Как открывается способность к любви

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 14 из 19Следующая ⇒

И еще Иисус дает нам увидеть действительно прекрасное в нас, а не только собственную предрасположенность к греху. Мы несем в себе великое достоинство личности. Именно поэтому, на самом деле, Иисус приходит к нам, и именно потому поистине наша жизнь так важна. Когда мы принимаем Иисуса, Истина поселяется внутри нас, и открывается образ Бога, который был спрятан от нас за пеленой иллюзий.

Ощущение Тайны растет неприметно. Иисус призывает нас ощутить самих себя образами Сына Божьего, объединенными с Ним так, чтобы Отец видел Его и нас вместе, одновременно. Когда священник вливает воду в вино на евхаристии, он мо­лится Богу; «Через эту тайну воды и вина да приобщимся мы к Божеству Того, Кто ради нас стал Человеком» (из молитвы при­готовления алтаря и Святых Даров).

Любовь Отца к Сыну изливается таким образом и на нас. Бог любит нас. Сын Божий приходит к нам, и мы узнаем Боже­ственное благоволение. Теперь наша человеческая природа при­надлежит и Ему. Поэтому милость и доброту Божью уже невоз­можно не замечать. И мы начинаем прозревать, мы осознаем, как на самом деле мы можем любить, когда Сама Любовь обле­кается человеческой плотью.

Почитая рождество Спасителя, мы празднуем в Нем наше новое рождение. «Ибо в Нем обитает вся полнота Божества те­лесно, и вы имеете полноту в Нем» (Кол 2:9-10). В Иисусе про­явилась истина о человеческом бытии, и справедливость про­сияла нам с небес. Полнота времен принесла нам исполнение и восстановление человеческого достоинства.

Мирным сердцем...

Послушайте, как мощно звучит в библейских текстах о Мес­сии тема мира. Ангелы поют о мире пастухам («Слава в вышних Богу, и на земле мир...»). В этом гимне слышится отголосок слов пророка Исайи о «Князе мира» (Ис 9:6: «Ибо младенец родился нам — Сын дан нам; владычество на раменах Его, и нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий. Отец вечности, Князь мира»). Пока грех сидел у нас в сердце и правил, не было в нас внутреннего мира. До рождения Иисуса ангелы плакали, пото­му что люди жаждали мира сердцем своим, но не могли обре­сти его. А в момент рождества Иисуса ангелы ликуют с пасту­хами, потому что мир душевный (ведущий к миру во всем мире) теперь доступен людям. Св. Бернард очень красноречиво гово­рит об этом:

Заметь, что мир не просто нам обещан, но послан; не от­срочен, но — дан; мир не предсказан, но достигнут. Как будто Бог-Отец посылает миру вместилище Своей милости. И вот, во время страстей Господа, все скрытое до поры содержимое изливается наружу, — это цена нашего искупления. То было

как бы маленький мешок, но очень полный. Как говорит Писание, маленький Ребенок был дан нам, но в нем обитала вся полнота божества.

Мир в Священном Писании {евр. «шалом») означает при­мирение между человеком и Богом. Этот мир примиряет меня с самим собой и с окружающими. Грех разделяет, мир Христов объединяет нас. Грех раздирает человека, а Иисус исцеляет и снова соединяет распавшееся. Грех внушает нам, что мы жал­кие и несчастные люди. Иисус несет нам Свою благодать, ко­торая теперь сливается с благодатью, насажденной в нас Бо­гом, когда Он творил нас Словом Своим. Теперь мы чувствуем беспредельный мир и тишину сердца, ощущаем глубину этого мира. Это мир творческий, благодаря которому мы сами ста­новимся миротворцами, несем примирение в семьи, своим дру­зьям и всему свету. Теперь, когда я знаю, как сильно Бог забо­тится лично обо мне, я убеждаюсь, что Он думает обо всех нас, сочувствует всем. Произошло невероятное: трудно представить, но Бог принял человеческую природу в Свою божественность и дал нам возможность обрести мир душам нашим.

«Слава бо Господня на тебе возсия»* (Не 60:1)

Образ света пронизывает все евангельские рассказы о воп­лощении и рождественские песнопения, и это свет божествен­ной славы. Духовный смысл этого учения о свете хорошо выра­зил апостол Павел:

|Неверующие),у которых бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Ко­торый есть образ Бога невидимого...

Потому что Бог... озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа...

А мы имеем ум Христов.

2 Кор 4:4, 6; 1 Кор 2:16

* СП: «Восстань, светись, [Иерусалим]; ибо пришел свет твой, и слава Господня взошла нал тобою». В подзаголовке привожу текст на церков-но-славянском как более близкий к авторской цитате («The Glory of the Lord shines upon you»).

Если мы принимаем Господне спасение, то Иисус поселя­ется в наших сердцах и умах. Его сознание может существовать в нас, мы начинаем думать, как Он. Иисус перестает быть объек­том академического исследования. Он становится личностью, с которой можно общаться, настолько близкой, насколько мы близки сами себе. Мы можем располагать опытом И исуса в деле объединения. Духовная природа нашего единомыслия с Хри­стом позволяет нам соединять, вплетать свое сознание в Его разум с легкостью, как бы «без особого труда», — это дается нам именно что даром.

Да, все это происходит в обстановке свободы. Иисусу не нуж­но контролировать нас. Мы не становимся марионетками, ко­торых просто дергают за ниточки. Жизнь в разуме Иисуса не похожа на результат «промывки мозгов». Наоборот, такая жизнь проходит в диалоге любви, которая поддерживает свободу на­шего общения. Мы свободно предаем Ему наши умы и сердца, но только потому, что мы обретаем через Него самих себя, свое истинное «Я».

Писание все время прибегает к образам славы и света для описания этой реальности — жизни во Христе. Таковы слова Павла к Коринфянам. Библейское понятие «слава» означает признак присутствия Бога. Славу можно созерцать как свет, — таково интуитивное ощущение божественной правды и любви. Здесь нет места словам. Это пространство Слова, и Оно невы­разимым образом разделяете нами Свой божественный разум и любовь, которая побуждает Бога заботиться о человеке и мире.

Павел говорил Коринфянам о том, что идолы переменчи­вой культуры, которым служит человек, ослепляют его. Тогда он не видит славы истинного Бога, не ощущает света, который может привести его интуицию ко входу в царство любви и пре­мудрости Божьей. Евангелие остается для такого человека зак­рытым, потому что он не верит Иисусу.

Для того же, кто верит в Иисуса, свет Его божественного присутствия — это надежный путеводитель на пути к благу. Ру­ководимые божественным светом, мы начинаем мыслить о жизни, как Иисус. Наши сердца наполняются любовью к ближ­ним, как сердце Иисусово. Воля, подчиненная божественной цели, неуклонно стремится к добру и отвергает грех и зло. Так ведет себя в моральном плане человек, духовно соединивший­ся с Иисусом. Его чувства служат добродетели вместо того, что­бы, как дикие лошади, бросать человека из стороны в сторону, не зная верной дороги.

Мы начинаем понимать, что Иисус исцеляет нас физически и душевно, Он поддерживает наше духовное здоровье. Грех тол­кает к жадности, умиранию и гибели. Иисус ведет к жизни в простоте и благополучии. Грех порождает разрушительные стра­сти, злобное насилие, праздность и различные душевные бо­лезни. Иисус обращает нас к чистоте сердца, вселяет в нас стрем­ление к справедливости, направляет нашу энергию на службу милосердию и укрепляет наше душевное равновесие. Грех уби­вает всякую духовность и любовь. И исус вводит нас в простран­ство любви, и любовь побеждает все. Он оживотворяет наш дух, и дух этот следует водительству единственного Духа Божьего.

Такова Благая весть Христа, Его ответ на страдание и болез­ни, причиняемые грехом. В то же время Евангелие не обещает нам полного избавления от телесного и душевного страдания, не гарантирует зашиту от духовных срывов. Мы точно так же страдаем от боли, причиняемой нам грехами других людей, мы ощущаем на собственной шкуре порчу, нанесенную грехом на­шему миру и человеческой природе. Мы все равно болеем (про­студа не обязана обходить нас стороной), вероятно, можем впа­дать в невротическое состояние и, разумеется, не раз можем пострадать от чужой агрессии. Мы остаемся смертными людь­ми и иногда можем ощущать духовную сухость, которая за­ставляет нас поверить, будто Бог оставил нас. Мы продолжаем страдать, страдать от очень разных и неожиданных вещей.

Существует тай на страдания. Иисус избавляет нас от слепо­ты и уводит из-под власти греха. Но он не освобождает нас от жизни в этой «юдоли слез». Последствия греха все еще суще­ствуют здесь. В чем же тогда разница между прежней и новой жизнью? В том, что теперь в нас открылся глубокий внутрен­ний мир, в котором царят покой и любовь, надежда и вера, а раньше мы о нем и не знали. Теперь мы способны любить и можем бороться против зла в мире, на что раньше мы были не­способны. Мы в состоянии работать на будущее всего народа и вместе с другими людьми стремиться к любви, справедливости и милости.

Вместе с апостолом Павлом мы молим Господа избавить нас от наших немощей. «И чтобы я не превозносился чрезвычай­ностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, уд­ручать меня, чтобы я не превозносился» (2 Кор 12:7). Павел умо­ляет Господа избавить его от этого страдания, но получает отказ: «Довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается

в немощи» (2 Кор 12:9). Проще говоря, те страдания, которые идут от нашей греховности, та боль, в которой мысами и вино­ваты, — это ненужные страдания, и они действуют на человека разрушительно и лишают жизнь всякого смысла и значения. Но есть и неизбежное жизненное страдание, и оно, наоборот, становится источником духовной силы. Это страдание сокру­шает гордыню и делает наше существование частью божествен­ного плана спасения мира.

Мы никогда не узнали бы смысла страдания, если бы Сам Иисус не показал нам через Свои страсти и крестную смерть, как боль становится орудием победы над злом. Таким образом, грех, который явился первопричиной исех человеческих несча­стий, истребляется порожденным им самим страданием. Вот почему мы всегда должны возвращаться к размышлению о кресте Иисуса: ведь самая жгучая проблема человека, вопрос, кото­рый волнует больше всего, — почему в мире существует страда­ние. Нам никогда не решить эту проблему при помощи логики или философии. Только если мы уверуем в Иисуса и соединим­ся с Ним в Его крестных страданиях, тогда мы постепенно нач­нем понимать, зачем мы страдаем сами — даже после обращения.

Именно поэтому Евангелие от Иоанна связывает вознесе­ние Иисуса на кресте с Его восхождением к небесной славе. Иоанн видит два этих вознесения как единый акт. Смерть Иисуса на кресте становится одновременно возвещением Его славы, радикально новым и непреходящим опытом Божьего присут­ствия в мире. В Евангелии от Марка это выражено словами сол­дата-сотника, воскликнувшего после смерти Иисуса на кресте: «Истинно Человек сей был Сын Божий» (Мк 15:39).

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности