые за последние годы без труда могу согнуться и разогнуться!

Но тут же нахожу этому чуду объяснение - она сняла боль ненадолго, потом всё будет как раньше.

Она говорит:

- Завтра ещё раз придёшь.

Прихожу назавтра.

Опять массаж.

А потом смотрит на меня своими огромными глазами:

- Про долг забудь – не вернёт он тебе денег.

Как раз в этот момент я думал о том, как бы мне всё-таки вернуть вложенную в бизнес сумму…

Она:

- Умей прощать другим людям – тогда и тебе простится.

Я молчу, не понимаю… Но чувствую, что она что-то церковное талдычит… (я тогда ещё не уверовал, отец Лука, поэтому меня раздражали такие фразы).

Она:

- Ты в Бога веришь?

Я:

- Нет. И в экстрасенсов не верю, вы уж не обижайтесь (тогда я не верил, отец Лука, это правда… но в экстрасенсов этих – и по сей день).

Она:

- А зря. Бог есть.

И даёт мне какую-то книжку.

Там что-то про духовность.

Я прихожу домой и понимаю: я о ней постоянно думаю - об этой ведьме.

И она у меня постоянно перед глазами.

Взялся её книжку рассматривать.

Из интереса.

Сижу. Читаю.

«Глаза - зеркало души».

И вот прямо как наяву передо мной вдруг её глаза появляются!

Я вскакиваю. Прикуриваю сигарету.

Ну, не хватало мне из-за бабы с ума сойти!

«Не веришь в Бога?» - как бы против моей воли мне в голову врывается эта мысль.

Не моя мысль.

Я так же мысленно отвечаю:

- Не верю! – да так, будто бы наяву с этой колдуньей разговариваю.

А мне как бы врезается в мозги:

- Смотри же внимательно!

Я впяливаюсь взглядом - сначала в книгу, затем почему-то в зеркало. Но чувствую, что не туда, куда нужно, смотрю.

И тут замечаю, что какие-то не такие у меня глаза в зеркале!

Присмотрелся, поближе подошёл, совсем уж носом уткнулся в своё отражение…

И вот только тогда понимаю – у меня зрачки быстро-быстро сжимаются и разжимаются. Как затвор в объективе фотоаппарата.

Я буквально отскакиваю от этого дьявольского куска стекла.

И мысленно себя успокаиваю: да мне просто показалось!

Но опять мои мысли перебивает чужая:

- Смотри же внимательно!

И я подхожу к зеркалу и смотрю. Ноги меня сами к нему поволокли…

Я поражаюсь ещё раз. Точно – что-то неладное с моими глазами творится!

Я опять ору мысленно: не может такого быть!

Меня начинает трясти.

Возвращаюсь в комнату.

Врубаю свет, где только можно. Смотрю на часы. Одиннадцать вечера.

Сажусь.

И тут меня начало колбасить. Меня трясло так, будто через тело пропускали ток.

Я надел куртку, хотя в комнате было достаточно тепло.

Ушёл в другую комнату. Немного успокоился. Выключил свет. Лёг.

Попытался заснуть.

Опять мысль в моей голове:

- От себя не убежишь!

Я вскакиваю. И уже натурально боюсь за себя.

Как будто кто-то диктует мне:

- Смотри же внимательно!

Я включил свет. Мой взгляд как бы сам собою жадно впился в лампочку.

Я смотрел на неё, не моргая, пока у меня не заболели глаза…

Потом словно что-то отпустило. И я отвернулся.

Я закрыл руками лицо – в глаза точно песок попал. Резь жуткая.

Но с этой минуты, куда бы я ни посмотрел, меня везде преследовала какая-то плавающая в пространстве загогулина.

Она всегда была перед моими глазами.

И даже когда я их закрывал.

Чаще всего она красная. Но иногда меняет свой цвет. Извивается в воздухе.

Иногда стремительно приближается ко мне. Но в основном держится на расстоянии. В пределах поля зрения.

Это продолжается и по сей день…

Но вернусь к тому вечеру.

После появления этой загогулины, на меня обрушились вопросы.

Это был разговор с кем-то, кто знает обо мне буквально ВСЁ.

Даже зачатки моих мыслей.

И никуда от него не скрыться.

Я отвечал.

Иногда мои мысли отвечали за меня - вперёд моего рассудка.

И это было ужасно.

Мне приходит вопрос - и я начинаю об этом думать даже против своей воли. Заставляя себя не думать об этом - ещё больше думаю именно ОБ ЭТОМ.

И, наконец, я сдался.

Я рассказал обо всех своих проблемах.

Подумал: была - не была…

Затем какие-то смутные догадки стали приходить мне в голову.

Я вспомнил, что когда-то, ещё в детстве, попросил о чём-то у самого Бога.

Помню как сейчас – лежал я на кровати и обращался к нему. И вдруг в какую-то секунду мне показалось, что он действительно меня слышит.

Тогда, как бы в подтверждение серьёзности и важности своей просьбы, я пообещал взамен выполнить всё, что он пожелает.

Но он молчал.

А мне ничего не оставалось делать, как только самому предложить ему какую-либо жертву со своей стороны.

Будучи ребёнком, я почему-то был убеждён: Богу обязательно нужно, чтобы в благодарность за его помощь я принёс какую-то большую жертву.

Вот, к примеру – ушёл в монастырь или умер.

И я пообещал тогда ему:

- Если ты выполнишь мою просьбу, то можешь отобрать у меня жизнь, когда мне исполнится 40 лет!

Тогда мне казалось, что таким образом расплата будет отложена на какое-то неопределённое количество лет.

Вот таким я был хитрецом.

Честно сказать, я давно уже забыл про это обещание. Да, мало ли, какие клятвы мы даём в детстве!

Но он тогда помог мне…

И вот тут, в 40 лет... ровно в 40 лет... Тютелька в тютельку… я вспомнил об этом разговоре.

Вернее, меня заставили вспомнить!

Да с кем же я разговариваю?!

Неужели?

Неужели… с самим Богом?

И только я об этом подумал, как загогулина начала быстро-быстро метаться у меня перед глазами и, откуда ни возьмись, в воздухе нарисовалась то ли икона…

То ли лик какого-то старца…

Или святого…

Прямо из пустоты это образовалось…

У меня сердце заколотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди от волнения, а я сам готов был провалиться от стыда сквозь землю!

Потому что если я разговариваю с Богом - это ужасно, что я успел за свои 40 лет натворить.

И не будет мне пощады и прощения.

И вот пришёл мой час расплаты…

И жутко стало от мысли, что придётся сейчас умереть.

Но откуда-то извне пришло успокоение вместе с мыслью о том, что нужно сейчас же рассказать Ему обо всех своих грехах.

Что я и сделал.

Причем, каждому поступку ещё и находил оправдание.

Как адвокат сам себе.

Затем наперекор своему желанию я стал себе не только адвокатом, но и главным обвинителем.

Что в ту ночь творилось в моей голове - одному только Богу известно.

В прямом смысле слова.

Эта ночь перевернула всю мою жизнь.

И я уверовал, отец Лука.

На другой день покаялся в грехах на ваш электронный ящик.

Теперь вот уже с полмесяца ежедневно захожу на ваш сайт.

Там же купил в икона-шопе позолоченные складни (3 штуки), несколько книг, нательный крест с цепочкой.

А если что попросите (в смысле денежной помощи на храм) – помогу с удовольствием.

Виртуально присутствую на службах и даже пробовал поститься.

О здравии своём записки подаю.

Ставлю самые большие свечи.

Молюсь о спасении своей души.

Опасаюсь, отец Лука, что после смерти душа моя попадёт в ад.

Я готов сделать всё, что угодно… только бы не в ад…

У меня были терзания души. Совесть меня ела.

Но ваши слова укрепили в духе.

Тогда, на проповеди, вы сказали:

- Признался, так и поквитался.

Я как услышал это, у меня сразу на душе отлегло.

Значит, простилось мне за всё, в чём я покаялся.

Но вот только тогда я ещё не знал, что ходить к экстрасенсам – это великий грех.

В чём раскаиваюсь глубоко – до самого нутра.

Поэтому в прошлом своём исповедальном письме не упомянул я о том, что рассказал вам сегодня.

Теперь же спешу отмыть свою душу и от этой нечисти.

Прошу вас, отец Лука, подскажите мне, как искупить мой грех, что я прибегнул к помощи колдуньи?

Думаю…

мысли часто такие приходят…

А может, выкорчевать это змеиное гнездо…?

Чтобы не повадно было шарлатанке совращать людей с пути истинного своим колдовством и бесовскими силами.

Много читаю.

И пришёл к выводу:

Да, верно сказано, что женщина – это существо нечистое и порочное насквозь.

Помилуй мя, Господи, и спаси.

Аминь.

С глубоким раскаянием.

Раб Божий Борис».

Отец Лука пробежался по тексту ещё раз, распечатал его на принтере и задумался. Затем переместил файл с этим обстоятельным покаянием в пустую папку, поименованную «Прозревшие».

«Вот бы показать в пример этим кумушкам, как надобно исповедоваться, - думал он. – В назидание прямо-таки и показал бы… А то лопочут мне про свою кулинарию... Одна, видишь ли, маслица сливочного в пост лизнула, а другая вместо постного майонеза слопала полбанки обычного - бес её попутал… Тоже мне – греховодницы! Настоящего-то греха за собою не чуют…»

Перебирая в уме стандартные наставления, цитаты из Святого писания и притчи, он приготовлялся составить для раба божьего Бориса большое, хорошее письмо.

«Перво-наперво надо бы уничтожить эту бесовскую книжку – сжечь её! - обдумывал Михаил Фёдорович. – А уж заставить колдунью отречься от богопротивного дела – не наша забота. В ней сидит сатанинская сила, выманить которую только кресту животворящему дадено».

Он написал рабу божьему Борису ответ аж на четырёх страницах. И в конце сделал небольшую приписку:

«Видно, бес не хотел того, чтобы первое ваше раскаяние дошло до очей Бога Всевышнего и до моих глаз. Вот и перехватили бесовские силы прошлое ваше письмо, которое, к огромному сожалению, я не получал. Если у вас сохранилась копия, вышлите мне повторно. Или напишите сызнова (да так оно и получше будет – ещё раз очистите душу свою). Да хранит вас Господь! С уважением. Отец Лука (Турунда)».

***

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности