Тема 4. Художественный образ в литературе

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 16Следующая ⇒

▷ Похожие статьи

Слово «образ» (от др.-гр. Eydоs – облик, вид) употребляется в качестве термина в различных областях знания. В философии под образом понимается любое отражение действительности; в психологии он являет собою представление, или мысленное созерцание предмета в его целостности; в эстетике – воспроизведение целостности предмета в определенной системе знаков. В художественной литературе материальным носителем образности является слово. А.А. Потебня в работе «Мысль и язык» рассматривал образ в качестве воспроизведенного представления, чувственно воспринимаемой данности. Именно это значение термина «образ» является актуальным для теории литературы и искусства. Художественный образ обладает следующими свойствами: имеет предметно-чувственный характер, характеризуется целостностью отражения действительности; он эмоционален, индивидуализирован; отличается жизненностью, актуальностью, многозначностью; может появиться в результате творческого вымысла при активном участии воображения автора. В художественном произведении наличествует вымышленная предметность, которая не имеет полного соответствия себе в реальности.

Истоки теории образа лежат в античной концепции о мимесисе. В период рождения художественного образа в деятельности художникавыделяются два основных творческих этапа: предыстория и историясоздания образа. В первый период работы концентрируется накопленныйжизненный материал, вырабатываются идеи, обрисовываются образы героеви проч. Подобные наброски отыскиваются в записных книжках писателей.Литературное творчество художника начинается в тот момент, когда егозамысел реализуется в слове. Здесь, на втором этапе работы, выкристаллизовывается тот образ, который будет выступать и новым,сотворенным предметом в мире, и как новый мир. В стихотворении «Осень» А.С. Пушкин образно представил процесс рождения образов:

И забываю мир – и в сладкой тишине

Я сладко усыплен моим воображеньем,

И пробуждается поэзия во мне:

Душа стесняется лирическим волненьем,

Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,

Излиться наконец свободным проявленьем –

И тут ко мне идет незримый рой гостей,

Знакомцы давние, плоды мечты моей.

И мысли в голове волнуются в отваге,

И рифмы легкие навстречу им бегут,

И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,

Минута – и стихи свободно потекут.

Художественный образ несет в себе обобщение, имеет типическое значение (от гр. Typos – отпечаток, оттиск). Если в окружающей действительности соотношение общего и частного может быть различным, то образы искусства всегда яркие: в них сосредоточено концентрированное воплощение общего, существенного в индивидуальном.

В творческой практике художественное обобщение принимает разные формы, окрашенные авторскими эмоциями и оценками. Образ всегда экспрессивен, выражает идейно-эмоциональное отношение автора к предмету. Важнейшими видами авторской оценки являются эстетические категории, в свете которых писатель, как и другой человек, воспринимает жизнь: он может ее героизировать, обнажить комические детали, выразить трагизм и т.д. Художественный образ – эстетический феномен, результат осмысления художником явления, процесса жизни способом, свойственным тому или иному виду искусства, объективированный в форме как целого произведения, так и его отдельных частей.

Художественный образ является одной из важнейших категорий эстетики, определяющих суть искусства, его специфику. Само искусство часто понимается как мышление в образах и противопоставляется мышлению концептуальному, научному, возникшему на более позднем этапе человеческого развития.

Образ принципиально многозначен (в отличие от понятия в науке), так как искусство мыслит суммами смыслов, причем наличие суммы смыслов – непременное условие «жизни» художественного образа. Возможно ли научное постижение художественного образа? Теоретически художественное содержание можно свести к научному, к логически развернутой системе понятий. Но практически это невозможно, да и не нужно. Мы имеем дело с бездной смыслов. Познание высокохудожественного произведения – процесс бесконечный. Образ неразложим. И восприятие его может быть только целостным: как переживание мысли, как чувственно воспринимаемая сущность. Эстетическое (нерасчленимое) восприятие – это одновременно сопереживание («над вымыслом слезами обольюсь»), сотворчество, а также подход к художественной целостности с помощью научно-диалектической логики.

Итак, художественный образ есть конкретно-чувственная форма воспроизведения и преобразования действительности. Образ передает реальность и в то же время создает новый вымышленный мир, кото­рый воспринимается нами как существующий на самом деле. «Образ многолик и многосоставен, включая все моменты органического взаи­мопревращения действительного и духовного; через образ, соединя­ющий субъективное с объективным, сущностное с возможным, еди­ничное с общим, идеальное с реальным, вырабатывается согласие всех этих противостоящих друг другу сфер бытия, их всеобъемлющая гармония» (Литературный энциклопедический словарь, 1987).

Говоря о художественных образах, имеют в виду образы героев, действующих лиц произведения, прежде всего людей. Однако в понятие художественный образ часто включаются также различные предметы или явления, изображенные в произведении. Некоторые ученые протестуют против такого широкого понимания художественного образа, считая неправильным употребление понятий наподобие «образ дерева» (листвень в «Прощании с Матерой» В. Распутина или дуб в «Войне и мире» Л. Толстого), «образ народа» (в том же романе-эпопее Толстого). В подобных случаях предлагается говорить об образной детали, каковой может быть дерево, и об идее, теме или проблеме народа. Еще сложнее обстоит дело с изображением животных. В некоторых известных произведениях («Каштанка» и «Белолобый» А. Чехова, «Холстомер» Л. Толстого) животное фигурирует в качестве центрального персонажа, психология и мировосприятие которого воспроизводятся весьма обстоятельно. И все же существует принципиальное отличие образа человека от образа животного, не позволяющее, в частности, серьезно анализировать последний, ибо в самом художественном изображении присутствует нарочитость (внутренний мир животного характеризуется посредством понятий, относящихся к человеческой психологии).

Какие существуют классификации художественных образов? Это достаточно неоднозначный вопрос. В традиционной типологической классификации (В.П. Мещеряков, А.С. Козлов) по характеру обобщенности художественные образы разделяются на индивидуальные, характерные, типические, образы-мотивы, топосы, архетипы и образы-символы.

Индивидуальные образы характеризуются самобытностью, неповторимостью. Они обычно являются плодом воображения писателя. Индивидуальные образы чаще всего встречаются у романтиков и писателей-фантастов. Таковы, например, Квазимодо в «Соборе Парижской Богоматери» В. Гюго, Демон в одноименной поэте М. Лермонтова, Воланд в «Мастере и Маргарите» М. Булгакова.

Характерный образ, в отличие от индивидуального, является обобщающим. В нем содержатся общие черты характеров и нравов, присущие многим людям определенной эпохи и ее общественных сфер (персонажи «Братьев Карамазовых» Ф. Достоевского, пьес
А. Островского, «Саги о Форсайтах» Дж. Голсуорси).

Типичный образ представляет собой высшую ступень образа характерного. Типичное – это наиболее вероятное, так сказать, образцовое для определенной эпохи. Изображение типичных образов было одной из главных целей, равно как и достижений, реалистической литературы XIX в. Достаточно вспомнить отца Горио и Гобсека Бальзака, Анну Каренину и Платона Каратаева Л. Толстого, мадам Бовари
Г. Флобера и др. Порой в художественном образе могут быть запечатлены как социально-исторические приметы эпохи, так и общечеловеческие черты характера того или иного героя (так называемые вечные образы) – Дон Кихот, Дон Жуан, Гамлет, Обломов, Тартюф…

Образы-мотивы и топосы выходят за рамки индивидуальных образов-героев. Образ-мотив – это устойчиво повторяющаяся в творчестве какого-либо писателя тема, выраженная в различных аспектах с помощью варьирования наиболее значимых ее элементов («деревенская Русь» у С. Есенина, «Прекрасная Дама» у А. Блока).

Топос (греч. topos – место, местность, букв. значение – «общее место») обозначает общие и типичные образы, создаваемые в литературе целой эпохи, нации, а не в творчестве отдельного автора. Примером может служить образ «маленького человека» в творчестве русских писателей – от А. Пушкина и Н. Гоголя до М. Зощенко и А. Платонова.

В последнее время в науке о литературе очень широко используется понятие «архетип» (от греч. arche – начало и typos – образ). Впервые этот термин встречается у немецких романтиков в начале XIX в., однако подлинную жизнь в различных сферах знания дали ему работы швейцарского психолога К. Юнга (1875–1961). Юнг понимал «архетип» как общечеловеческий образ, бессознательно передающийся из поколения в поколение. Чаще всего архетипами являются мифоло­гические образы. Последними, по Юнгу, буквально «нашпиговано» все человечество, причем архетипы гнездятся в подсознании человека, независимо от его национальности, образования или вкусов. «Мне как врачу, – писал Юнг, – приходилось выявлять образы греческой мифологии в бреду чистокровных негров».

Гениальные («визионарные», по терминологии Юнга) писатели не только носят в себе эти образы, как и все люди, но и способны их продуцировать, причем репродукция не является простой копией, а наполняется новым, современным содержанием. В этой связи К. Юнг сравнивает архетипы с руслами пересохших рек, которые всегда готовы наполниться новой водой. В понятие архетип Юнг включает не только образы мифологических героев, но и общечеловеческие символы – огонь, небо, дом, дорога, сад и т.п.

В значительной степени к юнгианскому пониманию архетипа близок широко распространенный в литературоведении термин «мифологема» (в англоязычной литературе – «мифема»). Последний, подобно архетипу, включает в себя как мифологические образы, так и мифологические сюжеты или их части.

Много внимания в литературоведении уделяется проблеме соотношения образа и символа. Проблема эта осваивалась еще в средние века, в частности Фомой Аквинским (XIII в.). Он считал, что художественный образ должен отражать не столько видимый мир, сколько выражать то, что нельзя воспринять органами чувств. Так понятый образ фактически превращался в символ. В понимании Фомы Аквинского этот символ был призван выражать прежде всего божественную сущность. Позже, у поэтов-символистов XIX–XX вв., образы-символы могли нести и земное содержание («глаза бедняков» у
Ш. Бодлера, «желтые окна» у А. Блока). Художественный образ не обязательно должен быть «сухим» и оторванным от предметной, чувственной реальности, как это прокламировал Фома Аквинский. Блоковская Незнакомка – пример великолепного символа и одновременно полнокровный живой образ, отлично вписанный в «предметную», земную реальность.

В последнее время литературоведы уделяют много внимания структуре художественного образа, исходя из понимания человека как существа социального и психического, исходя из особенности сознания личности. Здесь они опираются на исследования в области философии и психологии (Фрейд, Юнг, Фромм).

Известный литературовед В.И. Тюпа(«Анализ художественного текста») считает, что в произведении образ человека – это воспроизведение его сознания, вернее, определенного типа сознания, менталитета. Так, он рассматривает, например, «Маленькие трагедии» Пушкина как драматическое столкновение сознаний, различных манер мышления, воззрений на мир, ценностных позиций. В этом же ключе анализируется «Герой нашего времени» Лермонтова. Все герои пушкинского цикла «Маленьких трагедий» соответствуют трем типам сознания: либо авторитарно-ролевому, либо уединенному, либо конвергентному. Здесь Тюпа опирается на исследование Тейяра де Шардена «Феномен человека».

Человек авторитарно-ролевого типа сознания догматически исходит из миропорядка – единого и единственного. Это патриархальный тип сознания (Альбер, Сальери, Лепорелло, Командор, Донна Анна, Дон Карлос, Мери, Священник, Вальсингам). Авторитарное сознание делит участников миропорядка на «своих» и «чужих» и не знает категории «другого», не знает внеролевой индивидуальности.

Уединенное (романтическое) сознание видит особый мир в личности человека. Оно не связано моральными запретами и установлениями, оно демонично в своей свободе преступать любые границы. В поле уединенного сознания формируется свой собственный, обособленный, суверенный мир, все иные личности предстают не как субъекты равноправных сознаний, а как объекты мысли одинокого «я» (Барон, Сальери, Дон Гуан, Лаура, Вальсингам). Вариантами уединенного сознания являются интровертированная, «подпольная» (скупой Барон) его разновидность и экстравертированная, «наполеоническая» (Дон Гуан). И авторитарно-ролевое, и уединенное сознание – это по свой сути монологические типы сознания, они антагонистичны. Возможна и эволюция от одного типа сознания к другому, что мы наблюдаем на примере образа Сальери. От авторитарного мироотношения жреца, служителя музыки он эволюционизирует к позиции внутренне уединенного завистника, который разуверился в верховной правде.

Конвергентное (конвергенция – схождение, дивергенция – расхождение) сознание диалогично по своей сути, оно способно к сопереживанию чужому «я». Таков Моцарт, его «я» не мыслит себя вне соотнесенности с «ты», с самобытной личностью своего другого (когда другой воспринимается как свой). Тейяр де Шарден пишет: «Чтобы быть полностью самими собой, надо идти… в направлении конвергенции со всеми остальными, к другому. Вершина нас самих… не наша индивидуальность, а наша личность; а эту последнюю мы можем найти… лишь объединяясь между собой». Можно сказать, что перспектива конвергентного сознания, олицетворяемая Моцартом, открывается сознанию, уединенному как следствие его разрыва с авторитарностью. Но пушкинский Сальери останавливается на полпути и не совершает того шага из монологизма в диалогизм, какой неожиданно оказывается возможным для Дон Гуана. В финале его «демонизм» сокрушен, он взывает к Богу и к Донне Анне, обретенному в ее лице символу добродетели.

Авторитарно-ролевое Уединенное Конвергентное

Барон

Альбер Альбер

Герцог Герцог

Сальери Сальери Моцарт

Лепорелло Дон Гуан

Командор Лаура

Донна Анна

Дон Карлос

Священник Молодой человек

Мери Луиза

Вальсингам Вальсингам Вальсингам

Такой подход к осмыслению персонажа иногда оказывается достаточно продуктивным для понимания концепции личности, созданной автором в произведении.

Рекомендуемая литература по теме

Волков, И.Ф. Теория литературы: учеб. пособие / И.Ф. Волков. – М., 1995.

Теория литературы: в 3 т. – М., 1964.

Основы литературоведения: учеб. пособие / В.П. Мещеряков, А.С. Козлов. – М., 2000.

Федотов, О.И. Основы теории литературы: учеб. пособ: в 2 ч. /
О.И. Федотов. – М., 1996.

Хализев, В.Е. Теория литературы / В.Е. Хализев. – М., 2002.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?