Эмпирический и теоретический уровни познания: их разграничение и взаимодействие.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 5Следующая ⇒

Структура научного знания и познания

Основные элементы структуры

Наука является динамической, изменчивой системой

Знания об основных структурных уровнях

Знания об основных элементах: формы, виды знания

Генезис этих форм

Методы научного исследования

Взаимосвязи между структурными частями науки

Основные структурные уровни

Эмпирический (Э)

Теоретический (Т)

Философско – мировоззренческий (ФМ)

Не следует путать деление на чувственное и рациональное с одной стороны и Э и Т с другой. Различение чувственное – рациональное связано с различными познавательными способностями человека и опирается на данные когнитивной психологии и физиологии ВНД. Различение Э и Т уровней касается форм знаний и способов их получения. На Э и Т уровне задействованы обе познавательные способности. Чувственное и Э сходны в том, что для них характерно непосредственное взаимодействие с объектом, а для рационального и Т – опосредованно

Э-уровень – фактуальный

Т-уровень – логическая взаимосвязь высказываний, на основе которой можно объяснить и предсказать факты

Между Э и Т есть взаимосвязи. Соотношение между ними исторически и дисциплинарно изменчиво. Некоторые науки зарождались изначально как фактуальные (география, ботаника...). Потом они доросли до теоретического уровня. И сегодня существуют науки преимущественно эмпирические (история, археология...). Есть науки, которые являются преимущественно Т. Есть такие науки, которые используются для Т. базы знания других наук

В.39. Проблема истины в познании. Концепции истины в современной философии Непосредственная цель познания – истина, путь к которой обычно сложен, труден и противоречив. Постоянный и необходимый спутник истины на всех этапах ее развертывания – заблуждение. Категории истины и заблуждения – ключевые в теории познания, выражающие две противоположные, но неразрывно связанные стороны.
Заблуждение – знание, не соответствующее своему предмету, не совпадающее с ним. Заблуждение, будучи неадекватной формой знания, главным своим источником имеет ограниченность, неразвитость или ущербность практики и самого познания.
Заблуждение по своей сути – это искаженное отражение действительности. Заблуждение следует отличать от лжи – преднамеренного искажения истины в корыстных интересах – и связанной с этим передачи заведомо ложного знания, дезинформации.
Развитие практики и самого познания показывают, что те или иные заблуждения рано или поздно преодолеваются, либо сходят со сцены (как, например, учение о «вечном двигателе»), либо превращаются в истинные знания (превращение алхимии в химию). Важнейшие предпосылки преодоления заблуждений – изменение и совершенствование породивших их социальных условий, зрелость практики, развитие и углубление знания.
Истина – это знание, соответствующее своему предмету, совпадающее с ним. Это верное, правильное отражение действительности. Достижение истины – непосредственная цель познания в любой его форме. Первым и исходным признаком истины считается объективность. Будучи объективной по своему внешнему материальному содержанию, истина – субъективна по своим внутренним идеальным содержанию и форме: истину познают люди и выражают ее в субъективных формах (понятиях, законах, теориях). Наряду с объективностью, важнейшим атрибутивным свойством истины является ее конкретность.
Истина есть процесс, о не некий одноразовый акт постижения объекта сразу, целиком и в полном объеме. Для характеристики объективной истины как процесса применяются категории абсолютного (выражающие устойчивое, неизменное в явлениях) и относительного (отражающей изменчивое, преходящее). Абсолютная и относительная истина – это два необходимых момента одной и той же объективной истины, любого истинного знания. Они выражают разные ступени, стороны познания человеком объективного мира и различаются лишь по степени точности и полноте его отражения.
Абсолютная истина понимается как полное, исчерпывающее знание о действительности в целом. Это гносеологический идеал, который никогда не будет достигнут, хотя познание все более приближается к нему. Абсолютная истина – это также тот элемент знаний, который не может быть опровергнут: «птицы имеют клюв», «люди смертны» и т.д.
Относительная истина выражает изменчивость каждого истинного знания, его углубление, уточнение по мере развития практики и познания. При этом старые истины либо заменяются новыми (например, классическая механика сменилась квантовой), либо опровергаются и становятся заблуждениями (например, понятие о теплороде). Относительность истины заключается в ее неполноте, условности, приблизительности, незавершенности.
Существуют две крайние позиции в понимании отношения абсолютного и относительного моментов в истине: догматизм и релятивизм. Догматизмпреувеличивает значение устойчивого момента. Для догматика – это истина в «последней инстанции», вечная и неизменная, в которой нельзя даже усомниться.Релятивизм – это абсолютизация изменчивости, текучести явлений, событий бытия и познания. Сторонники релятивизма исходят из скептического принципа: все в мире скоротечно, истина выражает наши знания о явлениях мира лишь в данный момент, и то, что вчера считалось истиной, сегодня может признаться заблуждением.
Проблема истины как возможность достижения достоверного и адекватного знания о действительности была впервые осмыслена и сформулирована в античной философии. В своей классической форме вопрос об истине по существу артикулировал фундаментальную эпистемологическую проблему о соотношении мышления и бытия, сознания и объективного мира. Уже в философии Аристотеля была предпринята попытка специального анализа проблемы истины и обоснован вывод о том, что данное понятие должно употребляться для характеристики не вещей и предметов, а знаний о них. Причем истина понималась Аристотелем как такое знание, которое логически и содержательно соответствует действительному положению вещей. Эту мысль античный философ выразил предельно четко и точно: «… истину говорит тот, кто считает разъединенное - разъединенным и связанное – связанным, а ложное – тот, кто думает обратно тому, как дело обстоит с вещами».
Именно этот аспект эпистемологического отношения между знанием и действительностью был положен в основание классической концепции истины, согласно которой она интерпретировалась как соответствие знаний познаваемой действительности. Впоследствии британским философом ХХ в. Дж. Муром эта концепция истины была названа корреспондентской теорией истины. Возникнув в античный период, классическая концепция истины стала доминирующей в теории познания. Это обстоятельство связано с тем, что она наиболее полно соответствовала природе и целям не только обыденного, но и специализированного научного и философского познания.
Центральными понятиями классической концепции истины являются: «соответствие» и «действительность». Соответствие знаний объектам и предметам понималось как их адекватное воспроизведение в идеально знаковой форме. Понятие «действительность» трактовалось не только как характеристика того, что является элементом внешнего мира, но и всего того, что просто имеет место, существует.
Основные постулаты или принципы классической концепции были непосредственным образом связаны с основоположениями эпистемологического реализма и исходили из допущения о существовании объекта познания вне зависимости от субъекта и состояний его сознания. В качестве важнейших основоположений классической концепции истины выделяют следующие:
а) действительность, которая является предметом познания, в своем существовании не зависит ни от субъекта, ни от знания;
б) существует принципиальная возможность установить однозначное соответствие между знанием и действительностью;
в) имеется интуитивно ясный и однозначный критерий, позволяющий устанавливать соответствие либо несоответствие между знанием и действительностью;
г) классическая концепция истины претендует на статус логически непротиворечивой системы знания.
В процессе исторического развития философии классическая концепция истины столкнулась с рядом принципиальных проблем, в результате осмысления которых все ее базовые принципы и постулаты подверглись критическому анализу и переосмыслению. К числу этих проблем необходимо отнести следующие вопросы и гносеологические затруднения:
а) вопрос о характере познаваемой действительности и формах ее детерминации;
б) проблему характера соответствия знания действительности;
в) парадокс бесконечного регресса в решении вопроса о критерии истины;
г) проблему логических противоречий и самореферентных высказываний в структуре классической концепции истины.
Эти проблемы оказались неразрешимыми для классической концепции истины в ее первоначальной «наивной» форме и стимулировали развитие теории познания в двух направлениях. Первое из них было связано с попытками усовершенствовать и развить классическую теорию истины, предложив различные версии решения ее проблем. В рамках этого направления была обоснована диалектико-материалистическая концепция истины, в которой можно выделить три основных содержательных компонента: а) учение об объективной истине; б) учение об истине как процессе движения познания от относительной истины к истине абсолютной; в) учение о конкретности истины.
Программа усовершенствования и рационализации классической концепции истины была также предложена в семантической теории истины А. Тарского. Он предложил устранить логические противоречия в классической концепции истины за счет строгого разделения языка науки на объектный язык и метаязык. Причем, согласно Тарскому, употребление понятий «истинно» и «ложно» в принципе невозможно в терминах объектного языка, а допустимо лишь в области метаязыка.
В рамках второго направления критики классической концепции истины были обоснованы ее неклассические альтернативы. К основным из них относятся:
Когерентная (лат. cohaerentia – связь, сцепление) концепция истины (О. Нейрат, Р. Карнап, Н. Решер и др.). Согласно этой концепции истина есть свойство самосогласованности и логической непротиворечивости знаний.
С точки зрения Канта, смысл и содержание истины определяется взаимной согласованностью, единством двух моментов познания: чувственного (опыта) и формально-логического. Согласно Нейрату, только метафизика может пытаться сравнить предложения с реальным миром;позитивная наука должна сравнивать одни предложения с другими, чтобы установить самосогласованность и непротиворечивость знания.
Прагматическая (греч. pragma – дело, действие) концепция истины (Ч. Пирс, У. Джемс, П. Бриджмен и др.). В соответствии с принципами прагматизма истина понимается как полезность знания, его инструментальная эффективность для решения познавательных проблем. Прагматики считали, что наши убеждения зависят от нашей практической деятельности. Они влияют на наши действия, придают им направление, указывают на средства, ведущие к цели. Если это влияние делает действие эффективным, обеспечивает достижение намеченной цели, следовательно, наши убеждения являются истинными.
Конвенционалистская (лат. conventio – соглашение) концепция истины (А. Пуанкаре, К. Айдукевич и др.). В рамках этой концепции истина интерпретируется как продукт соглашения внутри научного сообщества, определяемого свободным выбором понятийного и логического аппарата теории. Согласно этой концепции, любое истинное знание всегда определяется данными условиями места, времени и многими другими обстоятельствами. Игнорирование определенности ситуации, распространение истинного знания за пределы его действительной применимости неминуемо превращает истину в заблуждение. Даже такая простая истина, как 2+2=4 является таковой только в десятичной системе исчисления. Поэтому истина – это результат соглашения, конвенции ученых.
В современной философии проблема истины все более ощутимо лишается своего объективно-онтологического статуса и рассматривается в контексте интерпретации ценностных и субъективно-личностных измерений сознания. В герменевтической традиции и аналитической философии доминируют формы лингвистического анализа истинности высказываний как конститутивных элементов языка науки.
Специального исследования заслуживает научная истина, которая имеет свою специфику, отличающую ее от истин, полученных в формах обыденного познания. Научная истина – это такое знание, которое должно удовлетворять требованиям двоякого рода: а) соответствовать исследуемой предметной области; б) быть согласованным с важнейшими методологическими нормами и критериями научности.
Важно подчеркнуть, что истинное научное знание должно быть сформулировано в виде логически непротиворечивой, эмпирически обоснованной и принципиально проверяемой системы знания. Вместе с тем научная истина, особенно в социально-гуманитарном познании, должна рассматриваться и исследоваться в контексте доминирующих социальных ценностей и универсалий культуры.

В.40. Мышление и язык. Язык и мышление - два неразрывно связанных вида общественной деятельности, отличающихся друг от друга по своей сущности и специфическим признакам. "Мышление - высшая форма активного отражения объективной реальности, целенаправленное, опосредствованное и обобщенное познание существенных связей и отношений предметов и явлений. Оно осуществляется в различных формах и структурах (понятиях, категориях, теориях), в которых закреплен и обобщен познавательный и социально-исторический опыт человечества" ("Философский энциклопедический словарь", 1983). Процессы мышления проявляются в трех основных видах, выступающих в сложном взаимодействии, - практически-действенном, наглядно-образном и словесно-логическом. "Орудием мышления является язык, а также др. системы знаков (как абстрактных, например, математических, так и конкретно-образных, например, язык искусства)" (там же). Язык - это знаковая (в своей исходной форме звуковая) деятельность, обеспечивающая материальное оформление мыслей и обмен информацией между членами общества. Мышление, за исключением его практически-действенного вида, имеет психическую, идеальную природу, между тем как язык - это явление по своей первичной природе физическое, материальное.

Выяснение степени и конкретного характера связи между Я. и м. составляет одну из центральных проблем теоретического языкознания и философии языка с самого начала их развития. В решении этой проблемы обнаруживаются глубокие расхождения - от прямого отождествления Я. и м. (Ф. Э. Д. Шлейермахер, И. Г. Гаман) или их чрезмерного сближения с преувеличением роли языка (В. фон Гумбольдт, Л. Леви-Брюль, бихевиоризм, неогумбольдтианство, неопозитивизм) до отрицания непосредственной связи между ними (Ф. Э. Бенеке) или, чаше, игнорирования мышления в методике лингвистического исследования (лингвистический формализм, дескриптивизм).

Диалектич. материализм рассматривает взаимоотношение Я. и м. как диалектическое единство. Язык является непосредственной материальной опорой мышления только в его словесно-логическом виде. Как процесс общения между членами общества языковая деятельность лишь в незначительной части случаев (например, при мышлении вслух в расчете на восприятие слушателей) совпадает с процессом мышления, обычно же, когда язык выступает именно как "непосредственная действительность мысли" (К. Маркс), выражается, как правило, уже сформированная мысль (в т. ч. и как результат практически-действенного или наглядно-образного мышления).

Словесно-логический вид мышления обеспечивается двумя специфическими особенностями языка: естественно не мотивированным, условным характером исторически установившейся связи слов как знаковых единиц с обозначаемыми сущностями и членением речевого потока на относительно ограниченные по объему, формально размежеванные и внутренне организованные отрезки - предложения. Слова, в отличие от наглядных психических образов предметов и явлений, не обнаруживают, за исключением звукоподражаний, никаких сходств с естественными, чувственно воспринимаемыми особенностями обозначаемых объектов, что позволяет создавать на основе слов и ассоциировать с ними не только обобщенные представления о предметах, но и понятия любой степени обобщенности и абстрактности. Предложения, исторически восходящие к элементарным высказываниям, обусловили выделение в потоке мышления отдельных относительно отграниченных друг от друга единиц, условно подводимых в логике и психологии под различные виды суждений и умозаключений. Однако прямого соответствия между единицами мышления и соотносительными с ними единицами языка нет: в одном и том же языке одна мысль или ее компоненты - понятия и представления - могут быть оформлены разными предложениями, словами или словосочетаниями, а одни и те же слова могут быть использованы для оформления разных понятий и представлений. Кроме того, служебные, указательные и т. п. слова вообще не могут обозначать понятий или представлений, а, например, побудительные, вопросительные, и подобные предложения рассчитаны только на выражение волеизъявлений и субъективного отношения говорящих к к.-л. фактам.

Многовековой процесс оформления и выражения мыслей посредством языка обусловил развитие в грамматическом строе языков ряда формальных категорий, частично соотносительных с некоторыми общими категориями мышления, например, подлежащее, сказуемое, дополнение и определение приближенно соответствуют смысловым категориям субъекта, предиката (в разных их пониманиях), объекта и атрибута; формальные категории имени существительного, глагола, прилагательного, числительного и грамматические категории числа приближенно соответствуют смысловым категориям предмета или явления, процесса (в т. ч. действия или состояния), качества и количества; формальные категории союзов, предлогов, падежей и грамматических времен приближенно соответствуют смысловым категориям связи, отношения, времени и т. д. Категории, имеющие свое основание в одних и тех же свойствах действительности, формировались в мышлении и языке неодинаково: общие категории мышления - прямой результат развития самого мышления, а формальные категории языка - результат не контролируемого мышлением длительного процесса стихийного обобщения языковых форм, использовавшихся для образования и выражения мыслей. Вместе с тем в грамматическом строе языков развиваются обязательные для определенных частей речи и конструкций предложения формальные категории, не имеющие никакого соответствия категориям мышления или соответствующие к.-л. факультативным его категориям. Напр., категории грамматического рода, определенности/неопределенности, вида глагола возникают в результате обусловленного системным характером языка распространения на все слова определенной части речи формальных признаков, свойственных в истории языка лишь отдельным словам и не всегда актуальных для мышления. Другие категории, как, напр., категория модальности, отражают субъективное отношение говорящего к содержанию высказывания, третьи, как, напр., категория лица, обозначают типичные условия устного языкового общения и характеризуют язык не со стороны его мыслительной, а со стороны коммуникативной функции, Грамматическая семантика таких категорий (рода, вида и т. п.) говорящими не осознается и в конкретное содержание мысли практически не включается. Если между семантикой грамматической категории и требующим выражения конкретным содержанием оформляемой мысли возникает противоречие (напр., при несоответствии грамматического подлежащего субъекту мысли), в языке изыскиваются другие средства для адекватной передачи соответствующего компонента содержания (напр., интонация). Поэтому свойственные различным языкам семантические особенности грамматических категорий никогда не вносят существенных межъязыковых различий в содержание оформляемых при их помощи мыслей об одних и тех же объективных сущностях.

В ходе ист. развития языка и мышления характер их взаимодействия не оставался неизменным. На начальных этапах развития общества язык, развивавшийся в первую очередь как средство общения, вместе с тем включался в процессы мышления, дополняя два первоначальных его вида - практически-действенный и наглядно-образный - новым, качественно высшим видом словесно-логического мышления и тем самым активно стимулируя развитие мышления вообще. Развитие письменности усилило воздействие языка на мышление и на саму интенсивность языкового общения, значительно увеличило возможности языка как средства оформления мысли. В целом же по мере исторического развития мышления во всех его видах постепенно усиливается его воздействие на язык, сказывающееся главным образом в расширении значений слов, в количеств, росте лексического и фразеологического состава языка, отражающем обогащение понятийного аппарата мышления, и в уточнении и дифференциации синтаксических средств выражения смысловых отношений.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США