Основные этапы возникновения древнерусского государства.

ВАРИАНТ № 1

ВОПРОС № 1

Составьте хронологическую таблицу основных этапов образования Древнерусского государства, выделите в каждом из них главные события.

Предпосылки образования Древнерусского государства.

Древнерусское государство сложилось в результате сложного взаимодействия целого комплекса как внутренних, так и внешних факторов, социально-экономических, политических и духовных.

В первую очередь следует учесть те изменения, которые происходили в хозяйстве восточных славян в VIII- IХ вв. Так, уже отмеченное развитие земледелия, особенного пашенного в степном и лесостепном районе Среднего Поднепровья, приводило к появлению избыточного продукта, что создавало условия для выделения из общины княжеско-дружинной группировки (происходило отделение военно-управленческого труда от производительного).

На Севере Восточной Европы, где из-за суровых климатических условий земледелие не могло получить широкого распространения, большую роль продолжали играть промыслы, а возникновение избыточного продукта стало результатом развития обмена и внешней торговли.

В районе распространения пашенного земледелия началась эволюция родовой общины, которая, благодаря тому, что теперь отдельная большая семья могла обеспечить свое существование, стала трансформироваться в земледельческую или соседскую (территориальную). Такая община, как и раньше, в основном состояла из родственников, но в отличие от родовой общины, пашенная земля, разделенная на наделы, и продукты труда находились здесь в пользовании отдельных больших семей, владевших орудиями труда и скотом. Это создавало некоторые условия для имущественной дифференциации, но социального расслоения в самой общине не происходило - производительность земледельческого труда оставалась слишком низкой. Археологические раскопки восточнославянских поселений того периода обнаружили почти одинаковые семейные жилища-полуземлянки с одним и тем же набором предметов и орудий труда.

Кроме того, на обширной лесной территории восточнославянского мира сохранялась подсека, а из-за своей трудоемкости она требовала усилий всего родового коллектива. Так, наметилась неравномерность в развитии отдельных племенных союзов.

К политическим факторам образования государства у восточных славян следует отнести усложнение внутриплеменных отношений и межплеменные столкновения, которые ускоряли становление княжеской власти, повышали роль князей и дружины как обороняющих племя от внешних врагов, так и выступающих в качестве арбитра при различного рода спорах.

Кроме того, межплеменная борьба приводила к складыванию межплеменных союзов во главе с наиболее сильным племенем и его князем. Эти союзы приобретали форму племенных княжений. В итоге, власть князя, которую он стремился превратить в наследственную, все менее зависела от воли вечевых собраний, укреплялась, а его интересы все более отчуждались от интересов соплеменников.

Становлению власти князя способствовала и эволюция языческих представлений славян той эпохи. Так, по мере роста военного могущества князя, приносящего добычу племени, обороняющего его от внешних врагов и взявшего на свои плечи проблему урегулирования внутренних споров, росли его престиж и, одновременно, происходило отчуждение от свободных общинников.

Таким образом, в результате военных успехов, выполнения им сложных управленческих функций, отдаления князя от привычного для общинников круга дел и забот, зачастую выливавшегося в создание укрепленного межплеменного центра - резиденции князя и дружины, он начинал наделяться своими соплеменниками сверхъестественными силами и способностями, в нем все более видели залог благополучия всего племени, а его личность отождествляли с племенным тотемом. Все это приводило к сакрализации княжеской власти, создавало духовные предпосылки для перехода от общинных к государственным отношениям.

К внешним предпосылкам следует отнести то "давление", которое оказывали на славянский мир его соседи - хазары и норманны.

С одной стороны, их стремление взять под контроль торговые пути, связывающие Запад с Востоком и Югом, ускоряло складывание княжеско-дружинных группировок, втягивающихся во внешнюю торговлю. Взимая, например, продукты промыслов, в первую очередь, пушнину со своих соплеменников и меняя их на продукты престижного потребления и серебро у иностранных купцов, продавая им захваченных в плен иноплеменников, местная знать все более подчиняла себе племенные структуры, обогащалась и изолировалась от рядовых общинников. Со временем она, объединившись с варяжскими воинами-торговцами, начнет осуществлять контроль за торговыми путями и самой торговлей, что приведет к консолидации ранее разрозненных племенных княжений, расположенных вдоль этих путей.

С другой стороны, взаимодействие с более развитыми цивилизациями приводило к заимствованию некоторых общественно-политических форм их жизни. Не случайно долгое время великие князья на Руси назывались по примеру Хазарского каганата - хаканами (каганами). Подлинным же эталоном государственно-политического устройства долгое время считалась Византийская империя.

Следует учесть и то, что существование в Низовьях Волги мощного государственного образования - Хазарского каганата, защищало восточных славян от набегов кочевников, которые в предшествующие эпохи (гунны в IV -V вв., авары в VII в.) тормозили их развитие, мешали мирному труду и, в итоге, появлению "зародыша" государственности.

В советской исторической науке долгое время приоритет в формировании государства отдавался внутренним социально-экономическим процессам; некоторые современные историки считают, что решающую роль сыграли внешние факторы; однако, представляется, что только взаимодействие как внутренних, так и внешних при недостаточной социально-экономической зрелости восточнославянского общества могло привести к тому историческому прорыву, который произошел в славянском мире в IХ-Х вв.

Медный бунт 1662 г.

Если "соляной бунт" был порожден кризисом налогообложения, то причиной "медного бунта" стал кризис денежной системы. Массовый выпуск правительством медных денег (с 1654), приравненных к стоимости серебряных денег, и их значительное обесценивание к серебру (в 1662 г. в 6–8 раз) привели к резкому подорожанию продуктов питания, огромной спекуляции, злоупотреблениям и массовой подделке медных монет (в чём оказались замешанными отдельные представители центральной администрации). Во многих городах (особенно в Москве) разразился голод среди основной массы горожан (несмотря на хорошие урожаи в предшествующие годы). Большое недовольство вызвало также решение правительства о новом тяжелейшем внеочередном сборе налога (пятине).Как и в случае с налогом на соль, результат оказался прямо противоположным задуманному. Несмотря на строгий царский указ, никто не хотел принимать медь, а крестьяне, с которыми расплачивались, медными полтинами и алтынами, "худыми и неровными", прекратили подвоз в города сельскохозяйственных продуктов, что привело к голоду. Полтины и алтыны пришлось изъять из оборота и перечеканить в копейки. Мелкая медная монета поначалу действительно имела хождение наравне с серебряными копейками. Однако правительство не сумело избежать соблазна легким способом пополнить казну и безмерно увеличило выпуск ничем не обеспеченных медных денег, которые чеканились в Москве, Новгороде и Пскове. При этом, выплачивая жалование служилым людям медными деньгами, правительство требовало уплаты налогов ("пятой деньги") серебром. Вскоре медные деньги обесценились, за 1 рубль серебром давали 17 рублей медью. И хотя строгий царский указ запрещал поднимать цены, все товары резко подорожали.

Большой размах получило фальшивомонетничество. По Соборному Уложению 1649 г. за подделку монеты преступникам заливали горло расплавленным металлом, но угроза ужасной казни никого не останавливала, и поток "воровских денег" наводнил государство. Розыск привел к мастерам, работавшим на Денежном дворе, "потому что до того времяни, как еще медныx денег не было, и в то время жили они не богатым обычаем, a при медных деньгах испоставили себе дворы, каменные и деревянные, и платье себе и женам поделали з боярского обычая, также и в рядех всякие товары и сосуды серебряные и сьестные запасы почали покупать дорогою ценою, не жалея денег". В подделке монеты были замешены верные головы и целовальники, приставленные к Денежному двору для контроля за чеканкой монеты. Они были из гостей и торговцев, "людей честных и пожиточных". Как писал Г. Котошихин, "возмутил их разум диавол, что еще несовершенно богати, покупали медь на Москве и в Свейском государстве, и привозили на Денежные дворы с царскою медью вместе, и велели делать деньги, и сделав свозили з Денежного двора с царскими деньгами вместе, и царские деньги в казну отдавали, а свои к себе отвозили". Как всегда, пострадали рядовые исполнители - их казнили, им отрубали руки и персты и ссылали в дальние города. Богачи откупились от наказания, давая "посулы большие боярину, царскому тестю, Илье Даниловичу Милославскому, да думному дворянину Матюшкину, за которым была прежнего царя царицына родная сестра, да дьяком, а в городех посулы ж воеводам и приказным людем; и они, для тех посулов, тем вором помогали и из бед избавливали".

Простой народ был возмущен безнаказанностью бояр. 25 июля 1662 г. на Лубянке были обнаружены листы с обвинениями в адрес князя И. Д. Милославского, нескольких членов Боярской думы и богатого гостя Василия Шорина. Их обвиняли в тайных сношениях с Польшей, что не имело под собой никакого основания. Но недовольным людям нужен был повод. Показательно, что объектом всеобщей ненависти стали те же самые люди, которых обвиняли в злоупотреблениях во время "соляного бунта", и точно так же, как четырнадцать лет тому назад, толпа напала и разгромила дом гостя Шорина, собиравшего пятую деньгу во всем государстве. Несколько тысяч человек отправились к царю Алексею Михайловичу, находившемуся в своем загородном дворце в селе Коломенском. Царь был вынужден выйти к народу, и перед церковью разыгралась сцена, являвшаяся нарушением всех правил придворного этикета. Простолюдины окружили царя, держали его за пуговицы, спрашивали: "Чему верить?", а когда Алексей Михайлович дал слово расследовать дело, один из толпы бил с царем всея Руси по рукам. Толпа отправилась восвояси, но этому дню не суждено было кончиться мирно.

Навстречу из Москвы валила еще одна многотысячная толпа, настроенная гораздо воинственнее. Мелкие торговцы, мясники, хлебники, пирожники, деревенские люди вновь окружили царя Алексея Михайловича и на сей раз уже не просили, а требовали выдать ей изменников на расправу, угрожая «будет он добром им тех бояр не отдаст, и они у него учнут имать сами, по своему обычаю». Однако в Коломенском уже появились стрельцы и солдаты, отправленные боярами на выручку. Поэтому, когда Алексею Михайловичу стали угрожать, он возвысил голос и велел стольникам, стряпчим, жильцам и стрельцам рубить мятежников. Безоружную толпу загнали в реку, более семи тысяч человек были перебиты и захвачены. Г.Котошихин описывает кровавый финал медного бунта, "И того ж дни около того села повесили со 150 человек, а досталным всем был указ, пытали и жгли, и по сыску за вину отсекали руки и ноги и у рук и у ног пальцы, а иных бив кнутьем, и клали на лице на правой стороне признаки, розжегши железо накрасно, а поставлено на том железе «буки» то есть, бунтовщик, чтоб был до веку признатен; и чиня им наказания, розослали всех в дальние городы, в Казань, и в Астрахань, и на Терки, и в Сибирь, на вечное житье... а иным пущим вором того ж дни, в ночи, учинен указ, завязав руки назад посадя в большие суды, потопили в Москве реке." Розыск в связи с "медным бунтом" не имел прецедентов. Всех грамотных москвичей заставили дать образцы своего почерка, чтобы сличить их с "воровскими листами", послужившими сигналом для возмущения. Впрочем, зачинщиков так и не нашли.

"Медный бунт" был выступлением городских низов. В нем приняли участие ремесленники, мясники, пирожники, крестьяне пригородных сел. Из гостей и торговых людей "к тем ворам не пристал ни один человек, еще на тех воров и помогали, и от царя им было похваление". Несмотря на беспощадное подавление бунта, он не прошел бесследно. В 1663 г. по царскому указу медного дела дворы в Новгороде и Пскове были закрыты, а в Москве была возобновлена чеканка серебряной монеты. Жалование всяких чинов служилым людям опять стали выплачивать серебряными деньгами. Медные деньги изъяли из обращения, частным лицам было велено их переплавить на котлы или приносить в казну где за каждый сданный рубль платили 10, а позже еще меньше - 2 деньги серебром. По замечанию В. О. Ключевского, "Казна поступила как настоящий банкрот, заплатила кредиторам по 5 копеек или даже по 1 копейке за рубль"

Итак, попытка усовершенствовать русскую денежную систему закончилась полным крахом и привела к расстройству денежного обращения, бунтам и всеобщему обеднению. Не удались ни введение системы крупных и мелких номиналов, ни попытка заменить дорогое сырье для чеканки денег на более дешевое.

Русское денежное обращение вернулось к традиционной серебряной монете.

Крестьянская война под предводительством С. Разина

В 1667 г. После окончания войны с Речью Посполитой на Дон хлынуло большое количество беглых. На Дону царил голод.

Еще в марте 1667 года Москве стало известно, что многие жители Дона «збираютца воровать на Волгу». Во главе массы неорганизованных, но смелых решительных и вооруженных людей встал казак Степан Тимофеевич Разин. Он проявил своеволие, набрав свой отряд из казацкой голи и пришлых людей – беглых крестьян, посадских тяглецов, стрельцов, не входивших в состав войска Донского и не подчинявшейся казацкой старшине.

Он задумал поход для того чтобы раздать захваченную добычу нуждающимся, накормить голодных, одеть и обуть раздетых и разутых. Разин во главе отряда казаков в 500 человек отправился не на Волгу, а вниз по Дону. Трудно сказать о его намерениях в тот момент. Думается, что этот поход преследовал цель усыпить бдительность поволжских воевод и привлечь к себе сторонников. С разных мест к Разину пребывали люди. Вели к нему свои отряды.

В середине мая 1667 года казацкая голытьба и беглое крестьянство переправились через переволоку на Волгу. Отряд Разина вырос до 2000 человек. Сначала разинцам встретился на Волге большой торговый караван, в составе которого были суда со ссыльными. Казаки захватили товары и имущество, пополнили запасы оружия и провианта, овладели стругами. Стрелецкие военачальники и купеческие приказчики были перебиты, а ссыльные люди, большинство стрельцов и речники, работавшие на купеческих судах добровольно присоединились к разинцам.

Начались столкновения казаков с правительственными войсками. По мере развития событий Каспийского похода всё более проявлялся бунтарский характер движения.

Избегая столкновения с правительственны ми войсками, он в короткий срок и с небольшими потерями провёл свою флотилию в море, затем перебрался на реку Яик и легко овладел Яицким городком. Во всех сражениях Разин проявлял большую храбрость. К казакам присоединялись всё новые люди с насадов и стругов.

Выйдя в Каспийское море, разинцы направились к его южным берегам. Их суда некоторое время спустя стали в районе персидского города Решта. Казаки погромили города Решт, Фарабат, Астрабад и зазимовали близ «потешного дворца шаха», устроив земляной городок в его лесном заповеднике на полуострове Миян-Кале. Выменяв пленников на русских в пропорции «один к четырем» таким образом они пополнились людьми.

Освобождение томившихся в Персии в неволе русских пленников и пополнения разинского отряда персидской беднотой выходит за рамки военно-грабительских действий.

В морском сражении близ острова Свиного разинцы одержали полную победу над войсками персидского шаха. Однако поход на Каспийское море отмечен не только победами и удачами. Были у разинцев и тяжелые потери, и поражения. Неблагоприятно для них завершилась схватка с крупными силами персов под Рештом.

По завершению Каспийского похода Разин отдал воеводам бунчук-знак своей власти, вернул часть оружия. Затем разинцы, получив прощение Москвы, вернулись на Дон. После Каспийского похода Разин не распустил свой отряд. 17 сентября 1669 года в 20 верстах от Черного яра Разин потребовал, чтобы к нему явились стрелецкие головы, и переименовал к себе в «казаки» стрельцов и кормщиков.

Сообщения воевод южных городов о независимом поведении Разина, о том что он «учинился силён» и вновь замышляет «смуту», насторожили правительство. В январе 1670 года в Черкасск был послан некий Герасим Евдокимов. Разин потребовал привести Евдокимого и учинил ему допрос, от кого тот приехал: от великого государя или бояр? Посланец подтвердил, что от царя, но Разин объявил его боярским лазутчиком. Казаки утопили царского посланника. В Паншине городке Разин собрал участников предстоящего похода на большой круг. Атаман объявил, что намерен «идти с Дону на Волгу, а с Волги идти в Русь… чтоб… из Московского государства вывесть изменником бояр и думных людей и в городах воевод и приказных людей» и дать свободу «чорным людям».

Вскоре 7000 войско Разина двинулось на Царицын. Захватив его разинцы еще около 2-х недель находились в городке. Бои в низовьях Волги весной-летом 1670 года показали, что Разин был талантливым полководцем. 22 июня разинцами был а захвачена Астрахань. Без единого выстрела к разинцам перешла Самара и Саратов.

После этого разинцы начали осаду Симбирска. В конце августа 1670 года правительством была направлена армия для подавления восстания Разина. Месячное пребывание под Симбирском было тактическим просчетом Разина. Оно дало подтянуть сюда правительственные войска. В сражении под Симбирском Разин был тяжело ранен, а в последствии казнен в Москве.

Видимо одной из главных причин симбирского провала стало отсутствие в повстанческом войске постоянного состава. Стабильным в Разинской армии оставалось только ядро из казаков и стрельцов, многочисленные же крестьянские отряды, составлявшие основную массу восставших, то и дело приходили и уходили. Военного опыта у них не было, и за тот срок, что находились ни в рядах разинцев, накопить они его не успевали.

Движение раскольников

Важным фактом русской истории XVII в. был церковный раскол, явившийся результатом церковной реформы патриарха Никона.

Наиболее существенными из нововведений, принятыми патриархом Никоном и церковным собором 1654 г., была замена крещения двумя пальцами троеперстием, произнесение славословия Богу «алилуйя» не дважды, а трижды, движение вокруг аналоя в церкви не по ходу Солнца, а против него. Все они касались чисто обрядовой стороны, а не существа православия.

Раскол православной церкви произошел на соборе 1666–1667 гг., и с 1667 г. раскольников предавали суду «градских властей», которые сжигали их за «хулу на Господа Бога». В 1682 г. погиб на костре главный противник патриарха Никона протопоп Аввакум.

Протопоп Аввакум стал одной из наиболее ярких личностей в русской истории. Многие считали его святым и чудотворцем. Он участвовал вместе с Никоном в исправлении богослужебных книг, но вскоре был отстранен из-за незнания греческого языка.

6 января 1681 года царь отправился с большим количеством народа на водоосвящение. В это время старообрядцы учинили погром в Успенском и Архангельском соборах Кремля. Они мазали дёгтем царские ризы и гробницы, а также ставили сальные свечи, считавшиеся нечистыми в церковном обиходе. В это время толпа возвратилась, и сподвижник восставших, Герасим Шапочник, стал кидать в толпу «воровские письма», на которых были изображены карикатуры на царя и патриархов.

В расколе соединились самые разные социальные силы, выступавшие за сохранение в неприкосновенности традиционности русской культуры. Тут были князья и бояре, такие, как боярыня Ф.П. Морозова и княгиня Е.П. Урусова, монахи и белое духовенство, отказывавшиеся от исполнения новых обрядов. Но особенно много было рядовых людей – горожан, стрельцов, крестьян, – видевших в сохранении старых обрядов способ борьбы за древние народные идеалы «правды» и «воли». Наиболее радикальным шагом старообрядцев было принятое в 1674 г. решение о прекращении молитв за здоровье царя. Это означало полный разрыв старообрядцев с существующим обществом, начало борьбы за сохранение идеала «правды» внутри своих общин.

Главной идеей старообрядцев было «отпадение» от мира зла, нежелание жить в нем. Отсюда предпочтение самосожжения компромиссу с властями. Только в 1675–1695 гг. было зарегистрировано 37 «гарей», во время которых погибло не менее 20 тыс. человек. Другой формой протеста старообрядцев было бегство из-под власти царя, поиск находящихся под защитой самого Бога «сокровенного града Китежа» или же утопической страны Беловодье.

Стрелецкий бунт 1682 г.

Стрелецкий бунт 1682 г., или "Хованщина", как его часто именуют по имени главных участников движения князей Хованских, было сложным и запутанным явлением. С одной стороны, в этих событиях нашла выражение борьба боярских группировок - "партий", по выражению одного из современников. С другой стороны, это движение было разновидностью городских восстаний, на которые был так богат "бунташный" XVII в.

Толком к стрелецкому бунту послужила смерть царя Федора Алексеевича весной 1682 г. Царь был бездетным, и на претендентами на трон являлись два его младших брата - шестнадцатилетний Иван и десятилетний Петр. Царевичи родились от разных браков и за ними родственные кланы, за Иваном - Милославские, за Петром - Нарышкины. Право старшинства было на стороне Ивана, но он был болезненным, полуслепым и слабоумным, тогда как Петр уже в раннем возрасте проявлял необычайную живость и способности. Предстояло решить, кому перейдет трон. Обстановка была накалена до предела, и бояре, собравшиеся во дворце для выборов нового царя, надели под платье панцири, опасаясь, что дело дойдет до поножовщины. Прения в Боярской думе ничего не дали. Обычай требовал передачи вопроса на разрешение "всех чинов людьми Московского государства". Под этим подразумевался Земский собор, однако этот институт уже имел номинальное значение. Собор 1682 г. можно назвать этим именем только с большой натяжкой. Он был созван на скорую руку, буквально за несколько часов без всяких выборов. Всех чинов людей, собравшихся на Красной площади, спросили, кому из двух царевичей быть на царстве. Большинство закричало: "Петру Алексеевичу!". За больного Ивана раздались лишь единичные голоса. Так,....1682 г. на царство был избран Петр, будущий император Петр Великий.

Мать царя - Наталья Кирилловна Нарышкина и ее окружение с первых же часов правления пришлось столкнуться с новой силой, вмешавшейся в события. Речь идет о московских стрельцах, которые имели веские основания быть недовольными своим положением. Полковники стрелецких полков смотрели на своих подчиненных как на крепостных, задерживали в свою пользу стрелецкое жалование и корм, отягощали их поборами и работой. Неурядица верхах дала стрельцам повод заявить о своих претензиях. Уже в день избрания Петра в одном из полков отказывались присягать новому царю, а через несколько дней выборные от шестнадцати стрелецких и одного солдатского полка подали челобитную с требованием положить конец злоупотреблениям начальных людей. Правительство уступило. Начальникам полков приказали вернуть стрельцам жалование, а двух полковников, особенно прославившихся лихоимством, - Семена Карандеева и Семена Грибоедова наказали на площади кнутом. Грибоедову перед наказанием зачитали "сказку" о его винах, типичных для стрелецкой верхушки: «Били на тебя челом великому государю пятидесятники, десятники и рядовые стрельцы твоего приказа: ты чинил им налоги, обиды и всякие тесноты; для взяток и работ бил их жестокими боями... неволею заставлял их шить себе цветное платье, бархатные шапки, желтые сапоги; из государского жалованья вычитал у них деньги и хлеб...".

Однако уступка не привела к успокоение, тем более что стрельцы умело направлялись враждебной боярской группировкой. Многие из старинных родов были недовольны незнатными Нарышкиными, выдвинувшимися из дворянской среды лишь благодаря браку Алексея Михайловича с красавицей Натальей. Особенно возмутило знать быстрое возвышение братьев царицы, молодых и не имевших никаких заслуг людей: И. К. Нарышкин в 23 года был пожалован боярским чином. Недовольные сплотились вокруг Милославских, а их лидером стала царевна Софья Алексеевна, родная сестра царевича Ивана и сводная сестра царя Петра.

Подробнее о царевне Софье вы можете узнать из очерка Н. И. Костомарова здесь. Следует сказать, что царевна представляла собой уникальную фигуру в русской истории XVII в. Обычно царские дочери с рождения пребывали в своего рода золотой клетке, да еще наглухо закрытой от посторонних глаз. Они жили затворницами во дворцовых палатах, а если и случалось им выходить в церковь, то во время выхода по обе стороны от них несли суконные полы, чтобы отгородить их от народа, и в храме их места были закрыты тафтой - все во избежание "сглаза". Дочери царя были обречены на безбрачие, так как, по словам Г. Котошихина, "государства своего за князей и за бояр замуж выдавати их не повелось, потому что князи и бояре их есть холопи и в челобитье своем пишутца холопми, и то поставлено в вечной позор, ежели за раба выдать госпожа; а иных государств за королевичей и за князей давати не повелось, для того что не одной веры, и веры своей отменити не учинят, ставят своей вере в поругание, да и для того что иных государств языка и политики не знают, и от того б им было в стыд."

При Федоре Алексеевиче строгий надзор за шестью его сестрами был смягчен, но если пятеро царевен воспользовались относительной свободой только для того, чтобы нарядиться в польское платье и завести любовников, то у Софьи были далеко идущие политические планы. Как писал Н. И. Костомаров, царевна Софья, "хотя также вела далеко не постную жизнь, но отличалась от других замечательным умом и способностями. Она более своих сестер приблизилась к Федору и почти не отходила от него, когда он страдал своими недугами; таким образом она приучила бояр, являвшихся к царю, к своему присутствию, сама привыкла прислушиваться к разговорам о государственных делах и, вероятно, до известной степени уже участвовала в них при своем передовом уме. Ей было тогда за 25 лет. Иностранцам она казалась вовсе не красивою и отличалась тучностью; но последняя на Руси считалась красотою в женщине."

По образному сравнению одного из современников, весть о стрелецких волнениях стала для царевны Софьи столь же радостной, как для Ноя масличная ветвь, принесенная голубицею в ковчег. Воспользовавшись недовольством стрельцов можно было вырвать власть у Нарышкиных, но Софье и Милославским следовало торопиться, так как противная сторона принимала меры для своего усиления. В Москву срочно был вызван боярин А. С. Матвеев, некогда один из ближайших сотрудников царя Алексея Михайловича, сосланный на Мезень по проискам Милославских. От него Милославским нечего было ждать пощады. Порицал вернувшийся из ссылки боярин и уступки стрельцам: "Они таковы, что если им хоть немного попустить узду, то они дойдут до крайнего бесчинства...".

15 мая - роковая дата, в это день в 1591 г. в Угличе погиб царевич Дмитрий, и этот же день в 1682 г. в Москве ознаменовался чередой кровавых расправ. Сторонники Милославских распространили среди стрельцов слухи, будто Нарышкины извели царевича Ивана. Примерно по той же схеме развивались события 17 мая 1606 г., когда приспешники Шуйского подняли по набату народ слухом о том, что поляки убили царя Дмитрия - Лжедмитрия I и, воспользовавшись восстанием, возвели на престол Василия Шуйского. В мае 1682 г. стрельцы и простой народ бросились в Кремль. Царица вместе с патриархом и боярами вывела Ивана и Петра на Красное крыльцо. Толпа, убедившись, что царевич жив, стихла и начала поддаваться на переговоры. Однако в этот решающий момент, как говорили современники, все дело решило неразумное поведение князя М. Ю. Долгорукова, помощника своего отца по Стрелецкому приказу и одного из самых ненавистных стрельцам бояр. Князь начал угрожать стрельцам и вывел толпу из себя. Стрельцы сбросили с крыльца боярина Матвеева и изрубили его на куски, убили брата царицы Афанасия Нарышкина, бояр Г. Г. Ромодановского и И. М. Языкова, думного дьяка Лариона Иванова и многих других. Тела убитых волокли через Спасские ворота на Красную площадь, перед ними шли стрельцы и издевательски провозглашали: «Вот боярин Артемон Сергеевич! Вот боярин князь Ромодановский, вот думный едет, дайте дорогу!». Стрельцы расправились и с начальником Стрелецкого приказа князем Юрием Долгоруким, усмирителем восстания Стеньки Разина. Когда восьмидесятилетнему старику сообщили об убийстве его сына Михаила, он имел неосторожность сказать по адресу стрельцов: «Щуку-то они съели, да зубы остались, недолго им побунтовать, скоро будут висеть на зубцах по стенам Белого и Земляного города». Один из княжеских холопов сообщил об этих словах стрельцам, те стащили старика с постели, рассекли на части, бросили тело в навозную кучу и положили соленую щуку. На следующий день день стрельцы потребовали выдать им И. К. Нарышкина, грозя в противном случае перебить всех бояр. Царевна Софья резко сказала царице Наталье: «Брату твоему не отбыть от стрельцов; не погибать же нам всем за него!» Молодого боярина исповедали, приобщили и соборовали перед неизбежной смертью, после чего вывели к мятежной толпе. Нарышкина жестоко пытали, затем вытащили на Красную площадь и рассекли на части. Царского лекаря Даниила фон Гадена под пытками заставили признаться в том, что он вместе с Нарышкиными якобы отравил царя Федора Алексеевича.

Вся столица находилась в руках стрельцов и примкнувших к ним холопов. Были разгромлены Стрелецкий и Холопий приказы. Стрельцы призывали холопов уничтожить кабальные записи, и некоторые из холопов воспользовались удобным случаем, но не все, так как многие закабалились вполне добровольно.

В этой смуте царевне Софье и Милославским удалось достичь желаемой цели. 26 мая был созван новый собор, опять только из жителей Москвы. В страхе перед стрельцами участники собора нашли компромиссное решение поставить на царство сразу двух братьев: и Ивана и Петра. При этом Иван по требованию выборных от стрельцов был провозглашен первым царем, а Петр - вторым. Через несколько дней о требованию стрелецких полков было объявлено, что ввиду молодости государей, правление вручается их сестре Софье Алексеевне.

Царевна Софья получила власть благодаря стрельцам, которых взамен была вынуждена всячески ублажать и награждать. Стрельцы получили почетное наименование "надворной пехоты". Московским стрельцам, солдатам, посадским людям и ямщикам была дана жалованная грамота, чтобы их не называли бунтовщиками. В грамоте монотонно перечислялось: "...случилось побитье, за дом пречистые богородицы и за вас, великих государей, за мирное порабощение и неистовство к вам, и от великих к нам налог, обид и неправды боярам князь Юрью и князь Михайле Долгоруким.... Думного дьяка Лариона Иванова убили за то, что он к ним же, Долгоруким, приличен... да у него же взяты гадины змеиным подобием. Князя Григория Ромодановского убили за его измену и нерадение...А Ивана Языкова убили за то, что он, стакавшись с нашими полковниками, налоги нам великие чинил и взятки брал. Боярина Матвеева и доктора Данилу убили за то, что они на ваше царское величество отравное зелье составляли, и с пытки Данила в том винился. Ивана и Афанасья Нарышкиных побили за то, что они применяли к себе вашу царскую порфиру и мыслили всякое зло на государя царя Иоанна Алексеевича...". В знак стрелецких подвигов на Красной площади был воздвигнут столб с именами побитых ими изменников.

Стрельцы не удовлетворились моральным поощрением. Каждому было пожаловано по десять рублей, а сверх того они получили имущество перебитых бояр и потребовали вернуть неуплаченного жалования почти за сорок лет. По стрелецким расчетам выходила огромная сумма в 240 тысяч рублей. Таких денег в казне не было, и со всего государства было велено собирать серебряную посуду и лить из нее деньги для стрельцов.

Правительство Софьи стало заложником стрелецких требований. Оказалось, что вызвать бурю было гораздо легче, чем ее утихомирить. Более того, стрелецкие полки грозили окончательно выйти из повиновения. У них появилась собственная идейная программа, заключавшаяся в восстановлении старой веры. 1682 г. был во многом переломным для раскольников. В апреле в Пустозерске по царскому указу был сожжен духовный вождь раскола протопоп Аввакум, а буквально через две недели умер царь Федор Алексеевич. Раскольники узрели в этом явный знак божьего гнева. Среди стрельцов было немало приверженцев Аввакума. К расколу принадлежал один из руководителей стрелецкого бунта Алексей Юдин. Поборником старой веры считался и князь Хованский, чье имя дало название всему движению.

Князь Иван Андреевич Хованский по прозвищу Тараруй принадлежал к роду Гедиминовичей, которые по своей знатности спорили с Рюриковичами. Он был знаменитым воеводой, правда, по язвительному выражению одного историка, более всего он был знаменит своими поражениями. В майские дни он был одним из сторонников царевны Софьи, поднимавших стрельцов на бунт. В награду он был сделан начальником ("судьей") Стрелецкого приказа. Но получив командование над "надворной пехотой" Хованский начал претендовать на самостоятельную роль. Вместе с Хованским стрельцы поклялись стоять за старую веру. Выборные от полков потребовали устроить прения о вере и выставили против никониан нескольких расколоучителей во главе с суздальским священником Никитой.

Религиозный диспут состоялся 5 июля в Грановитой палате. Раскольников сопровождала целая толпа, одобрявшая их изможденный вид: «Не толсты брюха-то у них, не как у нынешних Нового завета учителей!». Сам диспут ничего не решил, каждая из сторон - патриарх с синклитом и раскольники остались при своих убеждениях. Царевна Софья держала себя мужественно, не испугалась, подобно многим боярам, бурлившей снаружи толпы и горячо отстаивала церковные реформы. Выборных от стрельцов царевна предупредила: "...в надежде на вас эти раскольники-мужики так дерзко пришли сюда.... Если мы должны быть в таком порабощении, то царям и нам здесь больше жить нельзя: пойдем в другие города и возвестим всему народу о таком непослушании и разорении".

Угроза царевны покинуть столицу подействовала на стрельцов. Кроме того, выборных от полков щедро угостили вином и они отступились от старой веры. Как писал С. М. Соловьев, "рядовые стрельцы побуянили, но не могли устоять перед царским погребом, когда выставили на десять человек по ушату: принесли заручные, что вперед не будут вступаться за старую веру, а раскольников начали бить, крича: «Вы, бунтовщики, возмутили всем царством!» Те бросились бежать, куда кто мог: отцов перехватали; Никите, как самому дерзкому заводчику смуты и нарушителю своего обещания, отсекли голову..."

После неудачи с возращением к старой вере князю Хованскому все сложнее было играть роль посредника между правительством и стрельцами. Сам богатый и знатный боярин он выступал заступником стрельцов перед кровопийцами-боярами, а бояр уверял, что потакает стрельцам ради общего спокойствия. "Когда меня не станет, то в Москве будут ходить по колена в крови," - говорил он. Но Софья и ее окружение уже не верили князю. Его обвиняли в потворстве раскольникам и даже подозревали в том, что он сам хочет занять престол. Ходили слухи, что во время крестного хода стрельцы задумали л

Поделиться:

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте